После того как забрал у Урахары частицу, заодно оставив метку маны на нём переместился обратно в нормальный мир. Переход был конечно странным, меня чуть не поглотила какая-то тьма, когда желанием вернутся обратно в Каракуру меня перенесло куда-то в пустоту, благо быстро сориентировался и прыгнул ещё раз, оказавшись уже в небе над городом.

Секунда на раздумье и моя голова повернула на девяносто градусов уходя от горизонтальной атаки мечом. Я немного потерял равновесие от резких движений и уйдя головой вперёд в воздух, перевернулся уже став лицом к тому, кто атаковал меня.

Передо мной стоял красноглазый старик в белым хаори с очень длинной седой бородой и бровями, которые хмурились. В правой руке тот держал ту самую катану которая чуть не отрубила мне голову, а на голове у него было два заметных шрама которые рассекали лоб, образуя крест, что говорило о том что старик-то боевой. Несмотря на внешнюю хрупкость и старость его энергия…от него так и пёрло духовной энергии словно передо мной находился огромный генератор, на топливе которым служило всё его тело.

— Эй старик, давай ты уймёшь свою энергию, а я пойду… — улыбнувшись указал пальцем себя за спину, но не дослушав меня тот послал огромную волну огня прямо из меча прямо мне в лицо. После того как присел и поднял голову обратно смотря на него, уже я нахмурился, — а это было уже опасно.

Размывшись от скорости перемещения в воздухе, я оказался вплотную к старику ударив прямо его по лицу. К моему удивлению он успел среагировать, поставив меч перед ударом, но он явно не ожидал такой силы и отлетел с хлопком от меня, воткнувшись где-то внизу в жилое здание с квартирами.

Там конечно были люди умерли поди, но мне уже было плевать, хочу домой и когда используя ману направил её в себя меня дёрнула, и я оказался в том же месте откуда вышел в этот мир. Токио, как же я от тебя устал. Ха-а-а…

Вздохнув от того что скоро это всё закончится, потянул руку вперёд и открыв дверь исчез того мира, чтобы снова оказаться в библиотеке. Дверь за спиной начала трястись исчезая, как и все двери вокруг, но мне было всё равно.

— Уриил? Ты где?

— Здесь мой друг…здесь…

Уриил сказал эти слова и замолчал. Тишина в библиотеке была прежней, ровный гул без источника, который там был всегда. Я стоял в зале, смотря на одиннадцать пустых дверных проёмов вокруг, двенадцатая уже пропала и ждал. А где?

Ничего не происходило секунд десять.

— И что теперь, — произнёс я в воздух нахмурившись.

— Подожди. — Голос у него был какой-то усталый.

— Жду. — Остался на месте, не зная что делать.

Ещё секунд пять прошло, и потом запястье нагрелось. Метка, которая всё время была рабочим инструментом и молчаливым компасом, вдруг начала менять цвет. Сначала просто потеплела, как грела и раньше, потом по узору пошёл свет. Сначала один цвет, золотистый, потом рядом с ним синий тонкой нитью. Потом белый, потом красный по самому краю.

Я поднял руку и смотрел на это, что это?

— Уриил? — Меня ведь не разорвёт сейчас, промелькнула мысль.

— Да-а-а?

— Что это?

— Я выхожу. — Прозвучало в голове как-то даже грустно.

— Это должно быть больно?

— Нет.

Хорошо. Нити пошли вверх по запястью, тонкие, с шириной волоса каждая, их было очень много, и они становилось всё больше. Золотой, синий, белый, красный, потом ещё один цвет который я не мог назвать, он был между зелёным и серым, и двигался иначе чем остальные, медленнее и с поворотами. Они шли от метки вверх по предплечью и я смотрел на это поднимая взгляд следом.

В центре зала, в том месте где обычно был пустое пространство между дверьми где я обычно лежал или кушал, нити начали собираться. Они образовывали форму, каждая находила своё место в ней, и форма узнавалась ещё пока строилась. Линии плеч, потом шея, потом голова. Всё это шло изнутри наружу, слой за слоем, и последними проявились руки и черты лица.

Уриил стоял передо мной в полным объёма если так можно сказать, трёхмерный, с весом ауры которого я раньше не замечал когда он говорил из головы. Янтарные глаза смотрели на меня, и волосы с золотыми прожилками чуть двигались от движения воздуха, которого в библиотеке не было.

— Ого-о-о, — произнёс видя ауру своими глазами, и это так пестрила силой что мне стало плохо. Когда уже замутило вырубил от греха подальше глаза.

— Давно я не был здесь, — ответил он, вздохнув полный грудью и подняв пальцы начал двигать ими в воздухе. Библиотека, которая до этого всегда была тихой начала медленно скрипеть словно старый механизм запускался вновь. Не знаю что он тут сейчас делал, но похоже что что-то грядёт.

Он смотрел на свои руки открыв ладони словно не веря что они реальны, смотрел на них несколько секунд просто трогая воздух. Потом сжал в кулак и разжал, проверял похоже.

— Работает всё? — спросил я начав уже переживать что мне попался бракованный ангел.

— Да. — Он поднял взгляд на меня и его глаза смотрели словно в душу. — Все двенадцать. Ты принёс все двенадцать…

— Ага-ага…

— Я не был уверен, что это возможно…

Я посмотрел на него, когда он это сказал с детской улыбкой и немного удивился.

— Ты ведь говорил два месяца от силы, — произнёс я подняв бровь.

— Говорил.

— И что ты не был уверен ты как-то пропустил?

Он чуть сдвинул брови будто понял что-то.

— Это было бы контрпродуктивно говорить заранее.

— Угу.

Молчание. Он снова посмотрел на руки, потом опустил. Нити от метки на моём запястье к нему тянулись ещё, тонкие, и в них шло движение в его сторону. Последние части складывались и скоро будет конец.

— Тебе больно? — спросил он подойдя ближе.

— Запястье тёплое, — ответил я потряса рукой, — больше ничего.

Он кивнул. Смотрел куда-то мимо меня, не в стену и не в дверь, просто куда-то в то, что было за пространством зала.

— Уриил, — произнёс я через секунду не зная как бы начать.

— Да.

— Ты выглядишь так, будто думаешь о чём-то тяжёлом.

Он перевёл взгляд.

— Думаю о многом, — сказал он.

— Не об мне надеюсь?

— Нет. — Короткий ответ был обнадёжившем. Потом добавил: — Просто давно не думал изнутри собственного тела.

Понятно. Я опустил руку и нити потянулись следом, их конец ещё был при мне, другой конец уходил в него. Мы так и стояли пока внутри у меня шло какая-то буря под названием когда же это мать его закончится

— Долго ещё, — произнёс подняв руку.

— Несколько минут? — Это он меня спросил?

— Хорошо-хорошо…

Ждать в этом зале к тому времени я умел хоть и хотелось сейчас бежать во весь опор. Провёл здесь два дня с интеграцией Риннегана, прошёл через одиннадцать миров подряд и между этим спал на полу. Несколько минут небольшая цена.

Уриил стоял ровно. Смотрел теперь прямо, и его янтарные глаза, которые я видел раньше только при отражении в зеркале и в белом пространстве, здесь в зале были другими по качеству. Живые. Ещё живее чем в белом пространстве, там было что-то от голограммы. Здесь было присутствие, которым его тело давило на всё вокруг.

— Оками, — сказал он задумчиво.

— Слушаю. — Надеюсь тут не будут слова что наша сделка аннулируется, а меня выкидывают в помойку?

— Когда я попал в тебя первый раз, — он остановился, подбирая слово, — в больнице. Ты умирал и я вмешался, помнишь это?

— Вмешательство нет, а вот то что умирал да. — Горестно усмехнулся отчётливо помня как медленно умирал.

— Я хочу сказать тебе кое-что про это… — Его глаза обвели моё лицо, а после повернулись в сторону.

— Говори. — Ещё какие-то тайны?

— Я вмешался потому что хотел, — произнёс он спокойно. — Это был мой выбор, моё решение. Ты ничего мне не должен за него. Я это сказал в нашу первую встречу, но сейчас хочу сказать ещё раз, уже вот так.

Я смотрел на него понимая что этот парень вполне…адекватный? Я ожидал другого, честно говоря.

— Понял, — ответил кивнув.

— Хорошо. — Он улыбнулся и немного замялся, явно не зная куда себя деть, его руки покрутились в воздухе и он отвернулся смотря в коридор.

Нити по-прежнему шли. Несколько из них отделились от метки и я видел как они двигались через воздух зала, почти невидимые без прямого взгляда. В зале от этого стало чуть светлее, ненамного, но заметно.

— Зерие, — произнёс вспомнив что хотел давно спросить но как-то времени не было.

Он повернул голову посмотрев через плечо.

— Она думала там была ошибка.

— Знаю, — сказал он. — Она читала твоя душу и нашла меня. Для неё это было нечитаемым.

— Мог ли ты её не напугать?

— Нет. — Он спокойно покачал головой и повернулся уже всем телом ко мне.

— Почему?

Он сложил руки перед собой.

— Потому что для богини, которая читает природу живого через прикосновение, наткнуться на ангела внутри человека это нечто за пределами её системы понимания. Испуг был разумным ответом.

— Мог бы ты хотя бы не выглядеть угрожающе? — Поднял бровь вспоминая что потом Зерие говорила мне, когда наши отношение вышли…на новый уровень.

— Я выглядел обычно. — Прозвучало как-то с обидой, ладно…

— Почему тогда это богиня прервала контакт?

— Она прервала контакт потому что это был единственный логичный ответ на ситуацию по её системе оценки, — объяснил он словно в школе. — Из-за непонятного. Угроза тут стояла на втором месте.

Я думал секунду над этим, потом всё же согласился с доводом.

— Ладно, — произнёс.

— Ладно, — согласился он в ответ.

Несколько секунд тишины, как-то неловко это всё...нити продолжали идти.

— Ещё вопрос, — произнёс подняв палец.

— Задавай. — Он сделал пригласительный жест рукой и улыбнулся.

— Хагоромо, которых три. Первый злой, второй спокойный, третий вежливый тянул меня за собой на поле четвёртой войны.

Уриил сдвинул брови.

— Три Хагоромо, — повторил он будто забыл.

— Ну три разных. Первый из них меня в белом пространстве сковал, хотел забрать Зецу.

— Первый пытался, — поправил Уриил, и в его голосе было что-то похожее на короткое веселье. — Это был слепок, живого Хагоромо там не было. Когда я переместил тебя в первую встречу в больнице до твоей смерти… я в общем-то воспользовался этим временем чтобы построить ловушку. Он же попался на неё.

— Слепок? Что это значит? Это не настоящий Мудрец? — Вопросов становилось всё больше.

— Каждый мир с такой концентрацией чакровой памяти оставляет слепки важных фигур. Отпечатки. Ты встретил несколько разных отпечатков из разных временных точек, но это не настоящие души как ты мог подумать.

Обдумывал это, не понимая как это возможно. Я думал что в первый раз, что в другие это были настоящие люди или как можно назвать этого человека которые отбросили физическое тело и просто остались в духовном, каким-то способом. Но если так…

— Это объясняет злость, — произнёс подняв глаза в потолок.

— Злость?

— Первый был злым. Второй нейтральным. Третий просто тянул.

— Злость, скорее всего, из точки где он сделал что-то о чём ему жалеть. Отпечатки несут то, что было в момент формирования.

— Интересно…

— Ты хотел бы знать больше о природе отпечатков?

— Нет, — ответил я. — Просто было непонятно было, теперь понятно. Отчасти.

Уриил снова посмотрел на свои руки, потом поднял взгляд. Нити к этому моменту стали тоньше, почти прозрачными. Несколько из них к моему запястью уже оборвались, метка потемнела немного, узор стал простыми линиями без свечения.

— Почти, — сказал он тихо.

Я смотрел на него. Он был высоким, примерно моего роста, стоял прямо, с руками вдоль тела. Золотые прожилки в волосах по-прежнему двигались, медленно, как нечто живое. За всё время что мы говорили изнутри и в белом пространстве, это была первая встреча без барьера расстояния.

— Уриил, — произнёс, вспомнив что-то важное.

— Да.

— Откуда ты попал в меня. — Я сказал это просто, без вопроса. — В больнице ты был уже там?

— Нет, — ответил он. — Я там оказался вместе с тобой. В момент когда ты умирал, граница между состояниями открылась, и через неё я прошёл.

— Ты искал именно меня?

— Я искал точку где могу выжить, — сказал он. — Ты был такой точкой. Граница в момент смерти пропускает то, чего в обычное время не пропускает…

— Мне льстит что я был удобной точкой входа. — Ухмылка сама налезло на лицо.

— Ты был больше чем этим, — произнёс он ровно.

Я посмотрел на него подняв бровь.

— Просто удобство звучало бы иначе, — добавил он. — Ты был единственным кто мог нести меня. Это проверяется по природе, по тому как строится душа. Далеко не каждый человек может держать внутри существо моей категории даже пассивно, без ущерба для себя. Даже секунду…

— Значит я избранный как Гарри Поттер, хаха… — произнёс засмеявшись. В голове была какая-то эйфория от скорый встречи и мне всё казалось смешным.

— Ты подходящий по природе, — поправил он. — Это другое.

— Примерно одинаково звучит. — Отсмеявшись кивнул.

— Для тебя, может быть.

Последние нити отпустились. Метка на запястье стала обычной кожей, узор пропал полностью, и я подвигал запястьем и потёр место где она была всё это время. Тепло ушло. Уриил же выдохнул. Просто выдохнул, одним долгим ровным выдохом. Потом снова выровнял дыхание.

— Всё, — сказал он.

— Все двенадцать?

— Все двенадцать.

Он стоял прямо и в нём было что-то, что трудно описать через видимое. Плотность, может быть. Присутствие. Что-то, чего несколько минут назад чуть не хватало, а теперь было целиком.

— Как ощущение? Готов к подвигам? — спросил, подвигав бровями.

Он подумал секунду потом кивнул.

— Как будто, когда долго идёшь с пустым желудком и наконец поел, — ответил он, погладив живот.

— Поэтичный образ.

— Лучший доступный.

Я усмехнулся. Он посмотрел на меня, и в его взгляде шло что-то тёплое. Просто тёплое, без определения.

— Оками… — Он произнёс это с особой интонацией, и я выпрямился, уже пора?

— Слушаю.

— Ты выполнил то, о чём я просил. Все двенадцать, все миры. — Он сделал небольшую паузу пожевав верхнюю губу. — Я хочу сказать тебе кое-что ещё.

— Говори. — Кивнув начал готовится. Чакра в порядке, мана…просела, всё остальное в норме.

— Ты дрался в каждом из этих мест. Иногда больше чем нужно было для задачи.

— Мне было интересно. — Пожал плечами, что правда то правда. Шиноби из меня так себя, а вот боевой маньяк…

— Я знаю, — сказал он. — Это лишь наблюдение. Ты дрался больше необходимого, потому что тебе интересно что происходит когда ты дерёшься. Результат уходит на второй план, сам процесс важнее.

— И что с этого? — Это тут причём не понимал.

— Ничего, — ответил он покачав головой. — Просто понимаю своего старшего Брата теперь точнее чем раньше.

— Брата? Ты жил во мне больше половины всего что я помню, — произнёс поковыряв мизинцем ухо. — Ты знал это давно.

— Знал, — согласился он. — Теперь я знаю это стоя снаружи.

Я помолчал.

— Когда ты отсюда уйдёшь, — произнёс я, — ты вернёшься к остальным своим?

— К своим братьям, — сказал он тепло улыбнувшись.

— К братьям?

— Да. Туда откуда…ушёл. — Он не добавил куда это было, и я не спрашивал. — Займёт время, но это возможно.

— Потому что все двенадцать?

— Именно.

Я кивнул и потёр ладони.

— Что-нибудь ещё нужно от меня? — спросил, указав двумя указательными пальцами в него.

— Ничего, — ответил он просто.

— Тогда отправляй.

Он не двигался несколько секунд. Смотрел на меня, и я смотрел на него. Янтарные глаза, золотые нити в волосах, прямая спина, руки вдоль тела. Целый, как он сказал сам.

— Ты готов? — произнёс он внезапно что аж вздрогнул.

— Я ждал этого давно, — ответил я.

— Я знаю.

— Акаши, — произнёс имя сына. — По их времени секунда?

— По их времени секунда, — повторил он ровно.

— Мито успевает чай допить?

— Не успеет даже. — Он улыбнулся мягкой улыбкой и взмахнул рукой.

Я закрыл глаза на секунду. Библиотека гудела своим тихим низким гулом, потом открыл глаза.

— Сделку ты выполнил, — произнёс Уриил. — Обязательств больше нет.

— Я знаю.

— И ещё, — сказал он, и голос у него поменялся. Стал твёрже. — То что ты сделал, это было больше чем сделка. Для меня. Ты прошёл через все двенадцать мест, и в каждом из них оставался собой. Убивал когда надо, смотрел когда интересно, отдал чужое обратно когда это было правильным даже без выгоды. — Короткая пауза. — Это важно.

— Ты благодаришь меня? — произнёс удивлённым голосом.

— Да.

— Вот и ладно. А теперь…

— Это важно, — повторил он. — Позволь сказать это полностью.

Я встал прямо и слушал.

— Благодарю тебя, Оками Узумаки. — Голос у него был ровным и твёрдым. — За то что нёс меня. За то что дал мне видеть через твои глаза много лет. За то что выполнил то, о чём я просил, без лишних слов и без оглядки назад. За то, что вернул меня самому себе.

Я молчал не зная что ответит.

— И за то, — добавил он тихо, — что всё это время оставался собой. Даже когда вокруг были чужие войны, чужие люди и чужие правила.

Библиотека гудела. Запах бумаги и деревянных полок шёл отовсюду, а три двери из оставшихся одиннадцати слабо светились по краям, и горящая жёлтым по-прежнему давала свет в угол зала.

— Всё? — спросил я.

— Осталось одно, — сказал он.

Он сделал шаг вперёд, я остался где стоял. Он поднял правую руку и положил её мне на голову. Ладонь была тёплой, с лёгким давлением, и из неё шло что-то, не чакра и не мана, что-то другое, что касалось ткани ниже кожи и ниже каналов. Несколько секунд это шло ровно по всему телу, потом он убрал руку.

— Что это было, — произнёс потрогав голову где была рука.

— Благословение.

— Благословение? Как во всяких текстах? Это реально существует?

— Одно ты только что получил, — ответил он подмигнув.

— И что оно даёт?

Он встал ровно.

— Идёшь куда хочешь, — сказал он просто. — Делаешь что хочешь. Любишь кого хочешь. Ты и так это делал. Просто теперь есть небольшая поддержка сзади.

— Поддержка ангела?

— Да.

Я подумал, ну в целом особо поддержки мне в родном мире не понадобится, думаю там противником мне не осталось, но всё равно приятно.

— Хорошо, — произнёс я.

— Хорошо. — Он отступил на шаг. — Готов?

— Да. — Кивнув напряг всё тело.

Он поднял обе ладони. Между ними начало формироваться что-то, из той же плотности воздуха что была в библиотеке, просто она начала собираться в одной точке. Золотой свет появился, без вспышки, просто появился в воздухе. Потом пространство между его ладонями стало отличаться от пространства вокруг, другого качества, мягкое, с другим давлением.

— Оками…

— Да.

— Береги сына.

Горло чуть перехватило, я проглотил это и ответил ровно.

— Буду.

— И жену.

— Знаю. — Мито будет в порядке, отныне и навсегда.

— И себя тоже, — добавил он вздохнув, — хотя ты этим занимаешься лучше большинства.

— Ты это говоришь мне потому что следил много лет, вуарист — произнёс криво ухмыльнувшись.

— Именно поэтому.

Свет между его ладонями стал ярче. В нём начала просматриваться форма, сначала расплывчатая, потом чётче. Береговая линия, скалы, другое небо над горизонтом. Я смотрел на это, и в груди стянуло. Остров Узумаки, это мой дом, это мой…

— Мой мир, — произнёс чувствуя как глаза начинают щипать.

— Твой, — подтвердил он.

— Берег у острова?

— Да.

— Момент до того как я исчез?

— За несколько секунд после, — сказал он. — Ты выйдешь в правильной точке где сможешь отправится куда надо, не стоит появляется там же где идёт война между Учихами и Сенджу…

Я смотрел на изображение в его ладонях. Береговая линия двигалась, волны шли вдоль скал, небо было синим с одним белым облаком далеко на востоке. Обычный день. Обычный остров. Мой…

— Уриил, — произнёс последний раз взглянув на него.

— Да.

— Тебе было плохо все эти годы? Внутри?

Пауза.

— Одиноко, — ответил он грустно.

— Но не плохо?

— Нет. Ты интересный. За тобой было интересно наблюдать.

— Рад был развлечь тебя. — Поднял большой палец.

— Это был комплимент.

— Я понял, — сказал я, — и это был сарказм.

Он чуть улыбнулся.

— Иди домой, Оками.

Пространство между его ладонями раскрылось полностью. Берег стал настоящим в том смысле что через него шёл ветер и запах, тот запах, соль и смола и открытое небо, который я проверял по памяти за эти длинные года и который пришёл сейчас правильным, точным, именно таким как должен был быть.

Я шагнул вперёд и не обернулся. Библиотека за спиной продолжала гудеть своим тихим гулом и думаю скоро там не будет этого гула. Уриил смотрел вслед, я знал это без оглядки.

— Удачи, — сказал он и меня поглотил свет.

Береговая линия приняла вес ступни. Запах ударил полностью, без фильтра портала и без памяти, просто сам по себе, настоящий. Под ногами дальше были скалы, мокрые от прибоя с левой стороны, и ветер шёл с востока холодный и ровный.

Свет за спиной погас, просто перестал быть и теперь я точно вернулся.

Мой остров, мой берег, мои скалы. Небо над головой было таким синим каким бывает только здесь, с особым оттенком у горизонта, который я не видел ни в одном другом мире. Волны шли вдоль берега, белые по вершинам, с тем звуком который был одинаковым всегда. Я стоял на берегу и дышал чтобы через секунды обессиленно не сел коленями прямо в камень.

Я дома.

***