Двенадцать лет назад.

Сатору стоял посреди разрушенного зала Гробницы Звёздного Пути, тяжело дыша. Проклятая энергия всё ещё пульсировала вокруг тела короткими всплесками — остатки Фиолетового, который стёр из существования того человека. Оками. Странное имя для ещё более странного противника.

Пыль медленно оседала, открывая масштаб разрушений. Кратер диаметром пятнадцать метров зиял там, где секунду назад стоял враг. Края светились остаточной энергией, а воздух дрожал от перенасыщения силой.

Он мёртв. Точно мёртв.

Никто не выживает после прямого попадания его сильнейшей техники. Даже если тот успел телепортироваться в последний момент, повреждения должны были быть фатальными. Победа.

Но почему-то не чувствовалось облегчения.

Он огляделся, проверяя состояние остальных. Юки лежала под завалами метрах в пятидесяти — дыра в животе дымилась, но регенерация уже работала. Жива. Гето был где-то позади, он чувствовал его проклятую энергию слабую, но стабильную. Рико...

Рика!

Он резко развернулся к лестнице, ведущей вниз, к сердцу Гробницы. Девочка была там, внутри комнаты Тенгена. Без сознания, беззащитная, готовая к слиянию.

Он обещал её спасти.

Обещал Сугуру, себе, ей самой в те минуты на пляже, когда она сказала, что хочет жить. Защитить право Рико на жизнь, дать ей шанс прожить как обычная девочка. Не как сосуд, не как жертва — просто как человек.

Ноги понесли вниз, и ступени пролетали под ним быстро, а сердце билось всё сильнее с каждым метром. Коридор, ещё один поворот, он даже не заметил барьеры что стояли тут и перед ним возникла массивная каменная дверь впереди.

Открыта. Он остановился ведь это было…странно. Тенген должна была запечатать вход после того как Оками проник внутрь. Защитные барьеры должны были активироваться, изолировать комнату от внешнего мира.

Но дверь стояла нараспашку, словно приглашая войти. Осторожно шагнул через порог. Проклятая энергия была готова взорваться техникой в любой момент, Бесконечность работала на максимум. Если это ловушка...

Комната была пуста.

Но не совсем — Тенген сидела в центре на традиционной подушке, скрестив ноги. Тело древнего мага выглядело странно — хрупкая девочка с белыми волосами и странными глазами. Но его волновало другое. Аура вокруг была... спокойной. Слишком спокойной для ситуации, когда посторонний только что вторгся в святилище.

Рядом с Тенгеном лежала Рико. Девочка дышала ровно, грудь поднималась и опускалась в размеренном ритме. Без сознания, но живая. Невредимая.

— Сатору Годжо, — голос Тенгена был тихим, почти безэмоциональным. — Ты пришёл.

Он остановился в трёх метрах от них, не приближаясь дальше. Руки висели вдоль тела в готовности, но не формировали техники. Пока.

— Что происходит? — спросил напряжённо. — Почему дверь открыта? Где Курои?

— Курои в безопасности, — ответила Тенген просто. — Освободил её от гендзюцу после того как Оками исчез. Она сейчас наверху, в безопасности.

Гендзюцу. Незнакомый термин, но смысл слово был понятен. Та техника которую использовал Оками — контроль разума, манипуляция восприятием. Курои была марионеткой, когда ранила Сугуру.

— А Рико? — голос стал жёстче. — Собираешься провести слияние?

Тенген молчала несколько секунд, изучая мальчика более внимательно. Затем медленно покачала головой.

— Нет.

Слово повисло в воздухе. Он моргнул, не уверенный что правильно услышал.

— Нет?

— Слияние не состоится, — повторила Тенген спокойно. — Рико Аманай свободна.

Это... это невозможно. Тенген веками проводила слияния с сосудами, поддерживала своё существование через поглощение их тел и душ. Система работала столетиями без исключений. Отказаться от слияния означало принять эволюцию — превращение в нечто нечеловеческое, потерю разума, коллапс барьеров по всей Японии.

— Почему? — выдавил он наконец. — Ты же знаешь последствия. Без слияния ты...

— Эволюционирую, — закончила Тенген за него. — Да, это неизбежно. Но у меня есть время. Больше чем я думала раньше.

Древний маг поднялась плавным движением, и подошла к появившегося окну комнаты. За стеклом виднелась темнота Гробницы, подсвеченная тусклым свечением печатей.

— Тот человек, Оками, — продолжила Тенген задумчиво, — показал мне кое-что интересное. Его энергия была фундаментально иной, не проклятая сила. Что-то что я не встречала за тысячелетие существования.

— И что с того?

— Это значит, что мир шире чем я думала, — Тенген повернулась, встречаясь взглядом с Сатору. — Это значит, что существуют другие формы силы, другие реальности, другие возможности. Может быть... может быть есть способ избежать эволюции без жертв.

Сатору нахмурился, обрабатывая информацию. Тенген искала альтернативу? После веков следования одной системе, древний маг вдруг решил, что может быть другой путь?

— Ты не можешь рисковать судьбой всей Японии ради может быть, — возразил он резко. — Барьеры падут, проклятия наводнят страну, тысячи умрут. Надо придумать что-то другое.

— Знаю, — кивнула Тенген. — Но увы, слияние необходимо.

— Я не…

— Поэтому я и предлагаю сделку. — Перебила она его.

Слово заставило напрячься. Сделки с существами возрастом в тысячу лет редко заканчивались хорошо. Но выбор…

— Какую сделку?

Тенген подошла ближе, и остановились в метре от него. Хрупкая фигура маленький девочки выглядела безобидно, но Сатору чувствовал огромную силу, скрытую под этой оболочкой.

— Обязующая клятва, — сказала древний маг. — Пакт между нами двумя, скреплённый проклятой энергией

Обязывающая клятва. Он знал о них — отец рассказывал во время обучения. Контракты, связанные самой сутью дзюдзюцу, нарушение которых влекло катастрофические последствия. Клятвы бывали двух типов: с самим собой или с другим человеком.

Первые использовались для усиления техник через самоограничение. Например, можно поклясться использовать силу только при определённых условиях, получая взамен кратное увеличение мощи. Нарушение такой клятвы лишало способностей, иногда навсегда.

Вторые были опаснее. Договор между двумя магами, где каждая сторона обязывалась выполнить условия под угрозой чудовищного наказания. Проклятая энергия самого мира становилась арбитром, и следила за соблюдением пакта. Нарушение могло убить мгновенно или хуже — превратить в овощ, лишить рассудка, стереть из существования.

— Какие условия? — спросил он настороженно.

— Со своей стороны я обязуюсь отпустит Рико Аманай, — начала Тенген рассказывать свой план. — И не трогаю её до естественной смерти. Она свободна жить как обычный человек, без страха слияния. Это моё обязательство.

Пауза. Он ждал продолжения, не перебивая.

— Со своей стороны ты отдаёшь мне часть своей проклятой энергии, — закончила Тенген. — Не всю, не критическое количество. Ровно столько, чтобы я мог поддерживать барьеры ещё несколько лет без слияния и стабилизируя свою суть. Этого времени достаточно чтобы найти альтернативное решение.

Сатору застыл, обрабатывая предложение. Отдать часть силы... это означало постоянное ослабление. Не временное истощение после боя, а перманентное снижение максимального потенциала. Шесть Глаз компенсировали многое через идеальный контроль энергии, но даже они не могли создать силу из ничего.

— Сколько именно? — уточнил он.

— Двадцать процентов от текущего максимума, — ответила Тенген без колебаний словно уже давно хотела этого. — Это не сделает тебя слабым, Сатору Годжо. Ты всё равно останешься сильнейшим среди живущих магов. Просто... чуть менее абсолютным.

Двадцать процентов. Пятая часть всей силы. Для обычного мага это было бы катастрофой — разница между первым рангом и вторым, между победой и поражением. Но для него, обладателя Шести Глаз и Бесконечности...

Он всё равно останется сильнейшим. Просто не настолько подавляюще превосходящим всех остальных.

Взгляд переместился на Рико, лежащую без сознания. Девочка, которая хотела жить, видеть мир, быть обычным подростком. Человек, который заслуживал шанс на жизнь больше чем он заслуживал абсолютную силу. Он всегда так думал, почему он, почему так? В этот момент он думал, что получил ответ на свой вопрос.

Решение созрело мгновенно.

— Согласен, — сказал тот твёрдо. — Но с одним дополнительным условием.

Тенген приподняла бровь, жестом предлагая продолжить.

— Если найдёшь альтернативный способ избежать эволюции, ты вернёшь мне энергию, — добавил. — Полностью. Без остатка.

Древний маг задумалась на несколько секунд, затем кивнула.

— Справедливое замечание. Принимаю условие.

Тенген протянула руку ладонью вверх. Он положил свою поверх. Контакт был тёплым несмотря на хрупкость пальцев древнего мага.

— Повторяй за мной, — сказала Тенген. — Я, Тенген, клянусь проклятой энергией что связывает этот мир: освобождаю Рико Аманай от судьбы сосуда. Не трогаю её жизнь до естественной смерти. Взамен получаю двадцать процентов проклятой энергии Сатору Годжо для поддержания барьеров и себя. При нахождении альтернативного решения, верну энергию полностью. Нарушение этой клятвы карается смертью души.

Слова были формальными, архаичными. Язык древних ритуалов дзюдзюцу. Он повторил чётко, не запинаясь:

— Я, Сатору Годжо, клянусь проклятой энергией что связывает этот мир: отдаю двадцать процентов своей силы Тенгену для защиты Рико Аманай и поддержания барьеров. Требую освобождения девочки от слияния до естественной смерти. При нахождении Тенгеном альтернативного решения, требую возврата энергии полностью. Нарушение этой клятвы карается смертью души.

Мир дёрнулся на уровне восприятия. Реальность словно признала договор, запечатала его в самой ткани существования. Проклятая энергия между их ладонями вспыхнула ослепительным светом, затем потекла — из его тела в тело Тенгена.

Ощущение было странным. Не болезненным, но дискомфортным. Словно часть его сути медленно уходила, растворялась, переставала быть его. Резервуар силы внутри уменьшался, максимальная ёмкость падала процент за процентом.

Пять процентов. Десять. Пятнадцать. Двадцать.

Поток остановился. Свет погас, и он отдёрнул руку, тяжело дыша. Тело чувствовалось... легче. Не в хорошем смысле. Словно важная часть исчезла, оставив пустоту.

Тенген выглядел ярче. Проклятая энергия вокруг древнего мага пульсировала стабильнее, плотнее. Добавленная сила уже работала, укрепляла барьеры, продлевала существование без слияния.

— Пакт заключён, — произнесла Тенген тихо. — Рико Аманай свободна. Ты выполнил обещание, Сатору Годжо.

Рывком проверив силу, он опустился на колени рядом с девочкой, и коснулся её лба проверяя состояние. Дыхание ровное, состояние стабильное. Она просто спала, восстанавливалась после стресса. Скоро проснётся.

Победа. Настоящая победа. Не против врага, а за человека. За право жить.

Но цена...плевать. Ему плевать, и он просто поднялся, развернулся к выходу подняв следом Рико как невесту. Тенген остался стоять у окна, не провожая взглядом.

— Одно предупреждение, — голос древнего мага остановил его у двери. — Двадцать процентов это значительная потеря. Противники, которых ты легко побеждал раньше, теперь могут представлять угрозу. Будь осторожен.

— Справлюсь, — бросил он через плечо не думая об этом. Не было того, кто бы смог противостоять ему. Не сейчас.

— Надеюсь.

Он вышел из комнаты, не оглядываясь назад. Коридор, барьеры, лестница вверх, разрушенный зал. Где-то ждали Сугуру, Юки, раненые союзники. Нужно было эвакуировать всех, разобраться с последствиями вторжения. От учителя достанется.

Но сперва...

Он остановился посреди кратера от Фиолетового. Закрыл глаза, проверяя внутреннее состояние. Резервуар проклятой энергии действительно уменьшился. Не катастрофически, но ощутимо. Техники работали как раньше, Бесконечность держалась идеально, Шесть Глаз анализировали без изменений.

Но максимальный потенциал упал. Если раньше он мог драться на пике часами, теперь... может час. Может меньше против сильного противника.

Достаточно чтобы оставаться сильнейшим.

Недостаточно чтобы быть непобедимым.

Разница была тонкой, но критичной. В будущем это могло стать проблемой. Особенно если появятся враги уровня...образ Оками мелькнул в памяти. Человек, который убил отца, ранил Юки, противостоял ему. Если бы не та последняя ошибка, исход боя был бы непредсказуем.

Хорошо, что он мёртв. Хорошо, что больше не вернётся.

Он открыл глаза, выдыхая. Беспокоиться о мёртвых врагах бессмысленно. Жизнь продолжается, появятся новые угрозы, новые вызовы.

Он справится с ними. Даже с двадцатью процентами меньше силы.

Потому что он Сатору Годжо. Сильнейший.

***

Настоящее.

Я стоял между Сатору и Сукуной, изучая последнего внимательнее. Тело было молодым — подросток лет шестнадцати, может семнадцати. Розовые волосы торчали хаотично, а татуировки покрывали кожу чёрными узорами, да и глаза горели красным светом в энергетическом спектре. Но главное всё же была аура.

Проклятая энергия клубилась вокруг Сукуны плотным туманом. Концентрация была чудовищной, превосходила любого мага, которого я встречал в этом мире. Даже Сатору уступал по чистому количеству силы.

Но не это меня впечатляло. Контроль... контроль был абсолютным. Ни единой утечки, ни малейшей нестабильности. Каждая частица энергии подчинялась воле владельца с хирургической точностью.

Опасный противник. Или нет? Пока не решил.

— Кто ты?! — спросил Сукуна с ухмылкой, его голос эхом разнёсся по разрушенной улице.

— Оками, — ответил я спокойно. — Путешественник.

— Путешественник? — он усмехнулся, звук был коротким и с презрением. — Путешественники не вмешиваются в бои между магами.

— Технически я вмешался в бой между магом и духом, — поправил я. — Не между магами. Ты ведь не маг на данный момент, верно? Просто пассажир в чужом теле.

Похожий на Биджу, отметил я для себя. Лицо Сукуны же исказилось от ярости. Проклятая энергия взорвалась волной во все стороны, давление стало физически ощутимым. Воздух задрожал, а асфальт треснул паутиной под ногами захватчика.

— Пассажир? — тот хрипло усмехнулся. — Это тело принадлежит мне.

— Оками, отойди, — голос Сатору прозвучал позади. — Это мой ученик, и мне решать что с ним будет. Помни наш уговор.

Обернулся через плечо, встречаясь взглядом с белокурым магом. Сатору выглядел измождённым — синяки под глазами, кровь на губе, одежда порвана в нескольких местах. Проклятая энергия пульсировала слабее чем обычно.

Ослаблен. Сильно ослаблен. Но почему? Бой длился всего десять минут по моим ощущениям. Для мага его уровня это должно быть разминкой, не изнурительной схваткой.

Если только... Я заглянул внутрь него. Понятно, это и есть пакт?

Возможно. Это объясняло бы почему сейчас он слабее чем должен быть. Пакт забрал часть силы, снизил максимальный потенциал. Против обычных противников разница незаметна, но против Сукуны...

Интересно, когда он успел? И с кем?

— Я прекрасно понимаю, — ответил я Сатору, возвращая внимание к Сукуне. — Древний дух невероятной силы, захвативший тело твоего ученика. Опасный, жестокий, не знающий пощады. Классический злодей третьесортный манги.

Сукуна нахмурился, похоже не понимая последнего слова. Затем отмахнулся, видимо решив, что это неважно.

— Раз ты знаешь, тогда убирайся, — сказал он жёстче. — Или умри вместе с этим самозванцем.

Самозванец? Интересный выбор слов для описания Сатору.

— Отказываюсь, — покачал головой я. — Мне нужен Сатору живым. У нас незаконченные дела.

— Тогда умри первым.

Сукуна исчез.

Это была не телепортация — чистая скорость. Тело размылось, преодолело расстояние в десять метров за долю секунды. Правый кулак уже летел к моему лицу, усиленный проклятой энергией до предела.

Мне не пришлось активировать свои глаза, траектория удара и так стала видимой за мгновение до завершения. Качнулся влево, пропуская кулак мимо щеки. Ветер от удара растрепал волосы. Контратака была мгновенной. Левая нога выстрелила в живот Сукуны, целилась выбить воздух из лёгких. Но он успел среагировать — правая рука опустилась блокируя, и предплечье встретило мою голень с глухим ударом.

Столкновение создало ударную волну. Воздух на мгновение сжался, а затем взорвался расширением. Асфальт под нами треснул, и осколки взлетели вверх от давления.

Мы оттолкнулись друг от друга одновременно, разорвали контакт. Я приземлился в пяти метрах, амортизируя физику колени согнулись, и я спокойно встал. Сукуна приземлился напротив, его поза была идеально сбалансированной. Даже лучше, чем моя. Хо, мастер ближнего боя? Интересно.

Обменялись взглядами. Красные глаза против чёрных. Оценка, изучение, просчёт следующего хода.

— А ты быстрый, — признал Сукуна, усмехаясь. — Но недостаточно.

Он атаковал снова, на этот раз серией ударов. Правый хук, левый апперкот, удар коленом, подсечка. Четыре атаки за секунду, каждая смертельна при попадании ведь он атаковал своей проклятой энергии, которая почему-то чувствовалось опасностью. Я не должен попасть под атаку.

Такие мысли преследовали меня пока я блокировал, уклонялся, перенаправлял. Движения были автоматическими, тело реагировало быстрее мысли благодаря тренировкам. Правое предплечье блокировало хук, левая ладонь перенаправила апперкот мимо, прыжок назад избежал колена, скольжение вбок увернуло от подсечки.

Контратаковал в промежутках. Правый кулак к рёбрам — заблокирован. Левая нога к голове — пригнулся. Локоть в челюсть — отклонился.

Обмен продолжался десять секунд. Двадцать ударов от Сукуны, пятнадцать от меня. Ни один не достиг цели. Скорость нарастала с каждой секундой, движения размывались, и становились невидимыми для обычного глаза.

Затем Сукуна неожиданно изменил тактику. В момент обмена ударов, он просто оттолкнулся от моих рук и в полёте его пальцы за секунду сложились в странный жест — пальцы переплелись специфическим образом, указательный и средний в сторону меня и проклятая энергия вспыхнула короткой волной.

Невидимое лезвие вырвалось из воздуха. Не из руки, не из тела — буквально материализовалось между нами. По крайней мере мне так показалось. Траектория вела к моей шее, скорость была довольно быстрый.

Шаринган что активировался отследил атаку за мгновение до контакта. Отклонился назад, позвоночник выгнулся почти под прямым углом. Лезвие из проклятый энергии прошло в сантиметре от горла, не оставив даже царапины.

Но это было отвлечение.

Второе невидимое лезвие материализовалось снизу, целилось в ноги. Я не мог уклониться — тело всё ещё было в процессе отклонения от первой атаки, инерция не позволяла изменить траекторию мгновенно.

Взорвал чакру в ногах. Вспышка воздуха окутала конечности, создав временный барьер. Разрез ударил в защиту, остановился на секунду, затем пробил.

Больно, чёрт его. Острая, жгучая боль прошла через левую икру. Кровь брызнула из раны, окрасила асфальт тёмными пятнами. Рана была глубокой — сантиметра три, может больше. Да-а, отпрыгнул назад на здоровой ноге, создавая дистанцию, вот почему нельзя было давать задеть меня его энергией. Оно жгло словно огнём. Приземление было жёстким, левая нога подкосилась от боли. Опёрся на правую, проверяя повреждение.

Мышца разорвана, но кость цела. Регенерация уже работала, зашивала ткани ускоренным темпом и через минуту буду как новый, но само чувство было странным. Почему его энергия какая-то горячая?

Но Сукуна не дал мне постоять.

Он материализовался впереди через ту же чудовищную скорость, правая рука уже замахивалась для удара. Пальцы снова сложились в жест.

Десятки невидимых лезвий взорвались одновременно, создавая сеть. Они летели со всех направлений, перекрывали все пути отступления. Уклониться было невозможно физически — слишком много атак, слишком мало пространства.

Нужен был другой подход.

Руки сложились в печати быстрее чем Сукуна мог завершить технику. Одна за другой, мышечная память вела движения на автопилоте.

— Футон

Ветер взорвался волной из моего тела. Не обычный ветер — сжатый, концентрированный, усиленный чакрой до режущей силы изнутри тело. Опасная техника если не знать, как правильно её использовать. Воздушная стена расширилась сферой, накрыла всё пространство в радиусе пяти метров.

Невидимые лезвия Сукуны врезались в ветряной барьер. Столкновение создало десятки искр там, где техники конфликтовали. Разрезы пытались пробиться сквозь защиту, но ветер отклонял их траектории, рассеивал силу.

Через три секунды атака Сукуны развалилась. Паутина лезвий рассыпалась на частицы проклятой энергии, и растворилась в воздухе. Ветер погас следом. Я стоял в эпицентре, крутя левой ногой что уже почти восстановилась. Рана затянулась, мышцы срослись, только розовый шрам напоминал о повреждении.

Сукуна остался на месте в трёх метрах, изучая меня с растущим интересом. Усмешка на лице стала шире.

— Интересно, — протянул он. — Ты используешь не проклятую энергию. Что это?

— Сила из другого мира. — ответил я честно, пока думал почему его техника напоминало мою. Это какое-то совпадение или…

— Другого мира? — он рассмеялся, и этот звук был громким и искренним отвлекая меня от мыслей. — Ха! Значит другие миры реальны! Как восхитительно!

Он развёл руки в стороны, словно приветствуя открытие. Какой театральный дух.

— Это меняет всё! Если существуют другие миры, значит существуют другие противники! Сильнее, опаснее, интереснее чем жалкие маги этой эпохи!

Проклятая энергия взорвалась вокруг его тела мощнее чем раньше. Плотность удвоилась, а давление стало подавляющим. Асфальт под ногами Сукуны начал плавиться от концентрации силы.

— Покажи мне! — закричал он, глаза горели азартом. — Покажи мне силу другого мира!

Он рванул вперёд, скорость выросла ещё больше. Тело размылось до почти невидимого силуэта. Я успел активировать Доспех Молний — белое свечение окутало тело, ускорило реакции в разы.

Сукуна атаковал ураганом ударов. Кулаки, ноги, локти, колени — конечности двигались размытым потоком. Между физическими атаками вплетались техники — Разрезы материализовались в промежутках, целились в слепые зоны.

Я защищался, пытаясь проанализировать стиль его боя. Блокировал, уклонялся, контратаковал, когда находил промежутки. Обмен был молниеносным, каждая секунда содержала десятки столкновений.

Правый кулак Сукуны к лицу — блокировал предплечьем. Разрез к боку — качнулся, пропуская мимо. Левая нога к рёбрам — перехватил голень, швырнул его в сторону.

Но он восстановил баланс в воздухе, приземлился на ноги, и мгновенно вернулся в атаку. Без паузы, без передышки, чистая агрессия словно он хотел, чтобы его убили. Странно, когда мир замер в моём восприятия, я успел подумать, почему он радуется?

Контратаковал серией ударов, усиленных чакрой. Правый хук к челюсти — Сукуна отклонился. Левый апперкот к солнечному сплетению — заблокировал рукой. Удар коленом в бок — отступил на шаг.

Мы хаотично двигались по разрушенной улице оставляя Сатору далёко позади. Здания, машины, обломки — всё становилось частью поля боя. Я оттолкнулся от стены, использовал импульс для удара сверху. Сукуна прыгнул на капот машины, выстрелил оттуда в воздух для встречной атаки.

Столкнулись в воздухе. Четыре конечности переплелись, захваты и освобождения сменялись мгновенно. Падение было неконтролируемым, мы врезались в асфальт с глухим ударом.

Кратер образовался от контакта. Мы перекатились в разные стороны, поднялись одновременно. Моё дыхание участилось, Доспех Молний потреблял чакру быстрее обычного, резервы таяли словно я напрягался против сильного противника. Но он ведь был не сильным? Верно? Я начал улыбаться, почему я улыбаюсь?

Сукуна выглядел свежим. Дыхание ровное, никаких признаков усталости. Только азарт в глазах усилился, улыбка стала ещё шире.

— Прекрасно! — воскликнул он. — Твоя сила уникальна, я не могу понять её!

— Попробуй понять это. — Я улыбнулся, начиная чувствовать, как азарт захлёстывает сознание.

Рывок, встреча посередине и кулак на встречу. Волна обдала ближайшие здание и взяв его за руку, сжал её сильнее чем следовало. Послышался хруст, но мне почему-то стало плевать что это тело ученика Годжо. Плевать что он там говорил, что нельзя вредить им.

Плевать что нужно сдерживаться.

Рывок и подкинув его вверх, использовал Разрез, по-настоящему не сдерживая её потенциал.

Невидимое лезвие прочертила здание слева и справа оставляя огромные борозды и почти достигла его, но он успел отклониться. Край лезвие прошло в сантиметрах выше от сердца, и вонзилось в плечо. Кровь брызнула из раны, и окрасила татуировки тёмными пятнами.

Он приземлился в пяти метрах от меня и просто склонил голову. Готовый атаковать, я замер не понимая. Сукуна остался стоять, и кровь от раны в плече ещё кровоточило не восстанавливаясь. Почему он не использует обратную проклятую технику? Подняв голову, я понял, ведь его лицо исказилось — не от боли, а от... восторга.

—Хахахаха! Ты… — закричал он, смех сорвался истерическим. — Интересный! Использовать такое против меня?!

Рывок и встреча в центре, наши тела на мгновение застыли в противостоянии чистой физической силы и его лицо было в сантиметрах от моих, в этот момент он сказал,

— Покажи же мне ещё!

***