Как-то дождливым днем собралась честная компания в библиотеке. Горел камин. За окном стучали капли дождя. Всем было очень уютно. Каких-то особенных дел сегодня не предвиделось, поэтому решили просто пообщаться, посмотреть на горящее пламя камина, ну и напрашивались задушевные разговоры.

Вдруг Ворон неожиданно сказал:

– А хотите, я вам про себя расскажу?

Все зашумели:

– Конечно, хотим, Ворон! Мы знаем о тебе немало уже, но самое главное, ты – наш друг.

– Но кем ты был до нас – тоже интересно, – вставила Сова.

– Ну, слушайте, – начал Ворон историю своей жизни. – Ничего на первый взгляд особенного в моей жизни не было. Конечно, был человеком, жил, работал. Жизнь была как у всех: и радости, и горести. Всяко бывало. В последние годы человеческой жизни занимался программированием в одной из ведущих фирм. Над чем работал – не скажу, да и неинтересно вам вникать будет. Работа нравилась. Неожиданно мы слились с одним большим холдингом. И кого там только не было! Биогенетики тоже были. В общем, много кто с нами работал. Интересные программы разрабатывали, но когда стали поступать на разработку кое-какие куски программ, отвечающих за геном человека, – тут я насторожился. Параллельно запустили рекламные проекты искусственного интеллекта. Стали на их основе разные программы выпускать. Про «Кандинского» слыхали? Да не про художника – программу ИИ так назвали. Вот тоже поучаствовал. И пошло, и поехало – и всё под лозунгом, что людям жизнь улучшают и облегчают эти ИИ.

Всё шло своим чередом. Но среди наших распространились слухи, что чипируют людей, а в чипах-то много чего заложено. И якобы вся наша лаборатория, где я работал, уже чипирована и за нами наблюдают: как это на нас подействует. Об этом мало кто знал. Да чипы еще новые, модернизированные – немного адаптируются в организме и растворяются, в ткани и органы вживаются.

Со мной явно что-то пошло не так.

Как-то проснувшись, понял: могу летать. Сделал круг по комнате – красота, всё получается, ни обо что не стукаюсь. Ну, думаю, скорее всего, это только начало. И стал ждать продолжения.

Оно последовало быстро. Как-то опаздывал на работу и на эмоциях пожелал оказаться на рабочем месте. Секунды не прошло – я уже вставал с пола в своей лаборатории. Упал от неожиданности. Коллеги, ребята веселые, только пальцем у виска покрутили и посмеялись. Но меня насторожило, что ни один не удивился.

Ага, думаю, значит, не один я такой волшебный, усмехнулся про себя, первый раз употребив это слово.

Но тут оказалось, что чипы нужны были не только для улучшения жизни людей. Подробности я вам рассказывать не буду, да и не имею права на это. Поэтому решил свалить. Свалить не удавалось, поскольку все мы уже были внесены в определенную электронную систему, о каждом нашем движении сразу же сообщалось в центр.

Но я нашел выход: один раз, упившись технического спирта, получил хорошее отравление, но до этого ввел себе антидот – не самоубийца же я, – после чего сумел выбраться из лаборатории, пришел домой. А сам понимаю: искать-то меня сюда придут. И тут как озарение наступило: буквально увидел я тоннель перед собой, в конце – свет. Ну, думаю, отравился-таки. Да лучше туда, чем обратно крысой подопытной быть.

– А что такое подопытная крыса? – тут же заверещали крыски.

– Это то, кем вы никогда не будете, – в хорошем смысле слова! – твердо сказал Отрывкин. – Ну, продолжай, Ворон.

– Что ж. Прошел я этим коридором, если можно так сказать, и оказался в точно таком же мире, только без чипов. Не успел раствориться. А мозг мой, надо вам сказать, к этому моменту уже стал перестраиваться под действием чипа. И соображал быстрее. И тут я понял, что существует множественность миров и я оказался в ближайшем к моему: слишком быстро попал в него. А раз так, надо было проверить и магические способности. От чипа я избавился, так что, вполне возможно, остался и без этих способностей. Попробовал полевитировать – получилось! Попробовал телепортироваться за ближайшее дерево – получилось! Только шишку набил, не рассчитал немного. Так, думаю, а дальше что?

И пришла мне в голову мысль: хочу быть вороном! Красивым и крупным. Чихнуть не успел, как клюв голову перевесил, потом крылья, перья, хвост – и вот он я во всей красе! И так мне это понравилось, что не захотелось больше менять ипостась ворона на человеческую. Это прям зависимость какая-то. А может, и страх: вдруг в следующий раз в воробья превращусь.

И решил я найти таких же, как я, – магов. Теперь это слово не смущало нисколько. Полетал по округе – ба! Да таких людей с паранормальными способностями пруд пруди, это я уже четко мог определить. Так и появились Соловей, Сова, Тортилла и еще несколько человек, которых сделал преподавателями. В людском обличье, понятно. Но как только они разохотились превращаться – всё, людьми я их больше не видел. Точно зависимость.

Сели мы рядком да стали думать: а вообще зачем эта магия нужна? И увидели очень простую вещь: там, где магия подтекает, перевешивает реальность и нехорошие вещи творятся, – агрессия среди людей, склоки, дрязги. Тьфу, противно. А если, думаю, еще поток магии усилить – что будет?

И тут случай подвернулся – утечка из соседнего измерения произошла. Началась гражданская война. Брат на брата, отец на сына. Ужас!

Так мы и поняли, для чего маги нужны: стражники мы равновесия магического, чтобы мир не треснул пополам. Знаете, как в фильме[12]? Так и фильм тот наш снимали: хотели людям показать, чем может баловство с магией закончиться.

Так что маг – это еще и генератор счастья людского. Генерирует в себе заряд, а тот трансформируется в абсолютное счастье. Пока распыляется – становится просто счастьем, хорошим настроением, здоровьем. Поэтому никак магу нельзя негативным быть: убьет это людей.

Вот такая теорийка у нас нарисовалась. И решили мы открыть Школу магических искусств, чтобы маги знали, как себя контролировать.

Всё шло своим путем. Школа давала хорошие плоды. Да тут слух пронесся, что в соседнем измерении, то есть у вас, один очень одаренный биогенетик престарелого возраста хочет из своего горячо любимого внука, который и так одарен выше меры, суперчеловека сделать.

– Это чего это? – удивленно спросил Отрывкин. – Это что, про меня, что ли?

– Про тебя, Олег, – вздохнул Ворон как-то горько.

– Вот ты, старый, разболтался! Вот куда тебя понесло? Жили хорошо и дружно! Что он о нас теперь думать будет? – заклацала клювом Сова.

– А что я должен о вас думать? – несколько оторопело спросил Отрывкин. – Вы мои друзья. Вы ведь не предатели, нет? – слегка запаниковал он.

– Слушай дальше, – вздохнул Ворон. – Дедуля твой изобрел специальную настоечку от девяноста девяти болезней, с пустырником и валерьяной. Да только были они генно-модифицированные. На магию. А не знал старый, что тебе природа уже такой кусок магии отвалила, что на сто человек хватит. Ну и подпаивал тебя иногда, для твоего же блага, как он думал. Но вовремя убрался в мир иной. А то стал бы ты монстром.

– Это что, мой родной дед на мне опыты ставил? Да как он мог! Да он же для меня всем был! – Отрывкин совсем расстроился. Вскочил с дивана, опять забегал по библиотеке.

– Ты не нервничай. Дед любил тебя и хотел как лучше. Сам он не магичил, поэтому и знать ничего не мог, – сказал Ворон.

– Ну ладно. Раз не знал… Но опыты над родным внуком – все-таки это плохо, – подытожил Отрывкин.

– Вот мы и прознали про растущего богатыря от магии, – продолжил Ворон. – Сначала Сову заслали, но у нее был запой по прапору.

– Ладно, что уж вспоминать. Не права была, – забухтела Сова.

– С ней не получилось, с Соловьем тоже. Помогла твоя ипостась – Лёва. Если бы он не оказался сам по себе, тогда конец этому миру бы наступил. А потом уже и я решил к вам присоединиться, уж больно компания хорошая подобралась, – закончил Ворон рассказ.

Отрывкин повздыхал, понял, что прощать особо некого и не за что, и успокоился.

Повисла пауза.

Все молчали так долго, и всем было так неловко перед Олегом, а что сказать, не знали.

– И что же мне теперь делать? – спросил Отрывкин.

– Всё то же самое, что и до сих пор делал, – ответил Ворон. – Так же сохранять равновесие мира. Смотри, ты вылечил соседнее измерение, ты помогаешь своим, ты ничего не разрушаешь, от тебя людям только добро. Ты нужен. Ты нужен здесь, ты нужен своим друзьям, нужен параллельным мирам. Ты как палочка-выручалочка, некий балансир. И пожалуйста, не преуменьшай свое значение в этом мире, но и не преувеличивай тоже. А то зазнаешься еще… – сердито добавил Ворон.

– Не может у меня идти всё так, как раньше, – попытался поныть Отрывкин (совершенно не в своем стиле).

– Помолчи, – не выдержала Сова, – что ты всё как маленький. Тебе такая силища дана, из тебя дед вон какого человека сделал, не только человека – суперчеловека, а ты сидишь и ноешь. Да мы тут все тебе в подметки не годимся.

– Ну вы же меня любите не за то, что вы мне в подметки не годитесь? – с надеждой спросил Отрывкин.

– Конечно нет! – горячо ответила Вася. – Мы тебя любим за то, что ты такой, и за то, что ты есть. За то, что ты хороший друг, хороший человек, никогда не предашь. Первым прибежишь на помощь. Мало тебе, что ли? – тоже начала сердиться Вася.

– Всё, выяснение отношений закончили, – твердо сказал Лёва. – Я же не жалуюсь, что я вообще твоя ипостась и могу раствориться при любой твоей сильной эмоции. А у меня семья, у меня вот дети выросли почти. У меня замечательные друзья. Такой друг, как ты. Мне только гордиться остается тем, как я проживаю свою жизнь. И тебе того же желаю, – сердито заявил Лёва.

Отрывкин помолчал.

– Я должен это всё обдумать, слишком много информации. Но я знаю лишь одно: пока мы вместе – мы сила. Один без вас я тоже мало чего стою в этом мире, так что спасибо вам, друзья мои, что вы стали ими и что остаетесь ими. Дружба – самое огромное и важное изобретение человечества. И ради нее имеет смысл отказываться от многого. Да и приобретаешь при этом многое.

– Да ты философ, я посмотрю, Отрывкин. Когда успел стать-то? – засмеялся Ворон.

– А ты много чего не замечаешь, Ворон. Я вот, например, скоро матерью стану, – засмеялась Сова.

Немая сцена.

Соловей падает в обморок.

Ворон обалдело смотрит на Сову и спрашивает:

– Да как же, да мы же, да когда же…

Сова засмеялась:

– Да пошутила я! Совсем ты старый стал, не было у нас с тобой ничего.

Соловей приоткрыл один глаз.

– Ладно, вы тут развлекайтесь, – сказал Отрывкин, – а вообще, поскольку дождь идет, Ворон, давай-ка расскажи нам что-нибудь интересненькое.

Ворон не стал возражать и рассказал свою очередную правдивую историю…