– Сегодня мы поговорим о доныне не изученном предмете, – начал свой доклад Аркадий Исаевич Иванов, молодой доцент кафедры семантики. Высокий брюнет с прозрачными серыми глазами: на лице как будто расплескались растаявшие льдинки. Холодный, расчетливый карьерист-прагматик, он был бы неприятным человеком, если б не харизма, бьющая через край. Он мог убедить кого угодно в чем угодно. Захоти – мог бы на одном постулате, что рельсы прямые, доказать, что Земля плоская, – ему бы поверили. Пользовался безусловным успехом у женщин. Но нет-нет да и проскользнет у кого-то из них такая мысль: «А ведь тебе наплевать на меня, дружок. Да и на всех остальных». В общем, тип был бы неприятный, если бы не был обаятельным.

А надо сказать, что ему очень нравилась Настя Сидорова, аспирантка кафедры психологии. Она частенько захаживала на его лекции, которые помогали ей в учебе. Ничего в ней особенного не было, девушка как девушка: среднего роста, пухленькая, со светлыми вьющимися волосами. И большая любительница посмеяться. Именно посмеяться, а не похихикать. Смеялась вкусно, от души и заливисто. Невозможно было не подхватить такой теплый и искренний смех.

И вот взбрело Иванову в голову, что Сидорова ходит на его лекции не ради лекций, а ради него, прекрасного.

И сегодня он стремился произвести впечатление именно на нее.

– Итак, сегодня тема моей лекции – «Дырка от бублика», – гордо произнес он. – Что за смех в зале? Выйдите, досмеетесь за дверью! – сказал он и, дождавшись тишины, продолжил: – Что такое дырка от бублика? То, что остается фактически от съеденного бублика. А теперь рассмотрим выражение «он получил дырку от бублика». Мы знаем, что дырка от бублика остается после съеденного бублика. Таким образом, мы приходим к выводу, что тот, кто остался с дыркой от бублика, предварительно его съел!

Тут Иванов с гордостью посмотрел на Сидорову. Она строчила конспект. Приосанившись, Иванов продолжил:

– Значит, в рассматриваемом нами предложении нет ничего оскорбительного. Человек съел бублик и остался с дыркой от него – где же, я вас спрашиваю, оскорбление? Разве он остался ни с чем? Нет, у него съеденный бублик! Поэтому выражение «остаться с дыркой от бублика» как аналог выражения «остаться ни с чем» считаю недостоверным и неправильным.

В зале послышались аплодисменты. Иванов гордо раскланялся и, найдя глазами Сидорову, сошел с кафедры и стал протискиваться к ней. Сидорова посмотрела на него, поблагодарила и пошла к выходу.

Он ее догнал и спросил:

– Можно я вас провожу?

На такие вопросы отказа он не получал. Не получил и теперь. Они вышли из здания университета и пошли к метро.

– Здесь есть очень уютное кафе. Давайте немного посидим за чудным турецким кофе со свежайшими бубликами?

И на это он отказов не получал. Она согласилась. Посидев в кафе, расспросив, чем она занимается, чем увлекается, и рассказав несколько баек из своей жизни (умел быть интересным собеседником), он предложил проводить ее домой. К концу свидания они были на «ты», она заливисто смеялась над его рассказами, а он таял от ее смеха и выражения глаз.

Подойдя к ее дому – а дом стоял весь окруженный зеленью, в проулке, – Иванов решил, что пора.

Сказав какую-то банальность про губы-глаза-волосы-запах, он крепко обнял ее и попытался поцеловать. Но она почему-то стала сопротивляться и оттолкнула его. Отошла, увидела его недоуменно-обиженное лицо – и заливисто рассмеялась.

– Не переживай, ты же съел сегодня бублик? Значит, тебе не обидно получить и дырку от него.

Она давно ушла, а он еще долго стоял красный как рак, пока ее красивый смех звучал у него в ушах.

Долго смех стоял и в библиотеке.

– А не будь таким самоуверенным. Иногда и о людях думать надо, – высказалась Василиса.

– Да уж, раскатал губу, – ржал Лёва, – доказал, что дырки от бублика не существует. Вот и лопай теперь.

– Хороший, веселый и поучительный рассказ. Спасибо тебе, Ворон. Балуешь нас, – заключил Отрывкин.

Ворон улыбнулся и пожелал всем спокойной ночи.