Дрожь земли продолжалась ещё какое-то время, пока обломки дома не завалили полностью дыру. Мы же выбирались из массы земли в какой-то темной полости.
- Я читал оставленные вами книги. Я учился. Я могу отделять часть от целого, - словно невзначай отметил Иван.
- Это ты, конечно, молодец, щегол, но лучше скажи, куда это ты нас затащил? – Рейм скупыми движениями вытряхнул из-за шиворота землю.
- Это заброшенное ответвление пневмометро. Я узнал о нём, когда работал у Старого… оно в стороне от его дома, и мы иногда использовали его как склад. Приходилось таскать контрабанду в обход, Старому всё средств было жалко делать сюда ход.
За своими объяснениями парень достал из Пространственного Кармана разожжённую масляную лампу, и теперь весело шагал по туннелю. Изломанные тени плясали на кучах строительного мусора и на полированных, но уже тронутых ржой металлических стенах.
- Принимается, щегол. И куда ты теперь нас поведешь? – прохрипел Рейм. – Нам нужны наши тела, а после предательства Старого, полагаю, наши тела у Пространственников?
- Может, Старый вас и предал, но не Караи – ваш давний друг. Он возглавлял облаву, которая должна была предотвратить похищение ваших тел. И он рискнул помочь Иванову семейству. Поэтому я вас провожу напрямую к Ивану Малахитовому.
- «Мальчишка что-то не договаривает», - в ментальной речи Лорн послышалось недовольство. – «Но я не могу пробиться и понять, что именно».
После предательства Старого было бы разумно сразу разобраться с тайной. Тем более что это Иван – предавший нас ученик. Вот только в душе имелась хорошо скрытая мысль: если нас предадут все друзья и знакомые – то какой смысл нам возвращаться и пытаться их спасать? Поэтому я хотел дать парню шанс.
- «Отслеживай его, но без вреда», - согласился я и вслух заметил: - Так, значит, ты у Иванова семейства? Я полагал, ты у Социалистов останешься…
Парень, до этого лучившийся гордостью от хорошо провёрнутой комбинации, споткнулся на середине шага. За считаные мгновения его плечи опустились, взгляд потускнел, улыбка поблекла, а лицо потемнело. Голос стал совсем печальный.
- Так, значит, я вас всё-таки предал? И именно из-за меня вы умерли?.. А я столько думал и гадал, что же произошло перед рокировкой Властителя… - парень помедлил, а затем, собравшись с духом, признался: - Социалисты исчезли, и мне ничего не досталось. Мой брат умер. И я остался один…
- И как же ты? - я кивнул на простенькую медную серьгу ученика-Пространственника.
- С начала войны Университет закрыт. А всех владеющих силой теперь вербуют в Пространственники. Так что я учусь владеть силой в Храме Пространства. Кстати, именно там я подслушал о вашем появлении…
Во время разговора я вполглаза следил за Лорн, но пока она не выказывала сомнений в словах юного предателя.
Иван завёл нас в узкие технические коридоры. Пыли и грязи здесь было на порядок больше, а выступы пневмомеханизмов выпирали в самых неожиданных местах. Но среди рокота машин прорывался гул человеческой толпы. Несколько минут спустя мы вышли из неприметной двери на станции пневмометро.
Броня Призраков надежно мимикрировала под общий стиль, сменив тёмные плащи на повседневную одежду. Лорн прикрывала нас ментально. Поэтому у Пространствнников и городовых не имелось шансов нас обнаружить. Однако стоило поспешить и покинуть остров, скомпрометированный нашим появлением.
Но при отступлении я нашёл возможность задержаться на несколько секунд: у одной из колонн пара городовых выгоняла попрошаек… которыми оказалась чета Ленских.
Я едва их узнал! Их одежды истрепались до лохмотьев, а от украшений и высокомерия не осталась и следа. Только злость. Только слабость. Только нищета. И промелькнувшая на губах Рейма едва уловимая улыбка.
Никогда не любил вагоны пневмометро, для меня они словно банки консервов. Однако, для лишённых сил нет более быстрого способа передвижения меж многочисленных островов Агемо.
Иван за несколько пересадок привёл нас на очередную станцию и двинулся вновь к техническим помещениям. Я не удержал ехидного комментария.
- Остров Аристократии? А наш знаковый Малахитовый неплохо поднялся за последнее время.
- Многим пришлась не по нраву смена курса власти, и подобные семейства объединились вокруг Ивана Малахитового. Он стал значительной силой, - с готовностью откликнулся мой бывший ученик.
В одном из технических коридоров вслед за парнем мы покинули пределы ветви пневмометро. Теперь мы протискивались по трещине в теле земли, отмахиваясь от корней деревьев и редких паутинок. И закономерно, что мы вышли к фундаменту города: смеси развалин Алиты, древнего города Предтечи, и того, что осталось от древнего Агемо после Опустошающего пожара.
На этом острове Агемо в подземельях отсутствовала вода. И здесь было очень темно. Фонарь Ивана единственное, что разгоняло мрак; и то, не больше, чем на пару шагов. Отчего полуразвалившиеся строения вокруг словно нависали над нами. Что-то поскрипывало в вышине. Слышалось, как осыпаются камни и песок. Даже несколько раз доносился хруст, словно трескались кости какого-то исполина. Всё это на фоне идеальной, пробирающей до самых костей тишины и промозглости.
- А как вы спаслись? – не выдержал затянувшегося молчания наш провожатый, тем не менее не рискнув говорить громче шепота.
Я невольно вспомнил свою названую сестру – Миледи. Когда-то она обмолвилась, что моя попытка её убить, заперев в аномалии и устроив рокировку, привела к тому, что она стала призраком, а её тело живое и здоровое осталось в реальном мире. И ей потребовалось лишь найти его, чтобы вновь вернуться к жизни.
Мой план, придуманный в прямом смысле при падении с крыши три месяца назад, основывался именно на этих нескольких фразах!
Я скривился в усмешке. Безумный план… да что там, полностью поехавший! Однако и весьма действенный!
- Нам повезло. Очень сильно. Смертельно повезло узнать то, что знать не положено.
Не знаю, сколько звёзд и Глаз ночи сошлось, чтобы всё удалось.
Во-первых, мы успели добраться до аномалии, прежде чем истекли кровью или свалились от болевого шока. Чуть живые с последними лучами заката мы ввалились в Аномалию Дежа-Вю.
Второе везение заключалось в том, что нас не прибили призраки Армии Барьера. Хотя… мы знали призраков у той аномалии – те самые, с которыми мы в одной из ветвей охотились на Шатуна. Но вот то, что они были удивлены нашим появлением, значит, ничего не сказать.
Затем, как и обещал этот выкормыш-Социалист Ундерк, последовала Рокировка с прошлым от Властителя больше чем на десяток дней, и мы умерли…
Ну, как умерли: наше сознание не сумело вырваться из плена аномалии, так что мы оказались разделены с телами и стали Призраками – все, как мельком обмолвилась Миледи.
И как случайно проболтался тот же Ундерк, в состоянии Призраков мы сумели сохранить память обо всём случившемся. И были очень злы. Очень!
Теперь оставалась последняя часть плана, о которой так же невольно рассказала Миледи: вернуться в собственные тела.
- Понимаю. Жаль… - Иван выглядел совсем подавленным, похоже, понимание, что при определённых обстоятельствах он может оказаться тем ещё гадёнышем, сумело задеть его: - Думаю, глава Иванова семейства уже прослышал о случившемся у Старого и ждёт нас. Ну, или его люди предупредили о нашем приближении. Осталось только выйти наружу по этому зданию.
Иван подвел нас к парадной очередного древнего исполина, что скрывался в подземелье. Чёрное, как смоль, строение. Пахнущего разложением и тленом. Потрескавшегося. Камень его стен готов был рассыпаться от любого прикосновения.