– …Господин Интеллигент, рад вас слышать! – раздалось преувеличенно радостно, и на мониторе компьютера появилась небритая, слегка осунувшаяся физиономия нервно улыбающегося собеседника. – Не думал, что вы работаете так поздно, третий час ночи, как-никак!
– У меня плавающий график, и плавает он в весьма больших пределах. К тому же он очень плотный сегодня. А сейчас мне нужен архив, относительно которого мы договаривались днём, - я с трудом сдержал зевок.
– Так, значит, вы за архивом… – протянул собеседник, а улыбка померкла. – Господин Интеллигент, должен отметить, что задачи, которые вы ставите, весьма интересные! Особенно, учитывая, что, помогая их решать, я и сам не остаюсь внакладе... Как вы знаете, моя позиция: самые прочные крепости в наше время строятся из единиц и нулей.
– Алексей, давай без лишних слов! Не пытайся набить себе цену – я всё равно заплачу не больше, нежели мы обговорили!
Речь получилась более резкой, нежели хотелось, но специальная программа перемолола слова и синтезировала абсолютно безэмоциональный аудиопоток. Я же в очередной раз порадовался, что видеосвязь односторонняя, и меня не видно – гулявшую по лицу гамму чувств никакой программой не замаскируешь. А я знал из собственного неприятного опыта: любые эмоции во время переговоров – слабость… Да и не относятся люди серьёзно к подростку, которому ещё восемнадцати нет, пусть он и ворочает такими активами, которые большинство “взрослых” и представить не могут.
– Так я и говорю о деле: архив, что вы прислали сегодня, оказался той ещё крепостью! – замялся программист, однако в голосе отчётливо слышались хрипловатые нотки возбуждения: – Если честно, это не архив, а сложнейшая программа, написанная на языке, которого я раньше не видел! Я кандидат наук и преподаватель на кафедре прикладного программирования! Даже в интернете ничего похожего нет, а я умею искать! Но это мелочи по сравнению с тем алгоритмом, по которому идёт шифрование и строится система…
– Алексей, дорогой, меня не интересуют подробности! – вот теперь скрывать раздражение не стоило, ибо подчинённые не должны расслабляться. Но программа на то и программа, что не заморачивается мелочами, поэтому для собеседника я вновь остался бесстрастным. – Работа сделана или нет?!
– Извините, господин Интеллигент, но нет, – совсем стушевался собеседник. – Я погорячился, когда сказал, что хватит двенадцати часов. Понадобится минимум неделя, подключение ещё нескольких спецов, и то без гарантий…
– Ты ведь понимаешь, что нарушаешь обязательства и при этом подставляешь меня? Причём на крупные деньги! – кулак ударил по столу, и собеседник, услышав, отшатнулся от экрана, судорожно сглотнув. – За тобой неустойка, согласно букве договора. Более того, я начинаю сомневаться, что ты будешь справляться с другими моими просьбами. А значит, придётся вместо тебя использовать более компетентные кадры…
– Постойте, господин Интеллигент. Я не сумел взломать защиту, однако, копаясь в коде, нашел то, что может вас заинтересовать. Пароль из пяти символов и должен состоять исключительно из символов греческого алфавита и математических символов.
Я замолчал, просчитывая ситуацию и одновременно выдерживая многозначительную паузу. Алексей не обманул ожиданий, но этого было мало, и собеседник это понимал и поспешил продолжить.
– Господин Интеллигент, обещаю, больше накладок не будет – ваше доверие для меня бесценно. Поэтому следующее дело для вас со скидкой! А эту программу я вскрою в кратчайшие сроки, чисто из принципа… – заторопился собеседник, но неожиданно оборвал сам себя и, понизив голос, уточнил: – Только я хотел кое-что уточнить… Понимаю, эта информация не моего уровня, но откуда у вас этот архив? Просто подобные программы способны создать военные, корпорации или кто-нибудь похлеще. Мне надо знать, кого можно привлекать для работы…
– А также знать, кому можно затем слить данные, – закончил я за него и по мгновенно поскучневшему лицу понял, что угадал. Алексей искал возможность заработать везде, дабы порадовать двух своих спиногрызов. – Не волнуйся, технология чистая – хвостов за ней нет. Если можно так сказать, досталась от одного доморощенного умника. Однако, я в доле. Это не обсуждается! А теперь займись делом… – и в одно движение разорвал связь.
Когда на экране вновь засветилась заставка, я выругался сквозь зубы, откинулся на спинку стула, достал из-под стола початую бутылку водки и смачно приложился. Последние пятнадцать часов спалили нервов больше, нежели дюжина моих самых рисковых предприятий. Витёк всё-таки падла!
Безумная выходка другана чуть не стоила мне испачканных портков – я ещё никогда не чувствовал поцелуя смерти в виде холодного пистолетного ствола у лба! Когда меня отпустил первый мандраж, то самым ярким желанием стало отплатить гаду за сиюминутный испуг: набить морду или засадить падлу на пару лет, и плевать, что он лежал чуть живой!
Я скривился. До сих пор презирал себя за сиюминутные чувства и мысли по отношению к лучшему другу и партнёру. Хорошо ещё, что мне на глаза попалась флеш-карта из мобильного телефона, что разбил товарищ – любопытство перекрыло ярость. Витька я знал, как одного из самых уравновешенных людей, а то, как он расколошматил телефон, говорило о многом. И хотя ментов вокруг шаталось чуть больше чем дофига, мне удалось достать носитель информации – успел я нахвататься у Витька основ фокусов. Вот только слинять от ментов не успел: меня замели за компанию с Витьком – главный свидетель и всё такое.
Я в очередной раз приложился к бутылке и, отбросив воспоминания, вернулся к делу. В пару кликов открыл содержимое злополучной флешки: семь архивов. В первых четырёх - текстовые документы со множеством фотографий, что якобы являлись дневниками Виталия и описывали события в Куполе и на Лунной базе. Но это оказалось мелочью по сравнению с обнаруженным в пятом и шестом архивах: видеофайлы, причём наивысшего качества, длительностью по несколько часов, что заканчивали историю моего товарища.
От подобного зрелища стало не по себе. Само собой, я не поверил, что друган побывал в будущем – полный бред. Напрашивался другой, куда более неприятный вывод: Витёк решил написать книгу и увлекся настолько, что сначала стал делать иллюстрации, затем перешёл на фильм, а в конце – поверил в собственный вымысел. Похоже, совпадение пролога и реальности стало последней каплей, как результат – сегодняшний инцидент.
Именно поэтому на данный момент самым главным стало открытие последнего архива. Витёк так сильно вжился в роль, что стал опасен сам для себя, и данные файлы могли разубедить его. И сказать по чести, в какой-то момент я начал с интересом вчитываться в текст. Но вот пароль от архива! Алексей являлся последней надеждой, и она с треском провалилась… хорошо, хоть прибыль из этого удалось получить!
Я дважды щёлкнул по последнему архиву, и возникло поле для ввода текста, а над ним уже набившее оскомину сообщение: “Зачем тебе это?”. Я скрипнул зубами с досады, ибо даже близко не мог придумать, какой ответ мог удовлетворить Виталия. Банальные – “интересно”, “надо” или “это моё”, и всё подобное в различных комбинациях не приносило результата, так же, как совершенно неадекватные – “а почему нет” или “для единения с космосом”.
Теперь имелись данные, что пароль из греческого алфавита и математических символов, - понятно, что это отсылка к именам героев истории, но от этого становилось ненамного легче.
Я истерично начал вбивать символы, что могли бы дать в ответ на вопрос-пароль. Так что через десять минут и тридцать четыре попытки грёбаный архив поддался на довольно нетривиальное: “Α+Ω≠Ψ”, что подразумевало – объединённые Альфа и Омега психологически нестабильны. Секунда, и содержимое предстало передо мной – ещё несколько видеозаписей. Однако не успел я сдвинуть курсор, как поверх файлов раскрылся текстовый документ.
“Приветствую тебя, Андрей.
Если ты пробился в данный архив, то по возвращении Виталия домой произошли какие-то проблемы, и ты в течение трёх суток сумел подобрать пароль, иначе бы архив самоудалился. Наиболее вероятно, Виталий не смог адаптироваться и вернуться к нормальной жизни, после всего произошедшего и подкосивших его потерь: Ани, Насти, других соратников, и, самое главное, объединение Альфы и Омеги вновь в единую личность Виталия.
В данном архиве хранятся данные, что помогут, если не излечить посттравматический синдром, то уменьшить его влияние – воспоминания, стёртые из памяти Виталия, а также кое-какие сторонние данные. Однако, прошу распорядиться этой информацией крайне осторожно, ибо, узнав о ней, есть большая вероятность, что Виталий попытается вернуться обратно – это может стать для него фатально.
Надеюсь на твоё благоразумие.
Первый Министр”.
Я нервно икнул, чувствуя, как меня зазнобило – Виталий в своей одержимости оказался прозорлив. Он идеально рассчитал всё так, чтобы флешка оказалась у меня! Не знай я этого прохвоста так хорошо, то начал бы сомневаться в собственной адекватности. Однако отступать я не привык! Требовалось помочь другу, поэтому я твёрдой рукой открыл первый видеофайл.