– Море, Кирюха, море! Смотри, вон там! – кричала Соня, показывая пальцем на голубую сверкающую полоску воды. – Мы уже совсем близко!

Мотоцикл свернул на проселочную дорогу, и через пару минут они оказались в маленькой безлюдной бухточке. Море раскинулось перед ними, тихое и спокойное. Прозрачная вода мягко плескалась у золотого песчаного берега. У Соньки аж дух захватило от изумления перед красотой мира.

– Кир, пошли в воду, – попросила она. – Не терпится уже. Так хочется окунуться!

Соня скинула сарафан и, утопая в мягком песке, медленно пошла к морю.

– Я сейчас.

Кирилл постелил в тени полотенца, выложил пакет с продуктами и быстро разделся.

– Соник, без меня не лезь, – скомандовал он, – подожди секундочку.

– Ага.

Сонька нарочно ускорила шаг.

– Ты куда пошла?

– В пучину моря, чтоб уплыть в неизвестные края.

– Я тебе уплыву! – Кирилл нагнал ее у кромки воды. – Дай руку, здесь в некоторых местах сразу глубоко. А ты плавать не умеешь.

– Ну, не то чтобы совсем не умею, – возразила Соня. – Держаться могу.

Они медленно погрузились в море.

– Ой, какое оно теплое, – обрадовалась Соня. – И не очень глубоко, я тут еще стою.

– Вот и хорошо, тут и будешь плавать.

– На одном месте?

– А ты ж по-другому не умеешь.

– С тобой сумею, ты меня спасешь.

Сонька нежно обняла Кирилла за шею, ощущая тепло его лица, их губы соединились в долгом горячем поцелуе.

– Сонь, нас в сторону сносит, – заметил он. – Давай ближе к берегу, из меня еще тот спасатель.

Сонька на носочках двинулась к берегу и встала на мелководье.

– Тут безопасно! – крикнула она Кириллу.

– Там и стой, я сейчас.

Кирилл нырнул и поплыл прямо к солнцу, в морской простор. Его голова то появлялась над поверхностью воды, то исчезала в солнечных бликах, как мелькающий поплавок.

– Не заплывай далеко! – закричала Сонька ему вслед, внимательно всматриваясь в сияющую морскую ширь.

Кирилл помахал ей рукой и повернул назад.

– Я точно заново родилась, – весело говорила Сонька, когда они вышли на берег. – Еще утро, а уже так жарко. Что ж тут будет в обед?

– Возле моря жара терпимая, бриз. Я ее даже и не чувствую.

Кирилл подошел к ней вплотную и поцелуями прохладных губ снял капли воды с ее лица.

– Слушай, надень мою футболку. А то еще сгоришь.

– А ты?

– Меня солнце любит, я никогда не сгораю, только загораю.

– Везет.

Сонька надела футболку, которая ей оказалась почти до колен.

– Как платье, – засмеялась она.

– Пить не хочешь? – предложил Кирилл, протягивая ей запотевшую бутылку. – Прохладная еще.

Он лег на полотенце, подставляя солнцу спину. Сонька сделала пару глотков и достала из сумки книгу.

– Ты не против, если я почитаю?

– А что читаешь?

– Да все то же. Этим летом я даже одну книгу не прочла, мне пару страниц осталось.

– Ну что ж, в таком случае читай. А я позагораю.

– А хочешь, я вслух почитаю? – неожиданно предложила Сонька.

– Что я там пойму, в конце книги?

– А я с начала начну.

– Тогда ты точно никогда не закончишь.

– Ничего.

Сонька открыла первую страницу и начала читать: «Однажды весною, в час небывало жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах, появились два гражданина». Она читала хорошо, с выражением и разной интонацией, меняла голоса и вживалась в образы героев, унося Кирилла в далекие времена…

– Жарко становится, – Сонька отложила книгу. – Пошли опять окунемся.

– Интересный роман, – Кирилл сел и потянулся. – Ты прям настоящий профи, – восхитился он. – Я как живой спектакль слушал.

Они долго плавали, брызгались, целовались, крепко прижимаясь друг к другу.

Накупавшись, накинулись на еду и съели все до кусочка.

– Мы как из голодного края, – смеялась Сонька.

– Так и есть, – соглашался Кирилл. – Я никак не могу насытиться.

Он прижимал ее к груди и пылко целовал, легонько покусывая ее губы. Сонька отвечала, и он чувствовал, как быстро бьется ее сердце.

– Я люблю тебя, Сонь, – хриплым голосом признался он ей. – И, кажется, любил тебя всегда.

– Всегда? Так не бывает, ведь мы даже не знали друг друга.

– Все равно я тебя любил, и ты пришла, потому что знала, что я тебя жду.

– И я люблю тебя…

Они сидели, прижавшись друг к другу, и смотрели на сверкающую синеву моря. Соня не могла поверить своему счастью. А ведь вот оно, счастье, в трех простых словах. Но так ли они просты? Слова, которые перевернули всю ее жизнь. «Наверное, так случается и несчастье, – думала Соня. – Тоже в нескольких простых словах, которые делят жизнь на „до“ и „после“».

– Сонь, а ты б уехала со мной в Мирислав? – задумчиво спросил Кирилл.

– Это предложение?

– Почву прощупываю.

– Поехала бы, почему нет?

– И ездила бы со мной по гарнизонам бог знает куда?

– Хоть на край света. Меня это совсем не пугает, ведь мне это знакомо, пусть только по рассказам.

– А потом не пожалела бы?

– Вовсе нет. Ты знаешь, мой отец ведь службу бросил ради мамы. Она поставила вопрос ребром: или служба, или она. Уступил он, очень сильно маму любил. А потом жалел, на гражданке найти себя не мог. И мама была не рада, что так круто жизнь его развернула. А бабушка маму в начале даже недолюбливала, всем рассказывала, как южанка ее сына в рог скрутила.

– Мамы это любят, – с улыбкой заметил Кирилл.

– И папу до сих пор простить не может, рохлей называет.

– А отец в итоге устроился?

– Сейчас уже да. У него агентство, охранников банкам, магазинам и олигархам предоставляет. Так вот, я с мамой тоже не согласна, со своим уставом в чужой монастырь не ходят. И гарнизонов не боюсь, я в бабушку.

Кирилл с благодарностью прижал ее к себе, радуясь, что она такая.

– Кирюх, а ты что больше любишь, пирожное или мороженое?

– Люблю я тебя, а пирожное и мороженое я ем.

Соня засмеялась.

Неожиданно хлынул сильный летний дождь. На Соньку с Кириллом полетели разом миллионы капель. Сонька взвизгнула и подскочила. Кирилл попытался укрыть ее полотенцем, но уже через секунду с потяжелевшей ткани вода потекла ручейками.

– Мы пропали! – хохотала она. – Здесь нам не укрыться!

Она выбежала на песок и закружилась в легком танце.

– Я люблю тебя, дождь! – кричала она, подставляя ему лицо. – Как же я тебя люблю!

Сонька смеялась и кружилась, а Кирилл не мог оторвать от нее глаз. Потом он подхватил ее, и они влетели в пучину темного бурлящего моря. Оглушающе гремел гром. Тяжелые капли вдребезги разбивались о морскую гладь. Но они ничего не боялись, ведь у нее был он, а у него – она.

Кирилл тщетно пытался завести мотоцикл, но машина не реагировала, безжизненно стоя под дождем.

– Катушка намокла, – нервно сказал парень. – Пока не высохнет – не двинется.

Ливень продолжался уже больше часа, и надежды на то, что он скоро прекратится, не было.

– Что будем делать? – спокойно спросила Соня, не желая портить такой день из-за какой-то катушки.

– Звонить надо, чтоб нас забрали, вопрос только кому. Машин у наших нет.

– А может, мы на дорогу выйдем, попутку словим?

– Это тоже идея, – задумчиво сказал Кирилл. – Пойдем, скоро совсем стемнеет.

– А байк?

– Попробую отбуксировать его, тут недалеко.

Они вышли на трассу, мокрые до ниточки, прильнув друг к другу. Кирилл старался укрыть Соньку от дождя старой толстовкой, которую возил в багажнике на всякий случай. Пузыри на асфальте, дождь стеной, а на дороге – ни одной машины.

– Как по закону подлости, – расстроенно сказал Кирилл.

– А вот и нет, нет никакой подлости, я отменяю этот закон. Мы с тобой, Кирилл, везунчики. Веришь?

– Тебе, Соня, верю.