Новогодняя гирлянда мигает, освещая просторную спальню Давида, а на столике уже даже не пузырится выдохшееся шампанское. Наверное, фрукты тоже завертятся скоро. И пирожки… Чёрт, пирожки! Я же не достала из духовки партию ватрушек!

– Отпусти! – молю Давида, навалившегося на меня и покрывающего поцелуями мои обнажённые плечи.

Пытаюсь натянуть на себя шелковистое покрывало, чтобы этот неутомимый страстный мужчина не двинулся дальше, но разве его остановишь? Одеяло отлетает в сторону, а самец довольно рычит, пожирая моё обнажённое тело голодным взглядом, хотя только недавно вышел из меня.

– Какая ты кр-р-расивая,  кор-р-ролева! – шепчет жадно.

Хочется закрыться, ведь стесняюсь своей наготы, но во взгляде босса столько восхищения, что невольно начинаю ему верить.

– Пирожки… – пищу я, когда мужчина кладёт ладонь на мою грудь, зажимая между пальцами тут же твердеющий сосок. – Да-а-а-а… То есть нет! Отпусти, демон соблазнитель, там в духовке всё скоро в угли превратится. Да и вообще, я хотя бы глоток шампанского хочу сделать. Мы с тобой даже куранты прослушали!

Давид с тихим смехом слезает с меня, поцеловав в кончик носа.

– Ну не знаю,  я между твоими вскриками «ещё, ещё!» и «да, Давид!» успел что-то услышать.

Тянусь, чтобы шлёпнуть наглеца по лбу, но он уже ловко вскакивает и потягивается всем своим мощным рельефным телом, на котором сейчас играет каждая мышца. Невыносимый, сексуальный и мой! По крайней мере, на эту новогоднюю ночь желание о настоящем мужике исполнилось.

Запах гари наполняет квартиру,  вскакиваю с дивана и несусь на кухню с такой скоростью, что впору на соревнования меня отправлять. Так и есть, мои шикарные ватрушки безнадёжно испорчены. Обидно до слёз, я ведь так старалась. Всхлипываю от разочарования и даже не слышу, что сзади подкрался бывший шеф.

– Эй, ты чего? – встревоженно спрашивает он, резко разворачивая меня к себе и заглядывая в глаза.

– Ватрушки жалко… – хлюпаю носом.

– Моя девочка, самая лучшая, вкусная и желанная ватрушка для меня – это ты!

Горячий поцелуй, обжигающий губы, подтверждает искренность этих слов.

– Хочу тебя, булочка! Прямо здесь и сейчас, на  кухонном столе!

Я взлетаю в воздух и приземляюсь попкой на прохладную поверхность. Вокруг взмывает облачко муки.

– Отпусти, сумасшедший! – хохочу я.

– Ни за что! Ты теперь моя! Больше никуда от меня не сбежишь!