Глава 12

Певчая птичка

Я несколько раз моргнула, не веря в реальность происходящего.

– Гэ… Гэвин?

Гэвин Искатель, похожий на бледного, едва заметного призрака, словно плоть еще не успела сомкнуться на костях, быстро перешагнул порог уборной и опустился на колени рядом со мной.

При виде многочисленных ушибов и кровоподтеков на моем лице и руках его рот исказился в злобном оскале.

– Клянусь Богами, я расправлюсь с ним раньше, чем у короля появится шанс.

Обхватив его запястье рукой, я спросила с нескрываемым волнением в голосе:

– Он здесь?

Гэвин удрученно покачал головой.

– Нет. Я занялся поисками, пока король отправился в земные королевства.

– Он отправился… к моему народу? – Проклятье.

– Не знаю, что сейчас творится за Бездной, – сознался Гэвин. – Но я поддерживаю связь с Домом Туманов. Сама леди Нарза направилась выручать короля.

Произнесенные слова внушили робкую надежду на благополучный исход их встречи. Хеш выступил против Эрика, намерения Йрона, лорда Дома Приливов, пока остаются загадкой, но если Гэвин и Нарза на нашей стороне, то Эрик сможет сражаться с Ларссоном на равных. Однако Ларссон держал под контролем мифический эльфийский остров, и Скади неспроста опасалась его. Существовало нечто, известное именно ей, и оно представляло угрозу не только девушке, но и, вероятно, нам.

– Что он с тобой сделал? – Гэвин скрежетал зубами, осматривая открытую рану на моей груди и множество багровых синяков на лице.

Торопливо рассказывая об исчезновении сердечных уз и образовавшейся пустоте, я пыталась сохранить голос спокойным и твердым, но тут и там все же проскальзывали нотки уныния.

– Какая ему польза от сердечных уз, помимо избавления от Тьмы?

– Он старался внушить мне, что в них сокрыто что-то большее, словно они способны вернуть ему кровавую корону. Вероятно, считает, что, украв их, он добьется моего беспрекословного подчинения, поскольку я перестану испытывать к королю какие-либо чувства.

Гэвин мягко опустил руку на мое колено.

– Скажи мне правду, Ливия. Изменились ли твои чувства к королю?

– Да.

Выражение горькой обиды промелькнуло на лице Гэвина.

– Ты неправильно меня понял, – поспешно прошептала я. – Случившееся не избавило меня от яростной любви к Эрику, но, безусловно, заставило задуматься о границах, через которые я готова переступить, лишь бы добраться до него. Внутри меня что-то изменилось. Раньше я пугалась любого проявления насилия и кровопролития, но теперь в голове только одни мысли, как причинить им бесчеловечные страдания. Гэвин, кажется, они превратили меня в настоящее чудовище.

Внезапно теплая мужская ладонь легла мне на щеку.

– Неправда. Они сделали нашу любимую королеву своей главной злодейкой. И жду не дождусь, когда эти мерзавцы осознают свою роковую ошибку.

Я рассеянно погладила лицо, пытаясь отогнать нахлынувшее чувство беспокойства.

– Ты что-нибудь слышал о короле? Мой отец обязательно попытается его убить.

– И он осознанно пошел на такой риск, Ливия, – заметил Гэвин. – Эрик прекрасно понимает, что за тебя никто не будет сражаться так отчаянно, как твой собственный народ.

– И ты рисковал своей жизнью, отправившись на мои поиски. Я рада… Рада, что у Эрика есть такой преданный друг.

– Считаешь, мои действия исключительно продиктованы переживаниями об Эрике? – Гэвин потер затылок, словно нервы взяли верх. – Я перед тобой в неоплаченном долгу. Как мне не искать женщину, спасшую жизнь моему отцу на Вечном корабле.

– Твоему отцу? – Его слова, подобные очередному удару по черепу, врезались в меня. – Сьюэлл?

Черт возьми, теперь все эти украдкой брошенные взгляды между Селин и поваром обрели огромный смысл: ее неистовая тревога, вызванная его ранением на камбузе, безудержный плач и ласковые прикосновения пальцев Сьюэлла к щеке девушки.

– Лорд Сьюэлл – вот как когда-то его звали, но я всегда называл его даж. – Слегка застенчивая улыбка озарила лицо Гэвина. – Знаю, что ты поступила так не только ради него, но и ради моей сестры. С тех пор как у нее вырвали голос сирены и убили нашу мать, Сел начала бояться других, помимо дажа, Эрика и меня. Тебе необязательно было обнимать ее, но ты это сделала. Ты заботилась о ней, хоть вы и были по разные стороны.

– И она приглядывала за мной. – Боги, как же израненное сердце скучало по ним, но, взяв себя в руки, я издала долгий выдох. – Хорошо, что у нее остался ты после… после утраты Тэйта.

– Его утраты? – Гэвин насмешливо фыркнул. – Да этого болвана ни один нож не свалит. Ходящий за сердцами жив.

Испытав неимоверное облегчение, я прислонила голову к прохладной стене, позволяя непрошеным слезам скатиться из уголков глаз.

– А теперь я вынужден спросить, где, черт возьми, мы находимся? – Гэвин, презрительно оглядев комнату, сжал челюсть. – Я был на берегу в Доме Костей, как вдруг будто железный крюк вонзился мне в позвоночник и затащил сюда.

В голове всплыли воспоминания о темноте и клубящемся тумане, и сердце пропустило удар. Должно быть, случившееся с ним имеет какое-то отношение к Скади.

Я, запинаясь и нетерпеливо размахивая руками, поведала ему о необычной вспышке темноты, вызванной Скадией, о ее безудержных рыданиях, связанных с жестоким обращением со мной, о появлении Гэвина, которого, как мне показалось, протащили через умывальную комнату те же клубы тумана.

Как только мой сбивчивый рассказ закончился, Гэвин наклонил голову, вопрошающе уставившись на меня.

– Ты действительно веришь, что эльфийка привела меня сюда?

– Кажется, это единственный возможный вариант. Побережье находится под охраной заклинаний, но некоторые из них она умеет снимать с помощью своих способностей, – ответила я. – Мне известно немногое, за исключением того, что этот остров называется Наттхавэн и по их желанию он может исчезнуть. Если честно, здешняя магия для меня совершенно непонятна.

– Ты и вправду считаешь их эльфами?

– Они совсем не похожи на фейри, встречавшихся мне за всю жизнь, Гэвин.

Он разразился проклятиями.

– И она утверждает, что ты не можешь покинуть этот остров?

– Я пробовала. Скади объяснила, что было наложено заклятие, не отпускающее меня от Ларссона.

– Черт возьми. Нельзя больше оставаться здесь. Если эта девушка действительно каким-то непостижимым образом нашла меня среди всех людей в Королевстве Вечности, то, вероятно, она сломала защитные чары, предоставив нам шанс на побег.

Его смелые рассуждения несли здравый смысл, и теплая, подобная безоблачному лету надежда загорелась в груди. Бесспорно, Скади совершила нечто чудовищное, похоже, тем самым разрушив не одну завесу, скрывавшую остров от любопытных глаз.

Глубоко дыши. Сосредоточься.

Я перечислила все, что смогла выведать у Ларссона: его магию, позволяющую похищать способности других, соучастие в распространении Тьмы, любовницу – морскую ведьму. Раскрыла Гэвину истинное лицо Хеша и его умение проходить через поставленные вокруг острова защитные барьеры с помощью неизвестного мне заклинания, наложенного на лорда клинков.

К моменту, когда я закончила, Гэвин беспокойно метался по комнате. Проведя руками по густым черным волосам, он присел на край кровати.

– Моя мама свято верила в эльфов. Мне она постоянно повторяла, что они по-прежнему населяют морские глубины и живут на своих величественных островах с горами, возвышающимися до самых небес, откуда видны залы Богов. Очевидно, эльфы обладают могущественной силой, однако мне не дает покоя тот факт, что они встали на сторону Хранителя костей.

Эти слова побудили зашевелиться где-то сидевшие смирно в глубине моего нутра ядовитые колючие лозы, теперь оплетавшие все внутренности жгучей ненавистью к Ларссону, к Фион, беззаботно игравшим с жизнями как с ничтожными пешками. Они дерзко забирали все, не отдавая взамен ничего.

– Итак, все это дело рук Ларссона? – Гэвин пересек комнату и осторожно коснулся большим пальцем линии моей скулы.

При воспоминании об этих мерзких прикосновениях, о том, как лживый рот касался кожи, по позвоночнику прокатилась крупная дрожь.

– Он угрожал заклеймить меня, завладеть моим телом и оставить метку для Эрика, если… если мне вздумается сбежать отсюда.

– Подонок. – Наклонившись ко мне, Гэвин продолжил: – Ливия, что бы он ни твердил, не смей верить ни единому его поганому слову. Я знаком с Эриком Бладсингером с самого детства, и он ни с кем еще не чувствовал себя настолько свободным, как с тобой. Признаться, никогда не думал, что произнесу подобные слова за своего короля, но, кажется, он понятия не имеет, насколько сильно любит тебя.

– Знаю. – Смахнув очередную предательскую слезу, я выпрямилась. – Ларссон недалеко ушел. В общем, я откусила ему часть уха, поэтому он напал на меня.

Губы Гэвина расплылись в широкой улыбке, создавая на лице симпатичные ямочки.

– Раз так, не рассказывай моему королю, но, кажется, ты заставила и меня влюбиться в тебя.

Весело усмехнувшись, я оттолкнула его, упиваясь хоть на мгновение появившимся проблеском света среди непроницаемого мрака.

Поднявшись, Гэвин подошел к окну и прислонился к краю, стараясь не привлекать внимания дозорных за пределами дворца.

– Там дежурит стража, но мне известны пути из дворца, – поделилась я с ним.

– Я смогу выскользнуть из комнаты. Голос притянет меня к воде, находящейся поблизости от намеченной цели. Попробую пробраться по коридорам и посмотреть, куда они выведут.

– Разве ты не сумеешь просто забрать меня? Кажется, так ты когда-то помог Сьюэллу сбежать из камеры.

Гэвин продолжал внимательно изучать дверной косяк, словно планируя, с какой стороны лучше атаковать.

– Верно, Эрик специально оставил в камере воду, но я не перемещался к отцу через нее. Вместо этого одурманил стражников сонным сквозняком и украл у них ключи. Потребуется очень много воды для безопасного перехода с кем-то, поэтому нужно в первую очередь пробраться к морю. Безопасность – вот на чем мы должны сосредоточиться, Ливия. Вспомни, чем обернулось перемещение с твоим кузеном.

– Постой, разве не Бездна искромсала его?

– Отчасти, однако плохо спланированное перемещение со мной усугубило ситуацию. Мой голос буквально рассек его кожу, а в совокупности с безжалостностью Бездны до сих пор не понимаю, как он вообще остался в живых. Пойду посмотрю, что там, хорошо? – Он склонил голову в сторону двери.

Я крепко вцепилась в его руку.

– Прошу, будь осторожен, Гэвин.

Гэвин достал из поясного мешочка небольшой стеклянный пузырек, обвитый тонкой бечевкой и закупоренный потрепанной пробкой.

– Что это?

– Яд, разлагающий легкие при чрезмерно глубоком вдохе. Срабатывает в считаные мгновения.

– Ты без веской причины таскаешь с собой яд?

Он выразительно прищелкнул языком.

– Неужели считаешь, что Эрик никогда не прибегал к моим способностям? Я работаю тайно, и люди даже не подозревают о моем присутствии. У меня вошло в привычку выслеживать изменников, плетущих интриги, и не позволять им встречать новый рассвет.

Разум подсказывал, что нужно было прийти в ужас при одной только мысли, что Гэвин убивал без малейшего угрызения совести, однако не панический страх поглотил мою грудь, а искренняя признательность, ощущение родства с костяным лордом воспылали бушующим пламенем, утихомирив душевные терзания. Теперь я точно знала, что Эрик, взойдя на трон еще совсем мальчиком, никогда не был одинок, пусть даже временами ему казалось обратное.

И сейчас он был не одинок.

Выйдя из умывальной комнаты, Гэвин зачерпнул небольшую порцию холодной воды из ведра и осторожно брызнул, позволяя каплям спускаться по двери, ведущей в спальню. Вернувшись с набранной водой в ладонях, он расплескал ее по половицам, наблюдая, как струйки медленно проскальзывали под щелью в двери, скрываясь по ту сторону.

Затем Гэвин проворно вытащил с пояса нож и второй кинжал.

– Этой воды достаточно?

– Вполне. – Он передернул плечами, выпустив длинный глоток воздуха. – Я скоро вернусь. В противном случае восстань и стань их кошмаром наяву, Ливия.

Не успев даже пожелать ему удачи, я в ошеломлении уставилась на кожу Гэвина, сошедшую блестящими каплями, и мужчина стремительно исчез в образовавшейся у двери луже. В одной руке я покрутила маленький нож, оставшийся от Гэвина, а в другой крепко сжала кинжал.

Спустя несколько мгновений, не более чем пару вдохов, раздались неразборчивые ворчания, за ними громкие проклятия, и что-то тяжелое, похожее на тело, врезалось в дверь. Жуткий треск навевал яркие образы ломающихся шей, а влажный и сиплый кашель невольно заставлял представлять, как Гэвин запихивает в глотки охранников дозы своего смертельного яда.

И вдруг воцарилась мертвая тишина.

Очередной вдох, и засов дрогнул. Одной рукой я опустила лезвие кинжала Гэвина вниз, а другой приставила нож ближе к груди.

Распахнулась дверь, и в дверном проеме, тяжело дыша, появился Гэвин; вражеская кровь забрызгала его подбородок и кисти рук. Стоило ему бросить оторванную руку, влажно шлепнувшуюся на половицы, как тошнотворное жжение вскипело в желудке.

– Все чисто… моя королева. – Его зубы окрасились кровью, но в глазах пылал мрачный азарт.

За спиной костяного лорда валялись четыре тела, растерзанные и превратившиеся в кровавые кучи.

На горле одного проступали темные, словно кора на деревьях, вздувшиеся вены. Второй выглядел точно так же, лишь пена, стекавшая с его губ, окрасилась в розовый цвет. Двое остальных стражников умерли не от воздействия яда: первый проглотил кинжал, похожий на тот, что оставил мне Гэвин, поскольку аметистовая рукоять торчала между его губ; последний охранник, чьи до безобразия красивые черты лица застыли в беззвучном крике, лишился руки, на месте которой образовался окровавленный обрубок.

– Боги. – Я взяла обагренную ладонь Гэвина, пока тот помогал мне перешагнуть через тело одного из стражников. – Тебе обязательно было отрезать ему руку?

– Конечно нет. – Гэвин многозначительно подмигнул. – Но лучше тебе бежать, Ливия. Там стояло пять стражников.

– Что? – Кровь моментально отхлынула от моих щек. – И ты не догадался сказать мне, что кто-то сбежал, чтобы предупредить Ларссона?

– Доверься королевскому искателю, Ливия. Мне нет равных в убийствах.

– О? А как у тебя обстоят дела с побегом с эльфийского острова, исчезающего в море?

Хитрый мерзавец покачал головой из стороны в сторону, словно всерьез обдумывая вопрос.

– Что ж, полагаю, скоро мы это узнаем.

Вцепившись в мою ладонь, Гэвин помчался по темному коридору к каменной арке, ни разу не оглянувшись на зверства, оставшиеся возле приоткрытой двери опочивальни.