Если честно, попасть в свою любимую игру, это мечта почти любого задрота. А я был тем ещё задротом.

Семь лет я безвылазно играл в один хардкорный рогалик про культивацию, из тех, что большинство бросает после десятой смерти. Однако меня клинило ровно наоборот: чем сложнее был вызов, тем интереснее. Десятки тысяч наигранных часов дали свои плоды, и в итоге, я знал там каждую технику, каждый рецепт, каждую тварь.

Так что спроси меня кто, хотел бы я туда попасть — ответил бы однозначным согласием. Вот только сбылась эта мечта так, что поначалу я даже не понял, что это она. И само начало вышло… Да сами посудите.

* * *

Кто-то подхватил меня за воротник и одним движением cбросил с крыльца.

Удар о мостовую мгновенно выбил воздух из лёгких. Мир на секунду поплыл, а потом резко вернулся взрывом ощущений: я почувствовал холод камня под щекой, боль в плече и густой привкус крови во рту.

Воздух из меня выбило основательно, попытки вдохнуть не приносили никакого результата. Паника начала захлестывать меня с головой, но в какой-то момент спазм все-таки отпустил и в лёгкие наконец ворвалось то, что назвать воздухом можно было лишь с большой натяжкой. Воняло тут ужасно. Смрадная смесь запахов мочи и кислого пива вызывали тошноту.

Я закашлялся, перекатился на бок и сплюнул густую слюну пополам с кровью.

— В следующий раз сперва плати, потом пей, — донеслось откуда-то сверху, — а то так легко не отделаешься.

Я рефлекторно поднял голову. В дверном проёме стоял лысый хмурый мужчина. В глаза сразу бросался его мощный торс и окладистая борода.

— И не вздумай тут заночевать опять, — добавил он и захлопнул дверь.

Несколько секунд я просто пытался отдышаться, но вонь вокруг этому способствовала мало. Потом попытался подняться — и тут же завалился обратно. Голова закружилась так, что улица передо мной снова поплыла.

Выругавшись сквозь зубы, я замер, пережидая.

Не надо спешить. Я осторожно перевернулся на спину и уставился в серое небо между крышами. Несколько вдохов, медленных, через силу.

Еще одна попытка.

Я оперся правой рукой о камень и замер. Ладонь была не моя.

Эта рука выглядела как спичка. Конечно, я не был большим фанатом спорта, но какие-то мышцы у меня были. Принялся осматривать себя дальше, и увидел на левом запястье странную татуировку. Что-то вроде незамкнутого круга, как буква С.

Глянул в лужу рядом и увидел лицо паренька лет восемнадцати-двадцати. Очень худое лицо с редкой щетиной, вместо привычного полноватого бородатого лица. Это меня совсем удивило и я резко ущипнул себя за предплечье.

Боль была вполне ощутимая. И если эта проверка хоть чего-то стоит, то это не сон.

Я медленно сел, упираясь спиной в стену. Я находился в узком переулке, прямо передо мной крыльцо и вывеска с названием таверны. Рядом в канаве неспешно текла мутная жижа — видимо, источник неприятного запаха.

Голова кружилась, отказываясь принимать происходящее. Что тут вообще происходит? Где я? Чье это тело? Почему все вокруг такое… средневековое?

Закрыл глаза, пытаясь вспомнить, как я тут оказался.

Последнее воспоминание было довольно ярким: летний зной в комнате, компьютер с двумя мониторами, привычный шум вентилятора над ухом. Открытое окно с любимой игрой на одном экране и какая-то служебная фигня на другом. Я тогда ещё думал, что надо бы закрыть всё это и лечь спать, но, как обычно, решил «добить заход». И я его добил. Прошел игру, впервые за долгие годы… И всё. Дальше ничего не помню.

Я открыл глаза. Ничего вокруг не изменилось. Переулок никуда не делся, как и боль. И чужое тело было все таким же чужим.

Медленно выдохнув, попытался собрать картину воедино. Первое — я не во сне. Это уже проверено. Боль, запахи, холод камня — всё слишком настоящее. Я в чужом теле — это тоже факт, с которым спорить бессмысленно. Вопрос в другом: что это за место и что мне делать дальше?

Желудок скрутило в спазме. Я невольно зашипел через сжатые зубы и прижал ладонь к животу. Стоило немного оклематься, как начал накатывать голод. Очень сильный голод. Такой, словно я не ел пару-тройку дней.

Ладно, что делать в первую очередь понятно, надо раздобыть какой-то еды. Потом уже всё остальное.

Я осторожно поднялся на ноги, ловя равновесие и давая голове пару секунд, чтобы мир перед глазами перестал плыть, и потихоньку начал двигаться.

В конце переулка я замедлился, прежде чем шагнуть на улицу, выглянул, огляделся и только потом вышел.

И снова застыл.

На улица кипела жизнь. И здесь было на удивление чисто и опрятно для средневековья, как я его себе представлял. Да, пыльно, дорога каменная, но тут уже почти не воняло. Людей было много, кто-то что-то кричал, переговаривался, смеялся.

Я поймал себя на том, что просто стою и смотрю.

Всё это было слишком… цельно. Окрики лавочников, уверенность горожан, общее ощущение благополучия. Это все было слишком настоящим. Не походило на сборище реконструкторов или съемки фильма. Меня что, реально перенесло в другой мир?

— Чего встал? — буркнул какой-то мужик, толкнув меня плечом.

Я отступил, пропуская его, и понял, что лучше не стоять, вот так, столбом. Слишком много всего непонятного вокруг, и привлекать внимание своей странностью не хочется.

Я пошёл вперёд, стараясь держаться в общем людском потоке. Как будто я знаю, куда иду. Хотя знаю — я хотел есть.

Желудок снова свело. А мозг, наконец, отрефлексировал то, что вело меня прямиком к моей цели. Запах. Умопомрачительный запах для любого голодного.

Запах, заставляющий выделяться слюну, с каждым шагом становился все ближе. Запах свежеиспеченного хлеба. Дойдя до его источника, я увидел деревянный прилавок с навесом. А на прилавке лежали лепёшки. Пышная сдоба призывно золотилась румяной корочкой по бокам и еще буквально дышала печным жаром. Я замер. Мозг отключился. Осталось только ощущение безумного голода.

Я сделал еще пару шагов и остановился почти вплотную. Продавец, мужик лет сорока с красным лицом, мельком посмотрел на меня и тут же отвернулся, занимаясь другим покупателем.

Руки автоматически полезли в карманы, но ничего, кроме дыр, не нашли. Денег нет. Я сглотнул. Желудок сжался так, что в глазах потемнело.

Просить без толку, точно пошлёт. А продавец вот он, отвернулся, и до крайней лепёшки буквально полшага.

Я уже не думал. Рука сама дёрнулась вперёд, сцапала хлеб с края прилавка и сунула за пазуху. А я уже шёл прочь быстро, не оборачиваясь, заставляя себя не срываться на бег. Сзади вроде бы не крикнули. Свернул за угол, потом ещё раз, нашёл проход поуже и только там остановился, привалившись к стене, и вытащил из-за пазухи свою драгоценную добычу.

В ладони лежала мягкая, еще теплая лепешка. Она источала такой запах, что в глазах темнело.

И я впился в неё зубами, да так, что чуть не подавился.

Я закрыл глаза, заставляя себя жевать, а не заглатывать куски целиком. Требовались невероятные усилия, чтобы не жрать как животное, хотя хотелось именно этого.

Да уж. Украсть у человека хлеб, который он испёк своими руками… так себе поступок. Совесть помалкивала, но смотрела мне в душу весьма укоризненно… Ладно, я запомнил эту лавку, благо, она стояла в приметном месте. Будут деньги — вернусь и отдам. А пока… прости, булочник.

Я тряхнул головой и пошёл дальше, уже жуя на ходу. С каждым куском становилось легче. В голове понемногу прояснялось. Надо понять, где я нахожусь.

Я двигался вместе с людским потоком, периодически глядя по сторонам, пытаясь найти хоть что-то знакомое, пока улица не вывела меня на площадь.

Обычную средневековую городскую площадь. Ну, то есть, примерно так я себе средневековую площадь и представлял. Шумно. Много деревянных лотков, более основательных лавок, и даже небольших магазинов. Людей вокруг было больше, чем на всех улицах до этого. Все были чем-то заняты: кто-то спорил, кто-то тащил ящики, кто-то торговался, и всё это сливалось в ровный, постоянный гул.

Я уже собирался идти дальше, когда взгляд зацепился за памятник.

В центре площади стояла каменная конструкция — два огромных кольца, поставленных вертикально. Одно было гладкое, отполированное, с ровной кромкой. Второе наоборот, с насечками, грубое, будто его специально портили, уже после того, как поставили. Но при этом, выбоины и насечки создавали сложный и очень красивый рисунок.

Расстояние между кольцами было довольно большим, и казалось странным, что они вот так стоят. Как-то неправильно.

Я нахмурился. Почему мне это знакомо? И что тут неправильно? Что за необъяснимое чувство дежавю?

Сделал шаг ближе, потом ещё один. Люди обходили меня, кто-то снова задел плечом, но я уже не обращал на это внимания. Памятник вытеснил из сознания все остальное. Я начал медленно обходить его по кругу.

Кольца смещались относительно друг друга с каждым шагом. Зазоры менялись. И вот когда они почти наложились друг на друга, я стал отходить назад, почти не моргая, ловя тот самый момент, который никак не складывался.

И в какой-то миг все встало на свои места, кольца наложились друг на друга идеально. Стали одним целым.

Внутренний гладкий край кольца совпал с наружными насечками, зазоры исчезли, линии продолжились так, будто всегда были частью одного узора.

И тут я понял, где я это уже видел.

Осознание возникло в голове резко — это же загрузочный экран! Один из тех, что я видел тысячи раз. Там еще была надпись «единение путей».

Именно этот ракурс. Только там памятник был расколот и покрыт трещинами,

а верхняя левая четверть вообще отсутствовала. Да и вокруг были руины, а не процветающий город.

Я резко, шумно втянул воздух. И в этот момент кусок хлеба выскользнул из моих пальцев.

Я даже не сразу это осознал. Просто вдруг почувствовал, как рука опустела. Глянув вниз, увидел, что хлеб лежал на камне у моих ног. Почти половина хлеба, из-за которого я совсем недавно опустился до воровства.

Но я даже не наклонился. Я стоял и смотрел.

На хлеб, потом на памятник. Потом снова вниз. И не двигался.

Потому что в голове выстраивалась картина, не делающая происходившее со мной менее невероятным, но дающая хоть какое-то логическое объяснение.

И нет, я не знал этот город. Не знал даже его названия. Но эту точку, этот памятник я знал слишком хорошо, чтобы ошибиться.

И сразу в глаза начали бросаться детали, которых раньше не замечал. Ножны у воинов, одежды с символикой гильдий и орденов, ремесленные лавки.

Меня накрыла волна облегчения, перемешанной с неверием. Если это правда, если это действительно оно, значит я попал в игру.

В мир игры, который знаю очень хорошо. Семь лет. Тысячи попыток.

И сейчас я стоял внутри этой игры. И для меня этот мир был реальнее любой реальности. Более того…

Действие игры начиналось через сто лет после глобальной катастрофы — «Падения». Поэтому и на загрузочном экране памятник был разрушен, и стоял в руинах города.

Но я оказался здесь в мире до падения! В эпоху процветания! Да это же лучший старт из возможных!

На секунду мозг царапнула тревожная мысль: всё-таки, как же я сюда попал? Но я тут же её отбросил. Да какая разница! Может, я перегрелся и впал в кому, а, может, меня током как-нибудь долбануло и я попал в специальный геймерский рай!

Переполнявшая меня радость быстро вытеснила все негативные мысли… Можно сказать, попал в мечту! В игру, в которой проводил столько времени. Уж с моими знаниями я тут так развернусь!

Я стоял и улыбался, как дурак. Как счастливый дурак.

Я в мире «Возвышения». Вживую! Именно вживую: тело-то вот оно, вполне себе живое. И все вокруг — материальнее некуда!

Семь лет я играл, знал наизусть почти все рецепты и техники, придумал сотни билдов. И вот оно!

Я поднял хлеб, отряхнул и откусил.

Приступ эйфории наполнил организм силами гораздо эффективнее хлеба. Тело жаждало куда-то бежать и что-то делать. Так, что первым делом?

Техника ядра. Мне нужна та самая, которую местные поголовно считают мусором, техника на девять оболочек, которую никто не берет. В игре она стоила копейки и получить её можно было в любой лавке. Если здесь так же…

Хотя стоп. Мне ведь уже не надо проходить игру, совершать подвиги, убивать боссов. Это теперь жизнь, а не игра! Так что гораздо разумнее будет пойти по пути мага. Там больше всего вариантов грести деньги лопатой и жить припеваючи! Тем более, с моими знаниями!

Сердце билось чаще. Азарт накрыл меня с головой.

Тех, кто шел по пути мага, всегда было меньше. Это требовало куда большего интеллекта, знаний, усердия. При этом маг был гораздо слабее в бою, чем воин ци. И гораздо богаче… Особенно, после падения. Там маги стали настолько редкими, что ценились на вес золота.

В груди кольнуло неприятное ощущение, слегка сбивая эйфорию. После падения маги стали редкими… Почему? потому что они его не пережили. По крайней мере те, что не достигли четвертого круга.

Я развернулся и шагнул к ближайшему прохожему.

— Подожди. Какой сейчас год?

Он посмотрел на меня с раздражением, и бросил:

— Ты с похмелья, что ли?

— Какой сейчас год? — повторил я.

Он скривился, и прошел мимо.

Надо узнать год. Сколько времени до падения? Успею ли я?

— Какой сейчас год? — остановил я уже другого прохожего.

— Шесть тысяч восемьсот пятьдесят седьмой. — Старик смотрел на меня с сильным удивлением, и ответил, скорее, от неожиданности.

Число врезалось в голову мгновенно.

6857

Я не сразу понял, что перестал дышать. Игра начиналась через сто лет после Падения.

А Падение случилось именно в 6857 году. В последний год эры процветания.

Я медленно перевёл взгляд обратно на памятник. На кольца, которые ещё держатся. Конечно они целые. Потому что ещё не сломались, а город еще не превратился в руины.

Шум площади вернулся разом, причем, как будто кто-то выкрутил звук на максимум. Люди говорили, смеялись, спорили, торговались. Всё это было настоящим, живым и абсолютно не готовым к тому, что произойдёт.

Я стоял и пытался сфокусировать свои мысли на главном.

Получилось не сразу.

Я знал этот мир. Но не таким, какой он сейчас, а каким будет через сто лет.

Захотелось резко ударить себя кулаком по лбу. Я столько раз играл в эту игру, но почти никогда не читал диалоги, и все пропускал! Что-то конечно запомнил, но очень мало. Вот когда именно наступило падение? в конце года или в начале?

Как мне сейчас понять, будет оно через неделю, месяц, или завтра⁈

Ещё минуту назад это выглядело как шанс, как мечта. А теперь… Теперь это был таймер. И он уже запущен. И неизвестно, сколько осталось.

Я чувствовал, как богатство, которое я только что себе придумал, ускользает из рук. Магом мне не быть. Я просто не успею. Со всем моим багажом знаний в игре, чтобы дойти до третьего круга, нужно иметь в запасе пару лет. Путь воина…

Я не хочу быть героем! Идти на острие копья, кого-то спасать, сражаться лицом к лицу с чудовищами. Но на пути воина у меня будет хотя бы шанс пережить катастрофу.

Более того, если я не начну действовать прямо сейчас, я не доживу даже до того момента, когда всё начнёт рушиться.

Я, все еще немного шатаясь, побрел в сторону лавок. Мусорная техника, с которой я прошел игру, стоила очень мало. Интересно, смогу ли я добыть её бесплатно? Потому что платить мне нечем.