Присутствие Хартли и Вейла в моем пространстве обрушивалось на меня со всех сторон. Каждое мое чувство обостренно реагировало на то, что они были здесь.

Их запахи заполнили мой дом. Их смех наполнял воздух. Когда кто-то из них тянулся ко мне, даже ради самого мимолетного прикосновения во время разговора, все мое тело сгорало от желания. Еда, которую приготовил Вейл — хоть я и велел ему сидеть и отдыхать, — оказалась лучше всего, что я когда-либо пробовал. Айрин то и дело приходилось выставлять его из кухни, но Вейл находил утешение в готовке. Если это помогало ему чувствовать себя лучше, я не собирался его останавливать.

И я не мог забыть о визуальных напоминаниях. Куда бы я ни повернулся, повсюду что-то напоминало мне о них. Будь то Тахо, бегающий вместе с Латте, или пледы на диванах, которых обычно здесь не водилось, или комнаты, в которых они спали, со всеми их разбросанными вещами. Это была пытка в самом лучшем смысле слова.

Они оба говорили, что им пора уходить, но я велел им оставаться, пока не буду уверен, что они поправились. Это был способ удержать их рядом со мной, там, где им и место. Вслух я этого не произносил. Да и как я мог, если даже от одной этой мысли в моих жилах застывала кровь? Быть со мной означало смерть от моих рук. А это последнее, что я когда-либо хотел с ними сделать. Не то чтобы сейчас они были со мной. Но думаю от такого предложения они не отказались бы.

Другой вариант — быть друг с другом.

То, что они знакомы, до сих пор меня поражает. Когда я проверял их биографии, я не стал копать так глубоко, как мог бы. Связь между ними не была раскрыта. Для меня было важно, чтобы они сохраняли хоть немного личной жизни. И когда я впервые об этом подумал, у меня перехватило дыхание.

Они что-то значили для меня. Многое, если быть честным с самим собой, а я обычно таким и был. Именно так я и оказывался в подобных ситуациях. С моей женой, с Маликом — я не отворачивался от того, что они делали. Как раз наоборот. Я не мог позволить им безнаказанно обманывать меня. И с Вейлом и Хартли меня тянуло к ним с самого начала.

Теперь я мерил шагами свой кабинет, словно чертов запертый в клетке медведь, не зная, какого хрена с собой поделать. Если бы я не чувствовал, как во мне закипает ревность каждый раз, когда они дружески прикасаются друг к другу, я бы предложил им быть вместе. Но в таком случае я мог бы с тем же успехом вырвать собственное сердце. Стереть его к чертям в порошок. Они должны были быть со мной.

— Проклятье, — прорычал я.

Нужно было заниматься делами, и я продолжал управлять ими отсюда, вместо того чтобы отправиться в Восточный Дремест и взять все под личный контроль. Грузовик с оружием от Лиланда наконец прибыл. Товар уже ушел к моему покупателю. Но Лиланд был назойлив, как долбаный комар, который не отвяжется, пока не укусит до крови. Ему позарез нужно было сойтись с дочерью сенатора. И единственный путь к ней лежал через самого сенатора

Я позвонил ему, как и обещал. Я всегда держал свое слово. Дочь сенатора сейчас находилась в Италии. Она вернется на следующей неделе. Я сообщил об этом Лиланду и организовал встречу по ее возвращении, но он хотел полететь туда и рухнуть перед ней на колени. В какой-то степени я понимал его одержимость. Она была привлекательна, имела больше связей, чем он, да и сама любила играть грязно.

Сенатор пообещал мне, что, как только она вернется, они встретятся. Дальше все зависело от Лиланда. Это стоило партии оружия.

Лиланд не был торговцем крупного калибра. Но у него имелись выходы на первоклассное, более труднодоступное оружие, которое мне самому было тяжело достать. Только поэтому я до сих пор не прикончил его за то, что он был такой надоедливой букашкой. Мы нуждались в том, что каждый из нас мог предоставить другому.

Мой телефон зажужжал в кармане. Я вытащил его и увидел на экране имя Барри.

— Что? — рявкнул я. Я был на грани того, чтобы окончательно потерять рассудок.

— Лиланд здесь, сэр.

— В здании? — прорычал я.

— Он прошел мимо парней на улице, слишком громко распинаясь о партии товара, которую вы ждете. Они ведь не знают, что Лиланд несет полную чушь и больше не должен вам никакого оружия. Они впустили его и сейчас удерживают на третьем этаже.

— Ты слишком хорошо меня знаешь. — Я хищно ухмыльнулся.

Барри запер Лиланда в комнате, где у меня был доступ ко всем видам оружия.

— Он перегибал палку слишком много раз. Я еще не встречал настолько упертого человека.

— Он видит цель и не успокоится, пока не получит своего.

— Одержимая натура.

— Это не самая плохая черта, если только он не продолжит таскаться сюда.

В конце концов, моя собственная потребность держать Вейла и Хартли поближе была причиной, по которой они все еще оставались здесь, хоть им уже и становилось лучше. Противовирусное сотворило чудеса.

— Отправь Шелдона к этой комнате. Пусть ждет меня снаружи.

— Будет сделано. — Он повесил трубку.

Теперь у меня появилось занятие, чтобы скоротать время и выместить на ком-то агрессию. Я сунул телефон в карман и хрустнул костяшками пальцев. День определенно налаживался.

Я достал из стола один из своих пистолетов и убрал его в кобуру убрал его в кобуру под пиджаком. Когда я вышел из кабинета, то услышал голоса Вейла и Хартли. Я пошел на звук и оказался на кухне, где Вейл учил Хартли печь. Они подняли головы, услышав стук моих туфель по полу.

— Ты уходишь? — спросил Хартли.

Я никуда не отлучался с тех пор, как они приехали, даже не покидал жилой этаж, чтобы спуститься на другие уровни. Рядом со мной они были в большей безопасности. Да, у меня имелись охранники, люди, готовые умереть за меня. Они знали, что Хартли и Вейла нужно защищать. Но умерли бы они ради них? Я — да, поэтому и оставался здесь. Теперь, когда Лиланд оказался в здании, у меня внутри все напряглось. Ему нельзя было находиться здесь, пока тут они. Ему вообще не следовало здесь появляться.

— Просто иду вниз. Нужно разобраться с делами.

Вейл опустил глаза, а Хартли продолжал смотреть на меня. Ни один из них не любил насилие. В случае с Вейлом я прекрасно понимал почему после всего, что он пережил. Он не осуждал меня и не говорил, что мне не стоит заниматься тем, чем я занимаюсь, и я ценил это. Но выражение его лица... я его ненавидел.

Хартли кивнул, а затем осторожно толкнул Вейла локтем, заставляя его снова переключить внимание на еду. Я повернулся на каблуках и зашагал к лифту.

— Оставайся здесь, — бросил я Райдену.

— Да, сэр.

Пока Хартли и Вейл находились в моем доме, Райден и Риган дежурили посменно по двенадцать часов. Я не доверял больше никому находиться здесь наверху, кроме Барри, который должен был руководить службой безопасности. И Шелдона, но он поднимался сюда нечасто.

Оказавшись в лифте, я нажал кнопку третьего этажа. Покрутив головой, я позволил напряжению уйти из шеи и плеч. Это пойдет мне на пользу. Я смогу пригрозить Лиланду и, возможно, пустить ему немного крови.

Шелдон ждал меня снаружи. В нем была эта скрытность, благодаря которой он мог находиться в комнате и оставаться незамеченным. Слушать, впитывать все вокруг — это было одним из его навыков. Шелдон держал руку на пульсе моего здания и людей внутри него без каких-либо напоминаний. Одно это делало его ценным кадром.

Он был стройным и подтянутым, без лишней горы мышц. А еще он обладал самым спокойным голосом среди всех в моей организации. То, как он допрашивал человека, даже меня заставляло поддаваться его чарам и испытывать желание сделать то, о чем он просит. Помимо голоса, причиной, по которой я держал его на службе, была его смертоносность. Он был мастером ядов, знал точную дозировку, чтобы убить кого-то, и знал, что именно нужно использовать, чтобы судмедэксперту было трудно это выявить. В его здешней квартире целый шкаф был уставлен флаконами с его снадобьями.

Дело было не в том, что я не мог справиться с Лиландом в одиночку. Мне был нужен голос Шелдона, его хладнокровие. Это помогало мне обрести равновесие, в чем я сейчас нуждался как никогда.

— Мне не говорили ничего брать с собой, — сказал он, когда я подошел. Его светлые волосы падали вперед, частично закрывая лицо.

— Нет, дело не в этом. Возможно, мне понадобится, чтобы ты поговорил с ним. Я не могу позволить ему снова так сюда заявляться. Он уже, блядь, добивает мои последние нервы. И учитывая, что... — Я осекся, не желая упоминать Хартли и Вейла…

Шелдон кивнул.

— Понял. Чтобы мы сразу прояснили: никто не пройдет мимо меня, чтобы причинить им вред. В то время как твои громилы могут просто убрать Гила, от меня он подвоха точно не ожидает.

Мне не следовало удивляться, что он знает о мужчинах, которых я держу у себя.

— Я убью за них без колебаний.

— Я так и думал.

Открыв дверь, я шагнул внутрь и столкнулся лицом к лицу с Лиландом.

— Джордан, наконец-то, — выдохнул он. — Попытка встретиться с тобой — то как добиться аудиенции у Бога

— Если хочешь проверить это, я вполне могу попробовать отправить тебя к нему. Судя по тому, что ты натворил, мой прогноз — ты отправишься прямиком на юг.

Он отмахнулся от меня, проигнорировав мою угрозу.

— У меня есть для тебя кое-что еще. — Его рука задрожала, когда он зачесал назад свои темные, зализанные гелем волосы. — На этот раз не только оружие. У меня есть чистейший кокаин, какой ты только можешь себе вообразить.

— Мне это не нужно.

Поставщик наркотиков у меня уже был.

— Сколько ты сам уже успел принять?

— Что? Оу, совсем немного.

Я сократил расстояние между собой и Лиландом, Шелдон следовал за мной как тень. Время сдерживаться подошло к концу.

— Ты заявляешься к моему дому, к месту, где я сплю, и начинаешь орать на улице об оружии! — Я больше не мог сдерживать ярость. — В моем распоряжении могут быть копы, но далеко не все из них. Ты не имеешь права стоять в моем, блядь, городе и нести подобную херню.

Рука Шелдона слегка коснулась моего предплечья, давая понять, что он прикрывает меня с левого фланга, чтобы я сгоряча не выстрелил в него.

— Лиланд? — позвал Шелдон.

Глаза того тут же уставились на Шелдона:

— Да?

— Почему бы тебе не рассказать мне, зачем ты пришел сюда сегодня?

Он выдвинул стул и сел, но Лиланд остался стоять.

Мы находились в большой комнате, которая служила также местом для совещаний. Вдоль обеих стен стояли шкафы, а посредине располагалось несколько круглых столов со стульями. Все это выглядело довольно безобидно. Но в шкафах хранилось оружие, и его было предостаточно. Все находилось в сейфах за панелями, для открытия которых требовался отпечаток моего пальца. Лиланд не пытался открыть дверцы до нашего прихода. Если бы он это сделал, Барри увидел бы его по камерам и сообщил мне.

— Мы с Джорданом работаем вместе. Я хотел сказать ему, что могу предложить нечто большее. — Лиланд шмыгнул носом, его глаз задергался.

Ему нужно было убираться к чертовой матери из моего здания.

— Но это ведь не истинная причина, — произнес Шелдон. — Какова твоя мотивация?

— Прекрасная женщина, обладающая властью, которую я так жажду.

— Что еще?

— Она носит каблуки, которые так приятно ощущались бы на моем горле. И дело не только в этом. У нее также есть связи. Я мог бы стать кем-то большим, чем сейчас.

— И ты также хочешь засадить ей свой член.

— Само собой. Я хочу, чтобы она принадлежала мне. С моими возможностями и ее связями мы могли бы построить империю.

Я едва удержался на месте. Судя по тому, как говорил Лиланд, он нацелился на мою территорию.

— Ты ведь знаешь, что мистер Альтаир правит Дреместом, верно?

— Восточной стороной.

— Нет, всем городом. Семьи Альтаир и Дремест связаны с давних времен. Ты ведь не пришел сюда в попытке перехватить власть?

Он покачал головой, послушно угодив прямо в ловушку Шелдона.

— Но я хочу ее. Я хочу все.

Жадный, блядь, ублюдок.

— Тогда тебе нужно найти другую женщину, которая будет доминировать над тобой там, где ты не будешь зависеть от милости мистера Альтаира. Здесь ты ничего не построишь.

— Пожалуй, не стоит. — Он снова шмыгнул и вытер нос.

— И как, по-твоему, тебе следует поступить?

— Уйти, но у нас ведь была сделка.

— Встреча назначена, — вмешался я. — Но если ты попытаешься развернуть здесь свою лавочку, я тебя прикончу.

— Ты ведь не станешь этого делать, верно? — спросил Шелдон у Лиланда.

Взгляд Лиланда забегал от Шелдона ко мне и обратно.

— Мне нужны деньги, власть.

Я преодолел разделявшее нас расстояние, выхватил из кармана нож и щелкнул лезвием, которое блеснуло под люминесцентным освещением. Прижав лезвие к его уху, я тихо произнес.

— Если ты попытаешься посягнуть на то, что принадлежит мне, тебе нигде не укрыться. У меня связи повсюду. Я дал слово, что ты встретишься с ней, и я его сдержу, но тебе лучше оставаться тем ничтожным куском дерьма, какой ты есть, иначе все договоренности аннулируются. Если ты попытаешься расширить свой бизнес или подумаешь, что можешь урвать часть моего...

Я медленно провел ножом по его уху. Кровь выступила на поверхности и заструилась из раны, прежде чем капнуть мне на руку.

Лиланд не закричал. Ему хватило ума промолчать.

— Мы наверняка могли бы прийти к соглашению.

— Похоже, ты не понимаешь, с кем, блядь, связался, — процедил я сквозь зубы.

Отведя руку назад, я вонзил нож в его ухо и провернул. На этот раз он все-таки закричал. А я ухмыльнулся, когда его кровь брызнула на меня от силы удара.

Я оставил нож в ране и вцепился в скользкие от геля волосы на затылке Лиланда.

— Если ты еще хоть раз сделаешь шаг в моем чертовом городе или попытаешься забрать мое, я без колебаний убью тебя. Медленно. Мучительно. И ты близко своего члена к ней не подпустишь.

Я отпустил его и выдернул нож, полоснув по уху еще сильнее. Я позволил крови стечь мне на руку, а затем на пол. Блядь, как же это было приятно.

Когда я вышел из комнаты вместе с Шелдоном, по другую сторону двери стояли двое моих людей. Они наложат Лиланду марлевую повязку, вышвырнут его обратно в сточную канаву, из которой он вылез, и приберутся в помещении.

Прежде чем подняться обратно наверх, я зашел в одну из ванных комнат, чтобы отмыться. Мне совсем не нужно было, чтобы Вейл и Хартли увидели на мне кровь.