— Вы ведь знали?

Инспектор не отрицает.

— Именно поэтому спровоцировали меня тогда.

Он пожимает плечами.

— Я рад, что вы это понимаете.

— Но зачем такая секретность?

— За детьми высших магов идёт охота.

— Кому мы нужны?

— Что вы слышали о горных народах? И вообще о народах, окружающих нашу империю? Вы слышали, кто такие чампы?

Я вспоминаю слова Коры:

— Дикари, проклятые Асхаром, у них не рождаются девочки, поэтому они постоянно делают набеги, чтобы добыть жён.

— Почти так. Только не совсем они дикари. Часть чампов живёт осёдло, и их поселения не меньше наших. А часть ведёт кочевой образ жизни. И насчёт проклятия, верно. Но есть у них легенда, что когда-нибудь кочевники привезут своему королю не простую девушку, а дочь самого великого из высших огненных магов. И проклятие снимется.

— Но тогда в опасности все дочери высших, например Лера и Тери.

— Чампов интересуют не все, только те, кто преодолел барьер.

— Какой барьер?

— Магический. Девушка должна быть принята Драконом.

Я охаю. И спрашиваю уже шёпотом.

— Но как они об этом узнают?

Инспектор заговорщически наклоняется ко мне и отвечает так же тихо.

— А никак, если кое-кто не будет болтать. Но и это ещё не всё. Есть народность джераев, они потомки стихийных магов воды.

— Подождите, но они же все вымерли.

— Вы так уверены после того, как один из них посадил вас в лужу? — он откидывается на спинку, и продолжает: — В принципе, вы почти правы. Остатки джераев раскидало по разным племенам. И ваш спаситель, насколько мне известно, выращен канахами. Но легенда осталась. Джерайский принц возьмёт в жёны огненную принцессу, и народ восстанет из небытия.

— Осталось найти принца, — буркнула я. В моей жизни сегодня столько всего произошло, что сказки и легенды потускнели и отошли на дальний план.

— В любом случае, вам лучше не распространяться о вашем происхождении, пока император не решит иначе.

— А почему он вам так доверяет? — неожиданно спрашиваю я, — Вы вроде не из ближайшего окружения и не высший маг.

— Мы приехали, госпожа Тея, — холодно констатирует он.

Вот и всё. Неужели обиделся на это «не высший».

Выйдя из кареты, я уже привычно оглядываюсь в поисках Несси. Её нет. Неужели я её потеряла. Или мне померещилось, что она пробралась с нами? Я уже ни в чем не уверена.

— Дойдёте сами?

Остался всего один поворот до моей комнаты, и я устало киваю.

— Доброй ночи.

Понуро бреду по коридору. Не слежу ни за спинкой, ни за точкой. Мне совершенно плевать сейчас, как я выгляжу, да и нет никого. Ночь глубокая. Мыслей так много, что не могу остановиться ни на одной. После сегодняшнего вечера я получила ответ на один вопрос, но появился десяток новых. И где Несси? И Дракон, привиделся он мне или настоящий? И отец. Я увидела его впервые, и это так обидно, он смотрел на меня как на интересную зверушку. А я на что рассчитывала? Увидит, растает, мамочку в столицу вывезет, и мы заживём долго и счастливо. Как же. Каждой своей клеточкой я ощущаю своё одиночество.

Не сразу понимаю, что происходит, когда оказываюсь в уже очень знакомых объятиях:

— Где ты была? Что у тебя с Инспектором? — он спрашивает так, словно имеет на это право. Голос звучит угрожающе.

— Да как вы смеете? Пустите, или я закричу.

Он встряхивает меня за плечи.

— Вы не имеете права.

— Имею, — жёстко говорит он и в следующий миг впивается мне в губы. Это совсем не похоже на тот поцелуй в трактире, о котором я грезила столько дней. Он словно собрался выпить из меня душу. Я начинаю задыхаться, и в то же время жар охватывает моё тело. Я трепыхаюсь, как птичка в когтях у Несси. Ноги слабеют, и когда он наконец отрывается от меня, я буквально вишу на его руках.

— Если он хоть пальцем к тебе прикоснулся… — рычит, потерявший контроль дикарь.

— Не прикасался ко мне никто, — не выдерживаю я, — И ты не смей.

Он по-прежнему держит меня в объятиях. Почти теряю разум от терпкого запаха его кожи. Но сдаваться нельзя. Пытаюсь когтями добраться до его спины. И, кажется, у меня получается. Слышу треск ткани. Похоже его рубашке пришёл конец.

— Это интересно, — хрипит он, — Ты уже начинаешь меня раздевать.

Ну всё ты доигрался. Мой огонь уже кипит и рвётся наружу. Шиплю яростно сквозь сжатые зубы:

— Пусти.

Маг не может не чувствовать, что я на грани, что сейчас ударю.

— Ну ладно, — подозрительно легко соглашается он. Я чувствую, как ослабевает его хватка, начинаю успокаиваться. Он отпускает меня и в следующее мгновение опять притягивает к себе, но как-то иначе, без ярости. Я упускаю момент атаки, и он не менее настойчиво снова накрывает мои губы своими. На этот раз сопротивляться труднее. Застигнутая врасплох, я, кажется, ответила на поцелуй. По крайней мере помедлила, прежде чем снова собралась с силами. Но едва мои мышцы напряглись, он меня отпустил и сделал шаг назад. Усмехнулся:

— Учись, Огонёк, это поможет тебе на тренировках.

— Чему учиться, — негодую я.

— Поддаваться, чтобы побеждать, — нагло ухмыляется он, — До завтра, малышка, утром тебя ждёт сюрприз.

И это невыносимое чудовище разворачивается и уходит. Спокойненько так. А я не могу не залюбоваться делом рук своих: рубашка Румера разорвана по диагонали, обнажая крепкие мышцы, и вдоль всего разрыва четыре красных полосы от моих когтей. Знай наших.

— Мерзавец, — шиплю ему в спину, а взгляд невольно скользит ниже на туго обтянутую штанами задницу.

— Ты восхитительна, — отвечает он, на мгновение повернувшись и, поймав мой взгляд. Вот гад!

Осталось только провалиться от стыда сквозь землю.

Вдох, выдох. Пытаюсь прийти в себя. Невольно облизываю губы. На них вкус недавнего поцелуя, горчинка можжевельника и ещё что-то. Приводит в чувство меня неожиданный звук.

— Мррр, — слышу у своих ног, и тёплый бок трётся о мою ногу.

— Нессичка, — подхватываю её на руки, — Где же ты была, моя бродяжка?

— Мррр, — загадочно отвечает она, — и я замечаю, изо рта у неё что-то торчит. И на этот раз это не крыса.

— Несси, что это, отдай.

Несси рычит так, словно я отбираю у неё еду. Кстати, еда — это выход. Кора уже спит, развалившись на нашей кровати. Но мне незачем её будить. Она очень любит Несси и не могла о ней забыть. Так и есть, на подоконнике мисочка с рыбными остатками. Кора каждый вечер наведывается на кухню за кормом для кошки. А по утрам Несси договаривается с кухарками сама, принося им на порог тушки серых грызунов.

— Кис, кис! — зову я, ставя мисочку на пол.

Хитрость удалась. Прежде чем пойти к миске, Несси аккуратно закапывает в кресло свою добычу, и только потом направляется к еде. Ну-ка, что там у тебя?

В моих руках идеально круглый кусочек драгоценного янтаря, с золотой петелькой. Это подвеска, и стоит она, я даже представить не могу сколько. Солнечный камень огненных магов. Сжимаю его в ладони, и волна тепла разливается по всему телу. Значит, мне не померещилось, кошка действительно поохотилась во дворце. Куда мне теперь с этим бежать? Единственная здравая мысль — всё рассказать Инспектору. Драгоценность надо вернуть. Кошка не человек, вряд ли её накажут за кражу. А сейчас надо спрятать так, чтобы никто не увидел. Под подушку, а ещё лучше в наволочку, чтоб не выскользнула.

— Тея, вставай, опоздаешь!

— Отстань!

— Не отстану, я отвечаю за твой распорядок дня.

— Ну минуточку дай полежать.

— Если только минуточку, я пока умоюсь.

Что же мне снилось? Пытаюсь вернуться, ухватить за хвостик ускользающее видение. Удивительно, но мне почти сразу удаётся схватить последнюю сцену. Передо мной темноволосый мужчина, с надменным выражением на красивом лице. Внешность портит свежий шрам, пересекающий всю правую половину лица. Я его где-то видела и мужчину, и шрам. Не может быть! Именно шрам помогает вспомнить события вчерашнего вечера. Это он, мой отец в молодости. Он что-то коротко и насмешливо говорит, замахиваясь мечом, но я не успеваю разобрать.

— Тея, минута прошла.

Видение исчезает.

Ханг побери, такой жутковатый и интересный сон. Что ж ты так не вовремя, Кора? А подруга уже продолжает меня тормошить.

— Ну что вчера было, расскажи.

Ничего не сказать, опять пойдут слухи о связи с Инспектором. Но может сойдёт полуправда?

— Инспектор познакомил меня с моим отцом.

— Ух ты! И как он?

— Знаешь, как тебе сказать. Ничего, что могло бы обрадовать. Я, действительно, ему не нужна, Лера в этом права,

— Ну он хоть богатый?

— Не знаю, и вряд ли на мне это как-то отразится.

— Я-то думала, — огорчённо тянет Кора.

Неприятное чувство шевельнулось у меня в груди. А собственно, чего я ожидала? Кора при первой встрече честно и прямо сказала, почему хочет быть рядом со мной.

Торопливо одеваюсь, а в голове крутятся события вчерашнего вечера. Слова отца:

— Удивительная девочка! Более двухсот лет я пытался создать такую, как ты. Получилось.

Он не человек, он Бог, значит, всё правильно. Но почему же так больно? Нет не от его рук, от его холодности. А сначала было тепло, и ожидание чуда было.

Он положил руку мне на голову. Рука властная, тяжёлая и очень горячая.

— Потерпи, будет неприятно.

Все попытки магов залезть в мою голову до сих пор были ерундой, даже когда я чувствовала, что они могут сломать и смять мою защиту. Теперь же речь не шла о сопротивлении. Мощь Огня легко затопила мою голову, но не сожгла. Мягкое тёплое пламя заполнило все уголочки моей души.

— Сильная, — одобрительно сказал он, — но против любой силы найдётся бо́льшая. Попробуй сопротивляться.

Я послушно попыталась выдавить из себя чужую мощь. Отец отступил, давая мне возможность почувствовать границы.

— Умница, а теперь запомни: это хорошо против слабого противника, сильный тебя сломает. Если ты не можешь противостоять, пропускай чужую силу сквозь себя. Как сквозняк. Открой двери на вход и одновременно на выход. Поняла? Ну давай, убери защиту, резко.

В этот момент мне стало страшно. Как перестать защищаться, если на тебя давят? Он уловил моё колебание и сказал без улыбки с лёгким раздражением:

— Ты ведь понимаешь, что защититься от меня всё равно не сможешь? Либо ты сейчас погибнешь, либо доверишься. Я должен знать, на что ты способна. Главное открой дверь на выход, — и рявкнул: — Убирай!

И я послушно обрушила стены, растворяясь в потоке, льющемся сквозь меня. Я словно исчезла, а потом снова себя обрела. Удивительное состояние. Открываю глаза и вижу его удовлетворённую улыбку.

— Неплохо. Запомни: нельзя разрушить то, что не сопротивляется. А ещё лучше, — Отец наклонился ко мне, — сделать это неожиданно, чтобы противнику показалось, что он проломил. Давай попробуем ещё раз. Создай иллюзию сопротивления, и как только почувствуешь, что враг давит на слом, мягко постепенно отступая пропусти сквозь себя. Пусть думает, что продавил. И едва сила пройдёт насквозь, бей.

Не с первого раза, но у меня получилось. Разумеется, мои ответные удары могли только насмешить сильного мага. Но на лице Отца появилось довольное выражение. Вот тогда он и сказал: «Удивительная девочка! Более двухсот лет я пытался создать такую, как ты. Получилось.»

В этот миг я поняла, что ни за что не скажу ему ни слова о маме, не спрошу, почему он избавился от нас. Я выведенный телёночек. Самый удачный по сравнению со всеми предыдущими… случками. Как же это… тяжело.

Об этом я не сказала ни Инспектору, ни тем более Коре. Мне просто стыдно.

— Ну что ты сидишь, одевайся быстрее, ещё позавтракать надо. Ваш Рэйнер сожрёт тебя с потрохами за опоздание. А потом куратор Грет — меня. Ты зелёный или синий наряд для тренировки наденешь.

Ну нет у меня настроения прихорашиваться.

— А чёрный как? Его уже не восстановить после вчерашнего?

— В отличном состоянии. Госпожа Лали вчера вечером заходила оценить. Ну она крутая магичка. Через два часа её Поня притащила костюм обратно. Как новенький. Но почему ты не хочешь надеть новый?

— Мне ещё летать и летать с моей Рокси. Пусть пока повисят в шкафу.

На выходе вспоминаю про похищенный кулон. Надо бы перепрятать. Но не при Коре же. А она не уходит, стоит в дверях, нетерпеливо постукивая носочком туфли о косяк. Ладно, ничего с ним не случится. Забегу после утренних занятий. А если повезёт встретить Инспектора, то сразу ему всё и расскажу.

Инспектор мне не встретился ни по дороге на завтрак, ни в столовой. А на стадионе меня действительно ждал сюрприз. Тут-то мне и вспомнились последние слова магистра Румера перед тем, как он ретировался.