Враг появился внезапно, но не неожиданно. Я знал, что меня ждёт ловушка. Знал, что, как ни крути, мне её не избежать. Потому что я хорошо знал себя. Понимая, что противник заведомо сильней, и я в проигрышной в позиции, я бы использовал хитрость.

Мы сами толком не знаем, кто именно остался. При подготовке мы отметили всех, кого запомнили, в списке живых. Как могли, вспомнили их способности — кто что видел в бою или помнит о себе в прошлом, копию которого создала Стена.

Каждый тренировался сражаться с самим собой или с выделенным противником, чья копия отсутствовала. И к тому, что враг задумает подлянку, мы тоже были готовы. Как именно они провернули повторный запуск «истинного врага», да ещё и подстроили всё так, что мы попадём в эту локацию, а затем заставили Тию коснуться врат, мне не было известно.

Имя «Фрау Труда» говорило само за себя, объясняя аномалии в работе Системы.

Но я не винил Тию, её власть над телами, когда их пять штук сразу, всегда была не так хороша, как власть над телом у того, кто живёт в своём единственном. И когда ловушка захлопнулась, я улыбался.

Потому что на этом заканчивалось самое неприятное — ожидание смутной угрозы, природа которой не ясна. Теперь же всё было кристально ясно, просто и понятно.

Прорвёмся. Действуем по плану. Единственное что меня реально пугает — это пылающая шестиметровая фрикаделька, которую создала система как ответ на моего пета. Один этот лангольер мог уничтожить нас всех. К счастью, занимаься им будем не мы — я отдал команду своему пету и две смертоносные сферы принялись кружить над полем боя, пытаясь рывками поймать друг друга.

У нас же были свои противники.

Я щёлкнул пальцами, призывая убежище. Друид всегда носит Лес в своём сердце.

При прямом воплощении требуется гораздо больше маны, но в бою оно срабатывает, как ультимативная способность.

Я увидел, как на поле боя один за другим появляются некродендроиды. Несколько созданных Мордредом тварей, мало чем отличающихся от некроморфов помимо обильного разросшегося мха и оплетающего мертвецов плюща, бросились в разные стороны, желая поскорее впиться зубами в тело будущей плодородной почвы для их семян.

Растения очень прямолинейны. Пытаться контролировать моих новых некродендроидов — бессмысленная затея. У них не было разума, лишь инстинкты, продиктованные природой. Все, на ком не было отметки специальным запахом — потенциально будущие некродендроиды и почва для распространения.

Катящиеся двухметровые перекати поля — идеальное оружие для просторной степной локации. Здесь от них негде спрятаться.

С крыш выстроенных Сильваном домов-комнат в воздух полетела армия этиний, ведомых созданными Тией муши. Развернули листья растительные стражи убежища. Вырывали корневища растительные титаны, сотрясая зелёными кронами. Когда они коснутся противника, эта зелень окрасится алым.

Следом секциями зажглись ионоцветы, создавая зоны без магии. Алые лучи целеуказателей окрасили всех появившихся врагов красными точками, в которые ударил слитный залп живых турелей из синтетических растений.

Активная мудрость природы и связь с растениями были улучшены всеми доступными перед боем бафами, начиная от чайной церемонии Хантера и зелий Софьи и заканчивая базовыми защитами от стихийного урона от Келя. Всё это вдвое усиливались благодаря Короне Алолесья. И потому в тот момент я увидел всё поле боя, ощущая его через тысячи боевых и вспомогательных растений.

Первым мой взгляд устремился к Хантеру. Система была не очень разнообразна, потому они с Нэссой столкнулись с тем же противником, что и в прошлый раз. Хантер поднял руки, призывая астральных стражей. «Чайная гвардия» явилась на зову предсказателя первой — его противник собирался применить ту же способность, но астральные духи уже были задействованы в другом месте.

Хантер активировал суть полуреального зверя. Под ним появился громадный слон. Предсказатель поднялся над полем боя. Руны на артефактном халате засияли от пробегающей по символам маны. Вокруг него возник защитный астральный купол.

В его действиях не чувствовалось нервозности или спешки. Только холодная расчётливость астрального мага.

Призванные его противником астральные звери с шипением и мявом бросились на боевого слона, но добежать не успели — Хантер наложил усмирение, после чего астральным скачком вместе со слоном переместился к своему противнику.

Одинаковые с виду проходчики с очень близким стилем боя отличались разве что набором экипировки.

Нэсса знала, что встретится вновь с Анастайшей. В новой жизни, как и в предыдущей, она держалась рядом со своим возлюбленным. Но, в отличие от него, она пошла по совершенно иному пути развития.

Эгида теней поглотила копьё Газ’ранки, хорошо накомое ей боевое заклинание, с которого она всегда начинала бой, будучи ахоне, высшим магом бездны. Сама она предпочитала ближний бой, прикрывая своего спутника, потому следом через тьму эгиды проскочила разъярённая Анастайша, пылая алыми от энергии бездны глазами. Сейчас её физические показатели делали девушку во много раз сильнее.

Могучий Мик сгладил эти различия. Ударив древком копья по полу, Нэсса окатила противницу ноктюрнальной энергией. Хищная тьма вгрызлась в плоть демонессы, но она не могла так легко пробить бешеную регенерацию и сопротивление энергии бездны. Созданный из демонической энергии клинок рубанул по копейщице, развеивая иллюзию, созданную через «тени чащобы».

Настоящая Нэсса была уже у неё за спиной, собираясь из стихийной формы и используя энергию пробитой эгиды и хищной тьмы.

Два обладателя «демонического мастерства» сошлись в ближнем бою. Копьё Летаргии отвёл в сторону Ракитолит, демонический клинок Анастайши. Демонесса использовала энергию бездны, проверя разум Нэссы на прочность — способность власть пороков могла принудить её предаться любым порокам, не взирая на обстоятельства. Очень подлая и сильная способность, очень похожая на псионику, но обходящая защиты от неё, ибо действовала иначе, через грехи, которые уже есть внутри.

Нэсса узнала свою сильнейшую технику — танец девяти кругов Ада. Она требовала применять определённые навыки в нужной последовательности, и призыв пороков была одной из них.

Но это легко блокировал навык озарения от стихии созидания. Теневым рывком Нэсса сократила расстояние. Взгляд демонессы упал на наконечник смертельно опасного копья. А зря — истинная угроза исходила от левой руки Нэссы, которой она уже собрала ноктюрнальную энергию для применения сенсорной депривации.

Мир вокруг Анастайши померк — слух, зрение, запахи, осязание — всё исчезло. Это была однозначная победа Нэссы, ведь в бою несколько секунд дезориентации — это смерть.

Однако у противника были на этот счёт иные планы.

Спину лизнуло пламя. Эгида тени блокировала мощный урон огнём от Анастайши за её спиной. Второй Анастайши! Копия, созданная Системой раньше, тоже была здесь. Вторая демоническая ахоне явилась из единственного прохода, который появился в стене только что.

Замершая локация с остановленным вечным пересбором. Дверь открылась, и из неё вывалилось подкрепление. Враг не сомневался, что мы сможем одолеть свои копии, и не стал сидеть в стороне.

Похоже, сегодня нам придётся пройти двойной фильтр.

За спинами сражающейся со своими копиями Нэссы и восседающего на слоне Хантере вылетал шестикрылый карающий ангел Гильгамеш. Его призванный меч из чистой плазмы отражался вспышками и капал на поле огнём.

В рейде не было бойца такой силы, чтобы противостоять этому чудовищу. По плану его должны были перекрыть втроём Лис, Белка и Кот. Туда же устремились и другие танки рейда, понимая, что сдержать Гильгамеша — ключевой вопрос нашего выживания. Аркфейн был силён, но уступал карающему ангелу, да и копии бога Ивора.

План сдерживать ангелоида количеством с треском проваливался — теперь перевес был вовсе не в нашу пользу. Лис активировал поцелуй Морены и перешёл к врагу своей техникой быстрого передвижения, но так и не достиг цели — копия бежавшего из оазиса бога появилась словно из ниоткуда, нанося мощный замораживающий удар в живот. А за спиной практика появилась вторая такая же, атакуя тем же навыком в спину.

Однако убить того, кем стал Лис сейчас, тоже было не так-то просто. Стена постоянно усложняется, и билд чистого ледяного практика уже не был чем-то запредельным.

Он собирал себя из разлитой по полю боя стихийной силы и сходу атаковал гибридной магией. «Абсолютный ноль» белой вспышкой выморозил пространство на десять метров вокруг. Застыли белыми статуями копия Доры и прятавшийся в тени одного из ледяных богов лже-Райшин. Сами копии бога заморозить он, конечно, не мог, но гибридная стихия замедлила противника, в то время как сам Лис перешёл в боевую форму «идеального шторма».

Вокруг практика вспыхнули молнии статического щита, а заряженный гибридной стихийной силой контрактный зверь, снежный барс вгрызся в ногу одной из божественных копий, передавая с укусом мощный разряд электричества. Затем зверь резко подался назад, вырывая кусок плоти противника с веером уходящих в небо белых кубов — сработало фрактальное усиление, переданное через «магическое родство» от хозяина.

Сами Дора и Райшин тоже подходили к бою в надежде прикрыть центральных танков. Кот и Белка встретили железного виконта — самую сильную версию нашего разведчика. Он был закован в могучие тяжёлые латы и больше напоминал ходячий танк, который нереально было чем-то пробить. Его власть над металлом была во много раз сильнее, чем у Кота. Зато у Виконта не было девяти жизней и помощи из астрального мира.

Прямо под ним из земли с треском вырвался стальной ликвидатор. Призванное существо резко подняло голову и попыталось проглотить Виконта, но тот оказался не так уж и неповоротлив, как казалось из-за его сверхтяжёлых лат. Похоже, это была не просто усиленная магией сталь — его костюм был чем-то вроде экзоскелета в средневековом антураже.

Включились некие сервоприводы, и тело Виконта соскочило с головы призыва.

Кот появился словно из ниоткуда — способность ходьбы через астральный мир и сильная скрытность делали его практически невидимым. Сам же Виконт, вопреки тяжёлой броне, был скорее стрелком, чем ближником. Его главным оружием было нечто вроде ружья, разгоняющее снаряды магической дроби, так что те били не хуже тамарской рельсы.

Реальная рельса — экспериментальный образец тамарцев тоже не отставала. Кот выстрелил противнику в живот, оставив мощную вмятину на броне и отбросив назад. Противник повалился на побелевшую от изморози траву локации.

Оружие Виконта перезарядилось само. Он мгновенно поймал противника в прицел, но нажать на спуск не успел — сработал астральный магнит, вызывающий лёгкий ступор при виде Кота. Чем тот сразу же воспользовался, сократив расстояние блинком и оставляя рядом с противником связку плазменных гранат.

Противник криво улыбнулся через прорези в плотном шлеме. Одно движение пальца Железного Виконта превратило связку гранат в металлический шар. Но далеко не все из них были именно из металла. Пластиковые версии тут же сдетонировали. Раздался взрыв, накрывший сперва Виконта, а затем и самого Кота — противник призвал невесть откуда взявшиеся железные цепи и втащил его в зону поражения.

Невероятная броня Виконта выдержала, хоть и сильно оплавилась. У Кота же такой защиты не было. У него было нечто получше — сработал дар девяти жизней, и возродившийся Кот в десяти метрах от Виконта уже активировал один за другим навыки гибридных стихий. Железное древо превратило жёлтую траву вокруг Виконта в стихию сильфура, а дальше в ход пошёл стихийный контроль.

Противник ожидаемо попытался перехватить власть над металлом, но это было не так-то просто на этот раз, ведь в гибридной стихии ему подчинялась лишь металлическая часть без растительной основы.

Кот собрал магию ветра вокруг себя в способность «точности» и выстрелил в прорезь шлема временно обездвиженного экспериментальной тамарской рельсой противника…

Бой шёл на грани, у Кота было не так много трюков, которые бы сработали против Виконта, и с двумя такими он бы не справился. Но вторую копию на себя взяла Белая.

Пули её верного автомата не пробивали броню, а лишь отвлекали противника, но ей хватило и этого. Девушка начала с контроля локации, умело отрезая противника «альбионом». Поднялась плотная завеса тумана, отрезающая их обоих от идущего боя, и чтобы усилить этот эффект, некогда первая проходчица начала переход в Долину.

Она умело нападала из коротких порталов, чтобы не позволять противнику отвлекаться от неё. Долина же медленно проявлялась в реальности. Выходили аспектные звери с ноктюрнальной энергией. Усиленный навык сделал малополезный призыв водяных кошек опасным — чернильные твари тёмного астрала в телах водяного существа делали его грозным оружием, пусть и не способным пробить броню Виконта.

Тот маневрировал. Несмотря на тяжёлую броню он был невероятно мобилен и быстро реагировал на угрозы. Девушка уже была в режиме «серебряной охоты», а за спиной развернулись чарующие крылья лекиса. Красота девушки заставляла даже такого опытного проходчика, как Виконт, сбиваться и действовать медленнее, пока её скорость реакции и рефлексы были усилены рядом расовых навыков и принятых заранее зелий.

Выстрелы Виконта забрали уже три её жизни, однако за счёт Долины девушка была с ним на одном уровне силы, но, в отличии от Виконта, её сила со временем только возрастала, когда к ней стекалась влага и воля красных цветов. Если она его не заморозит, то рано или поздно погрузит в «красный сон». В астрале её сила уже будет превосходить возможности противника.

Вскоре рассмотреть их противостояние стало уже невозможно за плотным строем белых облаков «альбиона».

На миг всё происходящее скрылось во вспышке синего пламени. От столкновения Мерлина с двойником, некогда превратившим два сектора в зону смерти, задрожала локация. Его копия сыпала с неба летающими големами, внутри которых находилась взрывчатка.

Безумный подрывник наконец дорвался до битвы, но внести достойный вклад в неё не мог — большинство его творений уничтожались синим пламенем раньше, чем они успевали достигнуть цели, и они даже не могли взорваться — мёртвый свет, усиленный циклическим колдовством и аспидной синевой, плавил их раньше, превращая в жижу.

По плану Мерлин сам должен был заняться своим двойником. Вернее, уже двумя двойниками. Но, похоже, он уже сильно превзошёл своё сильнейшее воплощение. Навык заразного света прыгал от одного тающего в полёте голема к другому. Безумный подрывник вовремя распознал угрозу и подрывал свои творения раньше, но и это оказалось не панацеей.

Очередная взрывоопасная птица вдруг отказалась ему подчиняться и полетела на таран. Подрывник повторно активировал взрыв, но без результатов — ведь это была лишь созданная материализацией света копия.

Сработал «отложенный свет», позволяющий запечатывать в камнях часть силы. Внутри созданной Мерлином копии птицы сдетонировал голубой кристалл, создавая мощный взрыв в воздухе. Мощная вспышка аспидной синевы вновь на миг скрыла поле сражения, а когда я вновь увидел противника — тот уже нёсся навстречу Мерлину в попытке суицидальной атаки.

Подрывник сбросил тёмную мантию, в которой ходил, обнажая огромный уродливый рот на груди. Кажется, мы многого не знаем о прошлом Мерлина… Новый оглушительный взрыв сотряс локацию, оставив после себя кратер до самого вечного пересбора под нами.

Вполне в духе нашего мага. Только вот совершенно бессмысленно — Мерлин перешёл в форму света, а свету невозможно навредить взрывом… Оставался второй клон, но, похоже, за мага можно не переживать. Он ещё не показал всего, что может.

Масштабный бой ещё только начинался, но пока что мы вели счёт, даже с учётом задвоенного количества «истинных врагов».

Но это пока… За всем этим стоит Фрау, а значит, это только начало…