Я видел через увеличительную трубу, как ящер, сложив крылья, ринулся на перехват. Он, как и любой зверь Элиона, принял небесного гостя за соперника.

— Нет! — крикнул я в пустоту. — Не трогай его, глупый ящер! Это не живое!

Валдрун открыл пасть, собираясь выпустить струю плазменного огня, но поток воздуха от пламени чужака был такой силы, что дракона просто сдуло в сторону, как осенний лист. Чудовищная железная птица даже не дрогнула, лишь ускорила свой бег, оставляя за собой шлейф ядовитого смрада, от которого Валдрун шарахнулся, чихая и теряя высоту.

Пришелец не атаковал. У него не было когтей, не было клыков. Он просто уходил, набирая скорость, недоступную ни одному живому существу нашего мира.

Я перевел взгляд ниже, на Белую Террасу. Там, среди своих драгоценных, поющих на ветру цветов, стояла леди Лирэль. Ветер, поднятый пролетом гиганта, рвал её изумрудное платье, расшвыривал длинные черные волосы, но она не отступала. Она стояла у самого края мраморных перил, вцепившись в них побелевшими пальцами.

В её позе не было страха. Лорд Кайран уже бежал к ней, выкликая стражу, но она его не слышала. Она смотрела вверх.

Я направил кристалл усиления зрения на кабину странного корабля. Его «голова» была прозрачной, состоящей из множества граненых стекол. И там, внутри, сидели… люди.

Не демоны, не духи эфира. Люди. В странных шлемах, в одеждах.

Один из них, тот, что сидел слева, смотрел вниз. Прямо на неё.

Леди Лирэль подняла руку. Это был непроизвольный жест. То ли приветствие, то ли мольба. Я видел её лицо в тот момент. На нём застыло выражение такого мучительного восторга, такой пронзительной узнаваемости, словно она ждала этого ковчега всю свою жизнь.

— Забери меня… — прочитал я по её губам, хотя шум заглушал всё. — Покажи мне…

Корабль пронесся над замком. Его тень на мгновение поглотила нас, и в этом мгновении Лирэль казалась не хозяйкой Садов Луны, а пленницей, увидевшей в окне темницы проходящее войско освободителей, которое прошло мимо.

Когда гул начал стихать, уходя к Восточным Пределам, я бросился к Сфере Согласия. Моя лаборатория сходила с ума. Писец-автоматон лихорадочно чертил на пергаменте ломаные линии, разбрызгивая чернила.

— Анализ среды! — скомандовал я, возлагая руки на пульсирующий кристалл. — Источник энергии объекта?

Сфера отозвалась тревожным багровым пульсом.

«Магии не обнаружено, — шептал голос в моей голове. — Эфирный фон нулевой. Движение осуществляется за счет взрывного сжигания ископаемой органики».

Я похолодел. Они летали на взрывах? Они сидели верхом на бочке с жидким огнем? Безумцы. Гениальные, отчаянные безумцы.

Но самое страшное показал анализатор жизненных ритмов. Я настроился на остаточный след их душ.

— Частота вибрации их ауры… — пробормотал я, не веря глазам. — Она слишком медленная. В нашем мире, где эфир пропитывает каждый камень, их кровь начала бы закипать. Их сердца остановились бы через час.

Они были здесь чужими настолько, насколько рыба чужда пустыне. Воздух Элиона, насыщенный маной, для них, настоящий яд. А их мир… вероятно, серый, тяжелый мир, где нет магии, и им приходится строить железных чудовищ, чтобы покорить небо.

Вечером, в Зале Затихающих Светил, ужин проходил в напряженной атмосфере. Слуги, разливая звездное вино, тряслись так, что капли падали на скатерть. Шепот полз по замку: «Колесница богов», «Предвестник конца», «Повозка Тёмного».

Лорд Кайран, мощный мужчина со шрамом на щеке, яростно резал мясо горного вепря. Он был зол. Вторжение в его владения, которое он не смог ни предотвратить, ни понять, уязвило его гордость.

— Я удвоил караулы на стенах, — бросил он, не поднимая глаз. — Лучникам выданы стрелы с наконечниками из грозового камня. Если эта штука вернётся, мы её собьём.

— Вы не собьёте её, милорд, — тихо возразила леди Лирэль.

Она почти не притронулась к еде. В её глазах всё ещё стоял тот блеск.

— Оно летело быстрее звука собственного крика. Валдрун выглядел рядом с ним неуклюжим щенком.

— Это была иллюзия! — рявкнул Кайран, отбрасывая нож. — Фокус Тёмных Магов с Запада! Магистр Элдор, скажите ей! Это ведь был морок?

Я вздохнул, вертя в руках бокал.

— Боюсь, что нет, милорд. Сфера Согласия не ошибается. Это была материя. Плотная, тяжелая материя. Десятки тысяч локтей металла. И внутри были живые существа.

— Существа… — подалась вперёд Лирэль. — Я видела одного. Мужчину. У него было усталое лицо. Он не выглядел завоевателем, Кайран. Он выглядел… потерянным. Как путник, сбившийся с тропы в метель.

— Потерянным? — усмехнулся Лорд. — Они чуть не снесли шпиль моей цитадели! Они напугали дракона! Это разведчики, Лирэль. Шпионы.

— Шпионы не летают на грохочущих птицах, — парировала она. — Магистр, вы сказали, они не могут здесь жить. Почему?

— Наш мир слишком ярок для них, леди, — пояснил я, подбирая слова. — Представьте, что глубоководную рыбу вытащили на солнце. Наша магия, наш эфир, он сожжет их нервную систему. Они прибыли из мира, где законы природы иные. Более… жесткие. Там, где нет чудес, их приходится создавать руками. Из железа и огня.

— Мир без чудес… — прошептала она, и в голосе её прозвучала бездна сочувствия. — Каким же холодным должно быть их небо. И всё же, они смогли подняться в него. Вопреки всему. Это ли не истинное величие?

Кайран фыркнул, наливая себе вина.

— Это гордыня. Строить железных птиц, поднимающихся выше облаков, путь к падению. Вспомни легенды о Древних. Хорошо, что они убрались.

— А куда они делись? — спросила леди.

— В «Око Бури» над озером Мира, — ответил я. — Я отследил их траекторию. Они направили свой корабль прямо в аномалию, в вихрь хаоса. Любой наш корабль там бы развалило на щепки. Но их «ковчег»… он просто пронзил бурю, как игла ткань. И исчез. Дверь захлопнулась.

— Они вернулись домой, — констатировала Лирэль. — В свой мир. Но теперь они знают, что есть мы. Что есть цвета, которых нет у них. Что есть драконы.

— Пусть знают, — отрезал Кайран. — Лишь бы не возвращались. Наш мир не для железных птиц. У нас есть свои крылья.

— Да, милорд, — покорно согласился я, склоняя голову.

Спорить с Лордом, когда он в таком настроении, бесполезно.

Ужин закончился в молчании. Лорд ушел проверять посты, гремя сапогами. А леди Лирэль подошла к высокому стрельчатому окну. Двойные луны Элиона заливали зал серебряным светом.

— Магистр, — позвала она, не оборачиваясь. — Вы верите в судьбу?

— Я верю в движение звезд, леди.

— А я думаю… думаю, что нам сегодня показали сон. Чей-то чужой сон. Мы приснились им, а они, нам.

Она прижала ладонь к холодному стеклу, глядя мечтательно туда, где ранее в небе пронеслась железная птица, единственное доказательство того, что сказка была реальностью.

— Жаль, — тихо вздохнула она, и я увидел, как по её щеке катится слеза, сверкая в лунном свете как алмаз. — Жаль, что мы не смогли сказать им, что мы — не сон. Что мы тоже живые. И что мы… будем ждать.

Постскриптум, добавленный на рассвете.

Я не спал всю ночь. Я пересчитывал формулы, проверял записи кристаллов. Всё сходится. Разлом был случайностью. Вероятность повторения, один на миллион циклов.

Но я сохранил этот свиток в Особом Архиве. Я назвал его «Хроника Железного Странника».

Я записал всё это не для истории, а для памяти. Потому что чудо, оно ведь не в металле и не в магии. Чудо было во взгляде. Во взгляде, брошенном через бездну миров, между мужчиной в небесном корабле и женщиной на земной террасе.

Они были разделены всем. Пространством, временем, самой природой материи. Но на миг они были едины в своем удивлении.

Пусть их сосуд найдёт дорогу в свою гавань. Пусть их «земля» примет их обратно.

Но я знаю одно, Элион изменился. Мы больше не одни. Где-то там, за завесой облаков, есть мир, где люди не умеют колдовать, но умеют летать на силе собственной дерзости.

И я боюсь представить, что случится, если однажды они научатся открывать двери сами.