Времени из-за покушения на трассе мы потеряли изрядно и поэтому в Муроме останавливаться не стали. Это доставляло некоторые неудобства, поскольку питаться приходилось на ходу, но останавливать колонну для полноценного обеда, тоже был так себе вариант. Следующую большую остановку решили сделать в Арзамасе.

Было маловероятно, что следующее покушение состоится в ближайшие часы, поэтому ехали не особо опасаясь. До города мы добрались без происшествий, а там нас уже дожидался решивший задержаться Хмурый, который следовал сам по себе в свободном поиске, опережая нас почти на сутки.

Так как встречи с ним так скоро я не ожидал, то сразу понял, что случилось что-то серьёзное, по пустякам меня Степан дёргать не стал бы.

История, которую поведал мне Степан, была интересной и занимательной. Особо оригинальным ходом попытку противников подобраться ко мне через ближнее окружение не назовёшь, но разнообразие методов и скорость принятия решений и претворения их в жизнь, впечатляли.

Ресурсы были задействованы основательные. Это только лишний раз подтверждало, что противники у нас серьёзные. Ну так и мы ведь не пальцем деланные.

Степан был в приподнятом настроении, так как не сомневался, что сможет выбить из Еактерибургского авторитета имена заказчиков. Но мы с Волковым его энтузиазма не разделяли, и вот почему.

Собственного говоря, мы и так понимали, кто является конечными интересантами в этом деле, поскольку Мурена и Константин Кропоткин, по своим каналам навели справки, кто, грубо говоря, тырит мои изумруды и старается не допустить моего полноправного вступления в наследство.

Тайным грабежом месторождений изумрудов занимались четверо дворян, чьи земли соседствовали с моим графством.

С севера находились земли графа Никиты Пономарёва.

С юга владения барона Трифона Уварова.

С востока земли барона Алексея Барановского.

С запада владения боярина Кирилла Бельского.

Хищение драгоценных камней производилось посредством зарегистрированной этими четырьмя субъектами кампании «Изумрудная Кампания Гудвин». Возглавлял кампанию наёмный управляющий из обрусевших немцев Георг Гогенцоллерн.

Добыча камней велась якобы на рудниках, расположенных на землях барона Трифона Уварова.

Справедливости ради следует сказать, что месторождения изумрудов там действительно были. Но залежи драгоценных камней там были бедные, и содержащие камни пласты породы были давно выработаны.

Барон Уваров был в этой шайке как бы особняком. Он и его специалисты занимались производственными вопросами, добычей и огранкой изумрудов. Причём специалисты у Уварова были хорошие, а его гранильные мастерские были одними из лучших в Европе.

Можно было даже предположить, что сам Уваров был человеком относительно порядочным и угодил в эту преступную компанию по воле случая.

А вот трое остальных участников бесстыдного грабежа, были, похоже, прожжёнными негодяями и жуликами.

Покровительствовал этой шайке сам Генерал-губернатор Фёдор Афанасьевич Муравьёв.

Само собой, сей почтенный муж не был посвящён в детали происходящего. Просто благодаря своему высокому положению получал определённую долю доходов от добычи драгоценных камней, а всеми грязными делишками занимались его помощники.

Разумеется, добытая Хмурым информация тоже имела свою ценность, и мы не собирались оставить без внимания участие криминального Екатеринбургского авторитета в развязанной против нас войне. Тем более что, похоже, именно он являлся посредником между владельцами конкурирующей фирмы и криминальным миром. Поэтому мы были обязаны ограничить возможности наших противников использовать эти ресурсы.

Что касается Генерал-губернатора, то самым разумным было избегать с ним прямого противостояния. Конечно, ресурсы Великого Дома Кропоткиных, скорее всего, превосходили возможности Генерал-губернатора, но такое столкновение переводило конфликт на совсем другой уровень и грозило столкновением Великих Домов. Расчёт был на то, что в конечном итоге Генерал-губернатору было всё равно от кого получать финансирование от добычи изумрудов, а мы, в свою очередь, понимали, что нужно делиться.

Кто наши главные противники, мы выяснили довольно быстро и теперь собирали подробные сведения об их связях, ближайшем окружении, искали уязвимые места. И кое-какие полезные зацепки наша разведка уже откопала.

Но чтобы их использовать надо было сначала доехать до театра военных действий, а судя по активности наших противников, сделать это будет не так-то просто. И теперь мы гадали, где и когда последует следующее покушение.

Согласитесь, не очень приятная ситуация. Мы были уязвимы, и противник этим умело пользовался.

Вообще, настроение у меня было отвратительное. Мы двигались по трассе из точки А в точку Б, путь длиной почти в полторы тысячи километров. Противник постоянно знал, где мы находимся в данный момент времени, а мы не имели ни малейшего понятия, где и когда он нанесёт очередной удар. Все преимущества были на их стороне.

Особенно меня раздражало то, что я привык полагаться сам на себя, на свою магию, которая позволяла мне выжить почти в любой ситуации. А теперь я должен был полагаться на защиту охраны. Но проблема заключалась в том, что защитить охраняемую персону от нападения, если для покушения задействованы солидные ресурсы, почти невозможно. И последующие события показали это со всей очевидностью.

Мне такая ситуация категорически не нравилась, и я усиленно экспериментировал с магией. Закольцевав магические потоки внутри тела, я существенно снизил скорость падения магического потенциала. При этом я постоянно тянул в себя рассеянную магическую энергию из окружающего пространства. И хотя это напоминало попытки путника, восходящего на вершину горы, дышать без кислородной маски разреженным воздухом, но всё же мне удалось достичь некого равновесия между исходящими и входящими потоками магии.

Так что какой-то запас магической энергии в средоточии у меня держался, хотя и незначительный, но кое-какие слабые магические техники я всё же мог использовать.

Кроме того, в нескольких бронированных фургонах, мы везли с собой кроме наличных денег и других ценностей, несколько специальных сейфов, в которых находились запасы энергетических кристаллов. Сейфы были продуктом последних достижений магической науки, и их стенки обеспечивали экранирование магических накопителей от внешней среды. Таким образом, находящиеся в сейфах магические накопители гораздо медленнее теряли накопленную в них магическую энергию.

Проблема была в том, что стоило только вынуть эти магические аккумуляторы из экранированных сейфов, как они начинали быстро терять содержащуюся в них магическую энергию.

Но всё же хоть какой-то вариант. Обычно одного энергокристалла хватало на несколько часов, прежде чем количество магической энергии в нём падало до критической отметки. Поэтому каждые несколько часов приходилось менять использованный энергокристалл на новый.

Надо отдать должное нашим противникам, фантазия у тех, кого они посылали по мою душу, работала весьма своеобразно. Не успели мы отъехать сотни километров от Арзамаса, как случилось очередное нападение, удивившее даже много опытного Волкова.

Движение в колонне всегда существенно снижает скорость передвижения. Колонна машин у нас была длинной, поэтому двигались мы не особо быстро. Движение по трассе было не особо оживлённым, тем более что следовавшие в хвосте нашей колонны экипажи всячески препятствовали посторонним машинам, двигающимся в попутном направлении, обгонять наш транспорт и отсекали лихачей, которые пытались пойти на обгон колонны.

А вот со встречным транспортом мы ничего поделать не могли. И встречный, хотя и редкий поток машин тёк мимо нас прерывистым ручейком.

В какой-то момент колонна машин вошла в длинный, довольно крутой поворот, и скорость машин ещё снизилась.

Фура, появившаяся из-за поворота, была самой обычной и не привлекла внимания охраны. Сколько их уже проехало навстречу таких длинномеров. Да если бы даже и охрана и заметила что-либо подозрительное, то что она могла предпринять?

Но в том-то и штука, что ничего подозрительного в этой встречной фуре не было. На том и строился расчёт.

Дальнейшие события произошли почти мгновенно

Фура поравнялась с шедшим в середине колонны внедорожником с графскими гербами на дверцах, в котором я обычно ехал.

Брезентовый тент боковой части кузова вдруг моментально опал вниз, открывая установленные на турелях два крупнокалиберных пулемёта, направленных в нашу сторону.

За те секунды, пока фура проносилась мимо, пулемётчики обрушили на мой внедорожник шквал огня. Нашу машину буквально смело с дороги, превратив её в подобие дуршлага из-за сотен рваных пулевых отверстий.

Все находившиеся в машине, погибли мгновенно. Машина после того, как слетела с дороги, перевернулась несколько раз, а после взорвалась.

Разумеется, в следующие секунды, быстро сориентировавшаяся охрана, открыла шквальный огонь по фуре, и та тоже не удержалась на дороге и рухнула в кювет.

Нашу машину было не жалко, жалко было находившихся в ней людей. Благодаря предусмотрительности Волкова, меня в машине не было. Не то чтобы он готовился к чему-то подобному, но замена машин и следование охраняемой персоны в разных машинах, были азами охраны высокопоставленных персон.

Защититься от покушения в большинстве случаев невозможно, но можно дезориентировать наёмных убийц, запутать и заставить отработать по ложной цели.

Волков и Олсен оставили бойцов разбираться с последствиями покушения, а остальная колонна покатила дальше.

Произошедшее ещё раз показало уязвимость следования машины с охраняемой персоной по общественным дорогам, если полностью не перекрывать движение по пути движения кортежа.

Ведь вместо фуры, мог быть скажем обычный многотонный грузовик, который в последний момент просто свернул бы на встречную полосу и бабах, лобовое столкновение.

Так что выбранный способ передвижения, был не самым лучшим.

А какие варианты?

Лететь самолётом, как обычный пассажир? Там опытные профи добрались бы до меня ещё быстрее. А до личного самолёта, я ещё не дорос.

Ехать поездом? Ещё хуже. Там удобных вариантов для киллеров пруд пруди.

Так что хороших и безопасных вариантов добраться в Екатеринбург не было в принципе.

Да и поздно теперь рассуждать, так что оставалось только продолжать движение.

В колонне ещё оставались несколько внедорожников с графским гербом на дверцах, якобы для перевозки моей сиятельной персоной, но я уже ни в одной из них не ехал. Более того, Волков заставил меня переодеться в форму дружинника, так чтобы я не выделялся из общей толпы.

Что сказать, такие меры предосторожности были нелишними, в чём мы скоро убедились.

Новая фишка противника касалась использования современных средств ведения боевых и разведывательных действий. В течение нескольких часов мы подверглись атаке дронов-камикадзе. Но к такому повороту событий мы были готовы и тоже озаботились современными средствами защиты. Все ударные дроны были сбиты на подлёте и не сумели нанести ощутимого вреда.

А вот очередную засаду охрана прозевала. Колонна двигалась по участку трассы, где в ландшафте преобладала холмистая местность с густым подлеском. Вот с двух таких холмов, с разных сторон дороги, по колонне и отработали гранатомётчики. В результате мы лишились ещё одного внедорожника, предназначенного для перевозки моей персоны. Погибли водитель, охранник и дружинник, одетый в дорогой костюм и изображавший меня.

Уйти нападавшим не удалось. Дружинники Олсена отреагировали быстро. И хотя у сидевших в засаде были подготовлены пути отхода, это им не помогло. Вся фишка была в том, что пешком беглецов было не достать, и киллеры на это и рассчитывали. Они вполне успевали добраться до стоящих поблизости машин и успеть смыться.

Но предусмотрительный Волков настоял, чтобы в Армавире к нашей колонне присоединились полтора десятка бойцов на кроссовых мотоциклах их задачей в пути, было обследование подозрительных мест на территориях, прилегающих к шоссе.

Эти ребята отреагировали мгновенно и за несколько секунд домчались на своих железных конях до вершин холмов, с которых была произведена атака. И не только домчались, но и успели расстрелять драпающих гранатомётчиков.

Двигаться дальше без дополнительной разведки, когда мы уже прозевали несколько засад, было бы непредусмотрительно. Нужно было использовать дополнительные средства своевременного обнаружения противников.

Пришлось задержаться и распотрошить груз одного из грузовиков, следовавших в колонне. Поскольку мы готовились к затяжному противостоянию, то запаслись весьма обширным арсеналом на все случаи жизни. Основная часть оборудования и вооружений уже находилась на наших временных базах и тайных складах в Екатеринбурге и его окрестностях, но кое-что, мы везли с собой.

А если конкретнее, то пришлось быстренько привести в боевую готовность и запустить десяток разведывательных дронов, которые теперь контролировали с воздуха дорогу и прилегающую местность.

Благодаря дронам мы своевременно обнаружили ещё одну засаду гранатомётчиков и вовремя ликвидировали вражеских бойцов.

Однако даже дроны прозевали следующую атаку. Поскольку такой наглости от противника мы просто не ожидали. Точнее, Волков ожидал и даже сделал приготовления на такой крайний случай. Хотя и сам считал, что это скорее перестраховка. Но, как оказалось, пригодилось.

Не знаю, где он маскировался и почему наши операторы летающих птичек его не заметили, но, когда боевой вертолёт, согласно всем канонам боевой науки, внезапно выпрыгнул из-за холма и открыл огонь из пулемётов и запустил ракеты по колонне, мы все малость офигели.

Ещё одна машина с гербами была уничтожена, пострадали несколько соседних автомобилей в колонне. Вертолёт после атаки пытался нырнуть обратно за холм, но ему это не удалось, по нему одновременно отработали зенитные пулемёты и осуществили пуски ПЗРК бойцы Торвальда, так что только горящие обломки посыпались с неба. Но тем, кто находился в машинах, попавших под огонь винтокрылой машины, это уже помочь не могло.

Видимо, наш противник малость выдохся, потому что оставшийся отрезок пути до Казани мы проделали без дальнейших приключений.

Надо сказать, что дорожные происшествия произвели неизгладимое впечатление на Государственного Инспектора Николая Жмыха и Государственного Пристава Никифора Селезнёва. Они только сейчас начали понимать, в какую опасную историю они вляпались. Теперь они уже не были так уверены, что статус государственных людей защитит их от случайной пули.

И если Государственный Пристав Селезнев ещё держался, всё же человек привычный, то Государственный Инспектор Жмых откровенно трусил. Он, скорее всего, попытался бы слиться, но недвусмысленный приказ начальства и хорошие деньги, которые я ему платил сверх официального жалованья, удерживали его от этого опрометчивого шага. Тем более что я пообещал удвоить обещанную ему по окончании дела премию.

А ещё, все эти покушения, наглая бесцеремонность, с которой действовали мои противники, заставила меня скорректировать свои планы в их отношении. Если раньше я собирался действовать как добропорядочный граф Малышевский, придерживаясь рамок закона, то теперь я пришёл к выводу, что те дикие места, где это моё графство расположено, мало чем отличается от зоны отчуждения вблизи Провала. А люди, там обитающие, от ублюдков, встречающихся в тех местах, где царит закон силы.

Я пока ещё не успел сделать этим людям ничего плохого, а они уже несколько раз пытались меня прикончить. Так стоит ли мне с ними церемониться? Возможно, следует прислушаться к мнению Степана Хмурого и действовать его методами.