Подскакиваю к шкафу-купе, откатываю зеркальную дверцу. Смотрю на свои вещи, привезенные

бабушкой Томой и заботливо разложенные прислугой по полкам.

Нет!

Ничего брать нельзя. Иначе охрана заподозрит.

Из другого отделения достаю платье и плащ. Те самые вещи, в которых приехала в Казанскую.

Наскоро одеваюсь. Причесываю волосы.

А когда выхожу за дверь, чуть не сбиваю с ног свекровь.

— Ты куда это собралась? — рявкает она командирским голосом.

— Зуб болит. Поеду к дедушке Саше, — вру с кислой миной.

— Платок надень, — велит Гузель и, оттолкнув меня, влетает в комнату. Хватает платок,

лежащий на кресле. — На, вот, возьми, — буравит злым взглядом. — Одни нервы с тобой,

Анжелика. Такой позор навлекла на наши головы…. — причитает она. — И куда только Таир

смотрел.

— Вы о чем? — повязываю на голову платок. — Таир прекрасно знает, кого взял в жены. А вам

за ваши сплетни и наговоры еще придется извиняться. Подумайте об этом, — спешу подальше от

противной бабы.

— Ой, нашлась тут королева! — бросает она мне вслед насмешливо. — Моему сыну такая жена

точно не нужна. Возвращай махр и звездуй на все четыре стороны.

— До свидания. Я к зубному, — поворачиваюсь в арке.

И спустившись на первый этаж, натыкаюсь на Карима, парня из личной охраны мужа.

— Мне нужно в стоматологию, — стараюсь говорить спокойно. — Меня отвезут, или лучше вызвать

такси?

— Сейчас поедем, Анжелика Алексеевна, — кивает он и сразу отводит глаза. Видимо, слышал все

обвинения Альмы.

Но сейчас мне уже все равно. Кто оговорил меня? Кто настроил против меня Альму и Таира?

Да, да, Таира. Муж тоже в одночасье переменился. Вон как отчитал по телефону. Даже не

разобрался ни в чем. Сидит там в ресторане с девкой какой-то, а я…

Обидно ужасно. Но, слава богу, наш брак не был оформлен официально. Поэтому Таирчик

обломается. Не дотянуться ему до моих акций. И махр я ему не верну. Я не просила мне дарить

здание. Колье бы точно за глаза хватило.

Да и не думала я о деньгах, о выгоде. Просто приняла этого мужчину. И, наверное, влюбилась

в него.

А он… Смаргиваю слезы. Никто не должен видеть, как мне больно.

Спокойно сажусь в машину, подогнанную Каримом к крыльцу.

— Да, дедушка Саша, — отвечаю на звонок своего спасителя.

— Ты в порядке? Едешь?

— Да, скоро буду у вас в клинике, — заверяю своего спасителя.

— Вот и хорошо. Жорка тебе билет уже купил…

— А как же… — вспоминаю про загранпаспорт.

— Все у меня, Ликуша. Не беспокойся.

И я выдыхаю с облегчением.

Машина тормозит около входа в клинику.

— Я вас провожу и подожду в машине, — предупреждает меня Карим. Уважительно открывает

дверцу, помогая выйти.

Первым направляется к дверям стоматологии. И войдя внутрь, придирчиво осматривает холл. Ой,

дурак!

«Деда Жору тебе все равно не переиграть», — опуская голову, прячу улыбку.

Подаю заботливой медсестричке плащ. Надеваю бахилы поверх туфель и, словно на плаху,

иду в Сашин кабинет. И как будто пересекаю неведомую черту. Прохожу точку невозврата.

Не знаю, как оно сложится дальше. Но одно ясно. Как прежде, уже не будет. И к Таиру я

больше не вернусь.

— Я вас здесь подожду, — слышу голос Карима.

«Жди, мальчик. Жди», — думаю мстительно. И мне даже жаль парня. Таир его точно вздрючит за

мою пропажу. Но сейчас меня это точно не касается.

— Так, — командует Саша, как только закрывается дверь. Сжимает меня в медвежьих объятиях. –

Как же ты на нашего Лешку похожа, девочка, — бросает в сердцах. Хлопотливо открывает

дорожную сумку, с которой обычно ездит моя Надя.

— Надежда тебе пальто передала, — достает короткий тренч из валяной шерсти. По черному фону

бегут алые розы, ворот усыпан стразиками. — Надевай, и выходим через запасной выход, –

порывисто приказывает он. — Документы в саквояже. Ни о чем не беспокойся, — подхватывает

бабушкину сумку. — Едем. Каждая минута на счету, — добавляет сердито и спохватывается в

последний момент. — Ах да!

Включает аудиозапись на стареньком самсунге, наполняя кабинет стрекотом сверлильной

машинки.

— Пора. Зарядки на полчаса хватит, — подмигивает он и ведет меня к выходу.