Я сидела на маленьком балконе своей вьетнамской квартирки, потягивая холодный кокосовый сок, и смотрела, как солнце медленно погружается в море. Закаты здесь были безумно красивые — розовые, оранжевые, фиолетовые. Я снимала их на камеру, выкладывала в блог, писала философские посты о свободе и внутренней гармонии.

Внутренняя гармония, конечно, врала безбожно. Но подписчикам нравилось.

За спиной играла тихая музыка, вентилятор лениво гонял тёплый воздух. Вечер обещал быть таким же, как все предыдущие — спокойным, одиноким, предсказуемым.

Я как раз допивала сок, когда в дверь постучали.

Я нахмурилась. Ко мне никто не ходил. Соседи не знали, курьеры звонили заранее. Может, ошибка?

Стук повторился — настойчивее, громче.

Я встала, накинула лёгкое парео поверх купальника и поплелась открывать. Распахнула дверь — и мир остановился.

На пороге стояли ОНИ.

Артём и Кирилл. В шортах, майках, с рюкзаками за спиной, загорелые, огромные, совершенно нереальные посреди этой вьетнамской экзотики. Я смотрела на них и не верила глазам. Сердце пропустило удар, потом ещё один, потом пустилось вскачь.

— Привет, малышка, — хрипло сказал Артём, и его губы растянулись в знакомой усмешке.

Я отшатнулась, вцепившись в дверной косяк. Ноги стали ватными.

— Вы… как… что вы здесь делаете?

— Искали тебя, — просто ответил Кирилл, и его глаза, такие родные, тёплые, смотрели на меня с той же нежностью, что и тогда, в последний день. — Ты не представляешь, сколько времени мы потратили, чтобы найти твой след.

— Зачем? — выдохнула я, чувствуя, как внутри закипает злость. Та самая, что копилась месяцами. — Я вам не нужна была. Вы сами меня бросили.

Артём шагнул вперёд, но я выставила руку, останавливая его.

— Стоять. Не подходи.

Он удивлённо приподнял бровь, но остановился. Кирилл остался стоять на месте, но я видела, как напряглись его плечи. Два хищника, замерших перед добычей.

— Наташ, — начал Кирилл примирительно, — мы понимаем, что ты злишься. Но дай нам объяснить…

— Объяснить, что? — во мне, наконец, прорвалась вся боль последних месяцев. — Что вы просто исчезли из моей жизни? Что оставили мне конверт с деньгами, как любовнице на прощание? Что я должна была сидеть и ждать, когда вы вспомните обо мне?

— А не хер было уезжать, — буркнул Артём, и я аж задохнулась от такой наглости.

— Я уехала? — мои глаза расширились. — Это ВЫ уехали! Вы меня выставили! Сказали, что работа, что так надо, что мне учиться нужно!

— Мы искали тебя, — повторил Кирилл, делая осторожный шаг вперёд. — Два месяца. Объездили полстраны, пока вышли на твой блог. Ты хоть представляешь, как мы с ума сходили?

Я покачала головой, отступая в квартиру. Они вошли следом, и дверь за ними захлопнулась. Я оказалась в ловушке. В лучшей ловушке в своей жизни.

— Ну и что, что искали? — я пыталась держать оборону, хотя голос предательски дрожал. — Я вам не нужна была. А теперь вспомнили? Найти решили? Идите к тем, кого вы трахали все эти месяцы!

Артём и Кирилл переглянулись. На лице Артёма мелькнула та самая усмешка.

— Кажется, кто-то давно сексом не занимался, — сказал он, и в его голосе прозвучало такое знакомое, родное самодовольство.

— Наташ, заканчивай ревновать, — добавил Кирилл, и его взгляд скользнул по моему телу, едва прикрытому тонким парео. — У меня уже член дымится.

— Так передёрни, чтобы не дымился, — огрызнулась я, чувствуя, как предательское тепло разливается внизу живота. Чёртово тело. Оно их помнило. Оно по ним скучало.

Артём приподнял бровь.

— Кажется, сейчас кто-то договорится.

— Только попробуйте, — прошипела я, пятясь к выходу из гостиной.

— Мы не будем пробовать, — спокойно сказал Кирилл, и они двинулись на меня с двух сторон.

Два хищника. Два огромных, опасных, невероятно желанных хищника. Я рванула к двери, пытаясь проскользнуть мимо, и почти получилось — я уже коснулась ручки, когда длинная рука Артёма схватила меня за развевающееся парео. Ткань жалобно треснула, и я оказалась в его железных объятиях.

— Пусти, — выдохнула я, слабо толкая его в грудь. Но руки уже сами вцепились в его майку, а тело прижалось к нему, вспоминая каждую клеточку. Он пах так знакомо — кожей, потом, мужчиной. Моим мужчиной.

Он развернул меня, впился в губы поцелуем — жёстким, голодным, собственническим. Я застонала ему в рот, отвечая с той же жадностью. Предательница. Но мне было плевать.

Кирилл подошёл сзади, его руки скользнули по моей спине, стягивая остатки парео. Губы коснулись шеи, плеча, лопаток. Я задыхалась между ними, теряя связь с реальностью.

Они раздевали меня быстро. Целовали по очереди, передавали друг другу, как самое ценное сокровище. Пока Артём терзал мои губы, Кирилл уже добрался до груди — сосал, покусывал соски, от чего по телу бежали разряды. Потом они менялись, и уже Артём ласкал грудь, а Кирилл целовал меня так глубоко, что я забывала дышать.

Я чувствовала их руки везде. На бёдрах, на талии, между ног. Пальцы Кирилла скользнули внутрь — я была уже мокрая, готовая, текущая. Я вскрикнула, вцепившись в плечи Артёма. Потом пальцы сменились, и уже Артём ласкал меня там, а Кирилл спустился ниже, целуя живот, бёдра…

Я кончила быстро, почти сразу, вскрикнув и выгнувшись в их руках. Тело сжалось и задрожало, но они не дали мне опомниться.

Кирилл стянул шорты, и я увидела его — такой же огромный, напряжённый, желанный. Я опустилась на колени сама, без принуждения, обхватила его губами. Скучала. Боже, как я скучала по этому вкусу, по этой твёрдости, по этим стонам, которые он издавал, когда я брала его глубоко.

Артём тем временем приподнял мою попку, раздвинул ягодицы и приник губами к самому чувствительному месту. Его язык — горячий, настойчивый — вылизывал меня сзади, пока я брала в рот Кирилла. Ощущения были невыносимыми. Я застонала, задвигалась активнее, чувствуя, как нарастает вторая волна.

Они не дали мне кончить снова. Артём поднял меня, развернул и вошёл резко, одним мощным толчком. Я закричала от полноты ощущений. Кирилл встал передо мной, и я снова взяла его в рот, пока Артём врезался в меня сзади.

Ритм был бешеный, слаженный, будто они practised. Они двигались по очереди — Артём входил, Кирилл выходил из моего рта, потом наоборот. Я была их марионеткой, их игрушкой, их центром вселенной.

Они брали меня по очереди, передавали друг другу, ласкали, целовали, сводили с ума.

А потом вошли вместе.

Это было безумие. Заполненность до краёв, до невозможности дышать. Я чувствовала их обоих — глубоко внутри, одновременно. И это было именно то, чего я хотела. То, по чему сходила с ума все эти месяцы.

Оргазм накрыл волной, за ним второй, третий. Я кричала, не сдерживаясь, кончая снова и снова, пока они двигались во мне, растягивая удовольствие.

Я потеряла счёт времени, потеряла себя, растворилась в них.

Когда всё закончилось, мы лежали на диване в гостиной. Я — зажатая между ними счастливая и опустошённая. Мои мужчины тяжело дышали, их руки гладили мою кожу, будто проверяя, что я настоящая.

— Это всё равно ничего не меняет, — прошептала я, когда смогла говорить. Голос охрип от криков. — Вы мной просто воспользовались.

Артём хрипло рассмеялся, прижимая меня крепче.

— И ещё раз воспользуемся. И ещё не раз. Приготовься, мы тебя затрахаем.

Между ног предательски сжалось от предвкушения.

— А как же ваша работа? — спросила я, пытаясь вернуть остатки здравого смысла.

Кирилл поцеловал меня в висок.

— Мы как-нибудь это совместим. Нам такой девочки больше нигде не найти. Так что решили больше с тобой не расставаться.

Я подняла голову, посмотрела на него удивлённо. Потом перевела взгляд на Артёма. Он смотрел на меня своими холодными глазами, но в них сейчас было столько тепла, что я растаяла.

— Правда? — выдохнула я.

Вместо ответа Артём легко подхватил меня и усадил на себя сверху. Я почувствовала, как он снова входит в меня, уже твёрдый, готовый.

— Видишь? — он усмехнулся, беря моё лицо в ладони. — Я таких, как ты, ещё не встречал. Ты любишь секс так же, как мы. И мне это в тебе охуеть как нравится.

Я засмеялась и начала двигаться, чувствуя, как сзади ко мне прижимается Кирилл, целуя плечи.

— Только в этот раз, — выдохнула я, — никаких внезапных отъездов. Поняли?

— Обещать не можем, — честно ответил Кирилл, входя в меня сзади. — Но теперь ты будешь ездить с нами.

— И не вздумай сбегать, — добавил Артём, целуя меня в губы.

Я не ответила. Я просто отдалась этому безумному ритму, этим двум мужчинам, этой новой, непредсказуемой, но такой правильной жизни.

За окном шумел вьетнамский вечер, где-то вдалеке играла музыка, а я была дома.

В руках своих мужчин.

Наконец-то.