– Лили! – закричал Джейк, услышав, как она упала, и на этот раз Лидия со всей отчетливостью прочувствовала, как болезненно сжимается у нее что-то под ребрами при звуке чужого имени на его устах. – Ты как? Дай помогу!

Он протянул ей здоровую руку. С его помощью Лидия кое-как поднялась, но тут же снова завопила от острой боли, пронзившей ее при первой же попытке наступить на правую ногу.

– Ты себе что-то повредила, – сказал Джейк. Точнее, прокричал сквозь неумолчный стук дождя.

Лидия поморщилась.

– Что-то с щиколоткой.

– Идти можешь?

Она осторожно попробовала сделать еще шаг и вздрогнула, как только коснулась пяткой земли.

– Вроде как могу, но ужасно больно.

Он кивнул, отчего у него с капюшона хлынул поток воды, а потом придвинулся к ней и обхватил одной рукой за талию.

– Обопрись на меня.

Лидия качнулась к нему и обвила его рукой за пояс. Они вместе сделали несколько пробных шагов.

– Ну как? – спросил он, вглядываясь ей в лицо. Лидия невольно подивилась, до чего же иначе он выглядит, когда озабоченно сводит брови. Таким она его еще не видела.

Она прошла – скорее проскакала – еще несколько шагов. Боль слегка унялась, но еще не настолько, чтобы она могла наступить на больную ногу всем весом.

– Все в порядке. – Она попыталась улыбнуться и демонстративно сделала пару шагов. Вода с нее так и текла.

Но Джейк остановился, покачал головой и отлепил прилипший к ее спине рукав. Стянув рюкзак, он перевесил его на грудь, а потом повернулся и сделал приглашающий жест рукой.

– Запрыгивай, Лил. Я тебя подвезу.

– Шутишь? – фыркнула она. – Да я тебя раздавлю.

Он покачал головой.

– Ничего-ничего. – На лице у него снова проступила улыбка. – Не заставляй меня пожалеть о моем предложении.

Встряхнув головой, Лидия ухватилась за плечи Джейка и, кряхтя, тяжело взгромоздилась ему на спину. Если она и на вершину карабкалась без тени изящества, то этот прыжок вышел просто позорным. И хотя Джейк легко подхватил ее, но она чуть не сгорела со стыда от смачного хлопка своих обтянутых мокрыми джинсами ног по ткани его ветровки.

Самого Джейка, кажется, ничего не смущало. Хотя он поддерживал ее под ногу только одной рукой, но так приладился под ее вес, что она совершенно не боялась свалиться, а шагал он так легко и быстро, как будто она вообще ничего не весила. Обхватив обеими руками его за плечи, она вцепилась для надежности в рюкзак у него на груди. Нет, ну до чего же легко у него это получается! Она невольно улыбнулась.

– Какой ты сильный.

– Не без того. – Он тоже коротко рассмеялся, и Лидия всем телом ощутила вибрацию этого смеха. – Еще пару месяцев назад я был спортсменом мирового класса.

– По настольному теннису.

Он резко втянул в себя воздух.

– Смотри, сброшу.

– Ладно-ладно, прости. – Она украдкой улыбнулась. – Шагай давай.

И он зашагал, не ропща и не жалуясь, вниз по тропе, которой они пришли, а потом по улицам лежавшей под холмом деревушки. Остановился он только у самого кафе на главной улице и бережно спустил Лидию со спины на тротуар.

– Приют и кров, миледи, – ухмыльнулся он, открывая дверь и жестом пропуская Лидию вперед. Они отыскали столик в глубине кафе, стряхнули рюкзаки и вылезли из ветровок, чувствуя, как липнет к коже мокрая одежда.

По крайней мере, это у Лидии она липла к телу. Походная же одежда Джейка выдержала испытание. С лица и рук у него ручьями стекала вода, корни волос тоже промокли – но все остальное осталось совершенно сухим. Лидия выразительно закатила глаза.

Он лишь улыбнулся.

– Если хочешь пойти и посидеть под сушилкой для рук в туалете, я пока куплю тебе какого-нибудь горячего питья.

Лидия смерила его суровым взглядом, но потом решила, что идея и впрямь неплоха.

– Горячего шоколаду, пожалуйста, – бросила она через плечо, захромав в сторону туалетов. – И как можно больше посыпки.

Туалет в кафе оказался крошечным, зато сушилка для рук в нем работала, и Лидия целых две или три минуты пыталась под нее подныривать, пока не решила сперва снять самое мокрое из одежды. С промокшего носка буквально текло, и Лидия выжала из него больше воды, чем, по ее представлениям, вообще могло в одном носке поместиться. Подержав его под сушилкой, Лидия повторила процедуру со своими трусами и футболкой, но с джинсами даже и пытаться не стала, решив, что все равно не поможет. К тому моменту, как она закончила возиться с одеждой, она чувствовала себя менее мокрой (хотя все равно отсыревшей), да и в целом ей заметно полегчало.

То есть пока она не посмотрелась в зеркало.

Зеркало было не более фута в ширину, да еще и потрескалось вокруг болтов, которыми крепилось к стене, но Лидии хватило и этого, чтобы оценить, каким же страшилищем она выглядит. Мокрые волосы висели вокруг лица слипшимися прядями. Тушь на обоих глазах мало того что размазалась, но и стекала по щекам водянистыми черными струйками, заполняя и подчеркивая даже самые крошечные морщинки. Обветрившиеся ярко-красные щеки алели еще ярче на фоне бледно-синих губ. Все это великолепие складывалось в единый образ, куда более уместный на Хеллоуин, чем в неожиданно дождливую весеннюю субботу.

Лидия набрала полную грудь воздуха, на несколько секунд задержала дыхание, а потом медленно выдохнула и, оторвав полную горсть дешевой царапучей туалетной бумаги, по мере сил оттерла тушь с лица, взбила пальцами волосы, кивнула своему отражению и вернулась в зал.

Джейк сидел, откинувшись на спинку стула, но при виде Лидии тут же выпрямился и радостно показал на две кружки перед собой. От обоих исходил легкий пар. Лидия улыбнулась, дохромала до стола и с облегчением плюхнулась на стул напротив Джейка.

– Лучше? – поинтересовался он, подвигая к ней кружку. – У них были только сливки, зато свежевзбитые.

– Гораздо лучше, спасибо, – улыбнулась Лидия, обхватывая чашку замерзшими пальцами и с наслаждением ощущая, как от тепла ладони начинает покалывать крохотными иголочками. А уж поднеся чашку к губам и сделав первый глоток, она практически запищала от удовольствия.

– Ну что, – сказал Джейк чуть тише, чем прежде, – как тебе твое первое восхождение? Понравилось?

Лидия бережно отпила еще немного, стерла большим пальцем с верхней губы полоску взбитых сливок и лишь потом ответила:

– Если не считать дождя, и той овцы, и падения, и последнего подъема, то все ничего.

Губы Джейка изогнулись в улыбке.

– То есть получается… – Он неопределенно повел рукой. – …остаются виды и компания, да?

– Ой да, виды потрясающие, – с непроницаемым лицом заверила она. Джейк театральным жестом схватился за грудь. Лидия не выдержала и прыснула.

Он подвинул к ней маленькое заламинированное меню, и Лидия жадно его ухватила.

– Выбирай, Хромоножка, я схожу закажу, – предложил Джейк с чуть ехидной улыбкой. – За мой счет.

Лидия прикинула, не заказать ли самое дорогое, что есть в меню, чисто чтобы проучить Джейка, но потом решила, что на самом деле хочет самый обычный тост с сыром. Джейк коротко кивнул и отправился к стойке, а она осталась сидеть, стараясь не обращать внимания на то, как натирает кожу не до конца просохшая одежда.

Чтобы отвлечься, она принялась рассматривать висевшие на стенах кафе фотографии – снимки туристов, позирующих на вершине рядом с геодезическим знаком или выстроившихся группками перед самим кафе. Некоторые из снимков успели выцвести и обтрепаться по краям – прически давних времен соседствовали с написанными от руки записками, а те, в свою очередь, были пришпилены рядом с аккуратными и четкими фотографиями совсем недавних приключений. Давно ли, интересно, стоит здесь это кафе? Сколько туристов давали отдохнуть усталым ногам, сидя на этих же самых стульях?

Сколько людей сушило трусы под этой самой старой и шумной сушилкой?

При этой мысли Лидия поморщилась. Вернувшийся Джейк скользнул на прежнее место и задумчиво отпил из своей чашки.

– Лили, можно у тебя кое-что спросить?

Она кивнула, слегка настороженная отсутствием привычной шутливой нотки у него в голосе. Так на него непохоже.

– Только по-честному, начистоту, да?

Она откинулась на спинку стула и приподняла одну бровь.

– Само собой.

Джейк крепче стиснул пальцами чашку, но не поднял ее со стола.

– Ты ведь написала этот список, да?

Она снова кивнула.

– Список желаний – это, ну, по определению список того, что ты хочешь сделать, так? Список всего того, что тебе абсолютно необходимо успеть сделать в жизни.

– Ну да. – В голосе у нее зазвучали нотки растерянности.

– Что-то непохоже, чтобы тебе по-настоящему хотелось делать хоть что-то из этого списка.

Он заглянул ей в глаза, недоуменно сводя брови.

Внутри у Лидии все сжалось. Наверное, она должна была заранее догадаться, что Джейка удивит ее отсутствие энтузиазма в совместных приключениях. Она даже особо этого и не скрывала. Но не бросать же список – особенно теперь, когда она, мужественно претерпевая, уже на двадцать процентов его вычеркнула! На миг Лидия подумала, не признаться ли, что она вовсе не Лили Беннет, а просто случайно нашла список и ухватилась за эту возможность стать кем-то поинтереснее, чем настоящая она.

Но подобное объяснение звучало полнейшим бредом – даже для нее.

Поэтому Лидия выпрямилась на стуле и посмотрела Джейку прямо в глаза, решительно игнорируя то, как болезненно сжимается у нее горло.

– Начистоту, да?

Он медленно кивнул.

– Да.

– Ну тогда… – Она остановилась, чтобы отпить шоколада, лихорадочно пытаясь собраться с мыслями. – Ты же знаешь, что я много лет была замужем.

Джейк снова кивнул, и Лидия, набравшись духу, продолжала:

– Он бросил меня чуть меньше двух лет назад. Я вернулась домой с работы, а он стоял на кухне с чемоданом. Сказал, что из нашего брака пропала вся радость и чувства у него переменились. И ушел. – Голос у нее дрогнул, стал тише. – Просто взял и ушел, – почти шепотом закончила она.

Джейк ничего не ответил. В улыбке его сквозил намек на сочувствие, однако до глаз оно не доходило.

Лидия судорожно вдохнула.

– И знаешь, это застало меня совершенно врасплох. Я ничего подобного не ожидала. Ничего не замечала. Мы даже не ссорились. Все было хорошо, а потом в один прекрасный день оказалось, что все плохо, – и все. – Она нажала языком на свод нёба. – Он ушел.

Джейк наклонился вперед, подперев подбородок неплотно сжатым кулаком здоровой руки, и несколько секунд всматривался в лицо Лидии.

– Ты все еще любишь его?

– Ну конечно! Он был любовью всей моей жизни. – Она попыталась улыбнуться, но тоска превратила улыбку в печальную гримасу, и Лидия тяжело вздохнула. – Словом, несколько недель назад я случайно столкнулась с ним в магазине, и он был со своей девушкой. – Голос у нее дрогнул. – Само собой, она молодая, красивая, да еще и итальянка впридачу.

– И как только посмела, – тихо заметил Джейк.

Ответная улыбка Лидии вышла слабой и блеклой, еле заметным движением губ.

– Но он так о ней говорил, что я кое-что осознала. Он говорил, сколько в ней духа приключений, как она бегает ультрамарафоны, покоряет горные вершины, ну вот я и подумала… – Заметив краешком глаза выбившуюся из прически прядку волос, она потянулась разгладить ее пальцами. – Подумала, может, именно этого ему во мне и не хватало. Ну то есть вдруг ему во мне не хватало только этого. – Она рассмеялась, тихо и невесело. – Мы были вместе почти двадцать лет. У нас есть дочь. Должно же это что-то значить.

Джейк, нехарактерно тихий, лишь кивал, слушая эту сбивчивую речь.

– И я подумала, если вдруг мне удастся найти эту частицу себя… – Голос Лидии постепенно окреп. – …если я стану такой же легкой и активной, как она, может, он снова меня полюбит.

Теперь, когда она произнесла это вслух, в этом словно бы даже какой-то здравый смысл прорезался.

Джейк не отрывал от нее взгляда светло-карих глаз.

– И поэтому ты написала список. – Это был не вопрос.

Она кивнула. Солгать напрямую она бы сейчас не смогла.

– Потому что я, понятное дело, в жизни не делала ничего мало-мальски тянущего на приключение.

– До сих пор, – поправил Джейк, и у Лидии сразу стало чуть легче на сердце, а в груди потеплело от искренней гордости.

Она улыбнулась.

– До сих пор.

Джейк еще несколько мгновений смотрел на нее, а потом снова отпил из чашки. В выражении его лица появилось что-то новое и непривычное, даже скорбное. Лидия не понимала, в чем дело. Несмотря на все попытки выудить из него что-то о его собственном прошлом, он практически не рассказывал о себе. Думает ли он о прошлом сейчас?

В любой другой день она бы дважды подумала, прежде чем подступаться к нему с таким прямым вопросом, но сейчас, промокшая до костей, растерявшая все чувство собственного достоинства где-то под скалой, на которую они сегодня карабкались, она даже не колебалась.

– А ты когда-нибудь был женат?

Он бросил быстрый взгляд на руки и чуть крепче сжал чашку.

– Нет, – ответил он через несколько секунд. – Нет, не был.

Лидия была готова ручаться жизнью, что тут крылось нечто большее.

– И никогда не хотел?

Он вскинул на нее взгляд.

– Ну конечно, хотел. – Голос его звучал почти буднично, однако через эту будничность прорывалась нотка сожаления. – Один раз даже почти женился, но… – Карие глаза его потускнели, он отвернулся. Лидия никогда не видела его таким потухшим. – Ничего хорошего из этого не вышло.

От Лидии не укрылось, как он страдальчески поморщился. Все это так не вязалось с бодрым и неунывающим весельчаком, к которому она привыкла.

– Как и из моих приключений, – негромко сказала она, и сразу же привычный ей образ вернулся, на лице Джейка вновь заиграла знакомая чуть кривоватая усмешка. А при виде седовласой официантки, несущей к их столику две тарелки, он заулыбался еще шире.

И хотя Лидию кольнуло разочарование, что Джейк больше ничего не рассказал, но она еще никогда не испытывала такую радость при виде еды. Она жадно набросилась на свою порцию и даже не поднимала глаз, пока не запихнула в рот последний кусочек. Наконец оторвавшись от тарелки, она обнаружила, что Джейк задумчиво и чуть насмешливо наблюдает на ней, а вокруг глаз у него разбегаются веселые морщинки.

– Что такого? – спросила она сквозь полный рот хлеба, масла и сыра. Губы Джейка снова искривились в усмешке.

– Ничего, – покачал головой он. – Просто никогда еще не видел, чтобы так наслаждались обычным тостом.

Она сдавленно фыркнула.

– Потому что еще никто и никогда так тостом и не наслаждался.

Он снова улыбнулся, а у Лидии стало легче и теплее на душе. Она вдруг поняла, что зрелище того, как она варварски сожрала всю порцию, ничуть не оскорбило его чувств. Вот Аге нашлось бы что сказать о ее застольных манерах. Адаму, конечно, тоже.

– Знаешь, – заявила она, вытирая масляную полоску с нижней губы бледно-голубой салфеткой из-под столовых приборов, – мне это было решительно необходимо, чтобы прийти в себя после самого серьезного разговора, какой у нас с тобой только был.

Джейк важно кивнул.

– А ведь и правда. По-моему, мне теперь просто необходимо пошутить как минимум три лишних раза, чтобы хоть как-то искупить эту серьезность.

– Ой, не надо.

– Какой месяц самый короткий? – продолжал он, демонстративно игнорируя ее мольбу.

Лидия ничего не ответила.

– Май, потому что в нем всего три буквы, – без запинки ответил он сам и расплылся в такой широкой улыбке, что Лидия на долю секунды почти всерьез испугалась, что он превысил свои физические возможности и теперь лицо у него провалится внутрь себя, точно умирающая звезда.

А Джейк не переставал улыбаться. Ни за столом, ни через час, когда они ехали обратно по петляющим дорогам Йоркшира, а дворники на ветровом стекле работали на полную мощность, но все равно еле-еле справлялись с потоками дождя.

Лидия не замечала этого, пока, притормозив перед светофором, не повернулась к Джейку с какой-то репликой то ли о погоде, то ли о поездке, то ли о том, как натерла ноги в мокрых носках, но, увидев выражение у него на лице, немедленно забыла, что собиралась сказать.

– Чего такое?

Он улыбнулся шире, но сперва ничего не ответил. Лишь когда зажегся зеленый свет и Лидия взялась за рычаг переключения скоростей, он негромко сказал:

– А ты ведь от природы кудрявая, да?

И снова в голосе у него прозвучало что-то, чему Лидия не могла подобрать определения. Она задумчиво коснулась волос, пытаясь пригладить начавшие завиваться прядки, хотя и понимала, что сейчас это уже заранее проигранная битва.

– Ну-у-у, да. – Щеки у нее заполыхали от смущения. Она терпеть не могла, когда кто-то видел ее такой. – Ужасно непослушные волосы.

Джейк ничего не ответил, а когда они остановились на следующем светофоре, Лидия снова увидела у него на лице все то же выражение.

– А сейчас-то что? – нахмурилась она.

Однако он лишь покачал головой. Кривоватая улыбка была опасно близка к тому, чтобы перерасти в широкую ухмылку.

– Ничего.

Снова направляя машину сквозь толщу проливного дождя, ни на миг не переставая ощущать легкую боль в левой ноге, Лидия отчаянно хотела стереть с его лица эту нахальную улыбку.