Макс ринулся следом, однако догнал Дилли лишь на другом берегу, на пирсе.

– Мама! – громко кричала Дилли, и ее голос далеко разносился над побережьем. – Она была здесь. На этом самом месте. Ты ведь тоже ее видел? – спросила она, вертя головой во все стороны.

Макс уперся руками в колени, переводя дыхание.

– За тобой не угнаться!

– Ты ее видел? Куда она пошла?

– Видел кого? Дилли, что происходит?

– Мою маму! Она стояла здесь и смотрела прямо на меня! – срывающимся голосом объяснила Дилли. – Куда она пошла?

– Не понимаю. Твоя мама умерла, ведь так?

– Нет, очевидно, она жива. Я дважды видела ее на этой неделе. Первый раз у галереи, а второй сейчас, – сбивчиво бормотала Дилли, непрестанно оглядываясь и разыскивая мелькнувшую в окуляре бинокля фигуру.

Макс аккуратно взял ее за плечи.

– Дилли, успокойся. Что ты такое говоришь?

– Как ты не понимаешь? Мама выжила в аварии. Вероятно, потеряла память и не знает, кто она, но каким-то образом нашла дорогу домой. Ты ведь тоже ее видел, правда?

Макс медленно покачал головой.

– Прости, но я никого не видел. – Он все еще держал Дилли за плечи, и она, с надеждой подняв на него глаза, встретила лишь сочувствие и тревогу. – Пойдем обратно.

– Я не хочу обратно. Надо ее найти.

Макс огляделся по сторонам. По пляжу прогуливались собачники, пара туристов шла к бухте, держась за руки, рыбаки грузили в лодку ловушки для лобстеров, готовясь к завтрашней рыбалке.

Дилли охватило отчаяние. Она была абсолютно убеждена, что видела маму. Макс уверял, что на пирсе никого не было. На Дилли вновь навалились сомнения: неужели почудилось? Неужели это всего лишь видение, спровоцированное стрессом и не пережитой утратой?

– А что говорит твой отец? – осторожно спросил Макс.

Дилли молчала, рассеянно глядя в никуда. Внезапно она покачнулась. Макс попытался ее поддержать, но колени Дилли подогнулись, и она потеряла сознание в его руках. Бережно опустив ее на землю, Макс немедленно позвонил в скорую. К счастью, насыпная дорога была открыта, и бригада могла приехать сразу.

Когда он положил трубку, Дилли слабо пошевелилась и приоткрыла веки.

– Не волнуйся, – ласково успокоил Макс. – Ты потеряла сознание, но все будет хорошо.

Дилли с трудом сфокусировала на нем взгляд.

– Мне уже лучше, – пробормотала она.

Макс сжал ее руку.

– Полежи еще немного. Скорая уже в пути. В любом случае лучше показаться врачу.

Какое-то время спустя Макс помог ей добраться до маяка и бережно усадил на стул на первом этаже. Бледная Дилли попыталась его успокоить:

– Ничего, все уже в порядке. – Но не успела она договорить, как резкая боль заставила ее схватиться за живот.

– Ты отравилась? Съела что-то не то? – предположил Макс.

Настал момент, которого Дилли так боялась. Рано или поздно ей пришлось бы рассказать Максу о беременности, но ей хотелось бы сделать это иначе. Глубоко вдохнув, она взглянула ему в глаза.

– Макс… – начала она.

Ее прервала сирена скорой помощи, которая становилась все громче, приближаясь к маяку.

– Ну вот и скорая! Хочешь, я позвоню твоему отцу? – Макс уже потянулся к телефону. Это был непростой вопрос, и Дилли пришлось хорошенько все взвесить, перед тем как давать ответ. С одной стороны, ей хотелось, чтобы отец был рядом. С другой – придется открыть секрет и ему.

– Позвони, – решилась она. – Но послушай, Макс…

– Все хорошо, не волнуйся, – сказал Макс, держа ее за руку.

Дилли со слезами на глазах покачала головой.

– Нет, не хорошо. Прости меня. – Голос ее сорвался от волнения. Она отвела взгляд.

– За что? Тебе не за что извиняться. – Макс нежно поцеловал Дилли в макушку. – Скорая приехала. Сейчас тебя осмотрят.

Пронзительный вой сирены смолк, и Макс открыл двери, чтобы встретить бригаду медиков. Обойдя машину, водитель достал кресло-каталку, а девушка с медицинским саквояжем в руках быстро направилась ко входу.

– Я Полли, – с улыбкой представилась она.

– Проходите, пожалуйста. – Макс отступил в сторону, пропуская гостью.

Не теряя времени, врач принялась раскладывать оборудование, попутно задавая Дилли вопросы.

– Что у вас болит? – спросила она.

– Живот.

Кивнув, врач достала тонометр, надела манжету и принялась накачивать.

– Давление сильно понижено.

– От чего это бывает? – спросил Макс.

– Есть целый ряд возможных причин: эмоциональное напряжение, испуг, резкая боль.

– Беременность, – добавила Дилли, закрыв глаза.

– Вы беременны? – спросила Полли.

Дилли кивнула.

– Какой срок?

– Около четырех месяцев, – крепче зажмурившись, сказала Дилли. – Я только недавно узнала. С ребенком все в порядке?

– Давайте поедем в больницу, сделаем УЗИ, тогда можно будет сказать подробнее.

Дилли кивнула и, наконец, осмелилась взглянуть на Макса. У того вытянулось лицо.

– Прости, – произнесла она одними губами, ощущая, как между ними стеной встает недосказанность. Должно быть, у него куча вопросов. Им просто необходимо поговорить, но сейчас опять не время. Макс разыскал сумку Дилли и связку ключей.

– Что еще нам понадобится? – спросил он. Голос был спокойным, но он избегал ее взгляда.

– Ты хочешь поехать со мной? – удивилась Дилли.

– Я тебя не брошу.

– Спасибо.

Врачи помогли Дилли сесть в кресло, Макс запер дверь. В скорой он сел рядом с Дилли и взял ее за руку. Этот жест многое значил, особенно после ее признания.

– Я хотела сказать тебе раньше, – шепнула она срывающимся голосом. – Прости меня, пожалуйста.

Макс сжал ее руку.

– Не думай об этом сейчас. Главное – ты и ребенок. Остальное подождет.

Скорая мчала по направлению к больнице, а Дилли тонула в лавине чувств. Ее терзала вина: за то, что она скрыла беременность от Макса, и за ту ужасную мысль, которую допустила всего пару часов назад. Как она могла подумать о том, чтобы избавиться от малыша? Теперь, рискуя его потерять, она поняла, что никогда не решилась бы на подобный шаг. Она хотела этого ребенка, невзирая ни на какие трудности, и оставалось лишь молиться, чтобы с ним все было в порядке.