Стоять и смотреть, как меня сейчас будут убивать, показалось мне очень плохой идеей, потому я метнулся к завалу, благо с этой стороны тоже хватало мусора. Под руку попался небольшой обломок балки. Не целясь, я швырнул его в сторону опасности.

Лязг!

Снаряд ударил голема прямо в грудь, однако тот даже не замедлился.

— Ну конечно… — усмехнулся я, но останавливаться не собирался.

Следующим полетел камень, затем какой-то ржавый уголок. Я уже не выбирал, что именно бросаю, главное было попасть либо в голема, либо в чёртову подпорку.

Импровизированные ядра звенели, отскакивали обратно или с грохотом били в цель. Охранник же продолжал идти, словно всё происходящее было лишь досадной помехой.

— Да рухни ты уже! — рявкнул я, хватая очередной камень.

Однако эта хлипкая опора словно издевалась надо мной. Мои руки уже начали дрожать от усталости. Очередной обломок попал в металлический профиль, тот жалобно скрипнул, но устоял. Я продолжил бросать всё, что попадалось под руку. Правда, теперь голем находился уже совсем близко. Я видел, как между камнями медленно протискивается эта железная сволочь. Ещё немного — и он полностью выберется наружу.

Дыхание сбилось, пульс подскочил до опасных значений, но это казалось мелочью по сравнению с прямым столкновением с охранником. Я поднял с пола тяжёлый булыжник, наверное, самый большой из всех.

— Ну, или сейчас, или никогда. — буквально выплюнул я, размахнулся и вложил в бросок всё, что ещё оставалось.

Камень с глухим ударом врезался прямо в основание подпорки. На мгновение мне показалось, что и этот бросок оказался бесполезным, но тут раздался негромкий металлический хруст. Подпорка медленно согнулась и, словно устав сопротивляться, рухнула набок.

— Есть! — вырвался у меня торжествующий возглас.

Сверху что-то тяжело ухнуло, и огромная плита медленно просела. Голем наконец заметил опасность, он даже попытался поднять голову, правда, толку от этого уже не было.

БАХ!

Камень и металл одновременно рухнули вниз, заставив весь коридор содрогнуться. Меня аж отбросило к стене ударной волной, и в лицо ударило облако пыли. Что-то тяжёлое прокатилось совсем рядом, а после этого наступила абсолютная тишина.

Небольшой поток света с той стороны остался за завалом, погрузив коридор в темноту. Я несколько секунд просто сидел, пытаясь понять, что сейчас вообще произошло, но, поняв, что меня никто не спасёт, кроме меня, осторожно поднялся.

— Кажется… получилось… — боясь сглазить, нарушил я тишину.

Ответом мне стала лишь оседающая пыль. Я машинально ощупал себя. Хотел убедиться, что нож всё ещё на месте, но пальцы неожиданно наткнулись на что-то гладкое и слегка тёплое, лежащее в кармане.

— Это ещё что…

И тут я вспомнил про кристалл. Тот самый, который вытащил из ремонтного голема.

— Точно…

Я поспешно достал находку. Стоило камню оказаться в ладони, как он мягко засветился голубоватым светом. Не очень ярко, но после полной темноты этого оказалось вполне достаточно.

— Не фонарь, конечно, но сойдёт. — усмехнулся я, понимая, что жизнь налаживается.

Теперь можно было различить ближайшие стены и очертания завала. Я осторожно подошёл ближе. Плита выполнила свою работу на совесть. Большая часть охранного голема исчезла под многотонной грудой камней, а снаружи торчала только одна рука, да и то лишь наполовину. Я присел рядом.

— Значит, не повезло тебе, железяка.

Пальцами я быстро нащупал место соединения. Конструкция оказалась удивительно простой, по крайней мере снаружи. Просунув нож в узкий зазор, я осторожно поддел фиксатор. Несколько минут ничего не получалось, но потом что-то негромко щёлкнуло. Я потянул сильнее, и металлическая рука неожиданно легко отделилась от корпуса.

— Спасибо… — машинально поблагодарил я поверженного противника.

Манипулятор оказался тяжёлым, килограммов десять, не меньше, зато сидел в руке как добротная дубина, немного напоминающая клинок.

Я несколько раз взмахнул новым оружием.

— Ну… — усмехнулся я. — Если теперь кто-нибудь захочет меня убить, то хотя бы будет чем ответить.

Честно говоря, после последних событий я уже почти не сомневался, что долго ждать новой встречи с местными механизмами или ещё какими-нибудь проблемами мне не придётся.

Я ещё несколько секунд смотрел на голема, точнее на культю, торчавшую из-под плиты.

— Ну уж нет… — пробормотал я. — Если помирать, то не здесь.

Взяв поудобнее кристалл, снятый с ремонтного голема, я поднял его повыше. Голубоватое свечение оказалось слабым, но всё же лучше полной темноты. Теперь хотя бы можно было не притворяться слепым котёнком. Кстати, о котятах — как там Барсик? Небось уже проклял нерадивого хозяина или поминки устроил.

Я медленно двинулся вдоль коридора, внимательно осматривая всё вокруг. Если один проход оказался завален, это ещё не означало, что других здесь нет. Через несколько шагов свет выхватил из темноты ещё одну стену… Хотя нет. Я подошёл ближе и оценил находку.

— А вот это уже интересно… — хмыкнул я.

Справа обнаружился ещё один проход. Вернее, то место, где он когда-то был. Его тоже перекрывали камни, но выглядел завал совсем иначе. Здесь не было смятых металлических балок, просевшего потолка и раздавленных стен. Казалось, будто сюда просто свалились камни сверху, перекрыв вход, а сам тоннель за ними остался целым. Я поднял кристалл повыше, внимательно изучая завал.

— Значит… основные перекрытия выдержали. — задумчиво протянул я.

Это уже было совсем другое дело. Я осторожно ухватился за первый крупный камень и потянул его на себя. Валун неожиданно легко сдвинулся и с глухим стуком откатился в сторону. Потолок даже не дрогнул.

— Вот так уже гораздо лучше. — выдохнул я с облегчением, ибо до последнего опасался новых сюрпризов.

Следом удалось убрать второй камень, затем ещё несколько. Работать приходилось осторожно, но прежнего страха нового обрушения уже не возникало. Здесь давление породы ощущалось совсем иначе.

Минут через десять между камнями образовался проход.

Я присел, просунул голову внутрь, потом плечи. На этот раз ничего не мешало. Через несколько секунд я уже стоял по другую сторону завала.

— Спасибо хоть за одну хорошую новость. — не удержался я от сарказма, правда, моими зрителями были только стены, и это, кстати, очень даже радовало.

Новый коридор встретил меня такой же непроглядной темнотой. Если бы не кристалл в руке, я бы не увидел вообще ничего. Я сделал несколько осторожных шагов, но не обнаружил никаких ловушек, правда, и дверей тоже не было, но это пока. Меня окружали только ровный металлический пол и стены, уходящие вперёд.

— Даже как-то непривычно… — пробормотал я.

После последних приключений отсутствие смертельной опасности казалось подозрительным. Коридор оказался совершенно пустым. Я продолжал идти, освещая путь кристаллом. Иногда свет выхватывал из темноты трубы под потолком или непонятные кабели, уходящие в стены, но ничего, что пыталось бы меня убить. Минут через пять впереди показалось нечто новое — самая обычная металлическая лестница, уходящая вверх.

— Ну наконец-то… — я даже улыбнулся.

Подъём оказался довольно длинным. Ступени тянулись вверх метров на десять, не меньше. Несколько раз я останавливался перевести дух, после чего продолжал карабкаться. Наконец лестница закончилась небольшой площадкой. Я поднял кристалл выше и увидел над самой головой, буквально в полутора метрах, круглый металлический люк. Точно такой, какие раньше показывали в фильмах про подводные лодки. Посередине же торчал массивный винтовой штурвал.

— Вот это уже похоже на выход.

Я ухватился за металлическое колесо обеими руками и попытался провернуть его, но механизм даже не шелохнулся.

— Конечно… — тяжело вздохнул я. — Это было бы слишком просто.

Я перехватился поудобнее и надавил сильнее. Сначала ничего не происходило, но через пару секунд где-то внутри раздался едва слышный скрип. Воодушевившись успехом, я снова надавил на руль, и скрип повторился. Постепенно, миллиметр за миллиметром, штурвал начал проворачиваться. Видимо, за долгие годы механизм просто прикипел, но всё ещё оставался исправным. Минут через пять напряжённой работы винтовой замок наконец полностью освободил крышку.

Я осторожно упёрся в люк плечом. Тот сопротивлялся ещё несколько секунд, после чего нехотя приподнялся, образовав узкую щель. Сверху пахнуло прохладным свежим воздухом, заставив меня довольно улыбнуться.

— Кажется… я всё-таки нашёл выход. — прошептал я и осторожно приподнял крышку ещё на пару сантиметров.

В ту же секунду в глаза ударил яркий свет. После полумрака древних тоннелей казалось, будто кто-то решил ослепить меня специально. Я инстинктивно прищурился, прикрывая лицо рукой, и именно тогда сверху донеслись голоса.

— … я уже сказал, это невозможно. — Я даже дышать перестал от неожиданности.

Мне удалось на себе испытать то самое прекрасное чувство, когда душа уходит в пятки. Медленно, буквально по миллиметру, я снова опустил люк, оставив лишь узкую щель, через которую можно было смотреть наружу. Если меня сейчас заметят… Даже думать не хотелось о последствиях. Очень сомневаюсь, что наверху мои друзья.

Через несколько секунд глаза привыкли к освещению, и я наконец смог рассмотреть происходящее. Надо мной находилось просторное помещение. Каменный пол, несколько массивных колонн и десятки голубоватых кристаллов под потолком, освещавших зал почти как электрические лампы. Прямо возле люка стояли трое мужчин, благо спиной ко мне. Один из них сразу показался знакомым.

— Матвей?.. — едва слышно выдохнул я.

Вот уж кого точно не ожидал здесь встретить. Сын старосты выглядел заметно напряжённым. Он то и дело оглядывался по сторонам, словно опасался, что их разговор кто-нибудь услышит. Двое его собеседников выглядели совсем иначе. Дорогая одежда, хорошие сапоги, короткие мечи на поясах. Держались они спокойно и уверенно. Не деревенские, явно, скорее всего люди барона.

— Ваш отец пошёл на поправку. — спокойно произнёс один из них.

Матвей аж подпрыгнул, и мне удалось увидеть его бледное лицо.

— Что⁈

— Ты всё правильно услышал. — кивнул неизвестный.

— Но… вы же обещали! — почти сорвался он на крик. — Вы обещали, что он там и останется! Что я стану старостой!

Я почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось.

Вот, значит, как…

Второй мужчина тяжело вздохнул.

— Мы обещали сделать всё возможное. Но вмешались обстоятельства.

— Какие ещё обстоятельства⁈ — парень явно терял терпение.

— У твоего отца оказался иммунитет к эфиру. — ответил мужчина, не обращая внимания на метания сына старосты.

Матвей несколько секунд молчал.

— Не может быть…

— Может. Просто проявился он не сразу. Поэтому действие эфира оказалось значительно слабее, чем мы рассчитывали.

Первый мужчина скрестил руки на груди.

— Сейчас он быстро идёт на поправку.

— Более того… — добавил второй. — Им неожиданно заинтересовались люди барона.

Матвей побледнел ещё сильнее.

— Тогда устраните его сейчас!

— Невозможно.

— Почему⁈ — парень, казалось, был на грани паники.

— Потому что теперь за ним наблюдают. — ответил первый, после чего повисла короткая пауза.

— Любая подозрительная смерть сразу вызовет слишком много вопросов. — добавил второй.

Матвей нервно заходил из стороны в сторону.

— Тогда отправьте его в церковь.

Оба собеседника одновременно посмотрели на него, и Матвей продолжил:

— Пусть идёт служить в исследовательский корпус. Раз он иммунный к эфиру.

Первый мужчина лишь устало покачал головой.

— Иногда мне кажется, что ты вообще не слушаешь, о чём тебе говорят.

Матвей раздражённо сжал кулаки.

— Тогда объясните ещё раз!

— Старосты деревень, главы городов и другие управляющие освобождены от обязательной службы в исследовательских корпусах. — разъяснил мужчина сказанное ранее парню.

— Но…

— Это старый закон. — отрезал второй.

Матвей шумно выдохнул.

— Значит, ничего нельзя сделать?

— Пока нет. — кивнул первый.

Повисло молчание. Наконец второй мужчина внимательно посмотрел на Матвея.

— Лучше напомни нам…

Он сделал небольшую паузу.

— Зачем ты вообще решил стать старостой?

Матвей нахмурился.

— При чём здесь это?

— При том.

Голос мужчины стал заметно жёстче.

— Не забывай собственные мотивы.

Несколько секунд Матвей молчал. Потом тихо произнёс:

— Я не хотел попасть в исследовательский корпус.

— Именно.

Первый мужчина кивнул.

— Потому что у тебя тоже есть иммунитет к эфиру.

У меня внутри всё перевернулось. Как я раньше-то не догадался? Это же было на поверхности.

— Ты прекрасно знаешь, какая там выживаемость. — продолжил мужчина. — Несмотря на всё, что рассказывают людям.

Матвей отвёл взгляд.

— Знаю…

— Поэтому мы и помогали тебе занять место старосты, пока твой отец считался безнадёжным. Но ситуация изменилась.

Матвей сжал зубы так сильно, что это было видно даже отсюда.

— Значит… если он вернётся…

— Ты снова станешь обычным деревенским парнем. И если однажды кто-нибудь узнает о твоём иммунитете…

Он не договорил, но продолжать и не требовалось. Матвей всё понял без слов, а вместе с ним и я. Исследовательский корпус был вовсе не почётной службой, как рассказывали людям. Туда отправляли тех, кто обладал иммунитетом к эфиру. И, судя по выражениям лиц этих людей, обратно возвращались далеко не все.

Один из незнакомцев уже собирался уходить, но вдруг остановился и вновь повернулся к Матвею.

— И помни, парень… — его голос стал заметно холоднее. — Ты нам остался должен.

Матвей сразу напрягся. Было видно, что он прекрасно понял, о чём идёт речь.

— Но меня же ограбили! — почти возмущённо выпалил он. — Всё забрали!

Второй мужчина лишь равнодушно пожал плечами.

— Это уже не наши проблемы.

— Но… — попытался оправдаться Матвей, однако его перебили.

— Мы дали тебе возможность для развития. — спокойно продолжил он. — А ты сам её упустил.

Парень сжал кулаки.

— Тогда… что вы хотите?

Первый мужчина на мгновение задумался, после чего ответил:

— Убеди своего кузнеца помочь нам.

Я невольно напрягся. Судя по всему, речь не о Греге.

— Скользкий он какой-то. — продолжил незнакомец. — Нам с ним договариваться не с руки. А оборудование необходимо запустить.

Второй сразу перебил его:

— Ни к чему детали.

Первый лишь коротко кивнул.

— В общем, ты понял задачу.

Матвей несколько секунд молчал, потом нехотя произнёс:

— Сделаю всё возможное.

— Постарайся. — сухо ответил первый.

Разговор на этом закончился. Незнакомцы развернулись и уверенным шагом направились к противоположному выходу. Матвей ещё несколько секунд стоял неподвижно, провожая их взглядом, после чего с досадой пнул подвернувшийся камень и тоже ушёл.

Наконец-то в помещении воцарилась тишина, а ещё меня не заметили, что безмерно радовало.

Я какое-то время не решался пошевелиться. Слишком уж много интересного удалось услышать за последние несколько минут. Выходит, староста стал жертвой чьего-то заговора. Матвей оказался в нём далеко не случайным участником. Исследовательский корпус вовсе не был почётной службой. А самое неприятное… эти люди заинтересовались мной. И, судя по обронённой фразе про оборудование, дело явно касалось не обычной деревенской кузницы. Возможно, речь как раз о последнем заказе, который я успешно запорол, но вроде в тех деталях не было ничего необычного. Или это мне так кажется?

— Всё чудесатее и чудесатее… — едва слышно пробормотал я, продолжая осторожно удерживать крышку люка.

Лучше подождать ещё десяток минут, чтобы они наверняка свалили подальше.