Богиня явилась на следующий день. Тщедушная худая жердь с огромным бюстом. И что в ней только Артуро понравилось? Хотя она изменилась.

Бертиан помнил владычицу Сада зубастой тварью с когтями по метру каждый. Сейчас она больше напоминала растерянную, беззащитную провинциалку. Очень слабую и беззащитную, глазеющую по сторонам с удивлением и интересом.

Даже Джеронимо присвистнул. Богиня застыла у порога дома.

— Ты намного красивее, — шепнул Бертиан Валериане и подмигнул Артуро, держащему Богиню под руку. На вид ей было лет тридцать.

Валериана пригласила гостью в дом. Армия в чёрных костюмах синхронно с женщиной вошла следом и разместилась по периметру гостиной.

На столе уже ждал горячий ужин, но Богиня даже не посмотрела на еду. Она медленно прошла к стулу и села, развалившись, как пьяный сапожник. Колени разъехались в стороны, рукой подпирает голову, только что сигарет не курит. Хорошо, что ноги скрывала длинная юбка. Такой невоспитанности Валериана бы не пережила, судя по её красным щекам, ей было стыдно за эту женщину.

В гостиной находились Фабрицио, Алессандра, хозяйка дома — Валериана, Бертиан, Джеронимо и Женевьева, как самые старшие представители клана Ви Сентов.

Семь людей напряжённо расселись за столом, не сводя взглядов с женщины, которую ещё недавно считали Богиней.

«Обычная баба, ничем не примечательная», — в который раз подумал Бертиан.

На столе стояли фрукты, закуски, пара бутылок красного вина́, вода и дымилось жаркое. Но никто не прикоснулся к еде.

— Я не причиню вам вреда, клянусь своей кровью, — сухо произнесла Богиня. Твёрдо и чётко, но очень устало и безнадёжно. — Если вы вернёте мне Сад, обещаю помочь вам с возвращением фамильяров.

— В жопу себе своих уродов засунь! — сплюнул на ковёр Джеронимо.

Бертиан согласно кивнул. Зная, что в любую секунду бестии обратятся против хозяина, использовать монстров было бы глупостью.

Дон Ви Сентов налил себе немного виски, чтобы унять участившийся пульс.

— Мы решили принять помощь Богини и выслушать её план, — предупредил он, хмуро цыкнув на брата. Джеронимо в ответ сверкнул кольцами на руке, неприличный жест Бертиан привычно проигнорировал. Брат не умел сдерживать эмоции, впрочем, как и всё Ви Сенты.

Артуро кашлянул, привстал и дружелюбно улыбнулся:

— План мой, вообще-то. Чтобы взять бестий под контроль, надо заменить в них кровь Доминика на кровь Богини. Для этого…

— А просто убить этого придурка нельзя? — перебил Фабрицио.

— Он слишком сильный. Как инициированный бессмертный, он может контролировать бестий, потому что в нём кровь Аи, — кивок на Богиню. — Но, создавая новых монстров, он вносит в них свой код, поэтому их нельзя подчинить себе. Но есть способ обмануть их, для этого Интериус высосет кровь из бестий, пока их будет держать Одри! И оп-ля — всё снова под контролем Богини, — Артуро криво улыбнулся.

А Бертиан и не замечал раньше, что у него такой безрассудный брат. Или ему божественным бюстом мозги отбило?

— Ты дебил! — констатировал Дон Ви Сент.

— Ей три года, — Фабрицио был полностью с ним согласен. — Она не удержит бестий! Ещё и Интериуса контролировать. Слишком трудно!

— Да, прибьём его, и все фамильяры снова будут подчиняться нам! — влез Джеронимо.

Сидящие за столом зашумели, перекрикивая друг друга. Возмущение и горячность перебил голос Артуро:

— Нет, если Богиня не выпьет кровь Доминика — не будут.

— Так пусть выпьет! Хоть насухо высосет. Она, кстати, как сосёт?

— Он сильнее Аи, — Артуро метнул в рожу Джеронимо вилку, брат увернулся и захохотал.

— Ну и зачем нам тогда эта швабра?! — Джеронимо даже кулаком по столу стукнул.

Богиня поднялась и расхохоталась:

— Без меня вы потеряете вашу силу. Кем вы будете без моих бестий?

— Не стоит себя обманывать, милочка, мы прекрасно выживем и без тебя. А вот ты сдохнешь без крови, — Фабрицио ткнул тростью в сторону черноволосой женщины.

— Я откажусь от твоей дочери, Фабрицио, если поможешь мне, — Богиня сложила руки на груди, подчеркнув большой размер груди.

Бертиан аж засмотрелся на выступающие под простым чёрным платьем вершинки сосков.

— Нам всем лучше сотрудничать, по крайней мере, пока, — высказалась Валериана. Она тоже была одета в чёрное. Но светлые волосы и нежный румянец делали её невероятно молодой и беззащитной по сравнению с Богиней.

Гостья же лицом напоминала сушённую мумию: сухая серая кожа, почти белые потрескавшиеся губы, острый нос и чёрные хмурые брови.

Несмотря на выдающиеся прелести и величие, Бертиан однозначно предпочитал блондинок.

Богиня вздохнула, положила руку на плечо Артуро, заставляя молчать, и пояснила:

— Никто не справится с Домиником, кроме новых бестий. В молодом бессмертном слишком много силы. Это сделано, чтобы его не могли уничтожить первые несколько лет, — последние слова змеиным шёпотом разлетелись по гостиной. Терпеть этого выскочку «несколько лет»?! Вы смеётесь? — А создать их может только новый Бог.

— Кто?

— Новый бессмертный? — Валериана недовольно поджала губы. Развелось тут...

— Артуро, разумеется, — Богиня ткнула пальчиком в парня, беспокойно ёрзавшего возле неё. — Он уже нажрался моей крови. Я обучу его, и он сможет противостоять Доминику.

Бертиан внимательнее посмотрел на брата. Артуро действительно изменился: осунулся, можно сказать, даже выцвел, алые волосы безжизненно свисали до плеч, полосатая рубашка болталась на нём, будто была велика на несколько размеров. Но вот в глазах светилась тёмная сила, такая же, как и у Богини. И тоска. Такой грусти Бертиан никогда ещё не видел в глазах брата, даже после карцера тот был всегда весел и агрессивен.

Но внутренняя сила затмевала эту безысходность, и Бертиан неожиданно понял, что Артуро даже немного подрагивает от сдерживаемых порывов, словно готов вот-вот сорваться и наброситься на него.

«Настоящий псих!» — отмахнулся Берт и отвлёкся, посмотрев в окно.

По донёсшимся крикам понял, что происходит что-то очень плохое.

Стефания просыпалась.

Богиня вышла на задний двор, подошла к открывшей глаза змее и дотронулась до зелёной чешуи. Фамильяр с шипением поднял голову и уставился на Богиню продолговатыми зрачками.

— Ты не можешь принять форму фантома, — шепнула Богиня, поглаживая чешую. Прокусила себе запястье и нарисовала на её теле три пересекающихся круга.

Стефания зашипела от боли, взвиваясь кольцами вокруг Богини и сжимая её в объятиях. Женщина закричала. Артуро тут же оказался рядом, голыми руками схватил змею за клыки и перевернул ничком на траву.

Бертиан обессиленно сполз на землю следом за фамильяром. Боль разорвала его внутренности. Богиня явно что-то сделала со Стефанией.

Следующий рывок Артуро, и Стефания осталась без головы. Фонтан крови окатил Валериану от пяток до камелий в причёске, стальным досталось чуть ниже груди. Кровавая баня. Прелесть.

— Чтобы ты сдох, полосатый придурок! — с трудом пробормотал Бертиан, теряя сознание. В себя пришёл, когда Джеронимо с силой пнул его ботинком в бок. Несколько раз ударил, гадёныш. Ещё и подстебал:

— Они убили твою змею. Джеронимо вертел в руке кольт, готовый в любую секунду пристрелить собственного брата. Побледневшие щёки выдавали его страх.

Дон Ви Сент почесал затылок и пробормотал:

— Может, тоже кровушки дерябнуть?!

Но Артуро чиркнул себя по горлу и сверкнул острыми клыками.

И Бертиан отказался от этой мысли.

* * *

Доминик действительно создал новый вид бестий. Эти существа не боялись каменных оград, преодолевая заграждение в распылённом состоянии и соединяясь в единое целое только за стенами Сада.

Но больше всего Бертиана поразило то, что они были разумны. Бестии уклонялись от прямого столкновения с вооружёнными серебряными пулями охранниками, но нападали на беззащитных горожан. Рвали их тела на куски, высасывали всю кровь и из остатков писали послания для Валерианы:

«Буду убивать, пока мне не приведут Валериану и Адриатику Де Лот».

«Жду тебя, Валериана».

«В этой смерти виновата Валериана Де Лот».

«Приведите ко мне Валериану и Адриатику Де Лот, и смерти закончатся».

За утро следующего дня нашли четверых убитых.

Ещё одного растерзали прямо на глазах Эльдорадо, еле успевшего спасти жену жертвы. К вечеру количество убитых достигло двадцати человек. И люди потянулись к воротам особняка Де Лотов.

Хотели они одного: чтобы Валериана остановила бестий. Принесла себя в жертву или убила монстров — не важно.

Послания сделали своё дело, винили в смертях только Валериану.

Женщина даже не пыталась изменить их мнение. Толпа, разъярённая и дикая, — опаснее любого вампира. Она бы растерзала женщину, даже не начав слушать. Пока тварь-Доминик не будет убит, горожане продолжат жаловаться и ныть.

Мафия готовилась к войне и мести. На тренировку Артуро требовалось время. Хотя бы пара дней.

Валериана поручила Олеандру связаться с Рейганом и разрулить проблему с горожанами, а сама позволила Бертиану отвести себя в спальню.

Там страшно привычным жестом достала резную шкатулочку, выбрала две золотые таблетки и собралась съесть. Но Бертиан выбил их из рук женщины.

— Я не хочу, чтобы ты подсела на наш наркотик, Валериана, — он старался говорить не злобно, а миролюбиво. В его семье «Слёзы Богини» были запрещены. Максимилиано строго следил за детьми, и любое нарушение каралось очень жестоко.

Впрочем, сегодня Бертиан и сам был не прочь забыться.

Он вгляделся в покрасневшие глаза Валерианы, отмечая её усталость, нервное облизывание губ и чуть трясущиеся пальцы.

— Не тебе решать! Это мой выбор! — оборвала его Валериана, высыпая в руку целую горсть дорогущего наркотика.

— Нет! Я принесу тебе успокоительное. Но прошу, ради нас всех, перестань! Оно дьявольски действенное.

— Без него мне не уснуть! Да кто сможет спать, увидев эту тварь в своём доме! — женщина махнула в сторону двери. И Бертиан понял, что Валериана имела в виду Богиню.

— Ты справишься. Я верю в тебя. Ты единственная, кто может противостоять ей. Но только не под этой дурью! — он осторожно отобрал таблетки у Валерианы и ссыпал себе в карман.

— Ты не знаешь, что мне приходится терпеть!

— Так расскажи.

— Нет!

— Я… не смогу помочь, если не пойму…

— Отстань, просто отстань от меня!

— Валериана, я ненавижу твою семью. Твоего брата и отца. Фабрицио убил троих моих братьев. Но я не могу ненавидеть тебя.

— Мне нет дела до тебя и твоей семьи, Бертиан, я хочу отдохнуть.

— Выслушай меня, пожалуйста.

— Что?

— Ты хочешь закончить, как наркоманка в больнице для сумасшедших?

— Эта больница принадлежит мне. И там прекрасные условия. Я основала его, чтобы лечить тех, кого Ви Сенты отравили своими таблетками!

— Иногда и они нужны людям.

— Чушь! Вы — отрава Мортена и должны умереть!

— Что ж спасла нас?

Валериана внезапно расплакалась. Горько и громко. Из тени вышел Олеандр Ди Ланмар. Охранник недобро зыркнул на Бертиана и ревниво оттеснил его от кровати.

Блондин всегда вертелся возле своей хозяйки, преданный как собачонка. И влюблённый в неё до безумия. Он потянулся и достал новую порцию наркотиков.

«Надо будет его пристрелить», — решил Бертиан. И наклонился, чтобы видеть Валериану. Ведь Олеандр закрыл женщину своей фигурой.

— Ты добрая. Слишком добрая для мафии. И я безумно благодарен тебе за это.

Женщина обречённо вздохнула:

— Все мы не те, кем хотим казаться, Бертиан. Даже Алессандра не могла представить, что мы вот так будем разговаривать с тобой. Рядом, наедине, без оружия…

Охранник сглотнул и отступил к стене.

— Я спасала не тебя, а Артуро и детей. На тебя мне…

— Знаю, плевать. Но я рад уже и этому.

— Такое ощущение, что ты изменился, после того как стал Доном, — она отвернулась, запила таблетки водой и легла на кровать. И, кажется, тут же уснула.

Некоторое время Бертиан сидел рядом и смотрел на мирно спящую блондинку.

Почему она такая безалаберная? Почему спокойно уснула в его присутствии? Он всего лишь сказал ей пару добрых слов, а она уже не видит в нём врага?

Бертиан подался вперёд, чтобы вытащить шпильки из светлых волос. С недавних пор ему было сложно противостоять желанию прикоснуться к Валериане. Но стушевался под злобным взглядом Олеандра.

Бертиан и забыл, что белобрысая гнида замер неподалёку.

К бестиям всё. Девчонку надо спасать от чересчур послушных слуг!