В Ваджраяне установлен двойной аспект бодхисаттвовской мысли: она имеет не только просветительный и практический импульс, но является совпадением, неразрывным сосуществованием воспринимающей интуиции (shes rab) и метода (thabs) — гнозиса и праксиса; при этом метод понимается как сострадание, как активная сила, которая заставляет нас думать не столько о собственном благе, сколько о благе всех живых существ, томящихся в сансар-ном круговороте.
Хатхайога отождествляет эти два аспекта бодхи с двумя моментами дыхания — вдохом и выдохом — и полагает, что психофизический процесс, который должен совершить в человеке реинтеграцию Абсолюта, и движущийся процесс с плана дифференцированной феноменальности подобен дихотомическому механизму, который можно локализовать в различных частях нервных клеток. Например: два стержня (канала) — женский и мужской (красный и белый) — символизируют в человеческом теле разделение Единого на двойственность и материализацию первичного принципа, его объективацию в феноменальных явлениях, забвение ими себя в двойственности. Неведение (авидья), посредством или через призму которого Единое является как двойственное (в истинности оно едино), подобно принятию формы (akara) тем, что в действительности является чистым и лишенным формы; эта раздвоенность и формализация является и увеличивается благодаря индивидуализированному сознанию (читта). Последнее, проходя через гущу праны, развивается и усиливается игрой субъективных представлений и поддерживающих их основ, всюду блуждающей иллюзии вещей (объектов); йога должна обуздать эту игру праны проведением (nirodha,gog pa) волевой остановки. Этим методом также достигается ниродха индивидуализированных мыслей; таким образом прана, идущая по двум каналам, справа и слева, приводится в серединный канал авандуди, где сияет свет Абсолюта; благодаря горящему там огню Зиндали они (двойственности) окончательно сгорают.
Там же появляется вместе с загоранием огня Зиндали мудрость бодхи (bodhijnana), которая участвует в указанном процессе и подавляет вновь поступающие чувства двойственности. А вместо двойственности появляется новый положительный момент, то есть происходит реинтеграция в неделимое, нераздельное единство Абсолюта в виде Ваджрасаттвы, Ваджрадхары, Махасукхи, возвращение Алая-виджняны после томительного пребывания в сансарных безначальных волнениях к Абсолюту, которое действительно происходит, когда побеждается двойственность (множественность). Это единство суть бодхичитта (byang chub kyi sems) — мысль просветления, которая неразрывно включает в себя праджню (snes rab) и упаю (thabs), шуньяту и каруну, пустоту и сострадание. С этой точки зрения процесс, происходящий в сфере желания (камадхату, dod khams), перенесенный в жизнь индивидуума, вносит в систему сексуальную символику.
Бодхичитта — мысль просветления, то есть Абсолют, реинтегрированный благодаря соединению двух его иллюзорных аспектов, есть бинду (thig le) — капля спермы, то есть яйцо, порожденное мужским семенем (sukha), и (ovulum, rakta), то есть праджней и упая, гнозисом и праксисом, один исчезает — растворяясь в другом. После этого символика становится необыкновенно полной. В данном случае бинду суть анусвара на слоге ХУМ, то есть бодхи — мистическое семя Ваджрадхары, Целое.
Как в результате полового акта рождается яйцо (бинду) — соединение семени мужчины и женщины, так и в йогическом соединении праджни и упаи, представленных lalana и rasana, то есть двумя каналами (справа и слева), порождается яйцо в чандали — среднем канале (авандуди), как реинтеграция изначального единства сознания (интуиции) за пределами индивидуализированных мыслей. В этом случае яйцо не может быть не чем иным, как вспышкой интуиции (shes rab), или джняны (ye shes), мудрости потенциального Будды (Алая-виджняны) внутри нас, светящего подобно солнцу в центре среднего канала — авандуди. В других случаях, особенно в сиддха-школах, это соединение представляется между йоги-ном и самой чандали, рассматриваемой как его юм (yum), цель и содержание остаются те же самые.
Нередко этот процесс требует в широком посвятительном ритуале присутствия мудры, то есть женщины — живого символа праджни (shes rab): ученик, соединяясь с нею, производит творческий момент. Но акт не должен исполняться таким образом, чтобы приводить к естественным последствиям; он должен быть контролируем пранаямой так, чтобы семя само возвращалось, не вытекая вниз, не поднимаясь вверх, пока оно не достигнет 32-лепесткового центра на вершине головы.
Этот ритуал — один из самых тайных и тяжелых, связанный с физическим здоровьем исполнителя. Ритуал можно исполнять только по наставлению учителя, сложные комбинации его указываются учителем в ухо ученику — это и есть карнатантра (snyan rgyud). «Падение семени является причиной окончания страсти, а окончание страсти суть причина боли (см. «Dohakosa»). Страсть (,dod chag) — синоним karuna, синоним сострадания (snying ba rtse ba). Это соответствие, эквивалентность между страстью и состраданием, проявляется в нормальной сансарной жизни индивида, то есть страстно любящие женщина и мужчина сострадают.
Грубый пример: если страстно любимая женщина попадает в беду, мужчина, страстно любящий, может пожертвовать собой для спасения ее. В разгаре возбуждения страсти оба чувства — страсть и сострадание — становятся тождественными. У бодхисаттв-йогов цель сострадания состоит в том, чтобы вести всех живых существ к Нирване, то есть реинтегрировать их в бодхичитте, первичном принципе; сострадание является мотивом гнозиса. Они являются двумя полюсами, через которые совершается процесс этой реинтеграции; в цикле от причины — бодхичитты к следствию — бодхичитте завершается феноменальный опыт. И у тех, кто, оставаясь в этом неведении (авидья), не способен к возвратному течению через соединение праджни и упаи к Единому — Нирване, два полюса бодхичитты у них (byang chub kyi sems) выходят из круга и опускаются в объективизированный мир на план дуализма. Это символизируется падением семени, то есть приходом к естественным последствиям в результате полового акта.
В этих опытах абсолютная реинтеграция осуществляется через четыре момента — интуиции четырех состояний, соответствующих постепенному, более полному очищению от всей иллюзорной двойственности, приобретаются в Ваджраяне и применяются в указанных методах, ибо пока бинду поднимается до 32-лепесткового центра авандуди и идет по центральному каналу вниз, на четырех узлах (центрах) авандуди появляются четыре бодхиджняны, неразличимые с шуньей (bde stong dbyer med kyi ye shes), они полностью очищают Алая-виджняну от всей иллюзорной двойственности. И так же применяется в ее сотериологии: состояния бодрствования, сна, глубокого сна без сновидений (susupta) и четырьмя блаженствами (ананда, bde), чья интенсивность становится всё более активной (prathamananda, paramananda, viramananda, sahajananda). В этой символике, которая позволяет посвященному реализовать чистоту божественного переживания (опыта), они соответствуют четырем телам Будды; они суть: Дхарма, Самбхога, Нирмана и Сахаджакаям. Каждое из них соответствует адекватно четырем планам реальности: физической, словесной, духовной и интеллектуальной (sku gsung thugs ye shes).
Таким образом, эти четыре различных состояния блаженства (ананда, bde pa bzhi), все более интенсивные, втекают в Великое блаженство (Mahasukha, bde ba chen po) — синоним Ваджрадхары, или Абсолюта. Ваджраяна (rdo rje theg pa) определяет Абсолют как естественно светящую мысль и сюда прибавляет блаженство (ананда, bde pa) как интуицию природы всех татхагат. Это восхождение совершается в четыре стадии, или момента, соответствующих четырем сферам (чакрам), или точкам (узлам). Они рассматриваются в этой йоге как отождествление с Целым — четвертым Телом Будды.
Этому четвертичному делению четырех блаженств соответствуют четыре мудры (phyag rgya) — печати, которые стали столь важны в Ваджраяне.
В этом эзотерическом смысле мудры являются символами четырех моментов реинтеграции, или четырех различных моментов пробуждения, ведущего к ней, и, следовательно, четырех стадий отождествления с бытием.
Четыре мудры суть: Кармамудра (las kyi phyag rgya); Дхармамудра (dharma — dharma-ta, chos kyi phyang rgya) — печать Абсолюта;
Махамудра (Mahamudra, phyag rgya chen po); Самаямудра (Samayamudra) — символическая печать.
Кармамудра есть отражение через видимые изображения и представления, через тенденцию к их реинтеграции и самого процесса реинтеграции. Махамудра — это женщина, выступающая в мандале как средство переживания (опыта) через соединение с ней, как возможность опыта единства гнозиса и средств, которые являются необходимой предпосылкой реинтеграции Ваджрасаттвы (rdo rje sems dp,a). Однако всё это имеет место на относительном, иллюзорном плане. Соединение, или совпадение, мудрости и сострадания (shes rab и thabs), которое определенно является единственной и тождественной реальностью, завоевывает Дхармакаю (chos sku). Ученик, вышедший посредством практики указанных йогических методов за пределы мира явлений и реинтегрированный в своей собственной сущности (sahaja) в чистой форме Херуки (he ru ka), или Ваджрабхайравы (rdo rje jugs,byed), или в каком-либо другом из божественных аспектов, свободно простирающихся от Ваджрадхары, может заново пересмотреть сотворенных (отделившихся от Абсолюта) сансарных существ через Дхармакаю и Самбхогакаю, может раскрыть себя и, следовательно, проявить Закон.
Мудра имеет не только техническое значение в смысле определенного момента мистического восхождения, хотя это и является наиболее тайным смыслом. Мудра, как мы уже видели, также означает юм (yum), божественную энергию, благодаря которой идам (божество) как бы становится активным. Юм — мать, обнимающая идама.
Мудра также означает символ, расположенный на мандале (dkyil,khor) вместо божества и соответствующий ему. Наконец, мудра — это определенное расположение рук (phag rgya), устанавливающее синтонность между посвященным и определенным божеством; она является печатью, вызывающей в сознании предназначенную ей мантру, которая выражает через звук сущность божества. Здесь мудра имеет огромное значение, ибо явно показывает природу и активность, свойственные указанным божествам.
Мудры весьма многочисленны в литургии. Применяются они преимущественно в школах Йогатантры (rnal nyor rgyud). Для них требуются посвящения, наставления учителя.
Перенесение драмы сферы страстей (ка-мадхату, 'dod kham) в тело ученика-йогина, посредством которой индивид освобождается от остатков иллюзорной двойственности, является последним завершающим шагом совершенствующегося на пути к изначальному единству — Нирване. Эта драма является основанием парных изображений, таких частых в тантрийской иконографии. Эти изображения называются Яб и Юм (yab-yum) — Мать-Отец, и я надеюсь, что теперь вполне ясно значение этих фигур.
Яб и Юм (Отец и Мать) — это только компоненты бодхичитты и raga — karuna (страсть — сострадание), в которых парность и растворение (одного в другом) воссоздаются в их изначальном единстве. Поэтому соединение, преобладающее в иконописи буддийско-тан-трийского пантеона, будучи отделено от грубости, кажется непристойным лишь непосвященному взгляду.
Символика может показаться шокирующей, и представители Ваджраяны ответят, предвосхищая современный психоанализ, что это соответствует человеческой похоти, прирожденному, инстинктивному либидо живых существ в сфере камадхату[46], всё более и более возгоняющемуся, по мере того как пытаются его обуздать и перенести; поэтому вместо подавления похоти лучше управлять и переносить ее на другие планы. Действительно, в мире Ваджраяны каждое изображение символично: его нужно интерпретировать, как книгу, написанную тайными знаками, прочесть которые может лишь посвященный. Например, Ямантака (shin rje gshed), или иначе Ваджрабхай-рава (rdo rje jugs,byed) — двурогий, один рог которого — символ абсолютной истины (don dam bden pa), другой — символ относительной истины (kun rdzob bden pa), то есть Нирваны и Сансары. В нем, в Ямантаке, Сансара очищается от условности, причинности, множественности и становится тождественной Нирване. Его 16 ног символизируют 16 разновидностей шуньи и 32 руки символизируют 32 клеши; атрибуты, которые он держит в этих руках, являются орудиями, при помощи которых подавляются указанные клеши. Устрашающий его вид не для запугивания злых духов, как трактуют непосвященные «востоковеды», а есть средство более эффективного достижения Нирваны. Пламя, которым он весь охвачен, является пламенем мудрости (ye shes kye me).
Еще раз возвращаемся к пяти дхьянибуддам, которые имеют первостепенное значение в йогических методах Ваджраяны. Многие, наверно, видели махаянские и тантрийские иконы спокойных Будд и гневных идамов, они все без исключения на голове носят диадэму: спокойные — из пяти драгоценностей, гневные — из пяти черепов. Указанные диадэмы соответствуют пяти дхьянибуддам.
Первые вступительные по Ваджраяне книги описывают природу пяти клеш (nyo mongs), методы подавления их и истинное знание (мудрость), приобретаемые йогами и представленные в пятиричном эзотерическом аспекте как пять мудростей (ye shes lnga), которые достигаются средствами йоги — созерцанием и спиритуализацией. Указанные пять мудростей — это пять дхьянибудд. Благодаря методам добившийся успеха йогин реализует состояние Будды.
Сущностью, или основанием, мудрости (jnana) является Всепроникающая мудрость (Dharma-dhatu, chos kyi khams) — это есть семя (потенция) Истины, или Мудрости, порожденной Дхармакаей (hos sku) — Космическим Телом Будды.
Дхармадхату, называемая Мудростью (разумом) дхармового пространства и представляющая все дхармы (элементы) как шунью, персонифицируются главой дхьянибудд — Вайрочаной.
Применяя все методы, указанные в Ваджра-яне, йогин разрывает путы Сансары и, победив саму жизнь, наслаждается абсолютной свободой. В его сознании светит символическое сияние дхармахату.
Вайрочану йогин рассматривает как субстрат сознания (читта, sems), лишенный всякого бытия и не связанный со скандхами, дхату, аятана и такими мыслительными категорями, как субъект и объект. Он безначален и имеет природу шуньи, подобно всем существующим предметам, которые есть шунья в основе. Изначальная Дхармакая не имеет разновидностей и пребывает сама по себе. Он, Вайро-чана, является Мудростью дхармового пространства (chos kyi dbyings kyi ye shes). (Имеет синий цвет).
Ваджрасаттва, или Ваджра-Акшобхья, — Мудрость, подобная зеркалу (me long lta bu,i ye shes), дарующая йогическую силу ясновидения сокровенной внутренней действительности, отраженной как в зеркале. Обитая вне сферы обычного разума, познает Сансару и Нирвану как отражение в зеркале. Белый цвет его тела есть символ множественности буддийских драгоценностей. Правой рукой у сердца он держит пятиконечный ваджр. Этим символизируется соединение пяти тел сострадания с пятью мудростями. В конечном счете, соединяясь, они превращаются в единую сперма-бинду (thig le). Агрегат зеркального разума — мудрость Ади-будды, Ваджрасаттва эзотерически является синонимом Самантабхадры, персонификации нерожденного, бесформенного, неизменного Ади, или Нирваны. Мудрость, подобная зеркалу, символизируется элементом воды, от которой происходит жизненное течение, представленное соком деревьев, кровью Людей и живых существ.
Ратнасамбхава — Равностная мудрость, благодаря реализации этой мудрости йогин смотрит на все вещи с божественной безучастностью с точки зрения страсти и ненависти. Равностная мудрость (mnyam nyid ye shes) постигает равностное существование дхармакаи и шуньи ума и их равностное вневременное существование. Эта мудрость трансцендентна по своей сущности, она находится вне пределов познаваемости обычным разумом и являет собой Мудрость дхармакаи. Она, эта мудрость, подлинно познает недвойственную сущность дхармакаи и шуньи. Желтый цвет тела Ратна-самбхавы есть символ освобождения живых существ из круговорота Сансары через распространение знания. Он персонифицирует субстрат сознания (читта), воспринимающий все сущие предметы как не-сущие и лишенные качеств, но возникающие из пустоты (ни-ратмья) всех мирских объектов. Он есть бод-хичитта (byang chub kyi sems pa). Равностная мудрость проявляет себя через элемент земли и таким образом производит твердые составляющие тел живых существ, органических и неорганических форм.
Амитабха (,od dpag med) персонифицирует Различающую мудрость (so sor rtogs p,i ye shes) и дарует йогическую силу познания каждой вещи в отдельности, а также всех вещей в единстве. Эта мудрость без ошибок и колебаний пребывает в дхармакае. Она является запредельной разуму и в дхармакае фигурирует как беспрерывно самопознающая мудрость, поэтому она получила название Мудрости, познающей каждую вещь в отдельности, и приносит пользу каждому существу в отдельности. Она, благодаря проявлению через элемент огня, производит жизненное тепло воплощенных человеческих и других живых существ. Красный цвет тела Амитабхи символизирует воплотившиеся в нем четыре различные кармы[47] и осуществление им помощи всем живым существам. У сердца он держит лотос, что символизирует нематериальность и бесформенность дхармакаи. Этот символ указывает также на непричастность Самбхогакаи и Нирманакаи кармам людей, которые уже совершенствовались. Он персонифицирует следующую мысль: так как дхармы не имеют происхождения, то нет ни бытия, ни мышления. Бытием это называется в том смысле, в котором называют существующим несуществующее в действительности небо.
Всеисполняющая мудрость, персонифицированная в дхьянибудде Амогхасиддхи (don yod grub), дарует йогину силу настойчивости, упорства, необходимых для успеха во всех йогах, а также силу безошибочного распознавания последствий непогрешимого действия. Всеисполняющая мудрость, или всесовершающая (bya grub ye shes), уничтожает зависть и, исполняя карму, показывает, что дхармакая не возникла из отдельных вещей, не возникла и из их единства; напротив, эта мудрость познает, что безначальная дхармакая является источником безначального феноменального мира. Зеленый цвет его тела есть символ облегчения кармы живых существ. Амогхасид-дхи держит у сердца меч, что является символом оказания помощи живым существам посредством смягчения их кармы, и этим мечом разрезает железные путы кармы людей. Всеисполняющая мудрость, Амогхасиддхи, использует как средство проявления элемент воздух, являющийся источником дыхания (жизни).
Пять клеш (nyon mongs lnga) — источник всех грехов, причина пребывания Алая-виджяны в Сансаре, подавляются и уничтожаются через практику йогических методов. Но на их месте человеческое сознание обретает естественное сияние Пяти Мудростей. Благодаря практике йоги о созерцании и спириту-ализации тайной мантры долгого ХУМ и т. д., индивид раскрывает в себе пять дхьянибудд, то есть на пяти узлах его центрального стержня — авандуди появляются пять светов мудрости. Пять дхьянибудд по числу соответствуют пяти клешам. После подавления клеш их место занимают пять дхьянибудд.
Многие, особенно современные «буддологи», пишут, что пять клеш (nyon mongs lnga) в процессе практики йоги не уничтожаются, а переворачиваются (gyur pa) в Пять Мудростей (ye shes lnga). На самом деле они подавляются насильно, индивид после их подавления может не приобрести Пять Мудростей, как, например, архат. Как приобретаются Пять Мудростей, мы указали выше: это делается только на пути Ваджраяны.
Практику такого метода созерцания индивид должен совершить после посвящения, детали различных способов этой практики указывает учитель. Для того чтобы лучше выявить трудный для понимания и глубокий смысл тантрийского учения, ученику, даже после широкого посвящения (абхишека, dbang), необходимо постоянно обращаться к учителю за разъяснениями. Мы еще раз утверждаем вслед за нашими учителями, что без учителя-наставника тантрийская практика пуста. Сам Будда-Татхагата достиг просветления только через учителей. Он достиг просветления многие кальпы тому назад, когда прибыл на наше Землю — четыре тысячи сто восемьдесят три года тому назад (Б. Д. Дандарон писал «Мысли буддиста» в 1970 г. — Прим. ред.) для распространения своего учения. Он уже до того был Просветленным Буддой в течение многих мировых периодов.
В Ваджраяне особое значение имеет повторение мистических формул — мантр — во время созерцания. Для каждого божества — идама определенной тантрийской системы — существуют определенные мантры, даже несколько мантр на одного и того же идама. Эти мантры диктуются учителем во время передачи посвящения. Непосвященному не положено знать их. Но мы здесь расскажем немного о символическом значении долгого ХУМ, ибо эта сложная буква встречается во всех длинных и коротких мантрах.