Когда я добралась до дома Эдгара, то от него ничего не осталось. Только обугленные бревна торчали, источая едкий запах гари. Пепел и копоть покрывали все вокруг. Стояла зловещая тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием догорающих углей. Это место еще совсем недавно было уютным домом, полным любви и смеха. Теперь же здесь царила разруха. Моя душа разрывалась от боли и отчаяния. Я упала на колени и закрыла лицо руками. Из глаз хлынули слезы, обжигая кожу. Плакала навзрыд, сотрясаясь всем телом от горя. В таком обессиленном состоянии меня и нашел Джафар.

Схватив за руку, словно я была какой-то безвольной куклой, он утащил меня в машину, а потом увез, пользуясь тем, что я ослабела от горя и не могла сопротивляться. Ехали молча, и я не видела куда. Но мне и было все равно. В этот момент я хотела превратиться в маленькую точку и улететь на небо. Туда где нет боли и страха. Туда где царит любовь.

Мне казалось, я видела перед собой огромные глаза моего малыша — Дени. Его испуганное личико, обрамленное темными кудряшками, смотрело на меня с мольбой.

— Мама, — звал он меня жалобно своим звонким голоском.

А я плакала с сожалением, понимая, что ничем не смогла ему помочь.

Всю дорогу брат молчал, его лицо было каменным и непроницаемым. А я ревела белугой, захлебываясь слезами и ненавистью. Ненавидела брата за то, как он поступил с Эдгаром, но еще больше ненавидела за то, что он даже ребенка Малики не пощадил. Неужели ненависть к врагу оказалась сильнее сострадания к сыну любимой? Неужели он не понимал, что уничтожил не только жизнь Эдгара, но и сломал судьбу невинного ребенка? Мир перевернулся, и я перестала понимать, что происходит вокруг.

Я больше не была уверена в любви Джафара к Малике. Вот Эдгар любил Малику по-настоящему, готов был отдать за нее жизнь. А Джафар — нет. Он оказался жестоким и безжалостным тираном. Отнял единственное что осталось поле нее — ее сына Дени.

Через несколько часов мы вернулись домой. Джафар подхватил меня на руки, словно я была хрупкой фарфоровой куклой, внес в дом и запер в комнате. Замок щелкнул, отрезая меня от всего мира.

Я легла на кровать и рыдала, пока не провалилась в беспокойный сон, полный кошмаров и ужасных видений.

Утром меня разбудила служанка и принесла завтрак. От одного запаха еды меня затошнило. Я отказывалась есть, протестуя. Не могла простить брату того, что он сотворил.

Весь день я сидела взаперти, словно птица в золотой клетке. Служанка сказала, что Джафар куда-то уехал. Он громко ругался перед уходом, кого-то обвинял в предательстве. Я поняла, что что-то случилось, что-то что отразилось на репутации всей семьи. Но что?

Вечером он приехал злой и уставший, с темными кругами под глазами. Он решил лично навестить меня.

Зашел в мою комнату и опали меня взглядом, я отвернулась к стене не желая видеть его.

— Давай поговорим, — произнес Джафар грубо, не глядя мне в глаза.

— Я не хочу с тобой разговаривать, — ответила я ледяным тоном.

Мне реально было все равно, как он поступит со мной. Моя душа от горя выгорела дотла, превратившись в безжизненную пустыню.

— Лейла, ты должна понять…, — начал было он, пытаясь оправдать свои действия.

Услышав его слова, я подскочила на кровати и закричала изо всех своих сил.

— Что я должна понять? Что твою чёрствую душу не пробить состраданием? ТЫ обещал не трогать Эдгара с сыном. А сам отдал приказ, чтобы потом их заживо сожгли вместе с домом. ЗАЖИВО!!!!

— Я не мог поступить иначе, — попытался он объяснить, но в его голосе не было ни раскаяния, ни сожаления.

Но я закрыла уши руками и замотала головой.

Для меня это были лишь отговорки, жалкие попытки оправдать свою жестокость. Я решила, что не стану больше его слушать, не хочу слышать его лживые слова.

— Камилла сбежала, — Джафар схватился за голову, его лицо исказилось от гнева и досады. — С русским парнем. Их нет в стране.

Не выдержав, я истерически рассмеялась. В его голосе я услышала отчаянье.

— Вот молодец! Она поступила правильно!

— Молодец? — взвился брат, его глаза засверкали яростью.

— Да! Молодец! Не уступила тебе. Не пошла за нелюбимого. Кстати, где подобранный тобою жених? Я слышала, что он собирался тоже жениться на русской, — с издевкой спросила я.

— Сбежал. С ним тоже придется решать вопрос, — прорычал Джафар, сжимая кулаки.

— Так же, как ты решил с Эдгаром? Оставь его в покое. Ты озлобишь против себя людей, и наступит момент, когда тебя самого подожгут в собственном доме. А вместе с тобой пострадаем, и мы!

Едва я произнесла эти слова, как Джафар подскочил ко мне и мою щеку обдало жаром.

Прозвучала громкая пощечина, а из глаз от обиды и унижения брызнули слезы. Боль пронзила не только щеку, но и сердце. Я почувствовала себя преданной и сломленной.

— Тебе я сбежать из дома не дам. Выйдешь замуж за Хасана Абубакарова. А свои проблемы я решу как-нибудь сам, без твоих советов, сестренка, — холодно произнес Джафар, покидая мою комнату.

Уходя он громко хлопнул дверью, оставляя меня в одиночестве со своей болью и отчаянием. Я знала, что теперь моя жизнь превратится в ад, и не знала, как найти в себе силы, чтобы выжить в этом кошмаре.