20:19

Устроившись у костра, Дункан снял ботинки и вытянул ноги к огню – высушить носки. Тепло – вот настоящая роскошь.

Руссо организовала стоянку. Два окна вверху обеспечивали хорошую, как в дымоходе, вытяжку.

За воротами бункера по-прежнему ярилась метель, но замкнутые стены башни помогали удерживать тепло. Воздух согрелся настолько, что группа сняла парки. Лица раскраснелись от жара.

На ужин были сосиски, твердый сыр и хлеб. Кроме того, Руссо достала бутылку вина. Даже Шерин плеснула себе немного в жестяную кружку из походного снаряжения Лорана.

Наконец Руссо поднялась.

– Мне нужно покормить Катча, если он поест. – Она достала из рюкзака пластиковый контейнер. – Сырое мясо. Оно пробуждает в нем кровожадность, так что я на всякий случай отведу его на уровень ниже.

Как только женщина и кошка ушли, Шерин вернулась к теме, которую подняла ранее, и, повернувшись к Лорану, негромко спросила:

– Так что именно произошло в Ливии? Что такого узнали Хранители, когда обнаружили тайник с золотыми монетами?

Лоран допил вино.

– Прежде всего мы научились ценить и принимать во внимание хитрость Братства, которую ранее игнорировали.

– И благодаря которой они увели сокровище прямо у вас из-под носа, – добавил Дункан.

– Да. Это случилось при перевозке золота из Африки. Братство каким-то образом узнало, что находится на нашем грузовом судне. Оно было атаковано и затем отбуксировано в Италию, где державы «Оси» в итоге и присвоили бо́льшую часть древних монет.

Дункан нахмурился:

– И вы не знаете, что случилось с ними потом?

– В годы войны нацисты без зазрения совести воровали бесценные произведения искусства и всевозможные сокровища, а затем, после падения Третьего рейха, вывезли все это из Германии на грузовиках, подводных лодках и поездах. – Лоран пожал плечами. – Мы считаем, что золото оказалось в Польше, где позже исчезло. Либо зарыто где-то там, либо, в свою очередь, захвачено советской армией, когда она прошлась по этой стране.

Дункан вспомнил похожие истории, которые рассказывал ему дед. О конфискованных немцами ювелирных изделиях, предметах искусства, валюте, золоте. Больше всего пострадало еврейское население европейских стран. Кроме того, бесчисленное множество культурных артефактов было вывезено с оккупированных территорий. Золото переплавлялось в слитки. Реликвии и произведения искусства скрывались поддельной документацией. Сокровища прятали в шахтах, замках и банковских хранилищах.

– Но вернемся к вашей истории, – снова обратилась к Лорану Шерин. – Как удалось найти золотые монеты? Вы упоминали, что местонахождение клада Хранители установили, расшифровав Первое Речение.

– Именно так.

Дункан представил улыбающееся лицо своей бабушки.

– С помощью методов, разработанных криптографами в Блетчли-парке.

Лоран кивнул:

– Да.

– Клад находился на территории центральной Ливии, примерно в восьмистах километрах от побережья и в пределах массивного спящего вулканического поля Харудж, площадь которого составляет сорок тысяч квадратных километров. Поле настолько велико, что его можно увидеть из космоса.

Арчи состроил гримасу:

– Слишком большая территория для поисков.

Расшифровка Первого Речения указывала на уголок этого доисторического потока, где он разбился на глубокие расщелины и изрезанные каньоны. Эту территорию бедуины и другие народы пустыни впоследствии стали использовать для добычи полезных ископаемых. Мой дедушка присоединился к экспедиции, отправившейся на поиски в этот регион в 1940 году, в разгар кампании в Западной пустыне, когда британские, итальянские, египетские и немецкие войска вели ожесточенные бои в этом районе.

– Мой дед сражался в той же пустыне, – сказал Дункан, снова отметив про себя это необыкновенное переплетение судеб. – И в то же время.

– А теперь вот мы здесь, – сказал Лоран. – Продолжаем их дело и идем по их стопам.

Дункан невольно поежился.

И снова Шерин направила повествование в сегодняшний день:

– Вернемся к лавовому полю. Ваш дед говорил о том, как нашли сокровища? Он приводил какие-нибудь подробности? Указывал на что-то такое, что могло бы помочь нам здесь? Может быть, упоминал какие-то подсказки?

– То, о чем он упоминал, я скорее назвал бы предупреждениями.

Арчи вскинул голову:

– Что вы имеете в виду?

– Команде потребовался месяц, чтобы добраться до хранилища, скрытого глубоко в лавовых трубах. Особенно учитывая, что им приходилось остерегаться ловушек, оставленных для защиты сокровищницы от случайных нарушителей.

Шерин бросила взгляд в глубину темного бункера:

– Какого рода ловушек?

– Падающие камни, ямы с кольями… Само хранилище было оборудовано коварной защитной системой, срабатывающей от давления. Когда забирали золото, вся пещера едва не обрушилась. К счастью, они успели перекатить тяжелую вагонетку с рудой.

Дункан обменялся тревожным взглядом с остальными:

– Если нечто подобное было и здесь, то те, кто устраивал здесь бункер, могли ненароком привести в действие одну из таких ловушек. И тем самым разрушить вход.

– Я не могу исключить такой вариант. Как и тот, что мы ищем не там, где нужно.

– Когда нашли то хранилище в Ливии, как выглядел вход? Вы говорили нам раньше, что открыть его можно было только с помощью книги Сен-Жермена.

– Так и было. В Первом Речении Сен-Жермен предупредил, что ключ к двери – его книга. Но дальнейших пояснений он не дал. Поиски велись несколько недель, и лишь благодаря случайности они наткнулись на небольшую нишу, высеченную вручную в дальней пещере. Мой дед проходил мимо нее сотни раз и не обращал на нее внимания, думая, что это углубление для шахтерской лампы. Но когда они попробовали использовать ее по назначению, оказалось, что лампа как будто приклеилась к камню. Позднее выяснилось, что порода богата магнетитом.

– Магнитная руда, – прошептала Шерин.

Лоран кивнул:

– И вот еще что. Ниша соответствовала размерам книги. Как только мой дед поместил фолиант в нее и открыл, дверь распахнулась – сработала какая-то алхимия магнетизма. Часть стены отъехала, открыв туннель, ведущий к скрытому хранилищу.

Дункан нахмурился:

– Не помню, чтобы видел такую нишу внизу…

– Но здесь много стен, заложенных кирпичом, – напомнила ему Шерин.

– Много? – Арчи издал звук, напоминающий стон. – Да таких стен здесь половина. Если эта ниша скрыта за одной из них, мы тут на месяцы застрянем.

– Если, конечно, она вообще здесь, – вздохнул Дункан.

– И не была случайно разрушена, – добавила Шерин.

– И если мы вообще попали туда, куда надо, – подвел черту Лоран.

Услышав глухое ворчание, все обернулись. За порогом башни снова появилась Руссо – с фонарем и в сопровождении Катча. Большой кот, похоже, был рад вернуться к теплу или же, что тоже возможно, спешил выбраться из темных глубин бункера. Руссо подтвердила последнее предположение, подойдя к костру с пластиковым контейнером.

– Скормила ему лишь пару кусочков. Похоже, потерял аппетит. Оно и понятно – с одной стороны буря завывает, с другой – замкнутое пространство… Не надо мне было водить его вниз.

Тот, о ком шла речь, затаился у стены, откуда наблюдал за входом.

– Что его так нервирует? – спросила Шерин.

Руссо пожала плечами:

– Вот вы его и спросите. Он всегда был немного своенравным. Я бы не стала придавать слишком большое внимание его поведению.

– А может, как я уже говорил раньше, он чувствует одну из тех ведьм, о которых вы нам рассказывали? – Арчи попытался пошутить, но шутка не получилась, и попытка выглядела неубедительно.

Ситуацию еще больше усугубила Руссо:

– Возможно. Говорят, ангуаны охраняют многие пещеры в этих горах. – Она обвела группу многозначительным взглядом. – Особенно те, где могут храниться великие сокровища.

Дункан вздрогнул:

– Вы подслушали нас?

– Акустика под землей такая коварная…

Лоран посмотрел на нее:

– Для вас это может стать проблемой?

Руссо открыла контейнер, достала сочащийся кровью кусок мяса, бросила его на горячую сковороду и покрутила пальцем у виска.

– По-моему, вы все molto pazzo[34]. Но если нет, то программе восстановления видов в этих горах помогло бы серьезное финансирование.

– Уверен, мы сможем что-то сделать, – согласился Лоран. – Если, конечно, что-нибудь найдем.

Шерин, все это время задумчиво всматривавшаяся в темноту, тихонько вздохнула.

– Эти истории о ведьмах… – пробормотала она.

– Что? – спросил Дункан, удивленный тем, что Шерин придает какое-то значение таким рассказам. До сих пор он не замечал в ней склонности к суевериям, несмотря на то что темой ее магистерской диссертации было ведьмовство.

Она повернулась к костру и покачала головой:

– Ничего.

Дункан нахмурился, заметив напряжение в ее глазах, когда она смотрела на пламя. Ее явно что-то тревожило. Но спросить Шерин, в чем дело, он не успел.

– Нам всем стоит попытаться поспать. Будем дежурить по очереди, – объявил, поднимаясь, Лоран. – Нужно поддерживать огонь.

Дункан знал, что это не единственная причина. За закрытой дверью бункера продолжала бушевать метель. Он вспомнил летевшие к Сан-Вито вертолеты. Как ни крути, реальность надо признать.

Ведьмы – не единственная опасность в этих горах.