Кровать вдруг заходила ходуном, и одеяло натянулось как парус на ветру.

Раздражённо вздохнула и поинтересовалась язвительно:

– Апрель, что ты делаешь?

– Переворачиваюсь на другой бок, – ответил он невозмутимо.

Ага, а ощущение, будто конь решил рядом прилечь.

Постепенно я начала успокаиваться и моё либидо тоже решило махнуть на дурную хозяйку рукой и раз ничего не светит, то лучше отправиться отдыхать.

Апрель вдруг спросил:

– Аля, ты спишь?

Чуть не рявкнула: «ДА!»

Но решила притвориться, что уже уснула.

Апрель что-то пробурчал себе под нос и снова заворочался.

Я прикусила губу.

Всё-таки внутри надеялась, что Апрель проявит инициативу, на моё категоричное «Нет» махнёт рукой, и быть может, совсем немного ко мне попристаёт.

И почему я иногда такая дура?

Я дождался, когда у Али выровняется дыхание, и она действительно уснёт.

После почти двухчасовой невыносимой пытки, убедился, что она спит. Она во сне перевернулась на спину и закинула одну руку за голову. Алые губы чуть приоткрылись…

Проклятье!

Находиться так близко к ней, но не сметь, даже прикоснуться – это не просто пытка, это настоящее наказание, словно меня отправили в Ад.

С невероятной осторожностью перевернулся на спину и повернул голову так, чтобы видеть её.

Аля была очень красива, а во сне так и вовсе невероятна: нежна и желанна.

У меня были мысли, что она возжелает меня, когда увидит практически обнажённого. Нимфы и дриады всегда понимали этот посыл и никогда не отказывались от предложенного «блюда». Но Алевтина другая, она с характером. Это я понял ещё в первый день, когда сильфиды устроили мне «сюрприз».

Аля даже не попыталась пококетничать, не стала бросаться пошлыми шуточками. А ведь я едва сдержался, чтобы не броситься к ней, не заключить её в объятия и… не свести с ума, занимаясь неистовой любовью. Но каким-то образом мне удалось изобразить безразличие, хотя видел же, что и ей сложно скрыть возникшую страсть. Я видел, что воспроизвёл на неё впечатление и ощутил, как изменились её дыхание и взгляд, но она явно не мягкотелая женщина. Не просто с характером, но и твёрдыми убеждениями.

Что ж, могу сделать несколько выводов насчёт неё.

Ответственная. Держит слово. Надёжная. Бесстрашная. Умная. Красивая.

И есть ещё кое-что. Она мне нравится. И не просто нравится. Я её желаю. Не как объект, выбранный для хорошего, но короткого времяпрепровождения, а для чего-то большего и продолжительного…

Серьёзные отношения?

Неужели я об этом подумал?

Погнал ненужные мысли прочь и вдруг, против воли моя рука потянулась, чтобы… чтобы…

Снова выругался про себя.

Я прекрасно понимаю, что должен отвернуться, но моя какая-то нездоровая потребность в Але с каждым мгновением становится острее. Боюсь, очень скоро я совершенно не смогу внимать голосу разума.

Пробежал взглядом по её лицу. Задержался на её чувственных губах, которые свели бы с ума любого мужчину. Я еле сдержался, чтобы не дотронуться до них своими губами.

Собрав всю волю в кулак, я приказал себе не смотреть на желанную женщину, но глаза отказывались повиноваться.

Я прерывисто вздохнул.

Всё моё существо было переполнено диким желанием.

Подумал, что вряд ли усну и лучше бы мне просто встать и покинуть спальню. Пойду, прогуляюсь по зимнему саду. Зароюсь лицом в снег, чтобы остудиться и прочистить голову.

Вдруг Аля пошевелилась и повернулась ко мне лицом, руку устроила на моей груди. Она облизнула губы, как бы моля о поцелуе, и я чуть не задохнулся от желания. Алевтина – настоящий соблазн.

Теперь как сбежать?!

И пока я лежал вот так, боясь не то, чтобы пошевелиться, но даже сделать вздох, ощутил, что окончательно теряю самоконтроль.

Да уж… Сейчас я сам себе удивляюсь. Не думал, что способность сдерживать себя у меня совершенна.

Но сейчас я отчётливо ощущал и понимал, что эмоции берут надо мной верх.

Аля во сне сладко вздохнула, и с её губ сорвался едва слышимый стон. Но для меня он так прозвучал, словно гром грянул рядом с ухом.

А затем её рука на моей груди мелко дёрнулась, будто проверяя меня и одновременно маня.

Закрыв глаза, я впервые в жизни помолился Богу дать мне выдержки и терпения не наброситься на Алевтину, будто я дикий зверь, а не разумный мужчина.

В итоге, уже сгорая от желания, я коснулся рукой её руки и легко сжал тонкие пальцы. Поднёс её руку к губам и очень нежно, почти невесомо коснулся поцелуем её ладони.

Аля вдруг вздрогнула, словно её ударило током, тихо что-то пробормотала…

Мне показалось, или она произнесла моё имя?

А затем она распахнула глаза, и её взгляд устремился на меня…

И вот с её губ вновь сорвалось:

– Апрель…

Это либо наваждение, либо у меня действительно поехала крыша.

– Я тут лежал и думал, что мы с тобой прекрасная команда… И почему бы нам не узнать друг друга ещё ближе? – сорвалось с моих губ само собой. – Ещё я думал, что в таком случае мы могли бы стать… свободнее… И ещё… Я искренне благодарен тебе за помощь…

– Апрель… – выдохнула она робко. И так сладко звучало моё имя в её устах, что едва сам не застонал от удовольствия. Так бы и слушал её. Бесконечно.

– Нет, позволь мне договорить, – проговорил я. – Мне остаётся только надеяться, что ты позволишь прикоснуться к себе… Не для публики, как сегодня, а по-настоящему… Я желаю тебя, Аля… Так сильно тебя хочу, что сгораю и погибаю в огне страсти…

Наверно, это было самое спонтанное и нелепое за всю мою жизнь признание женщине в своих желаниях. Я замолчал, ожидая от Алевтины реакции, но она просто смотрела на меня и молчала.

– Прости… – выдохнул с дебильным смешком. – Впервые в жизни чувствую себя идиотом.

Вдруг её рука прикоснулась к моей щеке. Пальчики коснулись носа, дуг бровей, погладили подбородок и бережно, чуть неловко обвели контур губ.

Я как завороженный смотрел в её потемневшие глаза.

– Я… тоже… хочу тебя, Апрель… – прошептала она. – И это опасная игра… Притворство – одно дело. А играть живыми чувствами…

– Это не игра, Аля, – произнёс уверенно и серьёзно.

Она первая потянулась к моим губам за поцелуем. И в этот момент все преграды рухнули. Разбились, раскололись и осыпались пеплом. Маски сброшены. Никаких притворств. Лишь голые чувства.

Наши губы нашли друг друга и в этот момент все игры на самом деле закончились.

Проснувшись, ощутила приятное тепло рядом.

В теле поселилась приятная истома и вообще я чувствовала себя необыкновенно прекрасно. Да и выспалась, как никогда не высыпалась. Удивительно.

Я потянулась, а потом нахмурилась.

Сознание напомнило о произошедшем в эту ночь.

Я. И Апрель. Мы… Мы стали близки.

И чёрт меня подери, но это была самая лучшая ночь в моей жизни.

Никто и никогда не доводил меня до такой наивысшей точки наслаждения, как это сделал Апрель. И не один раз.

Боже… Что же теперь будет?

– Доброе утро, Аля, – услышала низкий голос, прозвучавший рядом.

Теперь я распахнула глаза, просыпаясь окончательно, и повернула голову. Уткнулась носом в грудь Апреля.

Подняла взгляд и увидела, что он улыбается, точно сытый кот.

– Успела выспаться? – поинтересовался он всё с той же придурковато-счастливой улыбкой.

Я поднялась на локте и уставилась на мужчину.

– Мы переспали, – выдохнула сокрушённо. – Ты меня соблазнил.

– Я? – хохотнул Апрель, и что-то неоднозначное промелькнуло на его лице, но улыбка не исчезла. – Аля, это было наше обоюдное решение. Не вали всё на меня одного. Кстати, мне понравилось с тобой спать. В смысле, не только секс. Он вообще выше всяких похвал. Но и спать с тобой удобно.

Я ощутила, что краска смущения заливает мою шею и моё лицо.

– Спасибо, – пробормотала в ответ.

Протянула руку и машинально убрала его волосы со лба. У Апреля волосы были мягкими. Он удивлённо уставился на меня, словно я сделала нечто необычное.

Теперь я улыбнулась и сказала кокетливо:

– Знаешь, Апрель, а ты очень милый по утрам.

– Я вообще замечательный, – сказал он с усмешкой.

Я рассмеялась.

Он вдруг притянул меня к себе ещё ближе, и я уже практически лежала на мужчине.

Его дыхание участилось, фиолетовые глаза потемнели, а кое-что внизу готово было к подвигам на любовном фронте.

– Предлагаю сделать это утро таким же сладким, как и наша ночь.

Апрель смотрел на меня из-под прикрытых век и не сомневался в положительном ответе.

Я сама вдруг ощутила сильное возбуждение, но мои комплексы неожиданно решили напомнить о себе.

Как же так получается, что я, совершенно не красавица, как местные дриады, нимфы, эльфийки и другие женщины различных рас могла понравиться такому шикарному мужчине, как Апрелю?

Вряд ли он всерьёз сказал, что ему понравилась наша ночь. Не поверю, что секс с другими женщинами у него был хуже. Уж точно не хуже, а скорее всего даже многократно лучше. А я так – разнообразие.

Настроение тут же поползло до отметки «ноль».

– Знаешь, я думаю, что произошедшее этой ночью было ошибкой, – заговорила неуверенно и отодвинулась от него на безопасное расстояние. Тут же ощутила холод, захотелось вернуться в его объятия.

– Аля… – тяжело вздохнул Апрель, и его голос прозвучал хрипло, – я не считаю случившееся ошибкой. И я хочу… Поверь мне, я правда, очень хочу, чтобы ты тоже не считала нашу ночь ошибкой. Это было… как дотянуться до небес. Я клянусь тебе своей силой, Аля, что ты не ещё одна женщина в моей жизни. Ты – нечто особенное. Знаешь, я только на балу у брата это понял и осознал. Ты меня ещё плохо знаешь, и я о тебе мало знаю, но у меня вчера возникло чувство, будто давно с тобой знаком. Просто мы те знакомые, что давно не виделись, и судьба нас снова вместе свела… Скажи, ты мне веришь?

Я покачала головой, не понимая, почему веду себя как идиотка.

– Иди ко мне, – протянул он руку.

Сглотнула и неуверенно посмотрела в его космические глаза.

Трудно поверить, но… Если это окажется ошибкой, то в любом случае мне будет что вспомнить. Это лучше, чем сожалеть оставшуюся жизнь, что я не использовала дарованный мне шанс испытать нечто восхитительное.

Вложила свою ладонь в его и Апрель тут же притянул меня к себе, и пока я не передумала, накрыл мои губы своими губами.

Он целовал так сладко, что все сомнения, глупые мысли и чёртовы комплексы исчезли. Растворились. И существовали ли они?

Наверное, сама судьба позволила мне испытать этот полёт в объятиях Апреля. Злодейка-судьба наперёд знала, что впереди меня ждёт нечто ужасное. Она уже подготовила для меня карету, которая отправит меня прямиком в ад и лишь ждала нужного момента.

Но пока время ещё было, она с усмешкой наблюдала, как таю от счастья, блаженная от неведения своего будущего.

Что ж… По крайней мере, хоть на короткое время я почувствовала себя поистине счастливой, нужной и… любимой?

Да, наверное, так правильно сказать. Любимой.