Положа руку на сердце, признайтесь: о том, как устроен наш мир, какова его космография, мы задумываемся, мягко говоря, не слишком часто. Мы знаем – или считаем, что знаем, – как он устроен, но это пассивное знание, к которому мы прибегаем лишь при необходимости. Зато ментальные карты тех ближних и дальних территорий, которые нас по какой-либо причине интересуют, которые мы посещали, посещаем или намерены однажды посетить, лежат в области активного знания – мы регулярно к ним обращаемся в своей повседневной жизни.

Наши предки едва ли отличались от нас в этом отношении. Они верили, что земля плоская, а небо – твердый свод, но эти сведения лежали у них, что называется под спудом, – судя по этнографическим записям, исследователям конца XIX – начала XX века приходилось задавать крестьянам специальные наводящие вопросы, чтобы они рассказали, к примеру, о небесной тверди и ее строении или о том, как земля соположена небу. А вот об окружавшем их земном мире, будь то окрестности деревни или более отдаленные места, говорили охотно и в подробностях, щедро перемежая собственный опыт географического познания ближайших краев досужей молвой о дальних землях, которая опиралась на рассказы паломников и богомолок, на солдатские байки (солдаты ведь «по всему свету хаживали») и на проповеди с поучениями, услышанные в церкви и понятые на свой лад.

Из такого смешения физической и воображаемой географии и рождались фольклорные – для нас фольклорные, а для предыдущих поколений очень даже реальные – карты земной поверхности, на которых Русская земля, «родимая землица-матушка», оказывалась в окружении Сорочинских и прочих гор, река Непра (= Днепр) текла к Хвалынскому морю через Чистое поле, а «страшные и дремучие муромские леса» вставали по соседству с былинным Киевом.

Древнерусскую фольклорную космографию мы, за отсутствием документальных источников, вынуждены реконструировать буквально по крупицам из поздних текстов, но с фольклорной географией дело обстоит намного лучше: в нашем распоряжении имеется целый свод эпической русской поэзии – былины, где эта география излагается довольно полно. Конечно, придется приложить некоторые усилия к тому, чтобы совместить географические сведения из разных былин, но все-таки можно смело говорить, что былины раскрывают нам достаточно цельную картину земного пространства, освоенного и «офольклоренного» русским человеком.