Но прежде нужно кое-что уточнить. Главное отличие космографии от географии состоит в том, что первая повествует о мироздании в целом, пусть и с точки зрения человека, обитающего на земной тверди, а вот вторая рисует и описывает человеческий мир. В космографии не то чтобы вовсе нет людей – люди как обитатели суши подразумеваются, конечно, однако космография ими не интересуется, ее занимают события и явления космического масштаба, тогда как география сосредоточена на сугубо людской среде обитания. Чтобы состоялся этот переход от общего к частному, должно было произойти еще одно событие, космическое по сути: в мире, сотворенном по божьему промыслу, будь то языческими богами или христианским Богом, должны были появиться люди, а также людские жилища, орудия труда, ремесла и другие занятия.

Как это случилось? К сожалению, каких-либо славянских мифов о сотворении человека не сохранилось, мы располагаем только преданиями, явно испытавшими христианское влияние. Впрочем, в некоторых вполне угадываются следы архаических представлений – в частности, мифа о сотворении мира и человека из плоти некоего первосущества. Вспомним стих о Голубиной книге, который цитировался во второй главе: цари – от «святой главы Адамовой», крестьяне – «от святого колена от Адамова» и так далее. В другом варианте этого духовного стиха говорится прямо:

В «Палее» – это своего рода древнерусская энциклопедия, пересказ библейского Ветхого Завета, дополненный апокрифическими вставками, богословскими и натурфилософскими рассуждениями; списки «Палеи» имели широкое хождение, а истории и прочие сведения из нее через проповеди попадали в народную среду, где постепенно фольклоризировались, – так вот, в «Палее» рассказывается, что Бог сотворил человека из восьми частей: тело – от земли, кости – от камня, кровь – от моря, глаза – от солнца, мысли – «от облак», дыхание – от ветра, телесное тепло – от огня, свет (душа) – от горнего света.

Другие предания, тоже испытавшие библейское влияние, сообщают, что первых людей слепили из глины или из теста. Как правило, лепит людей Господь, но в процесс непременно вмешивается дьявол. Например, в апокрифическом сказании «Како сотворил Бог Адама» говорится, что Бог «отлучился» от первого человека Адама, пошел к солнцу добывать глаза, а дьявол подкрался и вымазал тело Адама нечистотами. Бог очистил человеческое тело от скверны и снова ушел, на сей раз за дыханием, а дьявол «истыкал человека палкой и впустил в него семьдесят недугов». С этими последствиями дьявольского вмешательства Господь справиться не сумел, только прогнал дьявола, а потомки Адама с тех пор обречены страдать разными болезнями.

Дьявол причастен и к сотворению первой женщины. По некоторым преданиям, Бог вылепил мужчину из земли (глины), а женщину – из теста, после чего положил обоих «сушиться на солнышке». Приглядывать за первыми людьми поручили архангелу Михаилу, но тот на миг отвлекся, и собака – нечистое животное, помощник дьявола – съела женщину, так что Богу пришлось изымать у мужчины ребро, чтобы заново сотворить первому человеку спутницу и жену.

В современном русском языке известно выражение «слеплены из одного теста». В этом выражении прослеживается архаический мотив сотворения первых людей. Отголоски сходного мотива можно отыскать и в других устойчивых фразеологизмах – к примеру, «не лыком шит», «скроены на одну колодку», «неладно скроен, да крепко сшит». Исследователи видят здесь указание на так называемые ремесленные фольклорные модели появления человека на белом свете. В русских волшебных сказках, кроме того, упоминаются порой чудесные помощники Бабы Яги или Кощея, изготавливающие войско: кузнецы бьют молотами по наковальням – и «выскакивает солдат за солдатом», портные «колют иглой» – и «вырастает богатырь с конем, сапожники «шилом ткнут» – и «солдат с ружьем на коня садится, в строй становится». Вполне допустимо считать, что перед нами следы архаических сюжетов о сотворении первых людей.

Кстати, из русских сказок реконструируется и «ремесленный» способ сотворения мира, известный, возможно, нашим предкам. В сказке о царевне-лягушке героиня ткет ковер или скатерть, на котором присутствуют солнце и луна, травы, деревья и поселения. Причем о ковре и картинах на нем сообщается, что он «не шит, не ткан, все равно как высажено». То есть это мироздание, которое вышивает ремесленник-демиург. Да и пляска царевны-лягушки на пиру, когда героиня из «объедков и опивков», спрятанных в рукавах платья, создает различные «красоты», близка к процессу творения мира: «Махнула левым рукавом – стало озеро, махнула правым – поплыли по озеру белые лебеди»; «Махнула правой рукой – стали леса и воды, махнула левой – стали летать разные птицы».

Разумеется, это реконструкции, а не сохранившиеся предания, и не нужно выдавать их за «мифы русского народа», но эти реконструкции не лишены, как кажется, весомых оснований.

Не обошлось без дьявола и при сотворении людских жилищ. По одному преданию, именно дьявол срубил первую избу, но так спешил, что не позаботился проделать в стенах окна. Понадобилось вмешаться Богу, чтобы окна появились и в избе стало светло. Дьявол же построил первую ветряную мельницу, только не сумел насадить на ось мельничные крылья, потому что они должны «стоять крестом», и запускать мельницу пришлось, опять-таки, Богу. Способ закаливания железа – опускать раскаленное изделие в воду – также был открыт благодаря дьяволу: Бог грел в костре свою палицу, дьявол упрекнул его в том, что он-де крадет чужой огонь, Бог рассердился и бросил палицу в воду, но быстро ее достал и метнул в дьявола, тот увернулся, а палица ударилась о камень и зазвенела – так люди узнали, что железо можно и нужно закаливать.

Словом, когда мы переходим с космического уровня бытия на уровень человеческий, от реконструируемой мифологии к известному сохранившемуся фольклору, выясняется – во всяком случае, по поздним источникам, – что сам человек и все человеческое окружение созданы совместными усилиями двух сверхъестественных творцов. Можно было бы предположить, что какие-то отзвуки этих представлений должны встречаться и в фольклорной географии.

Что ж, так и есть – до сих пор по всей России, а особенно на Северо-Западе, к примеру, ходят предания и былички о так называемых чертовых камнях; это крупные камни, якобы выроненные дьяволом, который хотел привалить дверь в Божий храм, но не сумел этого сделать.

Однако в большинстве рассказов человека о самом себе – а фольклор, в общем-то, и есть совокупность таких рассказов, своего рода устная история – мир предстает совсем другим, «расколдованным», менее величественным, зато более привычным, даже свойским: ментальная карта сужается до пределов освоенного пространства, на ней появляются названия реальных земель, городов и сел, рек и лесов. Правда, за реальными названиями по-прежнему скрываются воображаемые объекты, но теперь уже не космические, а человеческие.