Дверцы шкафа были распахнуты настежь, а практически всё его содержимое теперь живописной кучей покоилось на кровати. У Аделики было не так много вещей, и все они покупались скорее из соображений практичности, нежели для нарядных выходов в свет.

​— Всё слишком строгое! — Лика в отчаянии прижала ладони к горящим щекам, оглядывая этот текстильный хаос. — Оно всё совершенно не подходит!

​— А если это платье? — Каталина выудила из вороха одежды скромный синий подол.

​— Нет, оно уже потертое, смотри, — девушка указала на ослабевшие швы и затертый край ткани. — Ну и коротковато. Даже если мы поедем в экипаже, на улице сейчас холодно, я просто замерзну.

— Твоя правда, — вздохнула подруга, откладывая синее платье в сторону.

​Лика растерянно прошлась взглядом по оставшимся нарядам и нерешительно ткнула пальцем в плотную тёмную ткань:

​— А если вот этот комбинезон?

​— Ты серьёзно, чёрный?! На первое официальное свидание? — Лина скептически выгнула бровь и всплеснула руками. — Аделика, нужно же что-то более романтичное, нежное, а не наряд для шпионской вылазки или работы в мастерской!

​— Ну, он удобный… — тихонько пробормотала хозяйка комнаты.

​— Хм, — Каталина задумчиво почесала кончик носа, проигнорировав её аргумент, и снова принялась перебирать вещи. — А если вот это?

​Она ловко вытянула со дна кучи длинную, до самого пола, юбку приятного тёплого оттенка.

​— А не слишком по-деловому? — усомнилась Лика, недоверчиво разглядывая плотный фасон.

​— Вовсе нет, если мы подберём к ней какой-нибудь лёгкий, воздушный верх, — Лина на секунду отвела взгляд, явно мысленно перебирая вешалки в собственном гардеробе. — Правда, учитывая прохладу на улице… Блин, надо же знать, куда именно вы пойдёте! А этот твой конспиратор молчит как партизан! — она недовольно фыркнула.

​— Может, тогда подойдёт какой-нибудь лёгкий свитер? — Аделика с надеждой посмотрела на приятельницу. — У тебя есть идеи? У меня-то самой свитер всего один, да и тот рассчитан на лютые морозы.

— Да! — Лина звонко щёлкнула пальцами, и её глаза победно загорелись. — Сейчас вернусь, у меня озарение!

​Не успела Лика и слова сказать, как подруга пулей вылетела из комнаты, оставив её в полном одиночестве среди разбросанной одежды и взбудораженных мыслей.

​Через несколько минут она вернулась, победно неся перед собой две вещи нежно-розового, почти пудрового цвета.

​— Вот! — продемонстрировала Лина, сияя от гордости за собственную догадливость. — Смотри, это комплект. Снизу лёгкая блузка без рукавов, а сверху — очень тёплый, но при этом невесомый свитер. На него наложено согревающее плетение, так что тебе точно не будет холодно, куда бы этот твой ухажёр тебя ни повёл!

​Аделика осторожно взяла вещи в руки. Блузка оказалась из тонкого, скользящего шелка, который приятно холодил пальцы, а вот свитер, связанный из мягчайшей качественной пряжи, ощущался в ладонях как воздушное, тёплое облако. Сложные узоры вязки едва заметно блестели вплетенными в нити крошечными магомеханическими волокнами, которые и удерживали тепло.

​Девушка с огромной благодарностью посмотрела на подругу. Спасительница!

​— Из украшений возьми вот эти серьги и кулон, — добавила Лина, выуживая из кармана маленькую бархатную коробочку и протягивая её Лике. — Они неброские, но идеально дополнят образ.

Примерка наряда и лёгкий макияж заняли ещё полчаса. Отойдя от зеркала, Лика даже растерялась: пудровые оттенки удивительно освежали лицо, а мягкий свитер от Лины сидел просто безупречно. Оставшееся время они провели с Каталиной за пустой болтовнёй обо всём на свете, помогающей отвлечься от предвкушения вечера.

Вдруг Лина бросила взгляд на настенные часы и подскочила с места:

— Ой, мне же пора бежать в лабораторию! У меня там долгосрочный эксперимент, если пропущу время замера показателей — декан меня живьём закопает. Всё, дорогая, ты красавица, ни о чём не переживай! Удачи!

Дверь хлопнула, и Лика осталась в комнате одна. Одиночество тут же вернуло волнение. Она принялась мерить шагами комнату, то и дело нервно сжимая пальцы и поглядывая на часы. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Раздался негромкий, размеренный стук в дверь.

Лика замерла, сделала глубокий вдох, стараясь унять дрожь, и пошла открывать. На пороге стоял Альдо. В руках он держал букет потрясающих, свежих цветов.

— Привет, Дели, — мягко произнёс он, протягивая ей букет.

— Привет... Какая прелесть, спасибо большое! — Лика искренне восхитилась, зарываясь лицом в нежные лепестки и вдыхая их тонкий, удивительно приятный аромат. Она поспешно принесла из угла комнаты вазу, наполнила её водой с помощью простого бытового заклинания и аккуратно поставила букет на стол. Обернувшись к мужчине, она улыбнулась: — Ну... я готова.

Альдо не отрывал от неё восхищённого взгляда. Оценив перемену в её облике, он мягко улыбнулся:

— Ты выглядишь просто невероятно, Дели. Покружись, дай мне рассмотреть тебя получше.

Чуть смутившись, Лика послушно сделала небольшой пируэт, позволяя ему оценить и летящую длинную юбку, и нежный, пушистый свитер.

Альдо тепло усмехнулся и подошёл ближе, направляясь к вешалке у двери, где висело её тёплое зимнее пальто и плотный шерстяной платок, в который тоже была вплетена согревающая магомеханическая нить. Сняв пальто, он бережно расправил его и шагнул к Лике со спины, помогая ей одеться.

— Я, конечно, боевой маг и при желании могу согреть тебя своими чарами... — негромко проговорил он над её ухом, пока Лика продевала руки в рукава, чувствуя, как по коже пробежали приятные мурашки от его близости. Альдо аккуратно расправил воротник и потянулся за платком. — Но давай мы всё-таки упакуем тебя потеплее. На улице, к сожалению, сейчас жуткий холод, а я не хочу, чтобы моя спутница простудилась на первом же свидании.

Заботливым, на удивление ловким движением он накинул платок ей на плечи, слегка коснувшись пальцами её шеи, отчего сердце Лики сделало кульбит. Спорить с такой нежной и уверенной заботой было решительно невозможно.

​Альдо галантно согнул локоть, предлагая ей опереться на его предплечье. Она с улыбкой приняла этот жест, и они направились к выходу из жилого корпуса.

​Путь через заснеженный парк академии к ожидавшему у ворот экипажу пролетел незаметно, и всё это время Лика не оставляла попыток выведать хоть какие-то подробности их маршрута.

​— Так куда, ты говоришь, мы идём? — спросила она, заглядывая ему в лицо и мило улыбаясь.

​— Я? — Альдо искренне рассмеялся, и его смех эхом разнёсся по морозной аллее. — Я ещё ничего не говорил. Дели, из тебя получится очень плохой шпион. Тебя совершенно точно нужно научить профессионально выуживать информацию из людей.

​— Ну и ладно, — Лика задорно прищурилась, ни капли не обидевшись. Она выразительно посмотрела на него, намекая на их недавний уговор в комнате, и фыркнула: — У меня и так теперь есть свой личный шпион. Высококлассный. Так что ты не расскажешь, да?

​Альдо понимающе усмехнулся, оценив её шпильку, и мягко качнул головой:

​— Пусть это будет сюрпризом, Дели.

​Они наконец подошли к границе парка, где у ворот переминались тяжелые лошади, запряженные в закрытый утепленный экипаж. Альдо открыл дверцу и подал девушке руку, помогая ей забраться на высокую подножку.

​Лика поднялась, но прежде чем скрыться в уютном полумраке салона, обернулась. В её глазах плясали весёлые смешинки.

​— Хорошо, но скажи мне хотя бы одно, — попросила она, заговорщически понизив голос. — Я хотя бы правильный наряд подобрала?

Альдо посмотрел на неё — укутанную в тёплое зимнее пальто, с накинутым поверх плеч плотным платком, из-под которого виднелся воротник пушистого пудрового свитера. На порозовевших от кусачего мороза щеках Лики играл румянец, а в глазах плясали живые искорки. В его взгляде проскочило столько нескрываемого, глубокого восхищения, что у неё на секунду перехватило дыхание.

​— Ты красива абсолютно в любой одежде, Дели, — мягко ответил он, и его голос стал на тон глубже, а глаза потемнели. — Но сегодня ты оделась просто идеально для того места, куда мы направляемся.

Экипаж плавно покачивался, унося их всё дальше от стен академии. Наконец колёса зашуршали по знакомой мостовой — они приехали в небольшой приакадемический городок. Лика знала здесь едва ли не каждую улочку и поначалу пыталась угадать маршрут, но Альдо лишь загадочно улыбался.

​Вскоре повозка остановилась у набережной. Выйдя на свежий воздух, они направились вдоль берега к уютному двухэтажному ресторанчику, стоявшему вплотную к замерзшей воде. Сквозь его большие окна лился тёплый свет, обещавший уютный вечер и спасение от уличного холода.

​Стоило им переступить порог, как окутал приятный аромат запечённых пряностей и свежего кофе. Встретивший их учтивый метрдотель принял у гостей верхнюю одежду и почтительно поклонился:

​— Добро пожаловать, лорд, леди. Для вас уже всё готово. Позвольте проводить?

​Альдо молча кивнул, и они последовали за мужчиной вглубь зала. Проходя мимо других столиков, Лика с любопытством оглядывалась по сторонам. Ей сразу бросилось в глаза, что заведение пользовалось популярностью у влюблённых пар. Пространство было зонировано полузакрытыми кабинками: они оставались достаточно открытыми, чтобы не порождать лишних двусмысленных слухов в академическом городке, но перегородки, густо увитые живым плющом и цветами, создавали удивительное ощущение уединения и интимности.

Распорядитель уверенно вёл их к самому лучшему месту — столику у большого панорамного окна с видом на тёмную, подёрнутую тонкой коркой льда гладь воды.

​— Располагайтесь, официант скоро подойдёт, — указав на их кабинку, мужчина вежливо улыбнулся и удалился, оставив их наедине.

​— Присаживайся, — Альдо мягко улыбнулся и предупредительно отодвинул для неё тяжёлый стул, который по своей уютности больше походил на глубокое мягкое кресло.

​Когда Лика села, устраиваясь поудобнее, мужчина не спешил отходить. Он бережно положил ладони ей на плечи, слегка сжав их в знак поддержки, и, чуть наклонившись, запечатлел на её макушке невесомый, едва ощутимый поцелуй. По телу Лики тут же разлилась волна приятного, согревающего тепла, окончательно прогнавшая остатки уличной прохлады и нервного напряжения.

​Альдо обошёл стол и сел напротив, не сводя с неё внимательного, греющего взгляда.

​— Что бы ты хотела попробовать? — взял он в руки раскрытую кожаную папку меню.

​— Не знаю, честно говоря. Я полностью положусь на твой вкус, — даже не заглядывая в карту блюд, ответила девушка.

​Лика откинулась на спинку кресла и посмотрела в окно. Панорамное остекление уходило к самой воде, создавая удивительное ощущение, будто они сидят прямо на льду. В тёплое время года здесь, наверное, можно было часами наблюдать за плеском волн и проплывающими рыбами. Присмотревшись внимательнее к заснеженному пространству за стеклом, Лика заметила в отдалении детей, весело катающихся на коньках, и невольно улыбнулась.

​Ей сразу же захотелось поделиться этим с Альдо. Повернув к нему голову, она обнаружила, что мужчина даже не смотрел в сторону набережной. Его внимание было безраздельно приковано к ней. Альдо изучал её лицо — бережно, сосредоточенно, перемещаясь от губ к глазам и обратно, словно пытался навсегда запечатлеть в памяти каждую чёрточку.

​— Почему ты так смотришь? — негромко спросила она, слегка стушевавшись.

​— Я любуюсь, — тихо, но до безумия искренне ответил он, а затем закрыл меню и отложил его на край стола. — Я заказал нам одинаковые блюда, если ты не против.

​— Уже заказал? Когда успел, я даже не заметила, — Аделика растерянно прикусила губу. Надо же было так глубоко уйти в свои мысли! — И почему я должна быть против? — она непонимающе наклонила голову набок и изящно выгнула бровь.

​— Потому что порции здесь внушительные, и тебе придётся всё это съесть, — тихо рассмеялся Альдо, и в его глазах зажглись тёплые искорки. — Так на что ты там засмотрелась?

​— Поверни голову вон туда, — Лика кивнула в сторону стекла. — Видишь?

​Мужчина обернулся и молча кивнул.

​— Там катаются на коньках, — поделилась она, и в её голосе скользнула лёгкая ностальгия. — Я уже и забыла, каково это... Ты сам когда-нибудь катался?

​— Да, бывало, но мы в основном выбирались на площадки в самом центре Олсворта. Нам, кстати, тоже надо будет туда как-нибудь заглянуть, — он многозначительно хмыкнул, оставив интригу и не уточнив, когда именно случится эта поездка. — А вот, кажется, и наш заказ, — добавил Альдо, заметив приближающегося официанта.

Когда тарелки были убраны, а перед ними появились чашки с ароматным травяным отваром, Альдо вдруг замолчал. Его взгляд стал более серьёзным, но оставался удивительно тёплым. Он опустил руку в карман пиджака и достал оттуда небольшую бархатную коробочку. Его пальцы еле заметно дрожали, выдавая такое редкое, непривычное для него волнение. Положив её на стол между ними, он мягко подтолкнул её к Лике.

Девушка удивлённо замерла, переводя взгляд с коробочки на мужчину. Сердце взволнованно застучало в груди.

— Альдо... что это? — тихо спросила она.

— Открой, — мягко попросил он.

Лика несмело потянула за край крышки. Внутри, на бархатной подушечке, покоилось изящное, тонкое серебряное кольцо, украшенное крошечным прозрачным камнем. Оно не выглядело как помпезное помолвочное или обручальное, но от него веяло благородством и изяществом.

— Это кольцо обещания, Дели, — негромко произнёс Альдо, внимательно наблюдая за её реакцией. — Я знаю, что в твоей жизни сейчас непростой период, и меньше всего мне хочется торопить тебя или давить. Этим кольцом я хочу показать, что мои намерения серьёзны. Оно означает, что я официально прошу у тебя позволения ухаживать за тобой. И если ты согласна принять его... это будет значить, что ты принимаешь моё ухаживание и моё обещание всегда быть твоей опорой. Этот жест не требует ничего от тебя взамен. Если ты не готова, я полностью тебя пойму.

У Лики перехватило дыхание. В её мире такой жест со стороны мужчины — особенно боевого мага его статуса — говорил о высшей степени уважения и чести. Это было так надёжно, так правильно, что все её прежние девичьи страхи окончательно растаяли.

Она подняла на него сияющие глаза и с нежной улыбкой протянула ладонь:

— Я согласна, Альдо.

Мужчина с облегчением выдохнул и тепло улыбнулся. Он бережно взял её руку в свою, достал кольцо и осторожно скользнул им по её пальцу. Оно село идеально, словно всегда там и было. Альдо запечатлел на её пальцах короткий, трепетный поцелуй, а затем поднялся из-за стола:

— Ну а теперь, раз уж все официальные вопросы решены... пойдём прогуляемся? У меня для тебя есть ещё один сюрприз.

Ужин прошёл в уютных разговорах, а порции оказались поистине королевскими — Альдо оказался прав, и Лике пришлось изрядно постараться, чтобы одолеть изысканные деликатесы.

Когда они наконец вышли из гостеприимного тепла ресторанчика на набережную, морозный воздух мгновенно овеял их лица, растрепав выбившиеся из-под платка пряди волос. Но в тёплом пальто и зачарованном свитере Лике было невероятно комфортно. Город уже зажигал первые вечерние огни. Подмёрзшая гладь реки ловила и дробила в своих ледяных трещинках разноцветные блики — местные жители вовсю готовились к грядущим праздникам, и теперь фасады домов и прибрежные деревья ломились от гирлянд и магомеханических фонариков, заливавших набережную мягким янтарным и лазурным сиянием.

Альдо уверенно вёл её вдоль берега, но вместо того чтобы просто прогуливаться, вдруг свернул к небольшому деревянному павильону у самого спуска к воде. Вывеска над его входом была так густо припорошена пушистым снегом, что разобрать надпись не представлялось возможным, и Лика лишь озадаченно проводила спутника взглядом. Впрочем, тайна рассеялась быстро: всего через пару минут мужчина вернулся, победно держа в руках две пары коньков на кожаных шнурках.

Девушка удивлённо округлила глаза, переводя взгляд с коньков на улыбающегося боевого мага.

— Мы... мы пойдём кататься прямо сейчас? — поражённо выдохнула она.

— А почему бы и нет? — Альдо весело прищурился. — Вообще-то, признаюсь честно, изначально я планировал просто пройтись с тобой по набережной, взять по чашке горячего какао или чая и поговорить. Но потом я подумал, что наше времяпрепровождение может быть чуть более активным. К тому же... ты ведь сама в начале ужина подкинула мне эту замечательную идею. Не пропадать же такому катку, вид отсюда действительно открывается невероятный.

Лика оглянулась. Сумерки стремительно сгущались, и городок постепенно погружался в синюю бархатную тьму, расцвеченную праздничной иллюминацией. Набережная заметно пустела — редкие прохожие спешили укрыться в тёплых домах, оставляя скованную толстым, прозрачным льдом реку в полное распоряжение двоих заговорщиков. Застывшая вода под ногами казалась огромным темным зеркалом, отражающим далекие звезды и цепочки огней.

— Да, вид прекрасный, — заворожённо выговорила Лика, любуясь панорамой.

— Особенно у меня, — негромко заметил Альдо.

Лика резко повернула к нему голову и наткнулась на его пристальный, смеющийся взгляд. Догадавшись, что именно он имеет в виду под «прекрасным видом», она смущённо улыбнулась и тихонько поблагодарила, чувствуя, как к щекам прилил жар, никак не связанный с морозом.

Мужчина весело потряс коньками и кивком указал на длинную деревянную лавку, стоявшую прямо перед спуском на лёд:

— Прошу, леди. Пора переобуваться.

Лика рассмеялась, чувствуя, как внутри разгорается самый настоящий, детский азарт. Вся серьёзность последних дней, страхи из-за архивов и ментальных блоков словно отступили на задний план, уступая место чистой, искренней радости.

— Против такого аргумента у меня нет возражений, лорд, — задорно ответила она, принимая из его рук коньки. — Идём!

Лика неуверенно ступила на лёд, едва не поскользнувшись, но тут же почувствовала крепкую, надёжную опору.

— Я каталась очень давно, видимо, всё забылось, — рассмеялась она.

Альдо бережно подхватил её за руку, не давая потерять равновесие. Его движения были плавными и уверенными, чувствовалось, что лёд для него не был чужим.

— Не бойся, Дели, — негромко сказал он, делая первый длинный выпад. — Я тебя держу. Сейчас немного покатаешься и всё вспомнишь.

Они начали скользить по зеркальной глади, поначалу медленно, привыкая к движению. Холодный воздух обжигал лёгкие, но от руки Альдо исходило столько тепла, что Лика забыла о всяком страхе. Вскоре их движения стали синхроннее: она полностью доверилась ему, позволяя вести себя по изгибам замёрзшей реки.

— Вот, уже намного лучше! — поддразнил её Альдо, ускоряясь. — А на скорость слабо? До того старого причала — наперегонки?

— Вызов принят! — азартно отозвалась Лика.

Она рванула вперёд. Коньки то тонули в пушистом снегу у кромки, то со звонким свистом резали чистый лёд. Альдо двигался легко, словно летел, но Лика кожей чувствовала, как он незаметно подстраивается под неё, нарочно замедляя свой ход и давая ей возможность вырваться вперёд. Под конец дистанции он окончательно позволил ей «оторваться», и Лика, смеясь от восторга и адреналина, первой коснулась обледенелых свай старого причала.

— Я победила! Честно победила! — выдохнула она, разворачиваясь к нему с сияющими глазами.

Альдо остановился прямо перед ней. В его глазах отражались праздничные огни набережной, но всё его внимание было сосредоточено только на ней. Он мягко, но настойчиво притянул её к себе, сокращая расстояние до минимума. Его свободная рука легла ей на талию, и Лика почувствовала, как сердце пропустило удар.

Тишина зимней ночи вокруг них казалась почти осязаемой. Альдо медленно опустил взгляд на её губы, а затем снова посмотрел ей в глаза.

— Дели... — его голос стал низким, почти шёпотом. — Можно?

В этом простом вопросе было столько уважения и нежности, что у неё перехватило дыхание. Она лишь молча кивнула, подаваясь навстречу.

Альдо бережно убрал с её лица выбившуюся из-под платка непослушную прядь волос, заправляя её за ухо. Его ладонь осталась на её щеке — горячая, чуть шершавая от мороза, она нежно огладила скулу большим пальцем, заставляя Лику затрепетать. И когда их губы наконец встретились, весь остальной мир просто перестал существовать.

Поцелуй был невероятно мягким, неторопливым, наполненным робким теплом и сладостью. Лика почувствовала, как от нахлынувших чувств и непривычной обуви её ноги на гладком льду слегка поехали в стороны. В поисках поддержки она неосознанно потянулась вперёд и крепко вцепилась пальцами в плотную ткань его тёплого зимнего пальто. Альдо тут же отозвался на это движение — его рука на её талии сжалась крепче, надежно удерживая, прижимая к себе и даря спасительное равновесие. Его губы продолжали ласкать её с такой бесконечной, оберегающей нежностью, словно она была самой хрупкой и драгоценной вещью во всей вселенной.

Это был поцелуй, полный невысказанных обещаний и того особенного, чистого волшебства, которое бывает только на стыке морозной зимы и начала чего-то по-настоящему большого.