Голова кипела от усталости, зато я почти закончила с работами Артёма. У меня получилось отключиться от реальности и полностью погрузиться в текст. Сама не заметила, как сделала в два раза больше, чем рассчитывала. Тревожные мысли отпустили, потому что для них не осталось места.

Потом отработала смену курьером. Из-за этого гудела не только голова, но и ноги. Вернувшись домой в одиннадцатом часу вечера, я предложила Юре попить чай на балконе, на что он легко согласился. Он вызвался самостоятельно всё подготовить, пока я буду в душе.

Вода помогла немного расслабиться. Из-под горячих струй не хотелось выходить. Я не позвала Юру с собой на работу, хотя он по привычке начал одеваться. Пришлось сказать, что хочу потаскать тяжести в одиночестве. Он хоть и расстроился, наставить не стал. Видимо, у меня всё было написано на лице.

Когда вернулась на свою часть квартиры, сразу почувствовала приятный аромат. Юра заварил листовой чай в фильтр-пакетиках, который на прошлой неделе подарил Стёпа. Я всё собиралась его попробовать, но как-то забывала.

Юра быстро обжился в коммуналке и больше не выглядел так, будто заблудился. Я разглядывала его, пока он размешивал ложкой сахар, против которого больше не высказывался. Юра легко улыбнулся мне, из-за чего я смутилась и сбежала в комнату за тёплой одеждой.

Ногам резко стало холодно. Я натянула шерстяные носки и старый свитер, а потом вернулась на кухню. Юра уже вылез вместе с кружками – те стояли на подоконнике. Он протянул вперёд руки и ставшим привычным движением перетащил меня на балкон. Щёки, не успевшие вернуться в нормальное состояние, стали совсем пунцовыми.

Мы сидели на подлокотниках с кружками горячего чая и смотрели на дом, сбежавший из Дубая. Красивый вид помог чуть успокоиться. Сам Юра выглядел нервным, будто его что-то сильно беспокоило. Я выбрала не лезть человеку в душу. Сама чувствовала себя не в своей тарелке. Из-за него же.

Он барабанил пальцами по коленке и поглядывал на меня. Потом развернулся, поставил кружку на подоконник и скатился с подлокотника на сидушку. В следующее мгновение я оказалась у него на коленях. У меня чуть глаза не вылетели из орбит. Юра не отбирал кружку, поэтому мы оба рисковали облиться кипятком в любую секунду моего внезапного перемещения.

– Нужно поговорить, – сказал он, поймав мой ошалевший взгляд.

– Здесь? Сейчас? Вот так?

– Здесь. Сейчас. Вот так, – подтвердил Юра.

– И что это за невероятно важный разговор? – Я радовалась, что свет на кухне выключен и цвет моего лица не разглядеть. – Всё в порядке?

У меня точно нет.

– Ты всё время в моей голове. – Он постучал по моему лбу. – Я с ума схожу уже, потому что ты игнорируешь все попытки сблизиться. Ведёшь себя со мной, как со Стёпой.

От неожиданного откровения стало сложно дышать. Так «А» – это всё-таки для меня? Я сделала медленный глоток горячего чая, давая себе возможность отдышаться и собраться с мыслями. Слишком долго ждала этого разговора и теперь растерялась. Боялась ответить как-то не так или из-за нервов свернуть диалог в шутку. Нужно было обязательно всё обсудить, раз он заговорил первым.

– Я не веду себя с тобой, как со Стёпой, – нашлась я с ответом.

Мне не хотелось, чтобы Юра так думал. Потому что это неправда.

– Ведёшь, – возразил он. – Держишь стену, не даёшь пробиться. Причём, одинаково игнорируешь как робкие, так и наглые попытки, когда у меня уже совсем терпение иссякает.

– Ты никогда не задумывался, что всему этому есть причина? – спросила я осторожно.

Думала, по мне вполне считывался страх и полное отсутствие опыта.

– Внимательно слушаю. Хочу понять, что в твоей голове. Я так много о тебе узнал за последние недели и при этом продолжаю теряться в догадках.

– А ты никогда не думал поговорить и всё обсудить?

– Думал. – Он вздохнул и провёл пальцами по моему лицу. Я чуть не отключилась от волнения, а Юра всего лишь убрал мешающуюся прядку. – Обычно всё работало по-другому. Вот, иду по новому для себя пути. Обсуждаю. Ты не отталкиваешь меня, но и не подпускаешь. Я не понимаю, в чём дело. Ты мне очень нравишься. Неужели, это не очевидно?

– Не очевидно. Потому что для тебя всё происходящее вокруг – нетипично. Как я должна понять, что ты не пытаешься развлечь себя всеми возможными способами?

– Ты тоже могла спросить. – Он выглядел так, будто моё предположение его обидело.

– Почему я должна делать это первой?

– Действительно, – проворчал Юра. – Не то, чтобы я привык обсуждать подобное.

– Так и я, – честно призналась я.

Он снова вздохнул и всё-таки забрал у меня кружку, чтобы поставить её на подоконник к своей. Я хотела возмутиться, но холода без неё не почувствовала.

– Ты мне нравишься. Слишком сильно. Возможно, я влюблён, но сейчас я напуган, чтобы признаться в этом прямо.

– Напуган? – Я улыбнулась. – Почему?

– Потому что даже сейчас ты игнорируешь то, что я тебе говорю.

Юра смотрел на меня слишком серьёзно, из-за чего хотелось спрятаться. Ноги, перекинутые через подлокотник кресла, затекли из-за неудобной позы. Но я не шевелилась, боясь сделать что-то не так. Из головы исчезли все посторонние мысли.

– Я не игнорирую. Просто продолжаю думать, что это всё связано с твоим состоянием в момент нашей встречи. Ты отвлёкся на меня, стал чуть веселее и принял улучшение в психологическом состоянии за симпатию ко мне. А я всего лишь научила тебя смотреть на мир под другим углом.

– Не припоминаю, чтобы говорил что-то такое. Я, вроде, прямо сказал, что чувствую к тебе. А ты мне в ответ ничего не сказала. Или это и есть ответ?

– Нет. – Я покачала головой и облизнула резко пересохшие губы. – Не ответ.

Юра возмущённо вздохнул. Мне стало весело из-за его реакции.

– Сходить за курицей, чтобы ты хоть что-нибудь дельное сказала?

Я рассмеялась, из-за чего Юра оттаял и стал спокойнее. Он мягко повернул мою голову и заставил смотреть ему в глаза.

– Скажи мне честно, что ты обо всём этом думаешь.

– Продолжаю думать, что твои чувства связаны исключительно с психологическим облегчением.

Юра цокнул языком и приблизил своё лицо к моему.

– Ответь на один вопрос. Больше можешь ничего не говорить. Я тебе нравлюсь?

У меня перехватило дыхание от прозвучавшего вопроса. До последнего не ожидала, что он заговорит об этом настолько прямо. Решила быть честной, но голос не слушался, поэтому я кивнула.

Облегчение на его лице было чётко различимым даже в полумраке. Расстояние между нами превратилось в ничто. Он проскользил пальцами по моей челюсти и зарылся в волосах. Мягкие губы накрыли мои, а я задрожала, пытаясь вырваться. Юра тут же отстранился.

– Что не так? – прошептал он, уперевшись лбом в мой.

– Я никогда… никогда… – сбивчиво шептала я в ответ, потеряв связь с реальностью.

Его глаза широко распахнулись. Он ослабил хватку, и я смогла сбежать через окно. Руки мелко тряслись от волнения. Юра только что признался мне в чувствах и собирался поцеловать, а я струсила и сбежала, потому что не умела. Услышала, как закрылось окно на кухне. Потом различила и приближающиеся шаги.

Юра подошёл, выглядя невероятно взволнованным, взял мои ладони и притянул к губам. Я зарделась, почувствовав мягкое прикосновение к коже.

– Я не знал. Прости, если напугал, – сказал он тихо.

– Всё нормально, я запаниковала. В целом, возможно, поэтому и вела себя странно.

Юра понимающе кивнул на моё признание. Светло-карие глаза чуть блестели. Он отпустил меня, и я снова забегала по комнате. Юра улыбался, опершись спиной на стену. Гэтсби с ворчанием забрал свой плед и ушёл в коридор. Видимо, мои метания мешали ему отдыхать. Наконец, сердце немного успокоилось и нервы отпустили. Я посмотрела на Юру и снова покраснела от слишком внимательного взгляда.

Юра поманил меня к себе. Как завороженная, сделала шаг, прекрасно понимая, что последует дальше. Но в этот раз убегать не собиралась. Он медленно наклонился, будто давая последний шанс отступить. Или отказаться. Или сбежать. Снова. Но я не могла, хоть и боялась. Всё стало неважно кроме искреннего признания в чувствах. Большие ладони обхватили моё лицо. Пальцы ласково прошлись по коже, из-за чего я вздрогнула.

Мягкие губы легко коснулись моих. Я замерла, пытаясь понять, что делать. Он неторопливо изучал меня, совершенно не смущаясь невзаимности. От приятных ощущений по коже пробежали мурашки. Попробовала ответить. Волновалась жутко, из-за чего вышло, по-моему, неловко.

Потом попробовала ещё раз. И ещё. Юра мягко отвечал на каждое осторожное касание, разжигая во мне пламя. Я экспериментировала, переключаясь с верхней губы на нижнюю и обратно. Дыхания окончательно смешались. Казалось, мы стали единым целым. Неразрывным. Будто мы больше не могли существовать по отдельности. Только вместе. Только вот так.

Он отстранился, когда я практически перестала дышать, и уткнулся лбом в мой лоб. Карие глаза сверкали незнакомой мне эмоцией. Будто внутри него горел пожар. Такой же трещал где-то глубоко внутри меня. Но я ещё плохо понимала эти новые чувства.

– Дыши, – прошептал он, хотя сам так себе с этим справлялся.

Я цеплялась за него забыв обо всём, будто в целом мире не было ничего важнее. Он прижал меня к себе, обвив руками. Голова находилась напротив его груди, из-за чего я слышала, нет, чувствовала, как быстро билось его сердце.

– И ты.

Он улыбнулся мне и я окончательно растаяла.

– Если ты не дышишь, у меня тоже плохо получается.

Мы долго стояли так, сжимая друг друга в долгожданных объятиях. Подумать только, сколько всего произошло за эти недели. Я до последнего думала, что ничего не сдвинется. Искренне верила, что для него это развлечение. Но Юра говорил со мной серьёзно и искренне волновался. Я видела это. И чувствовала. Если это игра, то я готова проиграть.

– Не так уж и страшно? – спросил Юра.

Тёплое дыхание опалило кожу. Я снова подняла взгляд и замерла. Он выглядел как-то иначе. Наверное, впервые на его лице не было ни капли напряжения или нервов.

– Не страшно, – подтвердила я, краснея.

– Но ещё нужна практика. Много практики, – прошептал Юра, приближаясь.

Он снова накрыл мои губы своими. Мы целовались до рассвета. Губы болели, казалось, я не смогу шевелить ими ещё очень, очень долго. Но остановиться всё равно не получалось, хотя мы честно старались. Впервые в жизни заснула в чьих-то объятиях добровольно, потому что действительно хотела остаться с человеком так близко, как только это возможно.