Совершенно измученные, мы со Стёпой вышли из дверей учебного корпуса. Нам обещали лёгкое занятие, а в итоге пришлось очень много думать и говорить. Зато поставят дополнительные баллы. По крайней мере, так сказал преподаватель. Но мне всё понравилось. Если бы подобные мероприятия проводили вместо занятий, я была бы намного счастливее.

– И зачем ты меня туда потащила? – недовольно стонал Стёпа. – Мне всё равно на экзамен идти!

Мне тоже. Вообще всему потоку нужно идти, потому что Юлия Витальевна презирала автоматы.

– Затем, что это полезно для всестороннего развития и сближения с коллективом! – соврала я.

– Для чего мне сближаться с людьми, которых я после выпуска никогда не увижу? – Он всплеснул руками. – А мог выспаться!

Я захохотала. Стёпа по определению не мог выспаться. Никогда. Он всегда хотел спать. Но он всё равно бы пришёл: знал, как для меня это важно. Ну и потому что я его попросила раз тридцать. Мероприятие организовала Юлия Витальевна, из-за чего пропуск по определению становился невозможным. Она всегда отслеживала, кто приходил, как студенты участвовали, что говорили и так далее. Я не знала наверняка, как получить предложение о дипломе от неё, поэтому старалась, как могла.

– Это не твой красавчик? – Стёпа внезапно ткнул меня локтем в бок. – По описанию, вроде, похож. Да и по фотке, которую ты показывала.

– Какой красавчик? – Я проследила за его взглядом и покраснела, сразу заметив задумчивого Юру. Он стоял внизу лестницы и кого-то ждал. – Эм, что он тут делает?

– Серьёзно? – Стёпа засмеялся. – Ох, какой же тяжёлый случай. Пошли, познакомишь.

– Сам ты тяжёлый! – возмутилась я. – Пошли.

Мы спустились по лестнице в толпе студентов. Я изо всех сил пыталась скрыть странную радость, появившуюся из-за внезапного появления Юры. Он меня заметил и помахал рукой, подзывая. С краснеющими щеками я подошла к нему. Не ожидала его увидеть возле универа.

– Ты не говорила, что у тебя в квартире стоит ограничение на сон в виде проповеди из розетки в девять утра. – Он улыбнулся, глядя на меня сверху вниз.

Стёпа удивлённо на меня покосился. С утра я так ему обо всём и не рассказала.

– Ну, не совсем так. Выбора всего два: драка с криками или православный канал. Можно сказать, тебе повезло. – Я потянула Стёпу за руку и впихнула между нами, потому что Юра подошёл слишком близко. – Кстати, знакомься, это Стёпа. Мой лучший друг и, по совместительству, человек, спасший меня от отчисления из-за математики.

– Юра. – Он протянул руку Стёпе.

Стёпа выглядел нервно, когда пожимал её. Обычно я за ним такого не наблюдала. Но когда он вернулся на прежнее место возле меня, заметно расслабился.

– Так, раз уж мы все теперь знакомы, предлагаю пойти ко мне в гости. Мама готовит черничный пирог. Звала Аллочку, но, раз ты тоже тут, она против не будет.

Я выпучила глаза и попробовала отругать друга взглядом за внезапное предложение. Хотя, оно мне нравилось, всё равно казалось странным. Стёпа не поддался. Только посмотрел на меня с издёвкой.

– Я с собакой. На практике пока только Аллочка положительно относилась к Гэтсби в гостях.

В это верилось с трудом. Я сомневалась, что у Юриных друзей повально не было животных.

– Он большой? Я сейчас у мамы уточню.

– Это коржик, щенок, хотя, почти подросток. Смешная такая вытянутая сарделька, – влезла я.

Паника из-за приглашения Стёпы прошла. Все мысли занял призрачный запах свежеиспечённого черничного пирога. На удачу скрестила пальцы в карманах жёлтого плаща. Лучше час смущаться, чем не поесть еды Елены Дмитриевны.

– Да, мам, привет. Слушай, ты Аллочку звала, а тут Юра нарисовался с собакой. Ты же давно хотела корги, хочешь щеночка потискать? – Стёпа замолчал, слушая ответ. – Да, да, он. Тот самый, да. Всё так. Ага. Едем? Хорошо, скоро будем.

Теперь у меня было только одно желание – провалиться сквозь землю. Я сомневалась, что последнее относилось к Гэтсби. Елена Дмитриевна явно интересовалась личностью Юры.

– Едем? – спросила я, пытаясь сделать голос твёрже и увереннее.

– Ага, мама в восторге. – Стёпа подмигнул мне. – Можем пойти пешком, чтобы нагулять аппетит. Кстати, а где собака?

– В машине, – ответил Юра.

– Машине?! – Стёпа подпрыгнул. – Чур я спереди!

– Аллочка, поедешь с Гэтсби? – спросил Юра, разворачиваясь к парковке.

– Конечно! – легко согласилась я.

Всё, что угодно, лишь бы не сидеть рядом с Юрой, пока с нами есть кто-то ещё. Мало ли, что ещё сказанёт Стёпа, пока мы будем к нему ехать. Лучше спрятать лицо в безопасной слепой зоне. Все неудобства стоили черничного пирога.

– ЭТО МЕРС?! – Стёпа аж подпрыгнул. – Он новый? Реально новый? Серьёзно?

– Что тебя удивляет? – Юра завис, взявшись за ручку двери.

– S-ка! Ты кого-то ограбил? Продал половину органов?

– Стёпа, – позвала я. – Успокойся.

– Я хочу работать на Юру! Плевать на высшее образование, если я смогу в… Сколько тебе лет?

– Двадцать три.

– Если я смогу в двадцать три купить себе S-ку и не разориться, я готов забрать документы прямо сейчас.

– Не моя заслуга. Поэтому мой путь вряд ли правильный.

Юра снова погрустнел. Он не отказывался от того, что ему давали родители, но всё равно чувствовал угрызения совести. Гэтсби бегал по заднему сиденью, заметив что мы стоим у машины и не садимся внутрь.

– Нормальный путь. – Я коснулась его руки. – Мы не выбираем, в какой семье родиться. И если тебя не упрекают за всё и вся, значит тебе просто повезло родиться у, в первую очередь, любящих родителей. Они многого добились и ничего зазорного в том, что они помогают тебе, нет.

Он повернулся ко мне и его взгляд потеплел. Я улыбнулась в ответ, потому что хотела поднять ему настроение. Юра и так вечно становился угрюмым ни с того ни с сего.

– Куда ехать хоть? – спросил он у меня.

– Лучше спроси у человека, который там живёт.

Пока никто не понял, что я не знаю адреса наизусть, нырнула к Гэтсби. Тот встретил меня радостным повизгиванием.

– А кто тут самый хороший мальчик на свете? Гэтсби! Ну, какой же умничка, какой сладкий пирожочек!

– Если скажешь такое при маме она больше не будет тебя кормить своими пирогами, – весело сказал Стёпа, усаживаясь на переднее пассажирское сиденье.

– Ты сам сказал, что она хотела корги. Значит, Елена Дмитриевна со мной солидарна.

– В крайнем случае, придётся обязанность кормить тебя пирогами возложить на мои плечи, – вставил Юра.

– Мне сложно представить тебя кружащим вокруг духовки. – Я рассмеялась, мысленно нацепив ему фартук с рюшами, в котором часто готовила мама Стёпы.

– Когда есть деньги, самому печь необязательно. Ты была в пироговой на Короленко?

Перед глазами мгновенно возник образ райского уголка. Большие идеально чистые окна украшенные изнутри гирляндами, витрины, переполненные свежей выпечкой, толпа народа, терпеливо ждущая своей очереди.

– Я на них только через витрину смотрела. Но в глаза больше цены бросались, чем сами пироги.

Юра кивнул и сказал:

– Понял, тогда завтра утром идём туда.

– Нет, это не вписывается в бюджет. Утром тебя ждёт плебейская еда, а не шикарные пироги.

Конечно сложно назвать плебейской еду, оказавшуюся в моём холодильнике благодаря появлению внезапного соседа, но она всё равно рано или поздно закончится.

– Уверена? – спросил он скептически.

– Ты сам согласился на пари. Если бы ты не приехал на машине с Гэтсби, мы бы все пошли пешком.

Стёпа сидел, повернув ко мне голову. На его лице ярко читалось недоумение. Пришлось рассказывать о глупом споре и неожиданном соседе, которого я сама позвала к себе. Сверкающий от любопытства взгляд обещал много вопросов в личке, как только мы разойдёмся.

– И? Каково это? – Стёпа наконец-то сел нормально и обратился к Юре.

– Непривычно. – Тот ехал, внимательно следя за дорогой. – Но забавно. Мне нравится, я отвлекаюсь, Аллочка сытая, все в плюсе.

– Ты смотри осторожнее, а то я потеряю единственный способ подкупа лучшей подруги!

– Собираюсь поступить именно так. Никогда не видел таких пустых кухонных шкафов.

– Ну, вот. Теперь придётся либо новый способ искать, либо тщательнее следить за словами.

– Меня всё устраивает, шанежковый шантажист! – вставила я, пытаясь прекратить странный диалог.

Все дружно рассмеялись, Гэтсби лежал у меня на коленях, пока я начёсывала ему животик. Дорога на машине заняла совсем немного времени. Минут через десять мы припарковались у дома Стёпы. Я хорошо знала его визуально, но не помнила даже названия улицы.

Елена Дмитриевна встретила нас чересчур радостно. Гэтсби моментально сдался ей в добровольный плен сразу после того, как Юра помыл ему лапки. Меня удивляло, насколько коржик не боялся чужих людей. Всегда спокойно шёл на руки, позволял себя чухать п вёл себя так, будто знаком с ними всю жизнь.

Может, это последствия счастливого щенячества? Я знала, Юра много занимался с Гэтсби. Он обеспечивал ему социализацию как с другими животными, так и с людьми. Ему был важен комфорт щенка. И это выглядело безумно милым. Особенно когда Юра появлялся с кислым лицом и невероятно счастливым щенком на поводке.

– Как я рада с тобой познакомиться. Надеюсь, у тебя нет аллергии на чернику или лимон? – спросила Елена Дмитриевна, рассаживая нас по местам.

Из-за коржика, мгновенно занявшего место на её коленках, хлопотать с чаем и тарелками пришлось Стёпе. У него каждые две секунды вспыхивал экран телефона, из-за чего Елена Дмитриевна хитро улыбалась.

– Нет, аллергии нет. – Юра хмыкнул и быстро глянул на меня. – Так, значит, Аллочка рассказывала про меня?

– О да, – в один голос воскликнули Елена Дмитриевна и Стёпа.

– Эй! – Я покраснела, наверное, от ушей до пальцев на ногах. – Вы на чьей стороне вообще?

– У тебя не так много друзей, милая. – Елена Дмитриевна потянулась через стол и похлопала меня по ладони. – Я всё время переживаю, как ты там одна. Теперь у тебя хотя бы появился друг поближе.

– Ты удивишься, до какой степени поближе, – сказал Стёпа, поставив заварочный чайник около пирога.

– Да? – Елена Дмитриевна прикусила губу в попытке сдержать улыбку. Получилось так себе.

– Мы поспорили с Аллочкой, смогу ли я продержаться в её квартире две недели, – сообщил Юра.

– Вот как? Интересно. И в чём заключается спор? Вы обменялись квартирами?

– Они живут вместе! – воскликнул Стёпа, усаживаясь на своё место.

Елена Дмитриевна повернулась ко мне с нескрываемым любопытством.

– Это не то, о чём вы все подумали. Юре было грустно, он собирался провести отпуск чуть ли не взаперти, один. Что может быть хуже?

– Проповедь через розетку вместо будильника, – ответил Юра, веселясь.

– Это ещё ничего, поверь. У Аллочки там с соседями историй хватает. При тебе уже дрались?

– Ещё нет. – Юра ощутимо напрягся.

Елена Дмитриевна со Стёпой принялись наперебой пересказывать истории из моей жизни. Воспользовавшись шансом, я переложила на свою тарелку самый большой кусок пирога. Пока слушала, хохотала: для них моя жизнь казалась сущим кошмаром, я же так не считала.

Когда живёшь в таких условиях с рождения, волей-неволей привыкаешь. И даже дебоширы кажутся милыми родными одуванчиками, когда трезвые. Делить с кем-то ванну и кухню, по очереди убираться, высчитывать сумму за коммуналку до сотых копеек, ходить под веревками с чистым бельём, нюхать вонь от чужих гниющих кабачков – это всё моё, родное.

В конце-концов, пришлось присоединиться, потому что Елена Дмитриевна со Стёпой рассказывали как-то маловато деталей. Скорее всего, ради спокойствия собственной психики, забыли. Юра сначала веселился, но с каждой новой историей выглядел всё мрачнее.

– Я благодарна за свою жизнь. Не надо грустить. У меня есть свой угол, друзья, люди, заменившие мне семью, я учусь и работаю. Моя жизнь прекрасна, хоть и не проста. Поэтому никакой жалости!

– Да, при Аллочке вслух лучше придерживать тревогу внутри себя, – добавил Стёпа.

– Правильно. Потому что за меня не надо тревожиться. – Я недовольно посмотрела на него. – Мы это уже тысячу раз обсуждали.

Кто-то позвонил в дверь. Елена Дмитриевна подскочила и убежала. Вернулась через минуту с таксой на руках. Лада испуганно дрожала, глядя на Гэтсби. После короткого знакомства она покорилась обаянию Гэтсби и успокоилась. Чуть-чуть покружив вокруг нас, животные убежали учинять хаос в квартире этой прекрасной семьи.

– Как ты к этому пришла? – спросил Юра. – Люди, с которыми я общаюсь, чаще всего хоть чем-то, да недовольны. Но от тебя жалоб мне ещё не доводилось слышать.

Юра повернулся ко мне и посмотрел так внимательно, что моё сердце чуть из груди не вылетело. Достало. Хотелось сделать что-нибудь, чтобы не волноваться каждый раз.

– Потому что настоящие беды приходят только когда ты их ждёшь. Если ты жалуешься, как тебе плохо – лучше не станет. Нужно искать хорошее во всём. Иначе можно попросту сойти с ума.

– За это я её и люблю, – сказала Елена Дмитриевна, подливая мне чай. – Редко встретишь осознанного взрослого, чего уж говорить о молодёжи. А Аллочка будто бережно несёт в себе свет, которым готова поделиться с любым, кто откроется ей.

– Я тоже это чувствую. – Юра всё не отводил от меня взгляда.

От смущения перехватило горло. Пришлось спрятаться за кружкой.