– Не надо! Да чё ж вы творите?! – люмен, которому выпала честь первым разделить тело с духом элементаля, отчаянно пытался вырваться, но Хильда и Ольф держали его как следует.

– Бросайте, – приказал Мерк, встав у края скалы и перейдя на магический взор.

– Нет! А-а-а!

Подопытный полетел вниз, барахтаясь в воздухе, будто вытащенная на берег рыба… В последний миг до сидящего в его голове духа стихий дошло, что носителю угрожает опасность, и он попытался смягчить падение. Увы, слишком поздно. Изгой сломанной марионеткой распластался на острых камнях и душа его, уже прочно связанная с волшебной змеёй, выскочила из тела. Повисела жалкую долю секунды и растворилась прежде, чем поддавшиеся успели захватить её для дальнейших опытов. Проклятье, двойной провал! Идея подвергнуть испытуемого смертельной опасности посетила Брандефа, когда они уже отчаялись достучаться до элементаля каким-либо иным образом. Носитель в этой работе не помогал, а скорее мешал. С тех пор, как до него дошло, что Мерк не целитель, а истинная причина всех его бед, ничего, кроме истерик, в присутствии чародея он выдать не мог. И это при том, что сам дух стихий действовал более, чем активно. За какие-то двое суток он успел видоизменить энергоканалы бандита таким образом, чтобы иметь возможность воздействовать своей магией на окружающий мир. А потом – всё. Тупик. Бестолковый владелец тела не мог найти с духом общего языка, разве что убедил его перестать делиться своими воспоминаниями. И то, скорее всего, элементаль сам почуял, что носитель вот-вот умом двинется, поэтому и прекратил. В конечном итоге, решено было воспользоваться внешними раздражителями, к примеру, падением со скалы. Получится – хорошо. А нет, так у них появится первая спаянная душа люмена и элементаля.

– Полученные сведения тоже стоят немало. Дух всё же отреагировал, пусть и поздно. Ну, а душа… Очевидно, такого рода слияние провоцирует почти моментальный её уход за грань нашей реальности.

– Не получилось? – сочувственно поинтересовалась Трикс, видя досаду на лице колдуна. – Энергии не хватило?

– Не лезь, я думать пытаюсь! Хочешь смотреть – смотри, только молча!

– Да ну тебя, Меркел! – надулась девчонка. – Я вообще-то помочь пытаюсь!

– Хочешь помочь – сигай вниз, – подбодрила её Хильда. – Не видишь, мэтру подопытный нужен.

Не успела эта дура договорить, как Трикс вытянула вперёд прямую, как на параде, ножку и шагнула в пропасть. Выругавшись, Мерк впопыхах сотворил заклятье, долженствующее превратить смертельный полёт в парение, но что-то напутал. Хорошо, наставник не спал и успел добавить в плетение недостающие блоки. Пискляво хохочущая девчонка пёрышком спланировала к подножью скалы, а колдун в ярости крутанулся на месте и приложил воительницу лёгким воздушным тараном.

– Ещё одна провокация, и ты у меня полетаешь без всякой магии!

– Да я чего, командир! – охнула Хильда, поднимаясь с земли. – Ты малахольной этой мозги вправляй, а не мне!

– Ты меня услышала, – чётко проговорил Мерк и двинулся в сторону спуска.

Внизу его встретила запыхавшаяся Кость.

– Нашад вернулся, – по её тону колдун понял, что на этом новости не заканчиваются.

– Потеряли кого?

– Хаши и Сивого.

Услышав это, Мерк почти бегом помчался к берлоге. Мимо открывшего было рот некроманта, мимо Каса с Дирком и Дитаром, которые пристраивали к стене продолговатое тело червя. Туда, где среди прочего барахла лежали мензурки с кровью. От идеи собрать её с подчинённых, чтобы, в случае чего найти их, или хотя бы понять, живы они или нет, тёмный так и не отказался. Отказались сами изгои, уже успевшие насмотреться на их с Нашадом опыты. В итоге, кровь сдали лишь Трикс, Хаши и его коллега по цеху. Взяв нужную ампулу, Мерк наложил поисковое заклинание. С полноценными артефактами он заморачиваться не стал. Во-первых, долго, а во-вторых – ни к чему.

– Нашад!

– Я здесь.

– Погляди-ка.

– Невероятно! – некромант удивлённо уставился на видимую только магическим взором струнку, тянущуюся в сторону от пузырька с кровью. – Выходит, она жива…

– Давай по порядку. Что там у вас приключилось?

– Сивого на привале сожрал скалошкур, а Хаши унёс летун. Мы как раз рыбалку устроили, а из лесу выскочили свиноволки. Тут не до взглядов в небо, сам понимаешь.

– Пошли на выход!

Снаружи им легко удалось определить направление. Волшебная нить указывала на северо-запад, практически в сторону входа в долину.

– Что будем делать? – некромант раздражённо махнул рукой на Дирка, сунувшегося было что-то сказать.

– Соберём товары и пойдём поищем её. Заодно расторгуемся, как и планировали.

– Думаешь успеем?

– Не знаю. Вдруг летун её вообще из долины унёс. Но об этом пусть у меня голова болит, а для тебя у нас есть кое-что интересное.

Убедившись, что никто из подчинённых не греет уши, Мерк начал в подробностях описывать коллеге прошедший эксперимент.

– У нас пленники ещё есть? – к концу рассказа некромант успел забыть обо всём на свете. В глазах его разгорелся азарт учёного, тот же, что Мерк ощущал в душе своего наставника.

– Есть один. План примерно такой. Сейчас вылавливаем второго элементаля, вселяем, и ты остаёшься следить за процессом. А я с отрядом отправлюсь ко входу.

– Разумно.

– Тогда не будем терять времени даром.

На то, чтобы всё подготовить и провести операцию, у них ушло около двух часов, после чего Мерк собрал всех в берлоге.

– Я отправляюсь к скупщикам. Со мной – кладоискатели, Кость и Трикс. Попутно поищем Хаши. Она где-то в том направлении.

– Да ну! – выпучился Дирк. – Быть не может!

– Кэп, её же летун утащил, – поддержал его Кас. – Мы своими глазами видели.

– А я своими глазами вижу, что она уцелела. Говорил же, мне кровь для дела нужна, а вы всё артачились.

Собравшиеся притихли, раздумывая над словами тёмного, но неожиданно голос подала Хильда:

– Меркел, возьми меня с вами. Достало уже тут булки просиживать.

– Хорошо, пойдёшь вместо Дитара. Ещё вопросы? Тогда собирайтесь и прикиньте кто что потащит. Отправимся ещё затемно.

Мерку очень хотелось пойти прямо в ночь, но он понимал, что это плохая идея. Если уж Хаши жива, семь-восемь часов погоды не сделают. А нарваться в потёмках на местных чудищ и понести потери можно легко. Не то чтобы для него темнота была сколько-нибудь серьёзной проблемой. Просто по ночам на охоту выбирались самые жуткие монстры. К выбору команды он также подошёл с некоторым расчётом. Единственное, чего им по-настоящему не хватало после захвата берлоги, это женской обуви. Когда отряд уйдёт на поиски выхода, всем придётся подстраиваться под самого медленного, а им станет тот, кто первым собьёт ноги о камни. Можно бы и Анис с собой захватить, но она не боец. Запаникует в опасной ситуации, подставив и себя, и соратников. Ничего, девчонки ей что-нибудь подберут.

Выдвинулись они, как и планировали, рано утром, причём относительно налегке. Не так уж и много у них было товаров для обмена со скупщиками.

– Слушай, Меркел, а мы не чересчур нагло прём? – ни с того ни с сего забеспокоился Дирк, когда они уже отошли на добрых полдня пути от лагеря.

– Что ты этим хочешь сказать?

– У нас тут добро всякое с собой и три бабы. Три! Кусочек уж больно лакомый. Чую, нарвёмся.

– Как нарвёмся, так и отобьёмся.

– Думаешь, другие изгои без колдунов пойдут? – нахмурившись спросил Ольф.

– Думаю, что с одним колдуном я как-нибудь справлюсь. Глядите больше по сторонам, раз так о шкуре печётесь.

– Тем более, что тут есть на что посмотреть, – поддержала его Трикс и, подпрыгнув, уцепилась за ветку дерева. Минута – и она догоняет отряд, сжимая в руке огромный красный бутон, сорванный с обхватившего ствол плюща.

Да, природа в долине и правда показывала себя во всей красе. Тут и там распускаясь цветами, переливаясь трелями разноцветных пичуг и витая в воздухе гибкими телами элементалей. Чудесное место. Ещё бы опасность за каждым кустом не таилась… С другой стороны, если бы не шипы, эту дикую розу давно бы уже сорвали, вырубив леса, заложив поселки и шахты и истребив большую часть местных диковин.

– Да ты у нас, оказывается, поэт!

– Ну, знаешь, иногда хочется хоть на минуту отвлечься от вычислений и магических формул. Как думаешь, что с Хаши случилось?

– Вариантов не много. Либо летун донёс её до гнезда, либо уронил по пути. Я тут, как раз, припомнил одно плетение. Хорошо подойдёт, чтобы вырубать в камне ступеньки, на случай, если потребуется забираться на скалы. Посмотришь?

– Давай, – мысленно улыбнулся Мерк.

С тех самых пор, как они познакомились, Брандеф не упускал ни одной возможности чему-нибудь его научить. Сейчас это было вдвойне кстати. Парень то и дело возвращался мыслями к Хаши и, чем дальше, тем больше он начинал беситься. Хотелось подстегнуть подчинённых и помчаться бегом, чего в долине делать не стоило категорически. Полуприкрыв глаза, колдун привычно разделил внимание на две неравные части. Одна отвечала за то, чтобы продолжать идти, не спотыкаясь о корни и не налетая на деревья, а вторая запоминала структуру заклятья, что дух рисовал пред его внутренним взором.

Опасения Дирка подтвердились на третьи сутки пути.

– Вон там! – глазастая Кость первой углядела опасность. – Командир!

– Стоим смирно и ждём, – отозвался Мерк, накладывая на спутников простенькие щиты и выходя чужакам навстречу.

Те, не особенно-то и скрываясь, двигались к ним, держа наготове оружие. Десяток мужчин. Одеты неплохо, и тоже явно тащат добычу. Трое остановились поодаль, наложив стрелы на тетивы, а ещё один, с аурой крепенького такого мэтра третьей ступени, подал знак остальным, чтобы не лезли вперёд, и заговорил:

– Вы кто такие?

– Я тебя о том же самом могу спросить.

– С нами всё просто. Мы… – не договорив, он выкинул вперёд руку, и Мерка, вместе со всем отрядом, окутал тёмно-рыжий туман.

Изначальный план боя, уже сложившийся в голове поддавшегося, треснул по швам. Оказывается, не он один использует трюк с неоконченной фразой! Пока ученик создавал широкий барьер, в который сразу забарабанили удары невидимого врага, учитель был занят борьбой с дымовой завесой. Противник им попался малоприятный. Треклятый туман развеялся одновременно с падением барьера. Жирные брызги чужого заклятия немедленно облепили индивидуальный щит тёмного. Враг изо всех сил старался его ослепить, чтобы не допустить встречной атаки. Положившись на Брандефа, Мерк развеял защиту и, увидев, наконец, криво скалящегося чародея, шарахнул по нему осколком Зихота. Не полноценным, конечно, до такого ему ещё расти и расти, но и упрощённая версия сработала более, чем неплохо, вскрыв внешний слой обороны противника и как следует потрепав внутренний. Тому пришлось ненадолго отвлечься, чтобы подлатать расползающееся плетение, и этой паузой поддавшиеся воспользовались сполна. Секунд тридцать – и враг падает к ногам Мерка, окутанный иссиня-чёрным кислотным плевком, и начинает биться в агонии. Бандиты такого исхода не ожидали настолько, что даже не успели вовремя смыться. Так и передохли с вытаращенными от удивления и страха глазами. Повернувшись к своим, тёмный прищурился и облегчённо вздохнул. Они просто спали, раскинувшись на траве в живописных позах. Вот катил Дирк бочку на баб, а они ему жизнь, между делом, спасли. Не будь женщин в отряде – ударил бы этот боевой маг доморощенный чем-нибудь побольнее. Щит Мерка бы выдержал, а вот их – нет. Как, в общем-то, и случилось. Что поделаешь. Если накрывать всех и каждого мощными чарами, никаких сил не хватит. Пришлось делать вынужденный привал, пока его спутники не очухались, а потом ещё копаться в трофеях. На сей раз Мерку тоже пришлось взвалить на спину тюк с поклажей. Он даже пожалел, что не захватил с собой Каса с Дитаром. Больно много хороших вещей пропадает.

– Нам надо двигать ко входу, – пробурчал Ольф, когда тёмный в очередной раз вытащил склянку с кровью. – Там безопасная зона. Хаши, если не дура, тоже двинет туда.

– Ой, да какая разница! – воскликнула Трикс, прежде, чем колдун успел поставить того на место. – Меркел всё равно всем задницы надерёт.

– И смысл? Мы больше ничего не утащим, – Дирк оглянулся через плечо, туда, где остались тела грабителей-неудачников, и тяжело вздохнул. – Вот, как растоваримся, тогда и… – договаривать он не стал.

– Знаешь, в долине я о тебе узнал много нового, – неприязненно бросил Ольф. – Ты, случаем, профессией не ошибся?

– Да не зуди ты! Припомни, хоть раз был, когда я на деле прокалывался?

– Да легко! Кто ухнул в потайной люк и орал благим матом, пока ему верёвку не бросили?

– Со всеми случается, – отмахнулся кладоискатель. – А кто пролюбил золотую чашу и угодил за решётку? За полный набор заказчик бы дал вдвое больше, но и то, что мы выручили, пришлось спустить на освобождение твоей задницы.

Ольф крякнул. Похоже в той истории он действительно накосячил. Кладоискатели ещё какое-то время перебрасывались словами, но Мерк их уже не слушал. Он вообще старался поменьше узнавать о своих подчинённых, учитывая, что следующий рассвет кто-то из них вполне может и не встретить, причём по его вине. Ни к чему потерю подручных превращать в потерю друзей. Поводов для плохого настроения и без того предостаточно.

– Для вчерашнего юнца, это крайне зрелая мысль.

– Наши занятия не слишком располагают к сохранению восторженного взгляда на мир.

– Это камень в мой огород?

– И да, и нет. Ты вообще задумываешься о том, что эти эксперименты с душами бесчеловечны? Вдруг из-за нас они не получат посмертия?

– Если это посмертие вообще есть, и все мы, когда придёт время, не растворяемся в великом ничто. Или не перерождаемся вновь, потеряв все воспоминания о прошлой жизни. Быть может, со временем наши опыты приоткроют завесу тайны над этими или другими, не менее животрепещущими, вопросами.

– Не надо меня уламывать. Я уже сделал свой выбор.

– И он, естественно, на тебе отразился, – в голосе наставника появилась нотка печали. – Понимаю.

– Давай уже бросим эти меланхолические беседы и займёмся чем-нибудь попрактичнее.

– С удовольствием.

К концу следующего дня Мерк уже был уверен, что Хаши, и правда, дожидается их где-то у горных врат. Однако, когда он опять достал из кармана фиал и наложил на него заклятие, то увидел, что теперь рыжая струнка указывает чётко на север, к горам. Ну, теперь всё просто и ясно. Либо они вот-вот найдут люру, либо она давно уже находится где-то за пределами их досягаемости. Приказав спутникам следовать за собой, колдун резко прибавил ходу. Когда до гряды оставалось каких-то пятьсот шагов, он не сдержался и раскинул поисковую сеть. Есть! Прямо у подножья стояли трое разумных. Определить, была ли среди них Хаши, Мерку не удалось, как он ни старался. Способность различать пойманные в сеть ауры без прямого зрительного контакта – это уже следующая ступень магического искусства. Причём ни один чародей до сих пор так и не разработал пошаговой инструкции по её достижению. Практикуйся, и однажды оно само вдруг возьмёт и получится. Все прочие мысли испуганными птицами вылетели у тёмного из головы, когда он услышал из-за деревьев грубый гортанный крик:

– Слезайте уже оттуда подобру-поздорову! Скоро наш мэтр придёт и стащит вас, как котят!

– Поцелуй своего мэтра в задницу! – судя по голосу, Хаши была цела. – Только зубы сперва почисти! Воняет так, что я даже отсюда чую!

– Ах ты, сучка поганая! Ну всё, допросилась! Ты у меня на карачках заползаешь, ты…

В этот момент колдун, наконец, увидел этого крикуна и ударил его таким мощным тараном, что гадёныш расплющился о скалу, словно раздавленный жук. Этот уже не жилец. Друзьям его повезло чуть больше – отделались параличом.

– Хаши, ты как там, жива?!

– Меркел?!

– Меркел, Меркел! Спуститься сможешь?!

– Я да! – из-за огромного валуна, на высоте локтей в десять-пятнадцать, показалась голова люры. – А мой друг – нет! Он ранен. Сможешь его спустить? – в голосе её послышалось непривычное беспокойство.

– Бросай, я поймаю.

Она вновь скрылась за камнем и спустя несколько секунд подтащила кого-то к краю. Снизу Мерк только и различил, что короткую белую шевелюру. Незнакомец мешком полетел вниз, и тёмный подхватил его чарами, схожими с теми, что недавно спасли жизнь Трикс.

– Помоги ему, а то, неровен час, кони двинет! – как ни старалась Хаши, колдун легко уловил обуревавшее её волнение, и оно ему не понравилось.

Лежащий перед ним люмен сейчас находился в глубоком обмороке. Колотая рана в боку ясно давала понять, что жить ему осталось не более получаса. Поколебавшись мгновение, чародей опустился на одно колено и положил руку на плечо пациента.

– Не многовато ли сил тратишь? Тот люмен что-то про мэтра кричал.

– Как-нибудь справимся. Сейчас подлатаю его по минимуму, и разберёмся.

Окончательно остановить кровь, напитать магией ткани… Ну и энергетика у этого зрячего! Явно нерядовой экземпляр. Убедившись, что в ближайшее время душа беловласого никуда из тела не убежит, Мерк приступил к допросу одного из пленников, предварительно сняв паралич.

– Кто такие?

– Мы из отряда Азеня. Мужик, ты чего, что мы вам сделали?

– Спрашиваю здесь я. Вы послали за магом?

– Да. Мы ж не знали, что они из твоих, думали, голь перекатная.

– И скоро он явится?

– Да вот-вот. Ты лучше нас отпусти. К чему вам лишние тёрки? Ох!

Хаши уже спустилась с кручи и первым делом хорошенько пнула изгоя в живот. Причём пнула пяткой. Сапоги люры куда-то исчезли.

– Он будет жить? – она поспешно приложила пальцы к шее своего спутника.

– Будет. Сама-то цела?

– Ага.

– Как твой кашель?

– Сносно.

Поддавшемуся не терпелось как следует обо всём её расспросить, но для начала надо было решить проблемы насущные.

– Дирк, последи за пленником.

– Понял.

– Меркел, у нас тут гости, – окликнула его Трикс.

И правда, в полутора сотнях шагов от них из-за скалы как раз вывернули трое зрячих. Застыли, как вкопанные, и принялись изучать неожиданную картину. Мерк пригляделся – всего один одарённый. Четвёрка, причём не самая мощная. Пойдёт. Люмены о чём-то быстро переговорили и, к удивлению тёмного, двинулись к ним, вместо того, чтобы драпать сверкая пятками.

– Кто вы? – громко спросил один из них, причём не волшебник. – И зачем на моих парней наехали?

– Я, Меркел. А ты, стало быть, Азень?

– Он самый.

– Следил бы лучше за своими парнями. Это они на моих подручных наехали. Одного, вон, подрезали и даже уже поплатились за это. Что называется, кровь за кровь.

– Мозги мне не пудри, Меркел, – скрестил руки на груди Азень. – Эти двое ничейные. На группу мои подчинённые не полезли бы, – складывалось впечатление, что ему совершенно плевать на то, что он сейчас в меньшинстве.

– Если хочешь, пусть твой маг наложит детектор, – ухмыльнулся поддавшийся. – Люра моя. Что касается зрячего, он теперь тоже.

– Обойдёмся без ворожбы. По глазам вижу – не врёшь. Но вы убили одного из моих.

– И что?

– Уплатите виру и разойдёмся. Так будет справедливо.

– Справедливо?! – не выдержал прижимистый Дирк. – Дружище, ты из какой сказки сюда свалился? В долине кто сильнее, тот и ставит условия.

– Ты бы тоже за своими людьми поглядывал, – холодно произнёс зрячий. – Много себе позволяют.

– Есть такое, но тут я с ним согласен.

– Удавишься за пару камушков?

– Скорее вас удавлю.

– Охота тебе на ночь глядя тратить резерв. А там, глядишь, ещё кто на заварушку пожалует. В округе сейчас отрядов полно, и все с магами.

Мерк призадумался. В словах собеседника был свой резон. Да и бесстрашие свиноволка в сочетании с упорством пырялы ему импонировали.

– Я наложу детектор и ты мне ответишь на два вопроса.

– Как знаешь, – равнодушно ответил главарь. – Я врать не обучен.

– У вас в отряде всего один маг?

– Да.

– Если получишь, что хочешь, вы к нам ещё полезете?

– Не на этом торге, уж точно. А там, Шил его знает, как всё обернётся.

– И другой отряд не натравите?

– А смысл? Мне плевать, кому ваши шмотки достанутся, если не нам.

– На вопрос отвечай.

– Нет, не натравим.

– Замечательно. Кость, выдай ему два каких-нибудь камушка. Больше эта падаль точно не стоит.

Минут через десять Азень со товарищи скрылся из виду, заодно прихватив с собой труп незадачливого подручного. Может, для похорон, а может, и для экспериментов. Зачем-то ведь этот колдун ему служит.

– Привал. Дальше уже не пойдём. Трикс, полезай наверх и смотри, чтобы к нам не подкрался никто.

– Но я хочу послушать, как Хаши справилась с летуном!

– Оттуда и так всё слышно. Делай, что сказано.

– Есть, командир! – красноволосая встала по стойке «смирно», показала ему язык и начала быстро карабкаться по почти отвесной стене.

– И не вздумай оттуда прыгать. Ловить я тебя не стану! Ольф, Дирк, куда вы намылились?

– Так, это, за хворостом.

– Отбой. Сегодня костра не разводим. Перекусим тем, что осталось с завтрака. Ну что, Хаши, поведаешь нам о своих скитаниях?

– Куда я денусь?

– Только погромче! – пискнули сверху.

– Следи за окрестностями, кому сказано!

– Да слежу, слежу!

– Какая у тебя компания шумная, – беловолосый люмен пришёл в себя и теперь с интересом разглядывал сидящих вокруг разумных. – И это приспешники тёмных магов?

– Приспешники! – фыркнул Дирк. – Подруга, ты чего ему про нас наплела?

– Не бери в голову, у Юнга язык без костей. Да, это Юнг, а это Дирк, Ольф, Хильда и Меркел.

– И Трикс!

– Конечно, куда ж без тебя.

– Очень приятно, – слабо кивнул раненый. – Ни у кого из вас, часом, воды не найдётся?

– Держи, – Ольф снял с пояса флягу и передал Юнгу. – Хаши, давай уже. Мы сгораем от нетерпения!

– Да было бы, что рассказывать… Летун меня ухватил и понёс в гнездо. Если б не щит Нашада, я б ещё в воздухе дух испустила. Там такие когтищи! В гнезде еле отбилась от пары птенцов, они мой сапог сожрали, скотины тупые.

Наверху захихикали, но люра, не отвлекаясь, продолжила:

– Забилась от них в пещеру, пошарилась в темноте и встретила Юнга. Он там тоже застрял и выбраться не мог. Вместе вылезли, ну а там прикинули и пошли ко входу.

– Да уж, рассказчица из тебя… – разочарованно покачал головой Дирк, поняв, что на этом всё. – Нашадовы Бу, и то лучше бы справились.

– Вот и вали к ним, раз такой умный! Можешь даже посмертно.

– Всё. Потрепались и хватит, – подвёл черту Мерк. – Кость, через четыре часа сменишь Трикс наверху. Хаши… – он подал знак рукой и отвёл девушку десятка на два шагов в сторону. – Садись. Есть что-то, что нужно знать только мне?

– Да нет, – пожала плечами люра.

– Сорвала коготь?

– В пещере. Поправишь?

– Не вопрос. Дня за три нарастим. Рад, что мы нашли тебя прежде, чем что похуже случилось

– Вы специально искали? – искренне удивилась она.

– Конечно. Помнишь скляночки с кровью? – и он достал означенный предмет из кармана. – По ней и шли.

– Спасибо. Для тёмного, Меркел, ты не такой уж кусок дерьма.

– Сочту это за комплимент. А теперь, давай-ка посмотрим, что там с твоими лёгкими.

Девушка подсела поближе и вложила свои тёплые, покрытые бархатистой шёрсткой руки в его ладони. Приятное ощущение. Сосредоточившись, чародей стал внимательно изучать структуру энергоканалов, попутно отметив, что потрепало люру изрядно. Одежда, вон, в некоторых местах порвана… Сеанс занял минут пятнадцать. Возникавшие по первости осложнения уже научили тёмного осторожности. Не забыв напитать энергией пораненный пальчик, он, не без сожаления отпустил её и спросил:

– Как ты, вообще?

– Сам же прекрасно всё видишь. С чего это вдруг ты начал играть в отца-командира? – подозрительно сощурилась люра. – Лучше скажи, что там с Юнгом.

– Да нормально всё. Волью ещё чутка сил, и завтра уже побежит. Привязалась к нему?

– Не то, чтобы, – она отвела глаза. – Ладно, пошла я дрыхнуть. Набегалась за сегодня, что твоя лошадь.

Легко поднявшись, она двинулась к остальным, а Мерк вдруг поймал на себе пристальный взгляд Юнга. Напряжённый такой. Но лицо люмена сразу расслабилось, стоило ему поглядеть на Хаши. Неужели?!

– Боюсь, что да. Ты не заметил, но в её организме произошли некоторые изменения, как после… В общем, когда восстанавливается гормональный баланс. 

Взвившись на ноги, тёмный молниеносно развернулся в сторону леса и зашагал прочь.

– Ты куда, командир? – окликнула его сзади Хильда.

Колдун на ходу отмахнулся, показывая, чтоб от него отстали, и ускорил шаг. Отойдя подальше от лагеря, он не выдержал и, создав на руке настоящие, а не иллюзорные когти, рубанул по ближайшему дереву. За первым ударом последовали ещё два, а потом парню пришлось уворачиваться от падающего ствола. Тяжело дыша, он взглянул на поверженную деревяшку… Смешно! Хотелось разойтись на полную, выкосить всё вокруг! А ещё лучше – вернуться обратно, придушить белобрысого, вытащить его трясущуюся душонку и запихнуть в Хаши! Чтоб были вместе отныне, присно и во веки веков!

– Не сходи с ума. Не трать энергию понапрасну и не убегай далеко от лагеря. Там твои люди, а ты даже сигналку не выставил.

– Да пошли они все Шилу под хвост со своими грешками, мелкими страхами и животной тупостью!

– Твоё чувство к Хаши тоже высоким не назовёшь. Сам же об этом думал. 

– Брандеф, мне нужно побыть одному!

– Увы, этой привилегии мы с тобой лишены. 

– Меркел?

– Чего тебе? – впервые подкравшаяся сзади Трикс его не перепугала. Злость не оставила места для прочих эмоций.

– Не майся ты так! Шил бы с ней!

– Убирайся!

– Да щас!

Рыкнув, Мерк попытался дать ей пощёчину, но девушка присела, пропустив его руку над головой, а после неожиданно крепко его обняла.

– Ты лучше этой блохастой! Пусть катится, ещё найдёшь себе подходящую.

Она была такой хрупкой, такой уязвимой… Остатки ярости в считанные секунды переплавились в новое, не менее жгучее чувство.

– Не стоит, у неё в руке нож.

И правда, спину его холодил какой-то твёрдый предмет. Вот, значит, как?! Одна раздвинула ноги перед первым же зрячим, которых терпеть не может, а вторая припёрлась играть с ним в свои игрушки?! На мгновение погрузив сознание Трикс в дремоту, парень вырвался из её рук и наотмашь ударил девушку по щеке, так что та кубарем полетела на землю.

– Пошла прочь!

Всхлипнув, красноволосая подхватила кинжал и скрылась среди деревьев. Мелкая сучка!

– Она больна, Мерк, причём серьёзно. 

– Это не повод трепать мне нервы! Пойду сейчас и к шиловой матери вырежу всю эту шайку-лейку! Оставлю только Нашада и Анис, чтобы кухарила!

– Тоже вариант, но с этим ты несколько запоздал, не находишь?

– Твоя правда. Но вот чего этой чокнутой от меня надо было?!

– Чужая душа – потёмки, особенно вот такая… Рискну предположить, что она испытывает тебя. Проверяет, не залезешь ли ты на неё тогда, когда она не будет этого ждать. 

– Мне и без её комплексов тошно! Прав ты был, стоило её валить сразу, как только увидели. И Юнга этого. На хрена я его только лечил?!

– И вообще, принцип «всех убью, один останусь» – это наше всё.

– Очень смешно!

– Как раз ничего смешного. Это и правда вариант, но я не хотел бы, чтобы мой ученик пошёл по такому пути.

– Хватит морали читать, – угли в груди уже подёрнулись пеплом, и Мерк досадливо сплюнул, будто бы избавляясь от излишков скопившегося внутри яда. – Будь другом, помолчи, хотя бы часок, а я пойду контур поставлю.

– Как скажешь.

* * *

– Сюда, все сюда! Молодящие эликсиры и мази! Лучшие благовония по самым выгодным ценам!

– Ткани! Лучшие ткани с Тибанских мануфактур! Купи три отреза и получи четвёртый задаром!

– Не слушайте этого мошенника, его товар давно уже моль поела! Заходите ко мне и узнайте, что такое настоящее качество!

Торговцы затеяли перебранку, но их голоса сразу же потонули в общем гвалте, царившем на рыночной площади. Вильгельм еле успел натянуть поводья, чтобы не сбить вывалившегося из толпы оборванца. Тот бешено огляделся и ринулся наутёк, сжимая в руке чей-то худой кошель.

– Ну и влипли! – Дилоя завистливо посмотрела на нескольких богато одетых всадников в стороне, что расчищали себе дорогу при помощи плёток.

– Да уж, настоящее столпотворение, – выдохнул компаньон и отвесил пинка пёстро одетому мужику, бросившемуся к его стремени со связкой каких-то амулетов и камушков наперевес. – Ладно, выбрались из Харлама, и отсюда выберемся.

Он оказался прав, и уже через полчаса спутникам удалось миновать так неудачно подвернувшийся по пути рынок и добраться до местного отделения Литтэрского банка.

– Лучше останься здесь, – предложил Вилли, спешиваясь. – Не стоит оставлять лошадей без присмотра.

– Ты прав.

Он скрылся в богато отделанном здании с чугунными решётками на окнах первого этажа, а девушка стала обозревать улицу, в надежде увидеть что-нибудь интересное. Увы, Тибану не удалось оправдать её ожиданий. Такой же торговый город, как и сотни подобных ему в империи, разве что население здесь чуть более склочное и крикливое. Внезапно один из прохожих на секунду остановился, а после неторопливо приблизился к ней.

– Благородной госпоже нужен гид?

– Нет, спасибо.

– Очень жаль, – он опечаленно склонил голову, увенчанную белым тюрбаном. – Готов поклясться звёздами, сияющими в ваших глазах, что вы здесь впервые. А ведь в Тибане хватает мест достойных внимания даже самого искушённого странника.

– Например? – лениво спросила Ди. Делать всё равно было нечего, так отчего бы не поболтать?

– Конечно же, в первую очередь, знаменитая пальма желаний, – со знанием дела начал перечислять гид. – А также цирк, где лучшие мастера укрощают самых жутких зверей всего мира, а ловкие канатоходцы балансируют на струне, не толще конского волоса. А, может быть, вас манит уют тенистых веранд, где подают сладчайшие кушанья, а музыка столь прекрасна, что хочется остаться навек?

– Ты точно гид, а не писатель или поэт? – не удержалась Ди.

– Я тот, кто готов открыть благородной госпоже все чудеса этого прекрасного города за скромную сумму в двадцать медных империалов.

– Ещё раз спасибо, но мне это не интересно.

Мужчина немедленно растворился в потоке разумных, будто его и не было. Жалко, конечно, но с тем же успехом он мог завести их в какую-нибудь подворотню к своим не столь сладкоречивым, зато чуть более мускулистым друзьям… Тьфу ты, сама начала размышлять, как этот прохвост.

– О чём задумалась? – Вильгельм уже был тут как тут и, судя по его довольной улыбке, всё прошло, как по маслу.

– Да так, ни о чём. Куда мы теперь?

– В гостиницу, – он ловко вскочил в седло. – Мне уже успели кое-что присоветовать, осталось только не заблудиться в этом бедламе.

Они всё же заблудились, и, спустя час скитаний, таки вынуждены были прибегнуть к услугам гида, в лице прыткого черноглазого мальчугана, который и отвёл их к нужному дому. Солидная такая трёхэтажная коробка, с обнесённым стеной двором, чьи грубые очертания немного смягчали ряд декоративных балкончиков, и лепнина, проходящая по фасаду. Хозяин принял их с истинно кунтанским радушием, усадил за один из приземистых столиков в общем зале и попотчевал сытным обедом, состоящим в основном из незнакомых девушке блюд.

– Что будем делать? – спросила она, когда последний кусочек пряного мясного рулета в тесте исчез с тарелки. – По городу прогуляемся?

– Честно говоря, неохота, – признался Вилли. – Нутром чую, нарвёмся на какие-нибудь неприятности. Лично я подумывал о том, чтобы выпить. Причём не этой их вонючей гумры, а вина поприличнее.

– Не рановато? Нам, между прочим, завтра в дорогу.

– А мы потихоньку, – подмигнул здоровяк. – Кстати, ты играла когда-нибудь в дорогу удачи?

– Впервые слышу.

– Ну, это точно нужно исправить, – он аж потёр руки в предвкушении. – Поднимайся наверх, сейчас всё организуем.

Заинтригованная, Дилоя подозвала одного из слуг и велела ему показать их комнаты. Они располагались на третьем этаже со стороны улицы, что было весьма удобно, поскольку из окон открывался неплохой вид. Ждать Вильгельма пришлось минут двадцать. Она даже успела забеспокоиться, но вот дверь открылась, и компаньон вошёл в номер, неся подмышкой плоский деревянный квадрат размером с крышку от хорошего пивного бочонка. За ним следовала служанка с подносом, на котором стояли несколько бутылок вина и закуски.

– Вот! – он водрузил свою ношу на стол, и девушка с интересом воззрилась на картинку, изображавшую пешего воина в полной броне с мечом наголо и кожаным кошелём в руке. Она была выполнена в сочетании красок и резьбы по дереву, из-за чего на первый взгляд казалась объёмной. – Мой брат как-то купил такую у одного купца с юга, так спустя пару лет кое-где краска сошла, так мы в неё заигрывались.

– И что это? – девушка искренне пыталась понять, во что здесь можно играть.

– Смотри, – он сноровисто отстегнул пару малозаметных металлических язычков на боку и раскрыл доску, на деле оказавшуюся коробкой. Внутри лежало несколько крохотных деревянных фигурок с плоскими подставками под ногами, многогранная кость, по типу игральной, и какие-то мелкие плашечки. – Это и есть дорога удачи, – он провёл пальцем по извилистой тропке, нарисованной в том же стиле, что и воин на внешней части доски. Вся она была покрыта частой цепочкой белых кружков, изредка перемежавшихся синими, красными и зелёными. При этом, окружающий мир тоже был тщательно прорисован. По обочинам росли густые леса, раскидывались поля, а порой дорожка ныряла под гору, или взбиралась на переброшенный через речку мост.

– Сдаюсь, – честно призналась она после нескольких минут изучения всего этого великолепия. – Как тут играть?

– Всё просто. Каждый игрок выбирает фигурку и стартует с начала – вот здесь, – он указал на нижний левый угол доски. – Дальше нужно по очереди бросать кубик и проходить столько шагов, сколько выкинешь. Кто первым доберётся до финиша, тот и выиграл.

– И всё? Звучит не очень захватывающе.

– Не торопись. Видишь цветные кружки? Красные – это сражения. Остановившись на них, игрок должен будет ещё раз выбросить кость, и, если выпадет меньше, чем надо для победы в конкретном бою, его ранят, и на каждом следующем ходу он будет терять один шаг, – и правда, внутри каждого из зловеще красных кружочков было выжжено по несколько точек, видимо, указывающих на минимальный порог прохождения. А рядом с ними стояли враги. То заросший одноглазый бандит с плотницким топором и ведром вместо шлема на голове, то жуткий колдун в балахоне, а то и целый дракон. – Синие кружочки – это места заданий. Тут принцип тот же. Надо выкинуть равную или большую цифру. Если проиграешь, ничего страшного, а при победе можно получить награду на выбор. Например, вот этот вот жрец может вылечить твоего героя, убрав эффект от ранения, или отдать кошелёк. – Он пододвинул к ней плашечку, которая и впрямь походила на крохотный набитый до отказа мешочек. – Задания очень сильно влияют на твой прогресс. Вон тот следопыт в качестве ответного жеста вообще может показать обходную дорогу.

– А для чего нужны кошельки? – теперь она уже по-новому глядела на доску, стараясь разгадать её тайны, исходя из смысла картинок, нарисованных чьей-то умелой рукой.

– Их можно потратить, попав на зелёный кружочек. Лодочник за скромную плату перевезёт тебя на добрый десяток шагов вперёд, травник подлечит, а чародей наложит волшебный щит, так что в следующей драке тебя не ранят, даже если удача повернётся к герою спиной. Все правила вот в этой маленькой книжице. В пути я пару раз подмечал, как люди играют, и всё дожидался возможности разжиться доской. Ну что, попробуешь?

– С удовольствием.

Первые две партии Ди проиграла, отстав от соперника на добрую треть тропы, но потом втянулась и, в свою очередь, дважды обыграла Вильгельма. Как-то незаметно они опорожнили две бутылки вина и взялись за третью. Вилли хотел было снова позвать служанку, но девушка его отговорила. Ещё не хватало садиться в седло на больную голову. Вскоре пыльный солнечный день за окном сменился освежающе сладкой ночной прохладой, потом прогорели первые свечи и, наконец, Дилоя ушла к себе, напоследок пожелав Вилли спокойной ночи. Она рассчитывала быстро заснуть, но, в очередной раз, столкнулась со своей извечной бедой – бессонницей. Что характерно, в лесу она засыпала без всяких проблем, но вот стоило оказаться в незнакомых стенах, как всё повторялось. Не без исключений, но девушка уже давно отчаялась понять, по какому принципу действует эта её особенность.

За отвлечёнными размышлениями она не сразу обратила внимание на постепенно нарастающий гул. Казалось, что где-то неподалёку вновь проснулась давешняя базарная площадь. Ди напряглась. От ночных криков явно не стоило ждать ничего хорошего. Соскочив с постели, она распахнула ставни и выглянула наружу. Далеко впереди, вниз по улице, виднелась быстро приближающаяся толпа, освещавшая себе путь факелами. Прямо на глазах девушки, от неё отделились несколько человек и стали ломиться в двери одного из домов. До её ушей донеслись их требовательные голоса. Дилоя хотела было захлопнуть окно, но передумала. Тогда придётся возиться со светом, а сейчас каждый миг на счету. Торопливо одевшись и приладив перевязь с метательными ножами, она выскочила в коридор и принялась барабанить в дверь компаньона, не заботясь о соблюдении тишины. Судя по звукам снаружи, в этом уже не было смысла.

– В чём дело?! – обдал её запахом перегара заспанный Вилли.

– Одевайся! – девушка втолкнула его в комнату, захлопнула дверь и подбежала к окну. – Быстро, у нас проблемы.

Открывшееся ей зрелище удручало. Толпа была уже совсем близко, а несколько человек во дворе как раз распахивали ворота, очевидно намереваясь впустить ночных гостей внутрь.

– Что происходит? Восстание?

– Шил его знает. Куча народу с факелами.

– Оно, родимое… – Вильгельм поспешно нацепил на бок ножны с мечом и поглядел на неё. – Думаешь, сюда сунутся?

Не желая терять времени на болтовню, Дилоя ухватила его за локоть и вытащила в коридор.

– Что за бардак?! – в дверях напротив стояла пухлая средних лет женщина в парчовом халате. – Вы понимаете, что здесь творится?

– Где ход на крышу? – ошарашила её Ди.

– Какой ход?! Милочка, вы что, спятили?

– Вон там! – перебил её другой постоялец. – Меня подождите!

Ещё несколько человек недоумённо переговаривались. Кто-то при виде бегущих по коридору Вилли и Ди испуганно хлопнул дверью, решив отсидеться в номере. Вряд ли им это поможет. У хозяина наверняка есть дубликаты ключей.

– Сюда! – их нежданный попутчик с разбегу врубился плечом в очередную дверь. Та оказалась незапертой, и он с грохотом провалился в темноту открывшегося помещения.

– Проклятье! – раздался откуда-то с пола его жалобный стон. – Света подайте, тут же ни гразга не видно!

Крутанувшись юлой, Дилоя помчалась обратно и выхватила из рук какого-то седого мужчины в ночном колпаке подсвечник с горящей свечой.

– Позвольте… – забормотал было тот, но девушка и слушать не стала.

– Наконец-то! – падение не прошло даром, оставив на скуле провожатого глубокую ссадину. – Сюда посвети… Шил, ну конечно же, тут замок! – он завозился с короткой приставной лестницей, пододвигая её поближе к потолочному люку, укреплённому парой толстых железных скоб. – Так-так, где же это… А, вот! – из складок своего одеяния он выудил крохотную металлическую загогулину и полез наверх.

– Ты что делаешь?! – нетерпеливо спросил Вильгельм.

– Не говори под руку! – последовал злобный ответ. – Как же он говорил… Два оборота налево… Боги, не помню!

В отчаянии, он приложил непонятную штуку к крышке рядом с замком и что-то нажал. Последовал громкий хлопок, кисть бедолаги разлетелась кровавыми брызгами, а сам он свалился с лестницы, то ли убитый, то ли контуженный взрывом. По счастью, его задумка сработала, и в крышке теперь красовалась дыра, размером с кулак. Наверное, бросать несчастного здесь было подло, но внизу уже слышались звон оружия, ругань и крики боли. Видимо, на втором этаже мятежники столкнулись с сопротивлением. Ди и сама не заметила, как оказалась на крыше, плоской, как стол, и преступно далёкой от крыш соседних домов. Хотя, нет. С тыльной стороны гостиницу почти впритык подпирал двухэтажный домишко, и это давало беглецам шанс на спасение. Мгновение полёта, и она уходит в отработанный перекат, смягчая падение. Вилли уже был здесь, а со всех сторон доносились вопли, злой смех, боевые кличи и плач. Как будто бы горожане заранее знали о том, что случится и в одночасье вышли на улицы, прихватив с собой кухонные ножи, дубины и факелы. Из дома напротив кто-то вытаскивал упирающихся людей, а по улице промчался весело гикающий всадник, таща за собой на верёвке белое тело, в бесстыдно задравшемся к голове платье.

– Бежим! – ухватил её за плечо Вильгельм. – найдём, где спуститься, и спрячемся, пока весь этот кавардак не утихнет.

Девушка согласно кивнула и вместе они пустились в безумный забег по крышам. Особенно выбирать дорогу не приходилось, куда получалось допрыгнуть, туда и прыгали, и, в результате, всё кончилось тупиком. С двух сторон – трёхэтажные здания, с третьей – улица, а открытого люка, или удачно расположенного балкона, как не было, так и нет. Стучаться куда попало беглецы даже и не пытались. В такую ночь хозяева, в лучшем случае, забьются под столы и кровати, а в худшем – попытаются их прирезать. Прежде, чем Ди решила, что делать дальше, снизу, из переулка, раздались звуки боя. Подойдя к краю, она разглядела лишь мечущиеся в темноте тени. Кажется, пятеро нападавших прижали кого-то к стене. Ей бы выход искать, но, вместо этого, Дилоя схватила один из стоявших рядом цветочных горшков и запустила в дерущихся, справедливо рассудив, что те, кто находятся в большинстве, это сейчас, по определению, мародёры или погромщики. Бросок вышел удачным. Одна из фигур повалилась на мостовую, а другая испуганно отшатнулась, подставившись под удар. Девушка даже не успела второй раз прицелиться, когда единственный оставшийся в живых нападавший бросился наутёк. Двое спасённых помчались в противоположную сторону. Спасибо, и то не сказали.

– Есть идеи, что делать дальше? – Вильгельм тяжело дышал.

– Может, заляжем здесь? Место не очень приметное, глядишь, никто и не сунется.

– Если я правильно понимаю, что здесь творится, этой ночью они проверят каждый чулан и каждую крышу.

В подтверждение его слов, снизу, со стороны улицы, раздался злобный крик, кажется тот грабитель, или кто он там был, метнулся за своими дружками и теперь требовал от хозяина впустить их в дом. Не сговариваясь, компаньоны развернулись, чтобы бежать назад, и замерли в нерешительности. Через две крыши от них, как из-под земли выросла человеческая фигура, склонилась, чтобы помочь кому-то подняться, но сразу упала, поражённая прилетевшей откуда-то сбоку стрелой. Кем бы ни были организаторы мятежа, они всё учли, и, чем дальше, тем меньше безопасных мест оставалось в Тибане.

– Придётся прыгать, – Ди глянула вниз. В переулке по-прежнему не было никого, кроме трупов. – Давай!

Она легко перебросила своё тело вниз, уцепившись за край, прямо, как во время бегства из замка Борг. Вот только, на этот раз, внизу не было рва с водой. Зато оказалась крышка канализационного люка, предательски проломившаяся под ногой, из-за чего девушка неловко упала на бок, прямо на тело одного из бандитов. Дыхание вышибло из груди, и слава богам, иначе бы она закричала от дикой боли.

– Ди, ты в порядке?

– Нога… – простонала она, пытаясь подняться. – Кажется, сломана.

– Сейчас помогу!

– Стой! Не тащи меня. Там какой-то люк, и нога застряла.

– Понял, секунду.

Он кое-как наощупь помог ей освободиться. Увы, скрыться в канализации им не светило. Лючок оказался маленькой деревянной решёткой, в которую и ребёнок вряд ли бы смог пролезть. Вилли забросил руку девушки себе на плечо, и они спешно заковыляли прочь, туда где скрылись спасённые ей разумные. По счастью, в переплетении переулков им не встретилось ни души, и, через какое-то время, беглецы упёрлись в невысокую квадратную башенку.

– Храм Роши, – ободряюще прошептал Вильгельм. – Потерпи, сейчас, только вход найдём…

По давней традиции, двери в дом богини не запирались. Более того, они были распахнуты настежь. Внутри толпилось десятка два перепуганных разумных, а навстречу им вышел высокий сухощавый старик в одеждах жреца.

– Входите, – он явно расслабился, поняв, что они пришли сюда в поисках укрытия, а не крови. – Богиня не оставит вас в час нужды.

– Спасибо, – выдохнул Вилли и неожиданно подхватил свою спутницу на руки. Теперь, когда угроза встречи с разъярённым врагом миновала, он мог себе это позволить.

Жрец отошёл к алтарю и стал что-то нашёптывать двум девушкам, одна из которых тихонько плакала и время от времени испуганно содрогалась. Прочие члены его паствы нервно переговаривались или, напротив, молчали, стараясь забиться поглубже в толпу и подальше от входа.

– Ну вот, – Вильгельм осторожно усадил её на пол и начал примериваться к сапогу. – Теперь поглядим, что у тебя там такое…

Дилоя кивнула и стиснула зубы, но, всё же, вскрикнула, когда он стал стягивать треклятую обувь.

– Вот же! – здоровяк секунду помедлил, а после громко спросил: – Эй, ни у кого нет вина?!

– Ишь, чего захотел! – гаденько захихикал кто-то. – Так бы мы тебе его и отдали!

– Заткнись, сопля! – по-звериному рыкнул Вилли. – Она ранена, не видишь, что ли?!

– Возьмите, – к ним подошёл невысокий люмен с металлической фляжкой в руке.

– Благодарю, – криво улыбнулась Ди и сделала несколько жадных глотков, чувствуя, как раскалённый комок проваливается в желудок, и начинает расходиться по всему телу волнами расслабляющего тепла. Кажется, заядлые пьяницы в таких случаях говорят «на старые дрожжи». Стало так хорошо, что ей захотелось смеяться, но баронесса без труда подавила неуместный порыв.

– Лучше? – поинтересовался Вильгельм. – Тогда потерпи. – На этот раз было уже не так больно, а когда сапог соскользнул с ноги, девушка безо всякого испуга уставилась на выступавший чуть выше голени бугорок. – Беда. Тут лекарь нужен, а лучше маг, – он привалился к стене рядом с ней. – Дай срок, кончится этот бедлам, и подлечим тебя. Но ведь ерунда какая, вечно мы в самое пекло встреваем!

– Ага, – вяло откликнулась Дилоя. – Только раньше от меня был хоть какой-то прок.

– О чём ты? Я уж со счёта сбился, сколько раз ты меня спасала.

Ди промолчала. Сколько раз? Да всего один, когда, после схватки со стаей собак, она не бросила Вилли на поживу клевретам псионика, а потащила с собой. А всё остальное, магические удары, лечение, своевременные советы… это всё были поддавшиеся. С тех самых пор, как она втравила его в это дурацкое путешествие, Вильгельм прикрывал ей спину, заботился о деньгах, выручал… Даже турнир она выиграла с его помощью. Ведь если б не тот «несчастный» случай с упавшим зрителем, эльдри бы её зарубил, даже и не заметив.

С улицы донеслись недовольные голоса. Взглянув туда, Дилоя увидела собирающуюся толпу. С факелами, камнями, оружием… Вот, кажется, и конец. Под восхищённые крики и улюлюканье в двери храма влетел какой-то предмет и покатился по полу, оставляя за собой тонкий кровавый след. Остановился он у самого алтаря. Изумлённо распахнутые глаза, в которых застыла смерть, перекошенный рот и свежевырезанный рисунок на лбу – три перечёркнутые наискось горизонтальных черты. Исковерканное клеймо раба, говорящее всем и каждому, что отныне Тибан свободен. Длинные светло-жёлтые волосы, запятнанные красным, рассыпались по полу, и, на мгновение, Ди показалось, что это голова Вилли. Сердце пропустило удар и бешено забилось от страха, но не за себя. За него.

– Прости… – прошептала она, чувствуя, как на глазах набухают непрошеные слезинки. – Прости, что втянула тебя во всё это.

– Не смеши! – даже сейчас его голос излучал успокаивающую уверенность. – Ты так говоришь, будто я дитя малое.

Дилоя чувствовала, что сейчас разрыдается, но отчаянно этого не хотела. Потому что ему будет больно видеть её слёзы. И тогда она подалась вперёд и прижалась губами к его губам. В первый момент Вильгельм застыл, словно не веря в случившееся, а потом ответил на её поцелуй. Сначала нежно и мягко, не желая спугнуть, затем всё более требовательно и настойчиво. Вопли на улице стихли, и он неохотно прервал поцелуй, чтобы встретить нескольких вооружённых мужчин, уверенно вступивших под своды храма. Однако, первым на их пути оказался жрец.

– Опомнись, Сахим! Ты пришёл пролить кровь в доме Роши?

Один из мятежников горделиво вскинул подбородок и ответил на местном наречии, видимо, не желая марать свой язык, переходя на общеимперский. Служитель богини тоже что-то сказал, и в его голосе девушке послышались нотки тщательно маскируемого страха. Внезапно Сахим ловко взмахнул клинком и рассёк не успевшего даже пикнуть жреца от плеча до пупа. И в ту же секунду из алтаря ударил ослепительно яркий луч зелёного света, вмиг превратив святотатца в горстку серого праха. Под изумлёнными взорами всех присутствующих, старик заворочался на полу, пытаясь подняться. Мгновение – и вот уже он стоит на ногах, растерянно проводя руками по своим окровавленным одеяниям. Остальные мятежники не стали ждать, пока он придёт в себя, и опрометью выскочили из храма. Толпа, собравшаяся на площади перед входом, стремительно начала редеть.

– Возрадуйтесь! – жрец обернулся к спасённым его отвагой и волей богини разумным. В глазах его горел огонь истовой веры и благоговения. – Ибо Роша явила вам одно из своих чудес!