К Лиссандре никто не приходил. Она-то рассчитывала, что после ухода принца явятся тюремщики, освободят её из колодок, может быть, прикуют к стене цепью, гразг бы с ними, но хоть дадут какую-нибудь еду и свободу перемещения по камере. Хрен там! Жаровня давно прогорела, а она всё так же морозила себе задницу, тратя на поддержание нормальной температуры тела добрую треть внутренней энергии, отпущенной ей беспощадным негатором. Ни ускориться, ни пробить кулаком дверь ей не под силу. И, что куда более важно, прожить без еды и воды значительно дольше обыкновенной однодневки она сейчас тоже не сможет. Проклятая штука обхватывала горло, подобно ядовитой змее, и лишала её практически всех возможностей. Но не голодная смерть сейчас страшила Лиссандру, совсем не она. Прошло уже много часов, но, если так пойдёт и дальше, дня через два её волосы потускнеют и перестанут давать привычный, как воздух, свет. Темноты девушка боялась до дрожи, до судорог, как и большая часть представителей её народа. Неизвестное всегда пугает, а уж когда ты чувствуешь себя беспомощным младенцем, брошенным посреди враждебной и неумолимой стихии… От этой мысли её передёрнуло.

Слава тёмным богам, о ней всё-таки не забыли. Через какое-то время – может быть, через час, а может, через десять – за дверью раздался неясный шум, потом зазвенели ключи, и вот в камеру уже входит рыжий с большим деревянным ведром и мешком за плечами. За его спиной маячил чародей, кажется Вирден, и подсвечивал всё происходящее маленьким жёлтым шариком.

– Чем приходится заниматься! – проворчал парень, ставя ведро в угол. – Соскучилась, красавица?

Не удостоенный ответом, он приблизился к столу, по пути отодвинув один из стульев, и начал выкладывать на него различную снедь. Несколько буханок хлеба, сыр, большая фляга, что-то ещё и, наконец, на свет показалась длинная белая рубаха.

– Всё сразу не ешь, это тебе надолго, – рыжий быстренько начал сметать в освободившийся мешок пыточные приспособления. Потом подошёл к ней и завозился с замками на колодках. – Не дури, милая, и всё будет хорошо.

Лиссандра и не собиралась дурить. Всё её внимание было приковано к колдуну, а вернее к небольшой округлости на боку его широкой мантии. Сфера? Она сосредоточила все свои скудные силы и попыталась дотянуться до артефакта, чтобы хотя бы на миг ощутить его, но не смогла. И без того неприветливый взгляд Вирдена стал ещё мрачнее. Он чувствовал стремление пленницы вернуть артефакт, и у него руки чесались отправить её на тот свет.

– Вот и всё, – последний замок неприятно щёлкнул, и Лиссандра, наконец, смогла отлипнуть от стены. – Не скучай, подруга, – говорливый наёмник помахал рукой. – Пару стульчиков мы заберём, зачем тебе сразу три? И так королевой живёшь.

Магичка открыла было рот, желая указать на отсутствие какой-либо постели, но дверь уже с грохотом захлопнулась, а ключ вонзился в замок. Ну, и Шил с ними! Она и на полу может спать. Сил, чтобы не замёрзнуть на голых камнях ей хватит, а о простуде даже думать смешно. Слишком хорошо развита энергетика тела, а с ней и иммунитет.

Первым делом пленница метнулась к ведру, сняла прикрывавшую его крышку – какая забота! – присела и облегчённо вздохнула. Последние несколько часов мочевой пузырь отчаянно напоминал о себе. Далее настал черёд рубахи. Она прикрыла всё тело Лиссандры, вплоть до середины бёдер. На какого амбала такую шили? Впрочем, так даже лучше. Рукава пришлось закатать, чтобы не мешали, после чего девушка приступила к трапезе. Хорошая новость – пока её не убьют. Нет, принц, конечно, давал обещание, и всё такое, но кто в наше время верит словам власть имущих? Да и в любое другое время тоже. Вторая хорошая новость – магический светлячок напитал её волосы, и теперь в запасе есть где-то дня три. К тому времени уж точно кто-нибудь явится. Успокоенная этой мыслью, узница устроилась на более-менее ровном участке пола и погрузилась в целительный сон.

Проснулась она от тихого скрежета в замке. К тому моменту, как дверь распахнулась, девушка уже была на ногах.

– Аника?

Да ладно! Неужели ей настолько везёт?

– Тейнор?

Гвардеец стоял на пороге камеры, пытаясь различить хоть что-нибудь, кроме едва заметно светящихся волос пленницы. Даже очертания её фигуры виделись ему весьма смутно. С одежды его на пол ручьями струилась вода. Где это он умудрился так вымокнуть?

– Аника, я… пришёл поговорить.

– Хорошо.

– Это правда, что ты некромант?

– Да.

Она не видела смысла врать, это было бы просто глупо, но плечи Тейнора понуро ссутулились, лицо помрачнело. Он что, действительно рассчитывал услышать «нет»? Просто прелестно! Повисло недолгое молчание, нежданный визитёр уставился в пол, на лице его отражалась нешуточная внутренняя борьба.

– Я отпущу тебя…

– Тейнор! – добавить в голос побольше удивления, счастья и искренней благодарности. Ну, и шагнуть вперёд, конечно, куда ж без этого.

Стоило девушке шевельнуться, как гвардеец сам кинулся к ней навстречу и заключил в объятия. Даже не целует, просто крепко прижимает к себе. Боги, ну и романтика!

– Я отпущу тебя, – он отстранился и посмотрел в укрытое темнотой лицо, держа Лиссандру за плечи. – Если ты поклянёшься, что никогда не причинишь вреда Дарину и Жану.

– Жану?

– Рыжему, который был с ним.

– Клянусь, – такие клятвы магичка могла хоть горстями раздавать.

– Хорошо. Вот только я не знаю, как тебя вытащить. У лестницы на верхний ярус охрана, там не пройти.

– Сними негатор, – она изо всех сил пыталась скрыть обуревавшее её нетерпение. – Пожалуйста.

– Где у тебя эта штука? – он колебался всего мгновение.

– На шее.

С негаторами всегда так. Первый артефактор, которому пришло в голову изготовить такую дрянь, дураком не был и встроил в своё изобретение защитный механизм, который не позволит носителю его снять. Вещица тогда просто окутается слабеньким силовым щитом и не подпустит к себе пальцы скованного ей узника. Тот же принцип сработает при попытке расколотить артефакт о камень, если это браслет, например. Зато чужие руки без труда могут его снять. Чьи угодно, если, конечно, в артефакте нет ещё и обыкновенного замка. В этом не было. Когда грубые пальцы Тейнора нащупали застёжку и сняли с её шеи проклятую побрякушку, Лиссандра с трудом сдержала подкативший к горлу смех. Ей уже не раз доводилось носить на себе такую гадость, но никогда так долго. Все энергетические каналы внутри, казалось, зачахли и просто-таки изнывали в ожидании желанной силы. Всего на долю секунды скользнув в слияние, она послала источнику короткий, но мощный импульс и, вернувшись в тело, мелко задрожала от переполнившего её наслаждения. Её дурачок-спаситель тоже дрожал, но от холода. Здесь, внизу, было весьма прохладно, а он пришёл к ней мокрый до нитки.

– Как ты сюда попал? – поинтересовалась она, даже не подумав потратить крупицу магии на его обогрев.

– Под водой проплыл, – победно улыбнулся гвардеец. – Мы в подземельях замка Скойл, на третьем ярусе. Следующий затоплен, но тут есть выход. А в параллельном коридоре разобрали пол. И на втором ярусе тоже. Бегать оттуда за водой далеко, что вверх, что вниз, вот и соорудили что-то вроде колодца. Я в него и нырнул. Пока в темноте дорогу отыскал, чуть не утонул.

– А что там с охраной?

– Даже не думай, – нахмурился Тейнор. – Во-первых, там маги, и не только здесь, но и наверху тоже, а во-вторых я тебе не дам своих людей убивать.

Лиссандра пренебрежительно улыбнулась, не опасаясь, что человек сможет что-нибудь различить. Не позволит он ей, как же! И тем не менее, напарываться на охрану плохая идея. Замок сейчас является резиденцией принца и, по совместительству, ставкой главнокомандующего, уж кого-кого, а боевых чародеев тут хоть отбавляй. Но какие есть варианты?

– В какой стороне озеро? – спросила она, осенённая внезапной идеей.

– А тебе зачем? – выпучился гвардеец.

– Поверь, надо. Ну так в какой?

– Дай-ка подумать.

Он сосредоточенно сдвинул брови, повертел головой и нащупал дверной косяк, после чего отвернулся от неё и, что-то прикинув в уме, сказал:

– Вон в той, – его указательный палец ткнул в сторону стола с припасами.

– Хорошо. Покажи ещё в коридоре, пожалуйста.

– Сейчас.

Они вышли из камеры, здесь не было ни единого факела и царила всё та же непроницаемая для прочих разумных темнота. Лиссандра сразу увидела путь по которому сюда пришёл её спаситель. Коридор кончался пологой каменной лестницей, в свою очередь нырявшей в спокойную водную гладь.

– Вон там, – он снова показал примерно в том же направлении.

– Спасибо! – она подошла к Тейнору и, поборов отвращение к его налысо бритой башке, перечёркнутой шрамом, поцеловала гвардейца в губы.

Убивать она его не планировала, пригодился ведь один раз, что мешает ему принести пользу и во второй? Чем Шил не шутит? Тем более, что это почти наверняка разъярило бы принца. Похоже, у этих двоих есть какое-то общее прошлое. А ей нужно было, чтобы его высочество забыл про беглянку-тёмную как можно скорее. Проще подбираться к тем врагам, которые уже и не вспоминают о твоём существовании.

– Я постараюсь уйти под водой, примерно, как ты. Но не бойся, не через замковый двор, – поспешила она успокоить вскинувшегося было гвардейца. – А ты подожди здесь ещё часик, прежде, чем подниматься наверх, хорошо?

– Конечно! – расплылся он в идиотской улыбке. – Береги себя, Аника. Я…

Он не закончил фразу и замолчал, не зная, что делать. Ориентироваться в кромешной тьме он мог с большим трудом, зубы его стучали от холода, а какой-либо возможности согреться поблизости не имелось.

Лиссандра про него уже и забыла. Отвернувшись, она скинула рубаху и сотворила перед собой воздухонепроницаемую сферу. Этакий щит с особыми свойствами. Сфера занимала пространство всего коридора от стены до стены и, не мешкая ни минуты, магичка начала её сжимать. Остановилась, когда сопротивление запертого внутри воздуха стало практически невозможно сдерживать. То есть возможно, конечно, но для этого потребовалось бы резко увеличить затраты энергии. Получившийся шарик был размером с голову крупного мужчины, и она сразу же создала поверх него второй, с таким расчётом, чтобы первый оказался в его сердцевине. После чего развеяла маленький шарик и снова начала сжимать воздух, только теперь внутри его было уже значительно больше. Повторив эту процедуру ещё два раза, она в итоге получила резервуар такого размера, чтобы и в коридорах можно было его протиснуть, и содержимого хватило на долгое время. Скрутив волосы в гульку, чтобы не мешали, Лиссандра сотворила вторую сферу уже вокруг своей головы и соединила её с резервуаром тоненьким шлангом с парой клапанов. Без них никуда. Если не дозировать порции, а просто открыть доступ сжатому воздуху, её голова сплющится от невероятного давления.

План девушки был прост и безрассуден одновременно. Озеро Скойл подходит вплотную к замку, вернее к холму, на котором тот был построен. А значит, можно пройти под землёй как можно ближе к нему, остаток пути пробурить, и, таким образом, выбраться из замка. Мало какой чародей вообще возьмётся за такую нетривиальную задачу, как дыхание под водой. Созданная Лиссандрой конструкция требует не столько даже запаса сил, не даром же она так долго работала над её оптимизацией, сколько огромных затрат внимания и умения поддерживать сразу несколько плетений одновременно. Как-то раз её занесло на побережье Южного океана и там магичка увлеклась подводным плаванием. Для того, чтобы получить возможность полюбоваться глубинными красотами вблизи, и даже потрогать их, пришлось потратить не одну бессонную ночь, но результат того стоил.

Вода оказалась ледяной, но для неё это не было проблемой. За счёт магической энергии можно просто ускорить процесс выделения тепла телом, и за счёт неё же поддержать внутреннюю температуру. Какое-то время Лиссандре пришлось поплутать по извилистым коридорам в поисках наиболее подходящего ответвления. В голове она при этом всё время держала то направление, что указал Тейнор. Здесь внизу не было ровным счётом ничего интересного. То же самое подземелье, только затопленное. Выбрав, как ей казалось, самый подходящий тупик, колдунья сотворила в воздухе… то есть в воде, огромное магическое сверло. Классическое плетение – бур Каралдора. Ему обучают студентов всех магических академий, как раз на такой вот случай. Стоило буру вонзиться в стену, как Лиссандра поняла, что это не самая лучшая мысль. Весь коридор немедленно заполнился серой каменной пылью, из-за которой она не видела дальше своего носа, к тому же бурить оказалось значительно сложнее, чем она рассчитывала, и пришлось вбухивать в прожорливое заклинание ещё больше драгоценной энергии. А ведь потом ей предстоит всплыть на поверхность и пробить лёд. И что, если между ней и сверлом вообще случился обвал, а она этого даже не видит?

От магического резерва осталась едва ли половина, и он продолжал стремительно истощаться. Нет, так не пойдёт! Надо немедленно возвращаться назад. Развеяв треклятый бур, Лиссандра обернулась и, нашарив рукой стену, сделала несколько неуверенных шагов. Внезапно мутная взвесь у неё на пути сгустилась оборачиваясь бесформенной неясной фигурой. Вскрикнув от неожиданности, колдунья запустила в неведомую тварь магическим копьём, но оно бессильно развеялось, столкнувшись с чужой защитой. Отчаянно отгородившись от противника прозрачным барьером, она атаковала снова, но и в этот раз безуспешно. А потом её блок пробило нечто стремительное и тонкое и пронеслось мимо, чудом не зацепив уязвимое тело. Защита рассыпалась, как карточный домик, чего Лиссандра совершенно не ожидала, а враг швырнул собственное плетение, и она почувствовала волну предательской слабости, врезавшуюся в затылок и растёкшуюся ручейками по всему телу. Последней панической мыслью было во что бы то ни стало удержать дыхательные чары, а дальше сознание провалилось в бездонную яму.

* * *

Письмо от Лени пришло, когда Милани уже и не надеялась его получить. Напрочь забыв про завтрак, девушка поспешно разорвала принесённый служанкой конверт и вгляделась в ровные строки, написанные знакомым аккуратным почерком.

«Привет, Мила!

Прости, что раньше отмалчивался. Только сейчас понимаю насколько это был скотский поступок. Просто времени свободного почти не было, как и желания писать о том, что тут происходит. Если вкратце, Алиса была права. Теперь по порядку. Пишу тебе из Оцейта, где пока что размещена моя часть. Как ты уже поняла, мне «повезло» оказаться среди тех немногочисленных мэтров, которых командование оставило на захваченных территориях для поддержания порядка. Большую часть времени мы таскаемся с карательными отрядами и вылавливаем партизан. Врагу такого не пожелаешь. Своих чародеев у них, ясное дело, нет, поэтому я тут, считай, как у Юра за пазухой. Но лучше бы они были, честное слово… В общем, на этом все новости и кончаются. Я даже в битве на реке Ом не участвовал. А как там у вас с Алисой дела? Как учёба? Ушастик по мне не скучает? Пиши обязательно. В ближайшее время нас отсюда точно никуда не отправят. Разве что в очередной рейд.

Лени.»

В груди Милани боролись два противоречивых чувства. С одной стороны, хотелось оторвать Лени голову за его выкрутасы. С самого начала войны ни единой весточки! Друзья и родители его уже погибшим считают, а он, знай себе, бегает по лесам и… Вот в этом-то «и» всё и дело. Судя по слухам, доносившимся из Меладрии, в партизаны сейчас уходили чуть ли не все, у кого хватало на это смелости. Старики, женщины, порой даже дети. Выжигать их при помощи магии, будь они хоть трижды враги… Бедный Лени. Ничего не скажешь, сменил обстановку!

Вызвав служанку, Милани приказала готовить карету и вернулась к завтраку. Есть остывшую яичницу, конечно, удовольствие ниже среднего, но девушка не хотела терять времени и дожидаться, пока повар приготовит что-нибудь ей на замену. Сегодня тишь, а выходные Алиса всегда предпочитала проводить на ногах, поэтому, шансы застать её в общежитии таяли с каждой минутой. Она уже давно собиралась объясниться с подругой, но никак не решалась переступить через пролегшую между ними черту отчуждения. Боялась, что та просто посмеётся над ней и укажет на дверь. А теперь есть повод для разговора и, как бы там дело ни обернулось, хуже не будет. Ей повезло перехватить Алису на выходе из общаги.

– Привет.

– Привет.

– Надо поговорить.

– Не брезгуешь? – холодно поинтересовалась подруга. – Я же из этих!

– Я знаю, – Милани внезапно почувствовала себя виноватой. – И всегда знала. Какая разница? Просто… Я думала, что, в первую очередь, мы подруги. Скажи, я ошиблась?

Алиса заметно расслабилась. В глазах её появилось какое-то новое выражение.

– Дура ты, Мила, – вздохнула она, беря её за руку и направляясь в сторону ближайшей скамейки. – Но и я не лучше. Конечно же, мы подруги! Хотя в то утро мне показалось, что нет. Очень уж… а, неважно, давай просто забудем об этом!

– Уже забыла, – улыбнулась Милани. С души её свалился огромный камень. Уже второй за это утро. – Честно говоря, мне и забывать было нечего.

– Правда? – как-то даже огорчилась подруга. – Ты что, ничего не запомнила?

– Нет… – она хотела было добавить «слава богам», но вовремя сдержалась.

– Жаль, – надула губки Алиса. – Но ничего, может, как-нибудь повторим.

– Да иди ты!

Девушки весело рассмеялись, чувствуя, как тает сковывавший их до этого лёд недоверия.

– Знаешь, вообще-то ты очень вовремя, – сказала Алиса, сметая со скамьи снег при помощи крохотного прозрачного вихря. – Мне как раз нужен новый партнёр по боевой связке.

– А что, Винко на эту роль уже не подходит?

– Теперь нет. Видимо, кто-то всё же открыл этому дурню глаза. Припёр меня недавно к стене и начал допытываться, что, мол, да как.

– А ты?

– А что я? – подруга прищурилась, глядя на зимнее солнце. – Сказала ему всё, как есть.

– И не жалко тебе бедолагу?

– Ты бы слышала, какую мне этот бедолага истерику закатил! Под конец вообще угрожать начал!

– Да ладно!

– Ага. Еле сдержалась, чтобы его не прибить. Теперь жду не дождусь возможности надрать ему зад на полигоне. Поможешь?

– Спрашиваешь! Хотя это будет не так-то просто. Они ведь тогда снова с Альтифом будут.

– Справимся! Есть у меня кое-какие домашние заготовки. Как раз недавно довела одну из них до ума.

– Покажешь потом. Слушай, вообще-то у меня новость. Письмо от Лени пришло.

– И ты молчала?! – её голубые глаза возмущённо расширились. – Давай, рассказывай!

– Смысл мне пересказывать, лучше сама прочти.

Письмо перекочевало из рук в руки, и ненадолго воцарилось молчание.

– Даже не знаю, хорошо это или плохо, – мрачно протянула Алиса, дочитав до конца.

– В каком смысле? – не поняла Милани.

– В том смысле, что теперь он, может быть, наконец, повзрослеет.

– Может, и так. По крайней мере, он там в безопасности.

– И это не может не радовать. Ответ уже написала?

– Нет, сразу помчалась к тебе.

– Ясно, – она ещё раз пробежала глазами письмо и вернула его Милани. – Так какие у тебя на сегодня планы?

– Честно говоря, никаких. Есть предложения?

– Ещё бы! Пошли на каток. Я как раз туда собиралась.

– Одна? – не поверила девушка.

– Ну, не совсем одна, – лукаво улыбнулась Алиса. – С одним молодым человеком. Но, по такому случаю, можно подкорректировать планы.

– А молодой человек?

– Помёрзнет немного, да и пойдёт домой. Ну что, пойдём?

– Поедем. Я в экипаже.

День пролетел незаметно. Несколько часов магички катались, выписывая сложные фигуры или пускаясь наперегонки, потом пообедали в миленьком ресторанчике, отпустили кучера и пошли гулять дальше. Наведались на отвалы, в этот солнечный день больше смахивавшие на один большой муравейник, и, к бурному восторгу копошащейся в снежных горах детворы, построили на одной их вершин маленькую снежную крепость. Ясное дело, при помощи магии. Всё-таки, они уже не в том возрасте, когда орудуют ведёрками и лопатками. Пошатались ещё немного по городу, а там уже и смеркаться стало.

– Давай по домам, – предложила раскрасневшаяся на морозе Алиса. – Я ещё историю магии хотела сегодня помучить.

– Ты её, или она тебя?

– Вопрос риторический.

– Ладно, давай я с тобой прогуляюсь до академии, а там возьму экипаж.

– Давай. А по дороге расскажешь, что у тебя с Демишем.

– Что-что? – насторожилась Милани. – Ты о чём, вообще?

– О том. Ты порой на него странно поглядываешь. Не так, как если бы запала, а просто… странно.

Проклятье! А ей-то казалось, что она на парах вполне естественно держится. То ли конспиратор из неё не очень, то ли Алиса слишком хорошо её знает.

– Показалось тебе… – начала было девушка, но потом передумала. – Хотя, нет, на самом деле есть кое-что.

– Ну-ну?

– Мы с ним иногда, – Милани на всякий случай перешла на шёпот, – занимаемся после пар.

– Что?! – подруга остановилась, как вкопанная, а потом затащила её в ближайшую подворотню и установила полог тишины. – Мила, посмотри мне в глаза! Вы с ним занимались псионикой?!

– Да. Но это…

– Твой отец знает?!

– Нет.

– Ещё кто-нибудь?

– Только ты.

– Слава богам! Ты чем вообще думала?! Ты что не понимаешь, что, если это вскроется, тебя просто убьют?!

– Не вскроется, мы аккуратно. И ничему плохому он меня не учил.

– Как будто бы кто-то разбираться станет! Особенно, после того, что о нём говорят!

– Слушай, сбавь тон! – не выдержала Милани. – Что ты меня отчитываешь, как рабыню нашкодившую?!

Кажется, Алиса хотела ответить какой-то резкостью, но удержалась. А потом, неожиданно шагнула вперёд и стиснула её руки в своих.

– Извини, я просто перепугалась. Ты ведь понимаешь, чем это может закончится.

– Понимаю, – ответила Милани, ловя её взволнованный взгляд. – Но и ты пойми, это не совсем то, чем кажется. Вернее, совсем не то. Демиш меня научил нескольким формулам очищения, а ещё показал, как купировать стресс, смягчать фобии… и это только начало!

– А ты не подумала, откуда он сам это всё знает?! – снова разгорячилась Алиса. – Учебников по псионике нет. Чтобы дойти до чего-то подобного, нужно практиковаться, ставить эксперименты. Эксперименты на разумных, Мила!

– Он их на себе ставил. Ну, и ещё на своём ассистенте. Он сам мне рассказывал.

– И ты поверила?!

– Ну… – немного смутилась Милани. – Может быть, у него и были подопытные, не знаю. Но если человек всё равно сумасшедший, почему не попытаться ему помочь?

– Потому, что это запрещено! Сумасшедшим место в сумасшедшем доме, а не на лабораторном столе!

Видимо, поняв, что она снова теряет контроль над собой, Алиса подняла руку, не давая Милани ответить. Потом глубоко вздохнула и продолжила уже более спокойным тоном:

– Я бы на твоём месте к нему на лигу больше не подходила. И сегодня же поговорила с отцом. Но, судя по тому, как ты упрямо насупилась, делать этого ты не собираешься.

– Не собираюсь.

– Демиш тебе это сам предложил?

– Сам.

– Зачем?

– Он сказал, что хочет развивать мой талант. Ты же видела, как мне его материал даётся на парах.

Подруга неохотно кивнула, и Милани, чуть приободрившись, продолжила:

– Ну, вот. На первый взгляд отговорочка так себе, но мне пока кажется, что всё так и есть. Опять же, ты видишь, как он в нас вдалбливает новые навыки, как тянет тех, кому псионика плохо даётся? Он этим буквально горит.

– Как бы тебе вместе с этим козлом не сгореть, – Алиса стиснула кулаки. Наверное, окажись здесь сейчас Демиш, ему бы не поздоровилось. – И долго ты собираешься ходить над пропастью?

– Недолго. Какое-то время.

– Шил! Поверь, был бы у меня способ разделаться с этим гадом, не навредив тебе, я бы им воспользовалась!

– Ты можешь пойти к отцу.

– Не могу. Ты мне этого не простишь.

Это точно. Милани даже приблизительно не могла представить себе реакцию архимага, узнай тот о её маленьком увлечении, но чувствовала, что ей легче будет саму себя огненным шаром спалить, чем встретиться с его гневом.

– Ладно, хватит торчать в этой подворотне. Мы так себе всё отморозим! – чувствовалось, что от хорошего настроения Алисы и следа не осталось. – Ты идёшь?

– Иду, – вздохнула магичка, и они направились в сторону академии, хрустя свежевыпавшим снегом.

* * *

Обратный путь до лагеря занял у отряда Юроша шесть дней, из которых два они шли на голодный желудок. Еда, взятая в дорогу, благополучно закончилась, а с охотой им не везло. У их соратников дела с провизией тоже обстояли неважно. Это было заметно по измождённым лицам дозорных, встретивших их на подступах к землянкам. Оказавшись в лагере, Юш отпустил бойцов отдыхать и отогреваться, а сам направился прямиком к Акселю.

– Командир!

– Ну, что там? – глаза вожака партизан требовательно буровили разведчика.

– Да ничего стоящего, – развёл руками Юрош. – Какой-то полоумный маг-отшельник. Сказал, что ещё раз нас там увидит, бошки поотрывает.

– Проклятье! – Аксель стукнул кулаком по столу. – Я-то рассчитывал на припасы, но в последнее время нам везёт, как утопленникам.

– Как идут дела?

– Дерьмово! Еды осталось на неделю, если растягивать. Охотники приходят с пустыми руками, имперцы сидят сиднем у очагов, а обозы если и шлют, то с такой охраной, что нам не по зубам. Придётся брать Фойт, другого выхода я не вижу.

– А сил нам хватит?

– Хватит. У нас сейчас полторы сотни мечей. В гарнизоне полсотни, без мага, они почти все ушли к столице.

– Но там укреплённый замок. Его и две дюжины бойцов удержать смогут.

– У нас там есть человек, – командир смотрел твёрдо, он уже всё решил. – Пройдёт всё по плану, у нас будут припасы, а нет – перемрём тут с голоду, как выброшенные за ворота щенки.

– И когда выступаем?

– Завтра. Пока люди ещё на ногах держатся. Я только вашего возвращения и ждал.

– Ясно, командир. Я могу идти?

– Иди, – махнул рукой Аксель, и, сразу забыв о нём, уткнулся в расчерченный угольком план укреплений.

У входа в их землянку Юроша ждала Элина.

– Ты что тут делаешь? Пойдём внутрь, чего мёрзнуть.

– Погоди, – её голос звучал непривычно, как-то неуверенно, что ли. – Поговорить с тобой хочу.

– О чём?

– Что сказал командир?

– Поутру выдвигаемся к замку Фойт.

– Шил! И что теперь?

– Что теперь? – при упоминании тёмного бога, у Юша больно кольнуло в груди. В последнее время такое случалось, он связывал это с недоеданием.

– Теперь мы снова будем сражаться и, возможно, погибнем, – плечи девушки поникли, сейчас она вовсе не походила на отважного бойца, готового в любую минуту ринуться в гущу схватки. – Раньше я только этого и хотела – убивать имперцев, всех до единого, пока не уберутся туда, откуда пришли. А теперь я боюсь. Боюсь потерять тебя, Юш.

– Эли!

Они бросились друг другу в объятья и слились в жадном отчаянном поцелуе. Он не знал, сколько это продолжалось, а потом она спрятала лицо на его груди, и они стояли, забыв про мороз и воющий ветер.

– Я устала, – прошептала она ему в плечо. – Очень устала, Юш…

– Я тоже устал, – вздохнул он, крепче обнимая любимую. – Но что поделаешь?

– Давай уйдём! Прочь от войны, от крови, от всего этого! Мы сильные, у нас всё получится.

– Нельзя, – покачал головой Юрош. – Еды осталось всего на неделю. Мы бросим товарищей умирать? Обворуем их? Без припасов нам далеко не уйти.

– Шил её подери, войну эту! – на глазах Элины показались слёзы. – Ты прав, нельзя сейчас уходить! А потом?

– Потом… – покалывание в груди усиливалось, стало настойчивым, требовательным. Он с трудом удержал болезненный стон. – Потом мы уйдём. Как только замок падёт.

– Хорошо!

Они снова поцеловались, чувствуя, как внутри разгорается горячее пламя, но не было в занесённом снегом лагере места для двух влюблённых сердец, и им пришлось спуститься в землянку, туда, где бойцы нетерпеливо дожидались командира, чтобы расспросить его о чудаковатом отшельнике.

Замок Фойт был родовым гнездом местного владетеля, ставшим для имперцев опорным пунктом. Мощные зубчатые стены, высотой в два с половиной человеческих роста, несколько башен и массивный приземистый донжон. Ворота были оснащены подъёмным механизмом, и, чтобы попасть внутрь, нужно было миновать окованную железом решётку, перегораживающую вход. Или перелезть через стену. План Акселя был прост и незатейлив. Ночью, в назначенный час, сочувствующий партизанам человек, прислуживавший в замке, должен был сбросить верёвку, по которой несколько смельчаков заберутся на стену. Дальше они незаметно снимут охрану на воротах, подадут сигнал, поднимут решётку и будут оборонять механизм до тех пор, пока остальные не подоспеют к ним на выручку. В возможность тихо перебить всех часовых командир не верил. По словам их агента, те были довольно бдительны, да и тайком забраться на башню было проблематично. Поэтому, тревога поднимется сразу, как только их отряд вырвется из леса. В самоубийственную вылазку отправились трое королевских егерей, лучших в отряде по части скрытности и работы кинжалом, ну и сам Аксель. А Юшу и остальным бойцам оставалось только затаиться в лесу, на расстоянии полёта стрелы от замковых стен, и молить светлых богов об удаче. Наконец, свет в одной из бойниц погас и тут же возник вновь, потом опять и снова.

– Вперёд! – гаркнул сержант, оставленный командиром за главного, и партизаны помчались к воротам.

На одной из башен тут же затрубил рог. Через мгновение его голос был подхвачен вторым. Решётка начала подниматься, и, спустя какую-то минуту, первые из атакующих ворвались в замок, схлестнувшись с имперцами, выбегавшими из донжона. Парировав удар вылетевшего на него усатого коротышки, Юрош рубанул его наотмашь, чуть не раскроив бедолагу пополам. Тот даже не успел перед боем одеть кольчугу. Долго радоваться успеху Юшу не пришлось, следующий противник едва не снёс ему голову боевым топором. Увернувшись, Юрош посчитал момент подходящим для контратаки, но просчитался. Наплевав на все условности поединка, налетевший на него имперец просто врезал парню по зубам, опрокидывая того на камни двора. Добить его топорщику не дала Эли, вылетевшая откуда-то сбоку и связавшая врага боем. Вкус собственной крови, горячка сражения и страх за любимую смешались в груди Юша в гремучую смесь, пробуждая первобытную ярость. Взревев, он вскочил на ноги и буквально швырнул имперца на меч подруги. Но этого было мало, ужасно мало. И Юрош исчез. На его месте возникла гигантская тварь, расшвыряв своим телом всех, кто находился поблизости. Короткий удар лапой отправил в полёт сразу пятерых разумных, и чудище довольно заурчало. Окружающие в ужасе замерли прекратив сражаться. Кто-то испуганно вскрикнул, а затем, на башне щёлкнула арбалетная тетива, и в бурую шкуру вонзился болт. Зарычав, зверь прыгнул вперёд, на лету превращаясь в шестилапого ящера, и заметался среди людей, сея смерть.

– Гразг!

Это слово вихрем пронеслось по толпе, а в следующий миг все уже бежали к воротам, побросав оружие и забыв обо всём, кроме страха. Началась давка, разумные расталкивали и топтали друг друга на пути к спасению. И некоторые уже выскочили наружу. Поняв, что часть добычи может ускользнуть, гразг снова изменил форму, превратившись в неведомого трёхголового монстра, и начал с удвоенной яростью работать передними лапами и клыками. Длина шей позволяла чудовищу разить цели в пяти шагах от себя, а иногда головы извергали меткие огненные плевки. Вырвавшись из замка на плечах убегающих, он стал настигать их одного за другим до тех пор, пока считанные единицы не скрылись в лесу. Гнаться за ними? Но позади остались ещё живые. Немного. Секунду гразг топтался в нерешительности, а потом нечеловеческое чутьё донесло до его ноздрей запах жилья. Подпрыгнув в воздух, он перекинулся огромной летучей мышью и взмыл в небо, чувствуя, как по капле утекает отведённое ему время. Добраться до деревни было делом нескольких взмахов крыльев. Не придумав ничего лучше, чудище обрушилось на первую избу тушей гигантской жабы и начало прыгать с одного дома на другой, давя находящихся внутри людей.

Когда всё было кончено, гразг обернулся крохотной серой птахой и устремился прочь. Его ждал долгий заслуженный отдых.

* * *

Следующие три дня команда номер одиннадцать отдыхала. Из обрывков разговоров, которыми обменивались претенденты в столовой, Ди поняла, что её изначальные предположения подтвердились. Для первого состязания зрячие подготовили сразу три арены и разделили команды на три примерно равные части, чтобы зрителям не наскучило наблюдать одну и ту же картину. По счастью, для неё это был пройденный этап. Свой билет во второй тур девушка уже получила, пусть и благодаря Кезару. К некоторому её удивлению, капитана никуда не переселили, он так и остался в апартаментах команды. Очевидно, организаторы разделят участников уже после Охоты, тогда и места свободного станет больше. Хотя, справедливости ради, сейчас его тоже было более, чем достаточно. С каждым днём турнира, население Палат Претендентов стремительно сокращалось. В скором времени останется, чуть меньше четверти от изначального числа участников. Дилоя не имела ничего против. Меньше разумных – свежее воздух. Дышалось, к слову, действительно легче. После гибели Мисто Хаши не с кем стало собачиться, и она почти поселилась в тренировочном зале. Таким образом, каждому из них досталось по целой комнате. Ди с люменом почти не вылезали из спален, а Ун большую часть времени просиживал в полюбившемся ему кресле в гостиной, зачитывая до дыр свою книгу. Казалось бы, сущая благодать, но уже на второй день Дилоя полезла на стенки от скуки. Ужасы Кавенона благополучно закончились, а больше ничего интересного на полках книжного шкафа не оказалось. Прикинув, чем бы заняться, девушка отправилась в арсенал и подобрала себе новый набор ножей для следующего состязания. От тех, что ей выковал кузнец в замке Крес, остался всего один. Потом она решила наведаться в почтовый отдел. Мало ли, чем Шил не шутит? Каким же было удивление девушки, когда сухонький старичок-люмен протянул ей вскрытый конверт.

 «Привет, Ди, это Вилли. 

Извини, что раньше не написал. С деньгами была напряжёнка. Сейчас, как видишь, проблему удалось решить. Скажу честно, когда ты нырнула в воду, у меня сердце в пятки ушло. Ты ведь даже не знала, что там эта образина плавает! А когда она проглотила знамя, я вообще не знал, смеяться мне или плакать. Да и Шил бы с ней. Главное – ты уцелела и прошла на следующий этап. С чем и поздравляю. Как там у вас в Палатах? Чем кормят? Слышал от отсеявшихся претендентов, что скука смертная. В общем, пиши на этот же адрес, я пока никуда не съезжаю.»

Внизу была каллиграфически выведена подпись «Вильгельм лен Штерх», а рядом красовался кружок, в котором с трудом угадывалось нечто наподобие лысой кошки, а, может, лисы. Это Вилли пытался нарисовать печать рода. Дилоя не сдержала улыбки. На душе стало так легко, как не было с самого их приезда в Кавенон. Приятно осознавать, что где-то рядом есть человек, которому не плевать, который болеет за тебя и в трудную минуту старается поддержать.

Встав со скамейки, на которой она устроилась, чтобы прочесть послание, Ди вернулась на почту.

– Могу я отправить ответ? – поинтересовалась она всё у того же старичка.

– Разумеется, – кивнул тот. – Каждый претендент ежедневно может отправлять до пяти писем совершенно бесплатно. Если желаете, я прямо сейчас предоставлю вам всё необходимое.

– Будьте любезны.

Дождавшись писчих принадлежностей, девушка заняла небольшой столик, стоявший недалеко от конторки почтового клерка, и начала составлять ответ.

 «Привет, Вилли!

А я-то гадала, что там с тобой случилось. Рада, что всё наладилось. У меня всё хорошо. Кормят тут сносно, но атмосфера оставляет желать лучшего. Все глядят друг на друга, как наги на удочку, и команда не исключение. А у тебя как дела? Надеюсь, деньги ты раздобыл не ценой переломанных рёбер? Пиши, как сможешь, только учти, что почта просматривается. Если отправишь что-то вроде подсказки, например, о талантах других претендентов, письмо до меня не дойдёт.»

Закончив, Ди немного поколебалась, пытаясь решить, какую подпись поставить, а после уверенно вывела: «Дилоя лен Флистрау». Не чувствовала она себя наследницей погибшего рода. Флистрау был её домом, Повер отцом, а Отильда матерью. От этой мысли в душе всколыхнулась грусть. Девушка с внезапной отчётливостью осознала, насколько же далеко от родных краёв её занесло. Но она не позволила этому чувству завладеть собой и испортить только-только наладившееся настроение. Его ей не испортила даже Хаши, которую вновь скручивали жуткие приступы кашля, отчего люра пребывала в преотвратном расположении духа. Ложась спать, Дилоя в который раз про себя посетовала на такое соседство, но утешилась мыслью, что долго так продолжаться не будет.

А на следующее утро, за завтраком, претендентам сообщили о новом инструктаже. В этот раз в большой зал они шли втроём. Кезару, по понятным причинам, делать там было нечего. По дороге Ди обратила внимание, что их команда на фоне других выделяется, подобно белой вороне. Ни единого люмена. Уже в зале она, чисто из любопытства, попыталась найти вторую такую же, но не преуспела. С некоторым сожалением отметила, что эльдри всё ещё не выбыл из гонки. Великан сидел себе, как ни в чём ни бывало, на прежнем месте, будто и не уходил никуда. Остальные участники, пользуясь тем, что места стало гораздо больше, старались как бы обособиться, рассаживаясь как можно дальше друг от друга. Благодаря этому, в глаза легко бросалось неравенство сил. В одной из команд уцелели все пять участников, другая же могла похвастаться лишь двумя. Но в большинстве своём соперники подошли к Охоте с примерно равным составом в три-четыре участника.

– Рад снова приветствовать вас, претенденты! – с пафосом начал свою речь инструктор, он же, по совместительству, и комментатор турнира. – Вот и настало время следующего состязания! И вновь я вижу в ваших глазах огни азарта и нетерпения! Что ж, не будем медлить! Теперь вам предстоит показать настоящую работу в команде. Во время Охоты, на арену выпустят дикого зверя и два отряда охотников. Две команды. Задачей охотников будет выследить дичь, убить её и принести её голову на свою стартовую площадку. Повеяло чем-то знакомым, верно? Вы угадали! Тут всё, как с Трофеем. Убийство твари, конечно же принесёт вам славу, но не победу. Казалось бы, чего проще, дождаться, пока соперник сделает всю работу за вас и прийти на готовое? Не торопитесь с выводами. Мы это предусмотрели. Арена представляет собой лабиринт, в котором вам не удастся положиться на слух. Каждому участнику в уши вставят специальные пробки, и, если промедлить, соперник благополучно уйдёт с добычей, а вы даже не узнаете об этом. Придётся спешить, рассчитывая лишь на своё зрение… или нюх!

Сказав это, организатор посмотрел прямо на Хаши. Сейчас люра была единственной представительницей своей расы в зале. Выдержав эффектную паузу, люмен продолжил:

– На этот раз инструктор к вам не придёт. Вы уже знаете правила, знаете, что можно, а что нельзя. Готовьтесь! Вооружайтесь и покажите всем, кто здесь лучший охотник!

Закончив, оратор развернулся к залу спиной и ушёл, тем самым давая понять, что на сей раз ответы на дополнительные вопросы не предусмотрены. Собравшиеся, в свою очередь, не стали ни перешёптываться, ни галдеть, а молча поспешили к выходу. Все они желали как можно скорее оказаться в своих апартаментах, чтобы уже там поделиться друг с другом впечатлениями и составить план.

– Короче! – начала Хаши, как только они вернулись в гостиную. – На Охоте вы оба будете слушать меня! Делать, что я скажу, и не спорить. Это понятно?

Дилоя задумалась, а Ун недоброжелательно заворчал.

– Что не так, дылда?! Ты у нас самый великий следопыт?! Нет?! Тогда делай, что я скажу, и у нас будет шанс утереть нос врагу!

Ворчание перешло в рычание, на напряжённой шее здоровяка вздулись вены, но здравый смысл всё же взял верх. Неохотно кивнув, Ун отправился к креслу, всем видом давая понять, что для него разговор окончен.

– Согласна, – также кивнула Ди, встретив нетерпеливый взгляд люры.

– Тогда давай за мной.

С этими словами, Хаши направилась в спальню.

– Какой у тебя талант? – в лоб спросила она, как только за девушками закрылась дверь. – Что ты можешь?

– Тебе какое дело? – на самом деле Дилоя понимала какое, просто не хотела откровенничать с хамоватой соседкой.

– Не прикидывайся дурой, – неожиданно спокойно сказала та. – Ладно, этот ущербный, из него и огнём ни Шила не вытянешь. Но ты ведь пронимаешь, зачем мне это.

– Понимаю, – согласилась Ди. – Могу убить на расстоянии. Быстро и наверняка. Но для этого нужно, чтобы кто-то умер заранее.

– Насколько заранее?

– Желательно, сразу, как понадобится колдовать. Минут через тридцать уже не смогу.

– То есть, если сдохну я или Ун, ты сможешь атаковать?

– Да.

– А если зверюга?

– Тоже.

– Отлично! Значит, мы прикрываем тебя, а как прикончим добычу, ты прикрываешь нас. Раньше времени на рожон не лезь и помни, что командую я.

– Я с этим уже согласилась.

– Хорошо.

На этом люра покинула спальню и Дилоя осталась в одиночестве.

– Мне вот интересно, а своих сокомандников на Охоте убивать можно?

– Скорее всего. На инструктаже этого делать не запрещали, а всё, что не запрещено, здесь разрешено.

– То есть, на обратном пути стоит, помимо прочего, опасаться удара в спину. 

– Разве что от Уна, он тёмная лошадка. Что до Хаши, она на такое не пойдёт. Характер не тот. 

– Откуда такая уверенность?

– Поверь моему жизненному опыту. Всё-таки, я уже не одну сотню лет разменял.

– Вы закончили? – поинтересовалась Ди. – Мы, вроде бы, договаривались, что вы не влезаете без необходимости, или пока я не позволю.

– Мы тёмные маги, а не дрессированные собачки! И для спокойствия нашего общежития делаем куда больше, чем ты!

– Общежития в моей голове, куда вас никто не звал.

– Йора, мы ведь это всё уже проходили. Вы просто раздражены и устали, что и немудрено. Лучше утешьте себя мыслью, что на сей раз ваша задача предельно проста – не умереть первой. Дальше мы возьмём дело в свои руки. 

– Мне уже страшно! – фыркнула девушка, вспомнив, как на Трофее дело в свои руки взял Мерк.

– Я же уже извинился! Тем более, здесь, надеюсь, воды не будет, а превращать голову твари в горстку пепла я не планирую. И раз уж сейчас мой черёд говорить… Брандеф, мне показалось, или ты намекал на то, чтобы сразу прирезать Уна?

– Показалось. Хоть я и злобный поддавшийся, но никогда не был сторонником ударов в спину. Просто озвучил реальное положение дел. 

– Мне вот ещё, что интересно, – вмешалась Дилоя. – Если там лабиринт, как за происходящим будут наблюдать зрители?

– У меня есть на этот счёт одно предположение, йора. В науке давно известен способ выращивания различных кристаллов. Как обычных, так и магических. Вполне вероятно, стены лабиринта будут созданы из кристаллов, а сверху арену накроют особым куполом. Для тех, кто будет смотреть сквозь него, препятствия станут прозрачными или, что более вероятно, почти прозрачными, чтобы сторонний наблюдатель имел возможность прочувствовать всю прелесть момента. Представьте, две группы глухих претендентов насторожённо крадутся, выискивая глазами противника, тогда как на деле до него один локоть. Полагаю, зрячие намерены изрядно повеселиться за наш счёт.

– Ещё бы, – вздохнула Ди. – Я это ещё на испытательном полигоне поняла.

Вообще, чем дальше она продвигалась, тем больше начинала разделять жгучую неприязнь к люменам, которую, по какой-то причине, питала Хаши.

– Кстати о ней, я тут подумал… 

– Не пугай.

– Вы согласились делать на арене всё, что она вам скажет.

– Ну, да.

– И много ли вы с пробками в ушах услышите?

Как оказалось, люра это предусмотрела. В тот же вечер она вновь собрала их в гостиной и чётко, по пунктам, разъяснила систему условных знаков. Как будет выглядеть «опасность», «за мной» и так далее. Потом заставила повторить. Дилоя справилась без труда, в детстве они с Брайаном часто играли в разведчиков, так что, можно сказать, кое-какой опыт у неё имелся. Ун помучился минут пять, после чего выдал сложную пантомиму, которую примерно можно было перевести, как «ты командуешь “в атаку” – я рублю». На этом дрессировка несговорчивого здоровяка завершилась.

А утром команду отправили на Охоту. Их вновь поместили в комнату ожидания, не сильно отличавшуюся от предыдущей, и снова намотали на руки полосы ткани, на этот раз жёлтой. Потом настал черёд обещанных затычек. Ди совсем не понравилась серая комковатая масса, которую работник арены стал заливать ей в уши. Закончив с одним, он добавил сверху несколько капель жидкости, от которой пробка набухла и, по ощущениям, затвердела подобно строительному раствору. Светлые боги, только бы эту дрянь удалось потом по-человечески вытащить! Как-то не хочется оставаться глухой до конца дней своих. Именно глухой девушка себя сейчас и ощущала. Казалось, рухни рядом с ней башня, и сквозь преграду в ушах не пробьётся ни звука.

Хаши махнула рукой, привлекая внимание сокомандников, и сделала понятный любому разумному жест – указала пальцами на свои глаза, потом на них, а после снова на себя, мол, следите за мной в оба. Кивнув, Дилоя приготовилась к долгому ожиданию, однако их вызвали уже через несколько минут. Очередной люмен в красной мантии сделал приглашающий жест, и команда покинула комнату ожидания. Вновь перед Ди лежала платформа, готовая унести её вверх на арену, навстречу опасности. Происходящее так напоминало Трофей, что девушка как-то даже успокоилась. Всё уже привычно, всё знакомо, к тому же, на этот раз, она не одна. Было и другое отличие – экипировка спутников. Хаши вместо рапиры решила вооружиться коротким копьём и мечом, до поры до времени висевшем в ножнах на поясе. Ун с лёгкостью держал на плече огромный двуручный меч, которым, при желании, мог бы разрубить любую из спутниц от макушки до пят. В качестве запасного оружия, здоровяк выбрал саблю. В снаряжении Дилои существенных изменений не было, разве что она надела кольчугу, как и её сокомандники. Теперь, когда бегать наперегонки не требовалось, можно было подумать и о защите.

Оказавшись на арене, девушка сразу же осмотрелась. Интересно, Брандеф когда-нибудь ошибается? Вокруг них действительно возвышались кристаллы, больше всего похожие на соляные. Что-либо различить сквозь них не представлялось возможным, стена, она и есть стена.

«За мной» – скомандовала Хаши и свернула в один из проходов. Переглянувшись, Ун с Дилоей выполнили приказ. Долго идти не пришлось, уже через десяток шагов люра застыла на месте, ощупывая пространство перед собой пристальным взглядом и нервно принюхиваясь. Затем она сделала шаг вперёд и, со всего маху воткнула пятку копья в землю. Солидный пласт почвы немедленно ухнул вниз, и глазам претендентов открылся десяток остро заточенных пик, торчащих изо дна ямы. Только тут Ди осознала, что не может в точности определить, откуда исходит свет. Вроде и не с боков, и не сверху, где клубилось какое-то серое марево, но в лабиринте при этом было светло, как днём. Магия, шилова магия! И шиловы люмены, вот же засранцы! О ловушках на инструктаже ни слова не было сказано!

– Как и о гигантской рыбине. 

Голос, разрезавший уже привычную тишину, стегнул Дилою похлеще бича.

– Заткнитесь, не отвлекайте!

Хаши тем временем легко перепрыгнула опасную преграду и, махнув рукой сокомандникам, двинулась дальше, даже не обернувшись, чтобы проверить, выполнен ли приказ. И правильно, после такой демонстрации надо быть полным кретином, чтобы не довериться звериному чутью командира. В течение следующих пяти минут команда наткнулась ещё на три ловушки, причём одна из них оказалась магической. Предупреждённая духами, Ди еле успела ухватить Хаши за локоть, уберегая от неосторожного шага.

«Опасность!» – показала она, ткнув пальцем вперёд. Судя по выражению лица люры, она сперва хотела наплевать на предостережение, но потом, видимо что-то разглядев в глазах спутницы, неохотно кивнула и свернула в другой проход.

Не успела Дилоя задаться вопросом, какому зрителю будет интересно следить за их бесцельным блужданием, как команда выбралась в центр лабиринта. Чудище было тут, как тут. Оно бы при всём желании не смогло протиснуться в коридор. Нечто, больше всего прохожее на гигантского броненосца, повернулось к внезапным гостям и выплюнуло из пасти струю зеленоватой жидкости. С лёгкостью увернувшись, Хаши ринулась в бой. Ун побежал за ней, на ходу уклонившись от следующей струи. Подскочив ближе, Ди метнула в противника первый нож, но тот лишь бессильно отскочил от костяного лба твари. Та, почуяв, что пахнет жареным, вдруг резко свернулась в клубок, закрывая все уязвимые места бронёй. Пластины на её спине встали дыбом и из образовавшихся щелей на свет полезли мерзкого вида белёсые сороконожки, каждая в руку длиной. Отбросив бесполезное копьё в сторону, Хаши выхватила из ножен меч и рубанула первую гадину по усатой морде. Уну же пришлось прыгать в сторону, чтобы уйти от третьего плевка монстра. Тот на мгновение высунул кончик морды и тут же снова спрятался за бронёй. Весь бой проходил абсолютно беззвучно, отчего у Дилои возникло дикое желание поскорее проснуться. Справившись с неуместным страхом, она поудобней перехватила нож в ожидании следующего удобного случая. Дальнейшая схватка могла бы показаться забавной, не будь она смертельно опасной. Ун с Хаши бегали вокруг замершей живой крепости, не давая сороконожкам себя окружить и, по возможности сокращая мечами их поголовье. В какой-то момент до зверюги дошло, что её помощники не справляются, и она вновь высунулась наружу. Этого Ди и ждала. В этот раз нож вошёл точно в глаз чудища, и огромное тело забилось в конвульсиях, отказываясь признавать гибель мозга. Одной из лап монстр чуть не прихлопнул Уна, зато раздавил сразу несколько мелких тварей. С оставшимися сокомандники справились в считанные секунды, даже без помощи Дилои.

А дальше возникла проблема. Уродливая башка, смахивавшая чем-то на черепашью, застряла меж костяных пластин, наполовину скрывшись внутри. Отрубить её, таким образом, было нельзя. Проклятые зрячие! Недолго думая, Ун вонзил свой двуручник в землю и, достав саблю, принялся извлекать добычу, орудуя ей, как рычагом. Девушки в это время беспрестанно озирались, чтобы не пропустить появления конкурентов. Как назло, в центр лабиринта вело сразу четыре прохода, и откуда появится враг, было не угадать. Повозившись немного, Ун таки раздвинул пластины и, уперевшись одной ногой в панцирь, вытащил заветную добычу. Взялся за меч, намереваясь рубить, но в тот же миг упал на колени, схватившись руками за голову. В каком-то десятке шагов от них, буквально из воздуха соткались фигуры четырёх люменов. Один буровил беззвучно кричащего здоровяка гипнотическим взглядом, второй зачем-то вскрывал себе вены кинжалом, а двое оставшихся просто ринулись в бой. Плечо потеплело, и знакомая комета вышибла гипнотизёру мозги, а вот второй удар Мерка разбился о невидимый щит одного из мечников. Дилое пришлось уходить в перекат, чтобы тот не достал её, а его товарищ уже сошёлся с Хаши в бою. На миг нападавший замешкался, чтобы рубануть стоящего на коленях Уна, и эта задержка стоила ему жизни. Сразу два снаряда, рыжий и чёрный прошили загадочную защиту и отправили убийцу здоровяка на тот свет. Тем временем, Хаши упала наземь, сбитая с ног ударом противника, и инстинктивно выбросила вперёд руку, пытаясь остановить занесённый меч. Клинок опустился, разрубая ладонь, запястье и застревая в костях предплечья. В этот момент, кинжал Ди вонзился победно улыбнувшемуся врагу в горло. Заметив краем глаза неясное движение, девушка отступила, и вовремя. Хищная кровавая лужа чуть-чуть не сцапала её за ногу. Издалека за своим творением наблюдал белый, как полотно, люмен. Следующая атака Мерка прикончила последнего зрячего, и жуткая лужа, успевшая вобрать в себя немало крови из поверженных тел, бессильно расползлась в стороны багровой кляксой.

Поняв, что бой подошёл к концу, Дилоя метнулась к Хаши и, упав на колени, приложила плечо к её груди. Та не реагировала. Похоже, её сознание укрылось от боли в обмороке.

– Лечите!

– Уже.

– По-вашему, у нас нет более важных дел?! 

– Да ладно тебе, Брандеф, мы уже победили!

– Отнюдь. Мало ли, вдруг в лабиринте кроме ловушек ещё и монстры, а мы сейчас всю силу впустую сольём.

– В каком смысле впустую?

– Неуч, ты что не видишь, что она не жилец?!

– Вижу проблемы. Серьёзные, но и только. 

– Ладно, пререкания уже не имеют смысла, всё равно резерва почти не осталось. Йора, будьте добры отлипнуть от пациентки и выдернуть из неё меч, чтобы мы окончательно могли унять кровь.

Судя по тону Брандефа, он остался при своём мнении, но Ди не собиралась бросать сокомандницу на верную смерть. С таким ранением участвовать в следующем состязании Хаши не сможет, а значит, они больше не конкуренты. Они ими даже не стали, зато стали напарниками, а, если бы люра не принесла свой трофей, ещё неизвестно, прошла бы Дилоя дальше, или так и осталась ни с чем в самом начале турнира. Меч, торчащий из расщепленной, словно палка, руки, выглядел просто ужасно. Девушка постаралась извлечь его как можно более аккуратно, чтобы не расширить и без того поганую рану. В этот момент, прямо перед ней из-под земли выросло несколько люменов в красных мантиях. Один раскрыл рот, намереваясь что-то сказать, а её взвинченное до предела тело уже действовало без помощи разума. Метательный нож отскочил от очередного магического щита, и тут Ди почувствовала, что её скрутило по рукам и ногам незримыми путами. Люмен ещё что-то проговорил, потом хлопнул себя по лбу и раздражённо указал напарникам на лежащую без сознания люру. Пока они спускались на лифте, увозившем с собой не только участников и организаторов, но и все следы прошедшего состязания, Дилоя мучилась одним ужасным вопросом – победа или дисквалификация?! Узнать ответ удалось лишь после того, как из её ушей извлекли дурацкие пробки.

– Поздравляем вас с победой в Охоте.

– Победой? – ей всё же хотелось услышать это слово ещё раз.

– Именно так, – улыбнулся тот самый люмен, что пытался разговаривать с ней на арене. – Мы, конечно, могли бы заставить вас проделать весь путь обратно, с головой гнездильщика в руках и телом напарницы на плече, но это было бы очень долго, нудно и просто несправедливо, если бы вы сверзились в одну из ловушек. Зрителям такое не по душе, поэтому, в случае гибели монстра и всех конкурентов, мы присуждаем победу автоматически.

– Об этом не сказали на инструктаже.

– Как и о многом другом, – кивнул люмен. – Наша задача состоит в том, чтобы выявить лучших, и при этом подарить жителям и гостям столицы незабываемое зрелище. В таком деле налёт неизвестности просто необходим. Благодаря нему возникают ситуации, которые потом вспоминают годами. Порой комедийные, а порой драматичные.

– А что с моей сокомандницей? – у Ди уже был в голове один дух с подобной манерой речи, и она знала, что без наводящих вопросов тут можно застрять надолго.

– Увы, она слишком тяжело травмирована, точнее сказать, покалечена. Как говориться семеро одного не ждут, и для таких претендентов дорога к победе обрывается безвозвратно. Ей окажут первую медицинскую помощь, стабилизируют состояние и выселят из Палат Претендентов.

– То есть, вы даже не спасёте ей руку?!

– Увы, – собеседник огорчённо развёл руками. – Это комплексное и дорогое лечение. Подобных услуг претендентам мы не оказываем. Это всё-таки Турнир Зрячих. Здесь создают калек, а не исцеляют их.

На этом их разговор закончился, и Дилоя вернулась в палаты.

– Сдалась? – поинтересовался Кезар, вновь расположившийся в кресле Уна.

– Нет.

– Поздравляю. Остальным не так повезло?

– Не так.

– Что ж, они знали, на что идут. Жаль только, теперь не узнать, что за книгу тот полоумный читал. Мне этот вопрос уже третий день не даёт покоя.

– Что ж ты не надавил на него своей силой? – без всякого дружелюбия поинтересовалась Ди.

– Не привык тратить её на глупости.

Сказав это, люмен встал и вышел из гостиной, видимо, посчитав разговор оконченным, а девушка застыла в нерешительности. По правде сказать, её тоже порой мучил вопрос, что же такое здоровяк перечитывает от корки до корки. И сейчас у неё появилась возможность получить ответ. Дилоя точно помнила, что во время Трофея Ун вымок до нитки. Если бы книга тогда была при нём, она бы тоже промокла и безнадёжно испортилась, но этого не случилось. Значит, на время состязаний он оставлял её в спальне.

– Ну, так сходи, посмотри! Мне уже самому интересно стало.

– Нет.

– Нет.

– Рад вашему единодушию. А почему нет?

– Потому, что я не стану обворовывать покойника. Все вещи забирает администрация и хоронит вместе с претендентом, если не найдётся наследника.

– Сомневаюсь, что он найдётся, не был Ун похож на литтэрца. А ты почему против?

– Потому, что за такие проступки, как воровство, из Палат вышибают, причём с полным запретом на участие в последующих турнирах.

– Хочешь сказать, он специально её провоцировал?

– А это можно легко проверить. Йора, будьте добры, откройте дверь в коридор. 

Ди сделала, как сказал дух, благо, дверная ручка всё ещё находилась в локте от неё, и чуть не сбила с ног стоящего снаружи Кезара.

– Полегче! – криво улыбнулся тот, потирая ушибленную руку. – Что за спешка?

– Извини, – торопливо бросила девушка и быстрым шагом направилась в сторону уборной. Мол, так приспичило, просто мочи нет.

– Вот же паскуда! Интересно, а приличные люмены бывают, вообще?

– Уже начинаю в этом сомневаться.

Свернув за угол, Дилоя уселась на первый попавшийся подоконник, чтобы спокойно обсудить случившееся, и тут же вскочила, осознав, что в эту самую секунду хитрый мерзавец, быть может, подбрасывает пресловутую книгу к ней в комнату.

– Не волнуйтесь, йора, на подобную глупость он не пойдёт.

– Почему глупость?

– Потому, что при любом разбирательстве легко можно будет привлечь мага, который определит, кто лжёт, а кто говорит правду. Вот, если бы он застал вас в мужской спальне, копающейся в чужих вещах, дело было бы дрянь. 

– Ну и тварь!

– И умелый манипулятор. Держу пари, если бы Ун вышел из состязания победителем, Кезар попытался бы спровоцировать его на драку. 

– А что мешает ему заставить кого-то совершить кражу или нападение, при помощи дара?

– Это легко может всплыть, а дальше в дело вступит всё тот же детектор лжи. Крайне полезное заклинание, пусть и не дающее стопроцентной гарантии. Всегда можно вывернуться, если следователь задаёт неправильные вопросы. Или, если сознание подследственного чересчур взбудоражено. 

Напряжение, начавшее было отпускать девушку после Охоты, вновь сжалось пружиной в груди. С какой гадюкой приходится ночевать буквально под одной крышей!

– Кстати, Ди, у меня к тебе есть разговор.

– Дилоя, – привычно одёрнула она духа.

– Да ладно тебе! Мы на троих уже пуд соли с навозом слопали! 

– Неуместная метафора, здесь кормят весьма прилично. А кроме шуток, йора, в словах Мерка есть зерно истины.

– Вот только не надо этого, – вздохнула девушка. – Хотите поговорить – пожалуйста. Но только не о том, какая же мы замечательная команда.

– Договорились. Я вообще не к тому веду. Как по-твоему, зачем Хаши в турнире участвует? 

Поворот был настолько резким, что слегка выбил Дилою из колеи.

– Точно не знаю, но полагаю, что это связано с её кашлем.

– Правильно полагаешь. Она смертельно больна и в недалёком будущем отдаст богам душу. 

Не сказать, чтоб для Ди это был такой уж сюрприз. Она другого не понимала – почему бы люре просто не скопить денег и не обратиться к целителю?

– Дело в том, йора, что у Хаши сложнейшие структурные изменения энергоканалов. Такое изредка, но случается, например, при тяжёлых родах, когда младенец получает травму, ещё не появившись на свет. 

– То есть, это не лечится?

– Лечится, но требует долгой и дорогостоящей терапии с участием опытного чародея. Работа с каналами – материя крайне тонкая. К примеру, мы ваших практически не меняли, лишь несколько укрепили и увеличили проводимость.

– Ясно. И зачем вы мне всё это говорите?

– Лично я просто дал необходимую справку. И сейчас, как и вы, йора, с интересом жду продолжения.

– Дело в том, – после короткой паузы снова раздался голос, – что, если ты победишь в турнире, и мы переселимся в другое тело, то опыта наставника и моих навыков вполне хватит, чтобы излечить Хаши. 

– И зачем тебе это? – изумилась Дилоя.

Нельзя сказать, чтобы новости о болезни соседки её обрадовали, вовсе нет. Но и не сильно огорчили. Хаши постоянно грубила, нарывалась на трёпку и в целом не вызывала у девушки особой симпатии. А свой долг за принесённый в первом состязании трофей, она уже погасила с лихвой. Весь вопрос, какую такую выгоду усмотрел в люре тёмный. Решил обзавестись ручной телохранительницей, по гроб жизни обязанной за спасение?

– Порой, йора, вы меня просто-напросто поражаете! При всём вашем достаточно остром уме, вы совершенно не разбираетесь в людях. Конечно, мы злые поддавшиеся, но ведь это не повод отказывать нам в личных симпатиях.

– Хочешь сказать, ему приглянулась эта шерстистая хамка?

– А почему бы и нет?! Может быть, я и мёртв, но, в некоторых вопросах, поживее тебя буду!

– Это ещё в каком смысле?! – возмутилась Ди.

– В таком! Вильгельм вон, сколько уже за тобой увивается, а ты и не замечаешь! Не игнорируешь, а просто не замечаешь!

Девушка даже не нашлась, что ответить. Вильгельм? Да вроде, и не было ничего такого… Николас – и тот ей тогда, у церквушки Роши, цветы подарил. Неожиданное воспоминание показалось отголоском из другой жизни. Странно, ведь это было совсем недавно. В любом случае, Вилли всё это время вёл себя вполне… естественно, что ли? Частенько шутил или травил байки у костра. Порой уходил в себя, а пару раз они даже поссорились. Что и неудивительно, им вместе пришлось проделать тяжёлый путь. И за всё это время она не заметила ни намёка на ухаживания с его стороны.

– Просто он видит, что у тебя проблемы и сейчас тебе не до того. И по мере сил помогает.

– Не перебивай мои мысли! И вообще, мы не обо мне говорим. К чему, конкретно, ты вёл весь этот разговор?

– Хочу, чтобы ты пообщалась с Хаши. Убеди её, что у тебя есть знакомый маг, который поможет ей, если ты победишь в турнире. И отправь её, до поры до времени, к Вилли.

– Превосходный план. А теперь, объясни мне, с чего я должна это делать.

– Спасение жизни для тебя недостаточный аргумент?

Дилоя замялась. Проклятье! Как же сложно иметь дело с теми, кто может читать твои мысли! Она была не против помочь хамоватой люре, но уж очень не хотелось делать это за просто так… От Хаши девушке ничего не было нужно, а вот тёмные, в своё время, её шантажировали и ломали через колено, заставляя отправиться на турнир. И тут такая возможность отплатить им той же монетой!

– Вполне возможно, йора, здесь наши интересы пересекаются. Я как раз хотел кое о чём вам поведать. Думаю, сейчас самый подходящий момент. 

– О чём ещё? – устало вздохнула Ди.

– Как вы, наверное, помните, в ритуале переселения нам потребуется помощь волшебника, причём не абы какого. И, разумеется, смысл происходящего от него скрыть не получится. Можете предположить, какова будет его реакция?

– С трудом, – напряглась Дилоя. – Я в ваших магических штучках не разбираюсь.

– Жгучий профессиональный интерес, замешанный на тяге к научным открытиям и росту личного могущества. После ритуала, он спать не сможет, пока не подловит и нас, и вас в укромном уголке, дабы вызнать всю подноготную. Определённые ресурсы у него для этого будут. Вряд ли король выделит победителю турнира первого попавшегося мэтра. Какое-то время мы будем под защитой янтарного трона, а потом он откроет на нас охоту. 

Дух замолчал, чувствуя, как бешеный поток мыслей носительницы закипает, подогреваемый нарастающим гневом. Всё это время! Всё это время, шиловы тёмные разыгрывали её в тёмную… Тьфу, зараза, очередной каламбур! Но каковы мерзавцы! А, может, они вообще в ходе этого ритуала вышвырнут её, Дилою, из тела и обоснуются в нём, как у себя дома?!

– Успокойтесь, йора, нам не нужно ваше неодарённое тело. А что касается моего предупреждения, замечу, что я мог бы его и не делать. Когда наши пути разойдутся, ваши проблемы станут только вашими, и заговорил я об этом лишь из симпатии к вам.

– Поздновато заговорил! Может, я чего-то ещё не знаю?!

– Теперь уже нет. А говорить раньше было бы глупо. Вас и так еле удалось заставить принять участие в турнире. Теперь же, когда большая часть испытаний позади, мы раскрыли карты, и у вас есть время подготовить пути отступления. Пусть об этом позаботится Вилли. А сообщить ему нужные сведения лучше будет не почтой, а через посредника, то есть Хаши.

– Решили опять мне мозги запудрить? На то, чтобы быстро сбежать, нужны деньги, которых у нас нет!

– Если я правильно понял, с деньгами проблем не будет. Полагаю, Вильгельм подтвердит вам это уже в следующем письме.

Теперь, Ди в серьёз призадумалась. Чего у Брандефа было не отнять, так это мозгов. Хотя на деле их отняли ещё Шил знает когда, вместе с телом, это не мешало духу раз за разом оказываться правым в самых различных ситуациях. Что ж, предположим, всё так и будет. Значит лучшее, что ей остаётся, это в очередной раз пойти у тёмных на поводу и надеяться, что те не навешали ей лапши на уши. Придя к такому выводу, девушка соскочила с подоконника и отправилась прямиком на почту. Времени оставалось не так уж и много, Хаши в любой момент могли отпустить из госпиталя. На вопрос, можно ли забрать писчие принадлежности в комнату, старичок люмен утвердительно закивал, и она, взяв всё необходимое, вернулась в спальню. Наскоро набросала письмо для Вильгельма и стала дожидаться прихода люры. Та явилась через пару часов и молча стала собирать вещи. В сторону Дилои она даже не посмотрела.

– Хаши?

– Чего тебе?

– Хочу тебе кое-что предложить.

– Ну?

Она всё ещё стояла спиной к Ди, неловко запихивая что-то в сумку здоровой рукой. Вторая, понятное дело, покоилась на перевязи. Вздохнув поглубже, Дилоя загнала внутрь растущее раздражение и спокойно продолжила:

– Я знаю, что ты больна, и знаю, чем. Поняла, когда лечила тебя.

Хаши стремительно обернулась, на лице её отразилась дикая злоба, тут же сменившаяся удивлением.

– Лечила?

– При помощи дара. Иначе бы ты истекла кровью.

– Спасибо, если не врёшь, – буркнула люра. – Так что ты там говорила?

– Я знаю одного чародея. Здесь, в Литтэрии. И, когда выиграю турнир, смогу убедить его оказать тебе помощь.

– Вряд ли! – криво улыбнулась люра, причём неясно было, в чём она сомневается больше, в победе Ди или в способностях её знакомого колдуна. – Но если и так, что взамен?

– Взамен, ты доставишь моему другу одно письмо. Он сейчас в Кавеноне. До конца турнира останься с ним, а после я к вам присоединюсь.

– Не пойдёт! – покачала головой собеседница. – Напиши второе письмо. Своему магу. Я сделаю, что нужно, и сама поеду к нему.

– Так не получится. Он тебя не послушает. Я смогу убедить его только лично.

– Врёшь.

– Вру! – взорвалась Дилоя. В конце концов, и её терпению есть предел. – Причина в другом! Но моё предложение всё ещё в силе! Можешь принять его, а можешь прямо сейчас катиться гразгу под хвост!

Какое-то время люра изучала Ди своими завораживающе красивыми янтарно-жёлтыми глазами, а потом её плечи поникли.

– Шил с тобой! Мне так и так крышка. Давай сюда писульку свою!

Приняв из рук Дилои конверт, она быстро взглянула на адрес, хмыкнула и, сунув письмо в сумку, продолжила собираться. Ди ей не мешала.

– Кезара остерегайся, – уже напоследок бросила Хаши. – Встретила его в коридоре. Он жрать не может, так хочет знать, что у тебя за талант.

– Спасибо, я знаю.

Коротко кивнув, люра покинула спальню, и Дилоя осталась одна. Облегчённо вздохнув, девушка направилась к своей постели. Сознание, перегруженное яркими впечатлениями и новыми сведениями, жаждало отдыха.

Первое, что она сделала на следующий день после завтрака, это отправилась в почтовый отдел. Там, как и предсказывал Брандеф, её уже дожидалось письмо Вильгельма.

 «Привет, Ди!

Ну, ты вчера и устроила! Все впечатлились настолько, что коэффициент на твою победу в следующем туре опустился до четырёх, да там и застрял. Я тут пораскинул мозгами и решил – раз ты у нас всё равно победитель, так почему не воспользоваться этим, чтобы оплатить нам обратный путь? Надеюсь, ты не в обиде. У меня тут пока ничего интересного, разве что познакомился с одним парнем, странствующим йором, по имени Вордт. Он тоже хотел в турнире участвовать, но не прошёл вступительный тест. Оно и к лучшему, как по мне. К слову, как там дела у твоей подруги? Мы видели, как ты её лечить бросилась, комментатор по этому поводу целую речь задвинул. По правде сказать, иногда от него уши вянут. Могли бы на такую должность присмотреть кого поприличнее. В общем, не вешай нос, благо финал уже не за горами!

Вилли»

Закончив читать, Дилоя откинулась на спинку скамейки и оглядела раскинувшийся вокруг парк. Хотя, какой там парк, садик, скорее. Поблизости не было ни души, некоторые претенденты сейчас только спускались к завтраку, другие уже разошлись обратно по комнатам. На утренние прогулки никого не тянуло, что, впрочем, неудивительно. Квартирантов в Палатах осталось совсем немного и повсюду царила атмосфера лёгкого запустения. Внезапно Ди отчётливо осознала – скоро! Скоро она доберётся до финиша и, наконец, сможет избавиться от непрошенных постояльцев. А потом снова зажить своей жизнью. Какой? Она точно не знала. Зато знала, что хочет вернуться домой и увидеть родителей, Брайана… и Пятку, которая наверняка всех конюхов искусала, недовольная пропажей хозяйки. На губах девушки заиграла лёгкая улыбка. Грядущие испытания казались её сейчас лишь незначительной досадной помехой.