Шум Тунельмы не был слышен только на кровати в спальне, однако за окном комнаты проходила дорога. Единственным помещением в квартире без окон, да ещё к тому же находящимся с противоположной от озера стороны здания, оказалась ванная комната.

Закрывшись в ней от посторонних глаз и ушей, Агата села на крышку унитаза и пыталась записать очередное сообщение для Лилии Семёновны. Сделать это не получалось из-за взбесившегося смартфона.

Сенсор почти не реагировал на прикосновения, а при попытке надавить сильнее по дисплею пробегали зелёные полосы заглючивших пикселей. Но больше всего раздражало даже не это, а гул озера, продолжавший звучать в ушах Агаты. Казалось, он распространялся через землю и бежал по стенам, срывался с потолка и проникал напрямую в её сознание радиосигналом, подобно эфиру таинственной «УВБ-76». Агата, один раз обнаружив источник заполнявшего Калмаранту гула, будто настроила себя на него как приёмник. И теперь эти сводящие с ума волны начали влиять даже на технику.

Каким-то чудом всё же удалось нажать на запись голосового сообщения.

— Наконец-то! — вырвалось у неё. — Привет. Всё развивается так быстро, что я попросту не успеваю реагировать на события…

Экран сморгнул, и запись прервалась. Отправившееся сообщение выглядело намного короче ожидаемого. Агата воспроизвела его. Разобрать послание оказалось невозможно — слова в нём микрофон воспринял лишь частично и слепил в сотканную из кусочков белиберду.

«Нако-вет… — послышалось из кряхтящего динамика. — В-ви-таб… Чя-по-не… Ур-на-с…»

Пришлось удалить сообщение.

Перезагрузка телефона помогла — он начал работать как положено и без сопротивления позволил начать новое аудиосообщение. Агата решила продолжить свои мысли, опустив неудавшееся приветствие и начало.

— Фантазии моего отца теперь кажутся мне не такими уж и фантастическими, — говорила она. — Я собственными ушами слышала по радио свой голос. И не я одна. Причём услышать его мне помог переделанный папой приёмник и… Не знаю, наверняка он и магнитолу в своей машине модифицировал…

Дисплей снова сморгнул и отправил излишне короткую часть всего записанного.

«Фамот текмнета ужи фа, — звучали на записи дёрганые слова. — Я собус присг и яна…»

Не выдержав звука своего искажённого, точно в обратной перемотке, голоса, Агата остановила воспроизведение, удалила сообщение. Она теперь не только воспринимала гул Тунельмы подобно приёмнику, настроенному на «Жужжалку», но и сама на записях звучала как эта «Жужжалка».

Желания предпринимать третью попытку облечь собственные беспорядочные мысли в ясную форму не возникало. Не только из-за барахлившего телефона. Агата и сама ещё не могла до конца принять всё произошедшее после возвращения из Ведлозера. Ей хотелось быть реалисткой, но рационально оценивать послания от себя же самой через существующую уже больше пятидесяти лет военную радиостанцию было невозможно. Мысли то и дело возвращались к словам тиетяйя. «Твои сущности разделили, — говорил тогда он. — Итсе ушла в Маналу, там её и удерживают. Хенки — жизненная сила — почти угасла».

А ещё он говорил, что здесь осталась лишь её варьо — тень, причём не случайно, а по какой-то причине. «Кто-то или что-то надёжно держит узел — Калма, дух места или тот, кто с ним договорился», — объяснял шаман.

— Да, по радио вон ему позвонил и договорился, — уронив лицо в ладони, пробубнила Агата. — Какая же это всё бредятина…

Собравшись с силами, она встала и вышла из ванной. Отец опять дремал в кресле возле окна.

Отыскав в рюкзаке карту с пометкой шамана, Агата разложила её на кухонном столе и ткнула ногтем в точку, обозначавшую Калмаранту. Её отец когда-то нанёс собственноручно красными чернилами, но теперь они выцвели и стали ближе к розовым. Она повела пальцем западнее до дыры, оставленной пусетом.

Могло ли случиться так, что Юкка нарисовал крест с обратной стороны карты не случайно?

— Конечно, мир мёртвых-то под землёй, значит, с обратной стороны, — хмыкнула Агата.

Борясь с неточно срабатывающим сенсором, она отыскала скриншоты, сделанные в тех местах карты, на которые указал бывший участковый в котельной.

Разместив телефон поверх отмеченной шаманом точки, Агата начала перемещать его в разные стороны, пытаясь отыскать совпадение. Удача пришла быстро — Александр Юрьевич указывал ниже на целый корпус смартфона.

Кому из них стоило доверять? Один вроде как шаман, способный зреть сквозь миры, почти супергерой из комиксов. Второй — полицейский, лично не присутствовавший при обнаружении пропавшей двенадцать лет назад Агаты. Ошибаться мог любой из них. К тому же не было никаких подтверждений, что отец с ней отправился за мамой в нужном направлении. Или были?

Сбегав в комнату, Агата вернулась с коробкой, полной родительских записей. Где-то в отцовских бумагах она видела другие карты с заштрихованными областями. Перебирая папку одну за другой, она отбрасывала не те прямо на пол.

Образовалась уже порядочная куча высотой выше щиколотки, когда наконец на последней свёрнутой в несколько раз странице очередной папки нашлась карта. Калмаранта на ней находилась в центре нескольких нарисованных циркулем концентрических кругов. Расходящиеся от посёлка разноцветные радиальные линии доходили до самых краёв карты. Чуть больше половины получившихся секторов отец заштриховал чёрной косой линией. Часть севернее Калмаранты оставалась пустой. Южную долю заполняли зелёные линии. А вот в направлении запада сразу два сегмента оказались заштрихованы красным в сеточку. От посёлка в этом направлении указывала стрелка, проходящая как раз между метками, которые Агата оставила на своей карте по указаниям бывшего участкового Калмаранты и тиетяйя из Ведлозера.

В итоге, сложив информацию от сумасшедшего отца, неуверенного в своих словах бывшего участкового и называвшего себя шаманом придурковатого парня, Агата получила область поиска. Она оказалась достаточно обширной, но при этом значительно у́же той, что выбрал отец.

Но зачем именно туда следовало идти? Искать маму спустя тринадцать лет после её исчезновения? Брести за сигналом вероятно военной и в таком случае секретной «УВБ-76»? Открывать проход в древнекарельский ад? Хотя Туонела и не была адом.

Все эти варианты казались в равной степени безумными и оттого невыполнимыми. Теперь, обретя, вероятно, единственное возможное направление поисков правды о пропавшей маме из тех, что вообще можно было отыскать спустя годы, Агата терялась. А что, если всё это — просто удачно сложившиеся в единую картину случайности? Что, если там в тайге ни в одной из этих меток нет ничего, кроме деревьев и болот? Не могли же маму держать в плену на военной базе в мире мёртвых?

Шаман. Отец. Экс-участковый. Агата глядела на места, указанные ими. Лишними казались координаты шамана. Отец бредил радиостанцией «УВБ-76» и шёл, вероятно, к ней. По пути туда их и нашли охотники. Было неважно, как именно формировались послания в эфире станции, что означали и каким образом в них попал её голос. Он вообще просто мог быть очень похожим.

Важным Агата сочла одно: пропавшие подростки говорили про «УВБ», уходя в ту сторону, которую выбрал их отец для поиска. Это не гарантировало, что они направлялись именно к «Радиостанции Судного дня», но вероятность сохранялась. Идти в лес сейчас следовало в первую очередь за ними. Чтобы не позволить им заблудиться в глухих местах. А ответы на вопросы Агаты могли и подождать. Ведь она задавала вопросы, касающиеся уже давно мёртвых. Ребят же всё ещё можно было спасти.

Вот только как именно сообщить поисковикам, где следовало искать подростков, она не понимала. Не могла же она подойти к ним и сказать: «Они вот здесь, ну или вот тут, где-то в области этого сегмента карты, потому что я так думаю». Никто бы не поверил ей просто так. Была бы у неё хотя бы одна конкретная точка — быть может, а так саму бы скорее признали сумасшедшей.

Обувшись в кроссовки и набросив отцовскую ветровлагозащитную куртку, Агата вышла на улицу. Она прошла вдоль берега Тунельмы, огибая штаб поисковиков с возведённой над посёлком вышкой мобильной связи и полевой кухней, из которой так приятно потянуло наваристой гречкой с тушёнкой, что аж живот свело урчанием. Однако добраться до границы леса она не успела.

— Эй, девушка! — крикнули ей в спину. — Отстала? Какая «лиса»18?

— Это вы мне? — спросила она.

Обернувшись, Агата увидела мужчину лет пятидесяти в яркой оранжевой ветровке, обтягивающей объёмный живот. Он стоял возле большой каркасной палатки, над входом в которую на ветру хлопал флаг с логотипом поискового отряда «ЛизаАлерт».

— Какая я вам лиса? — возмутилась Агата, не понимавшая профессионального сленга поисковиков.

Незнакомец рассмеялся. Прозвучало неискренне.

— Так вы не наша, — протянул он. — И куда так спешите?

— Мне нужно в лес.

— На поиски, что ли, собрались? — продолжал допрашивать мужчина. — Нет, так не пойдёт, не хватало ещё на вас ресурс тратить.

— Не нужно на меня ничего тратить, я по своим делам.

— Тем более! — стоял он на своём. — Вас искать ведь придётся, причём довольно непросто в таком виде: камуфляж нацепили, ботинки…

— Это кроссовки…

— Тем более!

— Да не заблужусь я, у меня с собой карта есть, — сказала Агата, показав её.

— А фонарь? А вода? Зажигалка? Телефон полностью заряжен?

На каждый из его вопросов внутренне она отвечала «нет», но виду не подавала. Ей не хотелось это признавать, но мужчина был прав: подготовилась она к походу в лес на закате дня никак. Надолго бы её не хватило.

— Ну что, согласны?

Она кивнула.

— Теперь если серьёзно, парней искать пошла? — спросил мужчина.

Агата снова подтвердила его слова кивком.

— Ну, раз такое рвение, удерживать не могу, тем более добровольцы нам всегда нужны, — смягчился незнакомец. — Но сначала пойдёмте вас переоденем и проинструктируем. Как я понимаю, это будет ваш первый поиск?

— В таком формате — да, — ответила Агата.

Обернувшись на темнеющую непроходимой громадой тайгу, она всё же последовала за мужчиной в удивительно тихий штаб поискового отряда. В нём, окружённые запахами кофе с костром, одновременно уживались суета и спокойствие.

Поисковиков условно можно было разделить на «чистых» и «грязных». Первые возвращались из леса уставшие и перепачканные, валились на пенки отдыхать, спешили к полевой кухне. Кто-то даже обливался водой из бутылки. Вторые терпеливо ждали команды к выходу, перепроверяя рации и навигаторы.

— Я — Грант, СНМ19, — представился мужчина.

— Как? — нахмурилась Агата, решив, что ослышалась.

— Грант, — повторил он. — Вообще Григорий Анатольевич, но в отряде я просто Грант. Сегодня — старший на месте, СНМ, помогаю Корду20 с организацией поисков.

— Агата. — Она протянула ему руку. — А как зовут Корда?

Выглядевшая жёсткой рука мужчины в реальности оказалась мягкой и тёплой, будто только испечённая булочка.

— Корда звать Немо, — улыбнулся Грант. — Это координатор.

— А, понятно, — хмыкнула Агата.

В штабе под навесом над огромным столом склонилась хрупкая женщина в свитере. Перед ней лежала карта, на которой она что-то вымеряла. Рядом на складном стуле сидел хмурый мужчина с ноутбуком.

— Немо карту курит21, а вон и Лютик, наш картограф, — сказал Грант, указав на них. — Нам сюда.

Он поманил к фургону. В открытой боковой двери на подножке сидела девушка — ровесница Агаты с пышными волнистыми рыжими волосами, которые не удавалось как следует увязать, из-за чего причёска выглядела неряшливо. Торчавшее аккуратное ухо было увешано пирсингом и цепочками.

— Бадьян, экипируй добровольца, — попросил у неё Грант. — Передаю тебя нашему коменданту22… Пойдёшь с одиннадцатой лисой.

С этими словами СНМ буквально исчез, юркнув куда-то между палатками. Бадьян протянула ей руку и по-мужски крепко пожала. На запястье коменданта Агата заметила витиеватые татуировки.

Комендант медленно оглядела Агату с головы до ног.

— Это надень сверху, — сказала она, сунув светоотражающий жилет. — И переобуйся.

Порывшись в фургоне, Бадьян достала резиновые сапоги.

— Кроссовки вам чем плохи-то? — спросила Агата.

— Прекрасные! — воскликнула Бадьян. — Но для сельской местности, а не для леса. Держи, размер вроде твой.

Сапоги оказались в самый раз. Кроссовки пришлось оставить в фургоне.

— На будущее бери обувь, фиксирующую голеностоп, это поможет избежать травм, — посоветовала Бадьян. — В идеале — трекинговые ботинки.

— Спасибо, — поблагодарила Агата.

— На ещё вот, без этого нельзя.

Бадьян протянула ей вязанную красную шапку, рабочие перчатки и пластиковые защитные очки.

— А зачем очки? — удивилась Агата.

— Чтобы ветки глазами не трогать, как стемнеет, — хмыкнула Бадьян.

Одевшись как положено, Агата вышла к ожидавшим выдвижения на поиски. Их она насчитала около двадцати человек. Кто-то выглядел как она: чужеродно, немного неуклюже в непривычной одежде. Другие смотрелись почти по-военному профессионально — с рюкзаками и разгрузками, каким-то оборудованием. Большая часть внимательно слушала Гранта, который заканчивал рассказ.

— …Потому он и не хотел домой приходить, всерьёз всё воспринял, — проговорил Грант. — Но это что, вот недавно в Ростове случай был, бегунок23 из психоневрологического интерната слинял, парень с аутизмом. Видели его на заправке через пару часов, а потом голяк, как в воду канул. Народу почти как сейчас собралось — резонанс24! А найти не можем. Так что оказалось? Автостопом добрался до парома — и в Крым! А там почти до самого Севастополя на попутках — поехал маяк смотреть, о котором его покойный отец рассказывал. Семь дней прошло! И ничего, жив-здоров. Так что и наши бегунки сдюжат — с палатками пошли, походники все.

— Заливает, — хмыкнул кто-то из добровольцев под нос.

— Ты что, это же Грант! — пихнула скептика в плечо сидящая рядом девушка. — У него все истории — правда, он всю страну пешком обошёл с местными отрядами по резонансам!

— Ну прям всю, — буркнул скептик. — Работы и дел своих у него, что ли, нет?

— Говорят, он постоянно в дороге или на поисках.

— А живёт на что?

Задумавшись, девушка пожала плечами.

— Не знаю, может, квартиру сдаёт свою в Москве и на эти деньги ездит по городам, — предположила она.

— Ага, может, ещё криптобизнесмен? — не унимался скептик.

Спор прервали приглушённые хлопки в ладони. Повернувшись, Агата увидела мужчину в жёлтой бандане и оранжевом жилете поверх оранжевой же ветровлагозащитки.

— Лиса-11, в тонус! — позвал он. — Все к регистратору!

Трое из сидевших, включая спорившую парочку, поднялись с мест и поспешили за мужчиной в бандане.

— Эх, время молитвы25, — буркнул скептик.

Агата последовала за ними к внедорожнику с открытым багажником. Стоявшая возле него женщина в узких очках начала раздавать поисковикам фонари и рации.

— Гриб и Флейта тут, вижу, — говорил мужчина в бандане. — Лось, новенькая…

Он изучил взглядом одежду Агаты и удовлетворённо кивнул.

— Как звать? — спросил он.

— Агата, — ответила она, немного смутившись.

В среде, где у каждого было прозвище, имя прозвучало как-то чужеродно, однако никто этому не придал значения, будто так и нужно было. Прозвища — для посвящённых.

Ей выдали ещё тёплую от недавней зарядки рацию, карманный фонарик и компас. Едва последний лёг в руку Агаты, как его стрелка, качнувшись, начала вращаться против часовой стрелки, с каждым оборотом набирая скорость. Агата поспешила спрятать его в карман.

— Я — Пепел, сегодня ваш СПГ26, — представился обладатель банданы. — Краткий инструктаж на случай, если кто-то забыл: приоритет на собственной безопасности, идём аккуратно, стараемся не травмироваться, поиск сложный, «лис» не хватает и так, а время поджимает. Делаем всё, чтобы не пришлось спасать нас самих.

Члены поисковой группы понимающе покивали.

— Связь у всех? Отлично. С собой минимум литр воды и перекус у каждого? Агата, для тебя я взял.

Другие поисковики подтвердили наличие еды и питья.

— Команды старшего выполняем мгновенно, — продолжал Пепел. — Идём цепью, не теряем из вида соседа слева и справа. Если нашли артефакты — не трогаем, не наступаем, не перемещаем, докладываем старшему, делаем фиксацию координат и фото.

— Принято, — взял под воображаемый козырёк скептик, которого Пепел называл Грибом.

— Будем работать на отклик по команде. Кричит один, после крика — минутное молчание, слушаем любые шорохи. Если найдём пропавших — не бежим к ним сломя голову, чтобы не спугнуть или не уничтожить следы; доклад старшему и соблюдение дистанции. Первую помощь оказываем только после согласования с Зарёй27. Это понятно?

Агата поглядела на молчавших членов поисковой группы и покивала.

— Отлично, — улыбнулся Пепел. — И главное: зашли в лес вместе и выходим вместе. Никто не уходит пораньше в одиночку через кусты домой. Вопросы есть? Если нет — проверяем экип28 и к Коорду.

Вокруг защёлкали тангентами закреплённых на плечах раций. Агата тоже прицепила свою к жилету и на всякий случай привязала ремешок к клапану нагрудного кармана. Посветила себе фонариком под ноги. Пепел в это время получал навигатор у хмурого мужчины под навесом. Изучавшая рядом с ним карту хрупкая женщина в свитере разогнулась.

— Лиса-11, слушай вводные, — командирским тоном проговорила она. — Ищем пятерых подростков шестнадцати-семнадцати лет. С собой походные рюкзаки, красная палатка, запас провизии.

Агату удивило, что координатором оказался не хмурым мужчина за ноутбуком. Она перепутала их отрядные имена — Лютик и Немо. Уже не могла вспомнить, кто из них кто. Хмурый, судя по его действиям, выполнял роль кого-то вроде картографа, загружая информацию на новые навигаторы и выгружая из вернувшихся из леса.

— Ваш квадрат29 — «Д-14», сетка — пятьсот30, — продолжала Корд. — По восточному краю болото — идём аккуратно, в воду не суёмся. Задача — полный прочёс31.

Пока она говорила, Пепел внимательно наблюдал за своими подопечными, повторно перепроверяя их экипировку и, похоже, пытаясь считать общий настрой и эмоции. Агата несколько раз встретилась с ним глазами и отвела взгляд.

— Радиообмен на пятом канале, проверка связи через каждые полчаса, говорит только старший, эфир не забиваем, — наставляла Корд. — Наблюдаем за состоянием друг друга. Если кто-то натёр ногу или устал — докладываем старшему. При команде «Стоп» останавливаемся и не создаём звуков. Заходите со стороны озера и выходите на свой квадрат. Выйдете на точку — сообщите.

Им дали время обработать друг друга репеллентами. О них Агата, уходя в лес, тоже не подумала. Флейта охотно поделилась с ней своим спреем. Пока они готовились, мимо к лесу пронеслись два ревущих квадроцикла с поисковиками.

— Лиса-11, выдвигаемся, — скомандовал Пепел.

Агату он переставил, не позволив ей идти замыкающей в цепи. Между Лосем, Грибом и Флейтой Агата чувствовала себя как под конвоем. Её вели в правильном направлении, но это совсем не значило, что туда, куда нужно. Вместо того чтобы свободно добраться до точек на собственной карте, она была вынуждена прочёсывать лес по пути к ним.

Пепел шагал немного впереди, уводя группу мимо дымящегося озера к таёжной громаде, внутри которой между деревьями словно затаилась ночь, ожидавшая удобного случая выпрыгнуть наружу и проглотить Калмаранту.