— Да, — я подняла глаза. — Я была в отчаянии. Не хотела становиться его женой. Думала, хуже уже не будет.

Он молчал, и я продолжила:

— Она провела обряд. Зеркала, свеча, моя кровь и волосы. Велела посмотреть в зеркало, придумать образ своего любимого. И я… я увидела тебя.

Марат замер, не перебивая меня.

— Ты стоял в каком-то кровавом свете. И в руке у тебя был нож. Окровавленный. Ты посмотрел на меня и улыбнулся. Я испугалась, открыла глаза — зеркала треснули, свеча погасла. Старуха сказала, что ритуал нарушен, и велела уходить.

В комнате повисла тишина. Я боялась поднять взгляд.

— И что ты думаешь про это? — спросил он наконец.

— Не знаю, — честно ответила я. — Может, совпадение. Может, нет. Твоего отца убили почти в тот же день — ты мне потом рассказал. Нож. Кровь. Всё совпало.

— …Ты испугалась меня?

— Тогда — да. А теперь… — я посмотрела ему в глаза. — Теперь не знаю. Может, это был просто страх перед неизвестностью.

Марат встал, обошёл стол и сел рядом со мной. Взял мои руки в свои.

— Спасибо, что рассказала, — поблагодарил он тихо, прижавшись губами к моим костяшкам. — Это многое объясняет.

— Что именно?

— Почему ты смотрела на меня тогда, на той скамейке, как на привидение, — он усмехнулся. — Я думал, я тебе просто не нравлюсь.

Я покачала головой.

— Ты мне понравился сразу. Слишком сильно. Вот это и пугало.

Он не ответил. Вместо этого притянул меня к себе и поцеловал — мягко, не торопясь, пробуя на вкус. Я расслабилась в его руках, позволила себе утонуть в этом поцелуе.

— Больше никаких старух и обрядов, поняла? — прошептал он мне в губы. — Разбираться с твоей судьбой буду я.

— Хорошо, — выдохнула я.

Он отстранился, взял с тарелки ложку пудинга и поднёс к моим губам.

— Ешь. Давай. Ты совсем не притронулась к нему.

Мы доели завтрак в приятном молчании, изредка перебрасываясь взглядами. Я чувствовала, как напряжение уходит, сменяясь чем-то тёплым и спокойным.

— Я хочу показать тебе кое-что, — неожиданно возвестил Марат, убирая посуду в мойку. — Не возражаешь?

— Что именно?

— Сюрприз.

Он взял меня за руку и повёл в гостиную. На журнальном столике лежала аккуратно упакованная коробка.

— Открой.

Я сняла обёртку — внутри оказался телефон. Новый, розовый, блестящий. Я ахнула.

— Марат… зачем?

— Чтобы ты всегда могла мне позвонить, — он улыбнулся. — И чтобы больше никогда не ходила к ведьмам, а сразу звонила мне, если нужно узнать свое светлое будущее.

Я засмеялась, прижимая телефон к груди.

— Спасибо. Правда.

— Это не всё, — он протянул мне папку с документами. — Дом, в котором мы живём, теперь твой.

Я опешила.

— В смысле мой?

— В прямом. Я оформил всё на твоё имя. Делай что хочешь — живи, продавай, перестраивай. Это твоё.