После слов капитана в помещении на несколько мгновений установилась звенящая тишина, а потом один из молодых курсантов подошел к нам, и хриплым голосом сказал:

— Товарищ капитан, когда вас задела первая тварь — замполит… Он пожертвовал собой, чтобы спасти вас! Когда вы упали, и твари начали наседать со всех сторон — он не раздумывая выхватил свою последнюю гранату и побежал прямо на них, крикнув нам что постарается их увести, а нам надо спасти вас и утащить в безопасное место…

План замполита сработал и твари действительно пошли за ним. Часть из них он подорвал на гранате, а потом начал отстреливать их из автомата. Леонов и Силыч как могли прикрывали его, но потом эти уродские молнии влупили прямо ему под ноги, и мы даже моргнуть не успели, как замполита буквально разорвали пополам!

Курсант сглотнул, явно переживая этот момент заново, а потом продолжил:

— С такими травмами, как у него, не живут, а потому мы не стали терять выигранного времени, и подхватили вас, после чего отступили до этого здания.

После таких новостей лицо капитана Попова побледнело. Замполит явно был для него совсем не чужим человеком и он очень переживал за эту потерю. Он не сказал ни единого слова, а только кивнул, принимая полученную информацию, и даже прикрыл глаза, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями, после чего в комнате вновь повисла плотная тишина, которую изредка нарушало редкое рычание бродящих за баррикадами тварей, только и ждущих, что их жертвы ослабнут или совершат ошибку.

Некоторое время все молчали, вспоминая недавние события, а потом сидящий около стены сержант продолжил прерванный рассказ усталым голосом:

— Как только мы сюда зашли, то сразу же стали баррикадировать вход всем, что попадалось под руку: ящиками из-под патронов, осколками мебели, досками… Пихали туда всё, что могло хоть как-нибудь задержать этих тварей и ждали… Надеялись, что кто-то придёт, что нас не бросят и найдут.

В этот момент другой парень, в звании лейтенанта, хмыкнул и с неподдельной горечью в голосе сказал:

— Только вот ведь какая незадача… Сколько бы мы не ждали — кроме тварей и их хозяев, нас так никто и не нашёл.

— Хозяев? — удивленно переспросил я, не припоминая никого из тех, кто подходил бы под это наименование. — Ты сказал, что у тварей есть «хозяева»? Кто они?

Лейтенант тут же с готовностью кивнул и подтвердил:

— Да, я говорил о тех самых тварях в балахонах, про которых уже сказал Леонов. Сначала мы думали, что это просто совпадение, но потом мы убедились, что твари их по каким-то причинам не трогают! Прямо на наших глазах они проходили сквозь эту мерзкую толпу монстров, а те расступались перед ними, как море перед Моисеем!

И ладно бы они просто расступались, так они их еще и слушаются! А это уже очень большая проблема, потому что одно дело — примитивный разум твари, а совсем другое дело — изощренный человеческий разум, который может показать тварям слабые места обороны, а дальше они уже все сделают…

— Неужели за все это время вы не смогли понять кто они и что им нужно? Почему они нападают на нас? — спросил капитан обманчиво спокойным голосом, который совсем никого не обманул и все поняли, что он едва сдерживает свой гнев.

Бойцы после этой отповеди стыдливо переглянулись, а потом самый молодой курсант несмело вышел из-за спин своих товарищей, нервно поправил висевший на плече автомат, а потом сказал тихим голосом:

— Товарищ капитан… Разрешите? — и дождавшись короткого кивка, тут же начал тараторить:

— Мне тоже было совсем непонятно — почему наши соплеменники вместо того, чтобы объединиться с нами перед лицом опасности, заняли сторону наших врагов, и я пристально следил за ними, внимательно слушая все переговоры, какие только получалось услышать, вот только вся загвоздка в том, что говорят они на каком-то странном языке, которого я раньше никогда не слышал, но один раз у меня все же получилось кое-что узнать…

Мы тогда только забрались в это здание, и я гулял по радиоволнам, чтобы попробовать поймать их частоты… Все считали, что я занимаюсь какой-то фигней, но у меня в конце концов получилось! Я поймал их переговоры, а в конце передачи кто-то сказал очень тихим голосом: «Во славу Осс». Я так и не понял, что это значит, и вообще думал поначалу, что мне просто показалось, но вот… Решил все-таки сказать вам, вдруг это важно…

— Осс? — недоуменно переспросил капитан, подняв брови вверх. — Какой ещё Осс?

В отличии от капитана — я сразу понял о чем говорит курсант, вот только осознание это меня ни капельки не радовало… С этим осознанием все происходящее вставало на свои места. Балахоны, символы, рации с чужими позывными, монстры, которые безропотно повиновались… Это были последователи Лосс! Той самой твари, которая когда-то едва не убила меня, и от которой я ушёл только благодаря своевременной помощи истребителей и артиллерийской обработке с моря.

Обведя взглядом всех собравшихся, я глубоко вздохнул, а потом тихим голосом сказал:

— Ты прав, это никакой не Осс… Курсант слышал как кто-то славил Лосс!

— Лосс? — непонимающе переспросила Шани, чей голос, вопреки ожиданиям, утратил свою привычную насмешливость и сейчас был необычайно серьезен и даже встревожен. Девушка сделала осторожный шаг в мою сторону и спросила:

— Это что ещё за баба? И почему при упоминании о ней у тебя стало такое лицо, будто ты услышал, как старина Лориэн признался, что это он мастер теней? Ты о ней мне что-то уже говорил, но я тогда не придала этому значения, и теперь, похоже, зря.

Я вздохнул, но потом решил, что в несознанку играть явно не стоит — начал ровным голосом рассказывать о своем недавнем позоре, ощущая как внутри всё буквально дрожит от той силы, которую излучала эта тварь уже тогда:

— Это кто-то типа самопровозглашенной богини, которая захватила под свою власть местность неподалеку от города, и активно вербует там последователей, наделяя их при этом силой, которая совершенно не соответствует полученным им кольцам.

Я уже однажды сталкивался с ней, когда только готовился совершить свое первое путешествие в Сиалу, и в тот раз мне удалось уйти исключительно благодаря истребителям и артиллерии. Она… она очень сильная. И очень опасная. Ее последователи поклоняются ей, подобно богине, и их было нереальное количество уже тогда… В общем — эта дамочка явно не та, с кем можно шутить.

Шани слушала мой рассказ очень внимательно, и мне совсем не нравилось, что ее вечно беззаботное лицо становилось все более мрачным с каждым новым моим словом…

— И что, ты думаешь, что эти люди в балахонах — это её культисты? — спросил меня капитан вкрадчивым голосом, на что я посмотрел прямо в его глаза и отрубил:

— Я не думаю, а почти уверен в этом! Если это культисты, то тогда всё сходится! И то, что они знали ваши позывные, и то, что твари их не трогают… Все они здесь не просто так, вот только смысл их действий я вообще не понимаю!

В этот момент Шани вдруг резко побледнела, а потом сделала небольшой шаг в мою сторону, будто искала защиты и сказала:

— Я очень хочу ошибаться, но все это очень похоже на то, что эта ваша Лосс — она не просто какая-то сильная колдунья или монстр… Она — хранительница домена!

— Хранительница? — переспросил я, чувствуя, как внутри меня закипает тревожное любопытство. — Домена? Что это все значит?

— Ты никогда не слышал о колыбели? — спросила Шани, в чьем голосе слышалось удивление, смешанное с чем-то очень похожим на отчаяние, на что я сразу же почувствовал холодок, пробегающий по моей спине, и опасливо ответил:

— Нет, про колыбель я ничего не слышал… Что это за зверь такой?

Шани на это только тяжело вздохнула, после чего уставилась куда-то вдаль, и начала рассказывать голосом человека, смирившегося со своей судьбой:

— Система довольно часто присоединяет новые миры, и когда она это делает с очередным миром — в нём возникает… колыбель. Это место, где сосредоточена по-настоящему огромная сила, или, если угодно — локальный административный ресурс.

Представь себе сердце, которое питает всю магию этого мира, но спрятанное и защищённое так надежно, что никто не сможет добраться до него просто так. Чтобы получить доступ к колыбели, нужно победить семь хранителей, и каждый из этих хранителей — это существо огромной силы, которое охраняет свою часть этой мощи.

Они могут быть монстрами, людьми, духами — кем угодно. Но все они обладают исключительной властью над своей территорией, и когда обретают силу — начинают создавать домены. Это такие пространства, где их сила вообще становится практически безграничной, потому что они черпают ее не только в вере своих последователей, но и сам купол ею щедро делится, трансформируя всю энергию, потраченную на его преодоление.

Если же хранитель все-таки погибает, то его сила переходит к убийце, тем самым открывая для него доступ к сокрытой колыбели.

После этих слов моя подруга замолчала, позволяя нам осознать услышанное, и этим воспользовался капитан, который задумчиво посмотрел на девушку и произнес:

— Я доверяю Сергею, а потому не буду спрашивать — откуда вам это все известно, но позвольте уточнить… Я правильно понял, что эта самая Лосс получает силу не только от своих… подопечных, но и от купола, который трансформирует все попытки его вскрыть в энергию для своих хранителей???

Девушка на этот вопрос печально улыбнулась и едва заметно кивнула, что было красноречивее любых слов, на что капитан к моему удивлению чуть ли не побелел, и повернувшись в мою сторону сказал:

— Серега, нам нужно сделать что угодно, но выбраться отсюда как можно быстрее!

Я непонимающе уставился на него и ответил:

— Это все конечно понятно, товарищ капитан, я и так не собирался тут задерживаться… Но с чего такая спешка?

Капитан немного замялся после моего вопроса, но потом откинул в сторону все свои сомнения и выпалил:

— Если контроль над куполом не будет восстановлен — есть приказ открыть по нему огонь межконтинентальными ракетами! Ты представляешь, какую силу обретет эта твоя Лосс после такого царского подгона⁈

Услышав такие подробности, я резко повернулся в сторону Шани и обманчиво спокойным голосом спросил:

— Шани, дорогая… А ты уверена, что Лосс — одна из этих хранителей?

К сожалению нашего героя, Шани посмотрела на него с обреченностью во взгляде и ответила:

— Я не думаю, Кейрон… Я чувствую, что мы сейчас внутри ее домена, который уже начал жить по своим законам: фиолетовые молнии, монстры, которые появляются из ниоткуда, странное небо… Всё это — её власть. И если она уже развилась до такого уровня, то сила у нее по-настоящему огромная! Намного больше, чем у той Лосс, которую ты знал.

— И что это значит для нас? — напряженно спросил капитан, явно настроенный бороться до последнего. — Отсюда нельзя выбраться и мы все здесь умрем?

— Пока не знаю, — ответила задумчивая Шани, и тут же продолжила:

— Выход есть всегда, даже в самом сильном домене… Вопрос только в том, где он находится и как до него добраться. А если случится чудо и по пути мы сможем убить хранительницу, то вообще получим доступ к колыбели, когда до нее доберемся…

В этот момент я задумчиво ляпнул:

— А что до нее добираться то… Тут пешком идти пару часов…

Шани после этих слов резко подняла голову и посмотрела на меня таким взглядом, что мне даже стало не по себе…

— Ты хочешь сказать, что колыбель находится где-то рядом с нами? — быстро спросила она требовательным голосом, на что я кивнул и сказал:

— Да, если колыбель — это место падения метеорита, после которого к нам пришла система, то это место действительно находится совсем рядом…

Услышав мой ответ, Шани посмотрела на меня нечитаемым взглядом, а потом перевела свой взгляд на окно, за которым багровело чужое, враждебное небо, на котором то и дело вспыхивали фиолетовые молнии и сказала тихим голосом:

— Значит, мы находимся не просто в домене хранительницы… Мы находимся в домене ПЕРВОЙ хранительницы, и исходя из того, что я знаю — она должна прекрасно нас чувствовать.

Она подошла к окну и добавила:

— Да уж… Совсем я не ожидала, что умру не на землях Сиалы… Думала, что мой конец будет в бою, с оружием в руках, среди своих. А тут… в каком-то чужом мире, в багровом аду, от рук хранительницы, о существовании которой я даже не подозревала!

Мне очень не понравилось ее настроение, поэтому я стремительно подошел к ней и резко развернув к себе, взял ее за плечи и встряхнул, после чего почти прорычал:

— Шани! Вот скажи мне — с чего ты взяла, что умрешь? Мы с тобой за это время выходили из таких передряг, из которых не вышел бы никто, а значит и здесь мы справимся!

Моя попытка не произвела на девушку ровным счетом никакого впечатления, и все, чего я добился — это то, что она посмотрела на меня долгим взглядом, в котором не было ничего, кроме пустоты, а потом спокойным голосом смирившегося со своей судьбой человека, сказала:

— Мы в зоне влияния первой хранительницы, Кейрон, и если она уже начала возводить свой домен — значит, силы она набрала весьма немалые… Я не знаю, сможем ли мы выбраться отсюда, но зато я точно знаю, что она может убить нас в любой момент, даже особо не напрягаясь…

— Тогда почему она до сих пор этого не сделала? — спросил я, чувствуя, целую армию ледяных мурашек, пробежавших по спине. — Почему мы всё ещё живы, если она настолько сильна? Почему она не стёрла нас в пыль, как только мы вошли в её домен?

Шани ненадолго задумалась, а потом перевела на меня задумчивый взгляд и сказала то, что мне вообще не понравилось:

— Возможно, она ещё не закончила строительство домена, или… Или она почувствовала тут что-то такое, что настолько сильно ее заинтересовало, что она решила не подпускать сюда своих миньонов, а лично разобраться с происходящим…

В моей памяти сразу всплыла довольная улыбка Лосс, когда она узнала о моей принадлежности к монархам, и не желая больше ни одной минуты оставаться в этом здании, я сказал:

— Что бы это ни было, мы не можем тупо сидеть и ждать! Нам нужно сделать все, чтобы найти выход и вывести отсюда моих товарищей, а потом мы с тобой уже займемся самой Лосс!

— Ты же сам слышал, — покачала головой Шани. — Хранительница в своём домене можно сказать всемогуща. Убить её в нем — это всё равно что попытаться погасить солнце ведром воды.

— У каждого есть слабое место, нам только нужно его найти, и то! — уверенно сказал я, пытаясь убедить в первую очередь себя, на что Шани посмотрела на меня долгим взглядом, потом перевела свой взгляд на капитана его бойцов, и с привычным насмешливыми нотками в голосе наконец сказала:

— Вот что мне в тебе всегда нравилось, зеленка, так это то, что ты всегда идешь до конца и умеешь, зараза такая, хорошо убежать! Ладно… Будем искать этот твой выход, а если повезёт — еще и Лосс твою прибьем!

— Тогда не будем терять времени, — сказал я, поворачиваясь к капитану. — Ваша главная задача на текущий момент — закрепиться в этом здании и ждать моего сигнала, понятно?

— А ты? Неужели ты хочешь пойти наружу к этим тварям? — недоверчиво спросил капитан, на что я криво ухмыльнулся и сказал:

— Да, именно это я собираюсь сделать, потому что тупо сидеть в этом здании и ждать у моря погоды — это все равно, что добровольно ждать смерти, а у нас с вами, товарищ капитан, еще очень много нерешённых дел…

— А если она тебя заметит? — спросил один из курсантов с четко слышимым страхом в голосе, на что я усмехнулся еще шире и ответил:

— Если она это сделает — у меня найдется, чем ее можно удивить…