— Только ты не очень удивляйся, — предупредил я ангела уже перед входом в контору. — Мой предшественник устроил бардак в личном составе. Да и вообще бардак.

— Мне нужно что-то знать? — уточнил он.

— Пока у меня только подозрения. Просто так наговаривать не хочу. Но Перов либо клинический идиот, либо предатель. Тоже не очень умный.

— Как у вас тут интересно, — пробормотал ангел.

Я открыл дверь и вошел, полный дурных предчувствий и готовый устраивать разнос. Но увиденное приятно удивило. Свиридов сидел причесанный, бритый и даже в выглаженном костюме. Только галстук ослабил.

При моем появлении с его стола соскочил мужчина двадцати шести лет с аккуратной прической и строгим лицом. Только чертики в глазах выдавали, что строгость лишь маска. Князь Хилков мне понравился еще вчера — вдумчивый, не ленивый. Перов ему откровенно не нравился, чего князь не пытался скрыть. Вчера он откровенно высказался по поводу бездействия поручика в последнее время. Не забыл и про неудовольствие от сокращения штата. Я обещал во всем разобраться.

— Доброе утро, ваше сиятельство, — приветствовал Свиридов. — Сегодня все на местах. Кроме поручика Перова — он еще не появлялся.

Я мрачно улыбнулся, но кивнул. Что граф Перов будет саботировать работу и всеми силами показывать пренебрежение ко мне, я ожидал. Ничего, справлюсь и с ним.

— Доброе утро, капитан. Я вам рапорт на стол положил. Посмотрите, может, заинтересуетесь, — с аристократической ленцой сказал он.

Конечно, положил он рапорт не на мой стол, а в приемной перед кабинетом. Вообще, это место секретарши, но и ее Перов умудрился извести. Мол, дел не настолько много, сам справится. Только я подозревал, что секретарша сунула нос, куда не надо, начала что-то подозревать, вот и поплатилась. С другой стороны, могла попасть в место получше и поближе к столице хотя бы губернии.

— Благодарю. Посмотрю в первую очередь. Как только разберусь с недавним делом, — ответил я.

— Это каким? — насторожился корнет.

— Прорыв гоблинов.

— Так это же дело Надзора, — заметил он и кивнул на моего спутника.

— Возможно, не только Надзора, — заметил я. — Знакомьтесь. Князь Кирилл Вяземский, поручик Чудного Надзора. Как раз идем разбираться, влезать нам в это или нет.

— Хмм… — глубокомысленно протянул Хилков. А когда мы с ангелом уже поднимались, услышал его слова, сказанные Свиридову. — Не вздумай вякнуть Перову.

— Да понял я, понял, — откликнулся Свиридов. — Суетные времена настают.

— Вот именно. Завязывай с бутылкой.

Дальше я уже не слышал, но и этого достаточно, чтобы довольно улыбнуться. Все же не всех нормальных людей Перову удалось убрать. Конечно, скорее всего остались лучшие из худших, но и такие порой начинают думать, если припрет.

Мы с ангелом молчали всю дорогу до моего кабинета. Коридор оставался пуст, как и вчера, но все же за несколькими дверьми по обе его стороны сегодня слышались голоса. Вот и хорошо. Интересно, где носит Перова? Может, он намеренно нарывается, проверяет границы и мой характер? Посмотрим.

— Как-то мрачно у вас, — заметил ангел, когда мы зашли в кабинет. — И безлюдно.

По пути я забрал рапорт Хилкова, но бросил лишь короткий взгляд — не об отставке и хорошо. Сейчас решу главный вопрос и займусь этим.

— Да, Перов постарался.

— Ладно. Не мое дело. Давай ближе к нашим гоблинам. Где… — пока говорил, ангел осмотрелся и увидел карту. — А, вот.

Он подошел к ней и начал изучать. А я пока развел шторы и впустил серый утренний свет. За окном начал моросить заунывный дождик с мелкими крупинками снега. Тоска. Но к делам. Я отвернулся и подошел к карте.

— Смотри. Вот тут они вошли. Сюда дошли, — начал говорить он и водить по карте ручкой вместо указки. — Тут их встретила Яга и наши силы и они повернули.

Я проследил за ручкой и удивленно вскинул брови. Что-то не сходилось.

— Хочешь сказать, что вышли они почти на официальном пропускном пункте, а возвращались уже через ущелье. Хотя до КПП ближе. Так не убегают, ты же понимаешь, — заметил я. Ангел кивнул. — Что у вас по этому поводу говорят?

— У нас по этому поводу отправили меня проверять. На самом деле я сам вызвался — очень уж надеялся, что ты тоже заинтересуешься и придешь. И не ошибся.

— Значит, в Надзоре понимают, что это не просто вылазка, но не понимают, чего они хотели, — пришел я к выводу, а сам ощутил чужое присутствие и начал разворачиваться. — Так. А что у нас тут или в этой стороне?

— В этой стороне у нас только музей.

— А в нем лежат артефакты, — заявил Кощей. Это его я заметил.

Зато надо было видеть, как подпрыгнул ангел. Я едва сдержал смех, а он схватился за сердце и покачал головой.

— Зачем же так пугать… — пробормотал он.

— Ангел. Значит, не показалось мне в тот раз, — протянул царь Нави с ехидной усмешкой. — Что же поздороваться не пришел, пернатый?

— Да… как-то… закрутилось все сразу, а потом… простите, государь, — пролепетал ангел и шумно сглотнул.

— Ладно, с тобой после разберемся. Что у вас? — вернулся к главной теме Кощей. — Зачем гоблинам понадобились артефакты индейские?

— Уверены, что они? — уточнил ангел.

— Вряд ли гоблины рвались полюбоваться на наконечники стрел первого века до этой эры, — фыркнул я. — А ты сам говорил, что в ритуале нужны артефакты.

— Так! А ну-ка рассказывайте все, — потребовал Кощей.

— Наш белокрылый друг знает основную цель прибытия Скарлетт. Она должна открыть врата для демонов Преисподней, — сказал я. — Говорит, что она уже совершила несколько попыток, но настолько неудачных, что никто этого не понял. А тут…

— А тут у нее может получиться, — продолжил за меня мой наставник озадаченно.

В его глазах я увидел искру прозрения. Он стремительно подошел к карте и начал ее изучать, бормоча что-то под нос. Ангел открыл рот, но я резко покачал головой — молчи. Он закрыл рот и стал смиренно наблюдать за Кощеем.

Через две минуты царь Нави попросил карту мира и поизучал еще немного ее. Потом согласно покивал своим мыслям и повернулся к нам.

— Ну что же, теперь ясно, почему она появилась именно в Альбионе, — заявил он. — Стоунхендж — самое очевидное место для открытия врат. Но что-то пошло не так. Потом сунулась в Колизей Рима. После несколько лет звезды не сходились в нужную комбинацию, но она не сидела на месте. Попыталась ослабить Россию. Видимо, думала использовать что-то здесь или просто захватить — у нас много всего полезного.

— И недавно в Мадриде, — вставил ангел.

— Там тоже, да, — согласился Кощей.

— Но почему она решила сделать еще одну попытку тут? — удивился я. — Есть же Йеллоустон, есть… Синай, например. Плато Гизы. Да куча мест силы.

— Если у нее не получится с Йеллоустоне, то Америк станет четыре, — пояснил мой наставник. — Вулкан начнет извержение и все.

— А тут просто извержение и уничтожение всего одного Алексеевска, — проворчал я.

— Получается, нам не только вторжение остановить надо, но и извержение предотвратить, — озадаченно почесал шею ангел.

— Делов-то, начать да кончить, — фыркнул я, но сразу стал серьезным снова. — Ладно. Это все присказка. Какой сказка будет? Какие нужны артефакты, сколько, где она их намерена брать? Думаю, за три или четыре попытки Скарлетт поняла, что и как делать, что ей надо и где.

— Если поняла, то молодец. Выберет она один из этих вулканов, — сказал Кощей и указал точки на карте. — Артефактов ей понадобится пять.

— Пентаграмма? — уточнил я и покачал головой. — Конечно, мог бы и сам догадаться.

— Верно, пентаграмма. А тебе, пернатый, понадобилось бы восемь для звезды Давида. Только ты тут столько не найдешь, — самодовольно заявил Кощей.

— Да знаю я. И не собираюсь. Тех, кто сейчас заправляет Небесами, я сюда пускать не хочу, — проворчал ангел.

— Как у вас там интересно, — усмехнулся мой наставник. — Ладно. Теперь к артефактам. В музее этом есть один, но он не самый лучший. Видимо, за ним пошли, потому что проще всего взять. Проверьте, не было ли кражи в другом месте — вдруг это отвлекающий маневр. А я подумаю и пришлю тебе список того, что действительно могут украсть.

— Да какой маневр, если там с десяток гоблинов погибли и тролль? — удивился ангел.

— Ты думаешь, пернатый, гоблины у них ценные существа? Нет, это разменный материал. Так что да, легко могли отправить на убой. Так. А с Константином я сам поговорю.

— О чем? — удивился я.

— Скарлетт нашей понадобится нечто, что символизирует страну. И достаточно сильное, раз она решила проводить ритуал на ее границе, — пояснил царь Нави. — Все, я пошел. Список жди в блокноте.

И он исчез.

— Ладно, я тоже… — начал ангел.

— Ах да, забыл. Пернатый, идем со мной. Пообщаемся, — заявил Кощей, вновь появившись, и приобнял его за плечи.

— Да, но я… мне…

Договорить ему было суждено где-то в другом месте.

Мне оставалось посмеяться и приступить к работе. За него я не переживал — Кощей только с виду грозный с друзьями. А ангел явно пришел помогать, а не мешать. Потому я взял рапорт Хилкова и сел с ним за стол.

В документе говорилось о накладных на пушнину. Десять тюков доставили позавчера с территории Канады. Все взвесили. Но при одинаковом объеме один мешок весит больше на килограмм и двести грамм. Когда на это указали проверяющему, он велел не обращать внимания. А проверяющим выступал граф Перов, поручик Тайной Канцелярии. Так-так.

Я вспомнил, что вчера видел накладные, но не заметил в них ничего необычного. Или же просто не вникал. Теперь осмотрел стол, заваленный документами. Где же они были? Ах да. Выудил папку с ними из-под папки с липовыми отчетами от других служащих, расчистил место и разложил перед собой.

С первого взгляда ничего необычного. В том грузе значились не только мешки с пушниной, но и другой товар. Разумеется, его еще не растаможили, но поставили в первую очередь. Вот на что я не обратил внимание вчера. В Москве я занимался другими вещами, потому не привык копаться в подобных документах. Придется привыкать — это граница. Как же просто было в Польше — просто ловишь перебежчиков и сдаешь Зотову. Пока не попался тот особенный и не началось… все это. Пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать воспоминания, и снова углубиться в изучение документов.

Кроме пушнины, в накладной значилось двадцать ящиков с элитным алкоголем и манакар марки «Ягуар». Как-то мало. Я обратил внимание на отправителя и все встало на свои места — частное лицо. Некий сквайр Трелони из Ванкувера. Понятно, едет продавать свой товар, а манакар для удобства передвижения. Стоп. Что⁈

Я перечитал имя. Сквайр Джон Трелони. Да они издеваются. Это же имя персонажа из произведения, которого здесь, в этой версии Земли, никогда не писали. Потому что Стивенсон тут не стал писателем, он увлекся юриспруденцией, поступил в прокуратуру и погиб от рук бандитов, дело которых вел. От него остались какие-то наброски, но книгой это не назвать. Знаю я это только потому, что в свое время заинтересовался отличием этой версии реальности от большинства других.

Итак, это дело рук Скарлетт. Иного варианта настолько полного совпадения я не видел. И не поверил бы. Интересно, к этому имени прилагается реальный человек или им было важно только, чтобы груз оказался на нашей территории? И как я вчера не заметил? Вероятнее всего просто зациклился на проблемах конторы.

Я еще раз перепроверил накладные и сопроводительные документы. Все верно, имя явно липовое, проблемы с весом одного тюка и необъяснимый перенос груза в начало очереди. Неужели Перов все же работает на Скарлетт? Но зачем? Вернее, чем ему не угодила Российская Империя, как тогда не угодила полякам?

Пойду прогуляюсь до склада таможни. Может, найду причину. Я убрал документы в сейф, все закрыл, подхватил пальто и отправился изучать еще один кусок Алексеевска.

* * *

Она смотрела в окно, но не видела ни белого безмолвия долины, ни горных вершин. Она зябко обнимала себя, но не от холода — огненный дух хорошо натопил дом. Это нервы.

Всего неделю назад Скарлетт так нравилась шутка с именем из одного из знаменитых романов, который тут никогда не был написан. Никто здесь и предположить не мог, что имя Джон Трелони не настоящее. Впрочем, человек за ним все же есть и он ждет на той стороне. Только стоит ли ему теперь забирать товар? И все из-за него.

Дмитрий Татищев. Как же она его ненавидела. Он портил ей жизнь в Преисподней и продолжает портить здесь, даже не подозревая об этом! Из-за него она потеряла большинство глаз и ушей в Москве и Петербурге. Потому и не узнала вовремя, что он едет сюда.

Еще и Перов не предупредил о нем. Сделал удивленные глаза и развел руками со словами: «откуда ж я знал, что это важно? Думал, очередной служака, которого обведу вокруг пальца, как вожу генерал-майора из Хайдеска». Этого обведешь, как же.

Татищев явно уже начал действовать. Кто бы еще смог прибить пятерых троллей засады⁈ Перов проверял — Надзор не отправлял в ущелье группу. Значит, туда пришел кто-то один и уложил всю пятерку. Вернее не кто-то, а конкретно темный маг. Единственный такой сейчас на границе, кто способен на подобное — Татищев. И что же его принесла нелегкая⁈ Он должен в Москве почивать на лаврах после разоблачения Одоевского. Так почему он тут, на задворках Империи?

Запоздало, но новости пришли. Якобы император Константин сослал его в Алексеевск высочайшим повелением. Слухи ходили, что чем-то молодой граф ему не угодил. Какая ерунда.

За десять лет Скарлетт поняла, что русский император ничего не делает просто так. Тем более не разбрасывается кадрами. А Татищев для него кадр весьма ценный. Значит, ссылка прикрытие? Но что может знать царь, если она сама начала действовать тут не так давно? Или Марья снова подвела и навела на след? Ох, чуяло сердце, что не ее надо было поднимать, а выбрать какую-нибудь Василису. Только слишком уж они у них Премудрые — то перемудрит, то намудрит. А найти ту, которая все по уму сделает и при этом не додумается, что ее используют, не получилось. Теперь придется идти до конца.

Одно радовало в этой ситуации: теперь она действует сама. Сама выбирает исполнителей, сама дает указания. Одно плохо — не на кого теперь свалить неудачу. Если провалится, если допустит ошибку, то только сама.

Скарлетт встретилась взглядом с желтыми глазами своего отражения и мрачно улыбнулась. Пора исправлять ситуацию. Если Татищев конфискует товар, план придется менять. А этого очень не хотелось бы.

При помощи того груза ее подручные должны добыть один из артефактов, наиболее подходящих для ритуала. Альтернатива вызывала опасения. Переживать еще одну неудачу не хотелось. Она означала, что придется ждать еще четыре года, когда звезды сойдутся для еще одной попытки в Стоунхендже. А там после последнего раза еще не улеглась пыль.

Демоница тряхнула рыжей головой, прогоняя воспоминания и плохие предчувствия, и подошла к столу. Взяла колокольчик и позвонила. И села в кресло ждать.

Меньше, чем через минуту прибежал молодой человек и склонился в глубоком поклоне. Этого юношу она подобрала на улице пять лет назад, тощего и голодного. Отмыла, одела, обучила. Теперь он служил ей вернее пса.

— Принеси кофе, Эдвард. И скажи, кто у нас есть на русской таможне? Ближе всего к складам?

Да, она посвятила мальчишку в свои тайны. О, как у него загорелись глаза, когда он все узнал. Как жаждал он прибытия демонов, чтобы самому переродиться и получить магию! Его даже не смущало, что при этом он потеряет свой человеческий облик, весьма симпатичный, надо сказать. Но Скарлетт ему не врала. Пожалуй, он единственный, с кем она всегда оставалась честна. И он платил ей верной службой.

— У нас там гоблины, моя госпожа. Много. С десяток лепреконов, шесть оборотней и три пуки. Кофе сейчас желаете черный?

— Нет, со сливками и ложкой сахара. Прикажи оборотням затаиться на складе и убить того, кто начнет рыться в наших мешках. Ты знаешь каких.

— При всем уважении, моя госпожа. Но разве пуки не будут сильнее, если вы подразумеваете визит графа Татищева?

Скарлетт подумала, постучав пальчиком с длинным алым ногтем по губам, и кивнула. Пуки — те же оборотни, но при этом все же духи. Потому они не обладают таким характерным запахом, какой исходит от верфольфов. Значит, их будет сложнее распознать.

— Да, пусть будут пуки. Эти духи лучше маскируются. А от оборотней несет псиной — он может учуять. Но все же пусть парочка блохастых будет поблизости. На всякий случай, — распорядилась она.

— Будет исполнено, — сказал Эдвард невозмутимо, еще раз поклонился и ушел звонить и варить кофе.