Глава 4.

После этого Сареф честно рассказал Маркусу о том, что с ним происходило после того момента, когда шестеро его бойцов остались сражаться с безголовой обезьяной, а он рванул дальше. При этом Сареф честно и добросовестно рассказывал все детали, как он увидел этого Паука, как начал с ним сражаться, как понял, что у него просто нет времени на полноценный поединок… и как ему пришлось прибегнуть к такому же приёму, к какому он прибег в Женевьеве, чтобы остановить монстра. Как в процессе Захир получил травму, несовместимую с жизнью — и ему пришлось ограничиться тем, что он сломал оружие этой твари, но на самого Паука времени, к сожалению, не хватило…

— И ты вот так просто позволил этой твари уйти? — не поверил Маркус, — как ты мог так рисковать⁈ А если бы она потом ударила тебя в спину?

— Не ударила бы, — спокойно ответил Сареф, — этот посох был главным оружием орды, которая организовала нападение. Без него все монстры просто разбежались… полагаю, потому, что их просто стало невозможно контролировать.

— Какая разница⁈ — сердито перебил его Маркус, — ты должен был захватить эту тварь в плен, чтобы мы могли её допросить! Раз уж ты, по твоему собственному признанию, понимал её речь! Можно было столько всего узнать!

— Вы бы предпочли, чтобы Захир умер во время этой вылазки? — невозмутимо спросил Сареф. В ответ на это Маркус наклонился к нему так близко, что их носы едва не соприкасались друг с другом.

— НЕ СМЕЙ играть со мной в эти манипулятивные игры, мальчишка! — разъярённой змеёй прошипел Маркус, — я каждый день смотрю в лица родственников тех, кто отдаёт свои жизни в борьбе с орочьими мародёрами! И каждый раз подробно выслушиваю, почему в этом виновато клановое руководство! Так что оставь эти жалкие манипуляции себе, Захир — солдат, и он знал, на что шёл!

— Возможно, — невозмутимо ответил Сареф, ладонью отодвигая от себя Маркуса, — однако мне было неизвестно, на что способны эти твари, и есть ли вообще смысл брать их в плен. Вполне возможно, что он при такой попытке просто покончил бы с собой. А этот проклятый посох подхватила бы другая тварь — и тогда клан Зинтерра уже точно бы понёс невосполнимый ущерб.

— Зато, — Сареф невозмутимо указал взглядом на Захира, — мне совершенно точно известно, что у нас запас людей строго ограничен. А людей знающих и компетентных — так тем более. Поэтому, надеюсь, вы с пониманием отнесётесь к тому, что я сделал ставку на то, чтобы сохранить людей.

Маркус недовольно засопел — но больше ему возразить было нечего. Сареф не был членом его клана; мало того — он не был даже солдатом, которому что-то можно было предъявить. С такой точки зрения тот факт, что Сареф бросился помогать защищать поместье от врагов, которые совершенно точно имели все шансы убить его навсегда, уже намного больше, чем можно было от него ожидать.

— Ну что ж… это можно понять, — наконец, нехотя протянул Маркус, — да и тот факт, что всегда легче рассуждать задним числом, тоже не стоит сбрасывать со счетов, а вот не растеряться на поле боя здесь и сейчас, когда дорога каждая секунда… Ну что ж, тогда, с твоего позволения, ещё вопрос. Захир отчитался мне о том, как прошла вылазка с его точки зрения. И о том, как ты его спас. И… это всё звучит настолько невероятно, что даже и не верится. Можешь быть, тебе есть, что дополнить на этот счёт?

— Нет, — покачал головой Сареф, — ну, разве что добавить вот этот факт в копилку того, почему тварь Хаоса сумела уйти. Вам может показаться, что я сотворил чудо — но даже такое чудо возможно буквально в течение нескольких секунд. Если бы я хоть чуть-чуть промедлил…

— Сареф, не надо вешать мне лапшу на уши, — холодно заметил Мэндрейк, — по-твоему, раз я глава клана, то у меня не было боевого опыта? Я десять лет служил на границах с орочьими Ханствами, и я отлично представляю, что такое боевая медицина. Если тебе отрубили голову, и ты при этом не отправился на перерождение — значит, что тебя убили навсегда.

— Нет, — невозмутимо ответил Сареф, — это значит, вас учили недостаточно хорошо.

После этих слов в кабинете на несколько секунд воцарилась тишина. Захир даже отвернулся в сторону, чтобы не видеть этой неловкости… Зато Нед смотрел на Сарефа с огромным одобрением, даже не пытаясь скрыть довольную улыбку.

— Что… что ты сейчас сказал? — прошипел Маркус.

— Полагаю, если вы десять лет служили на границах с орочьими Ханствами — проблем со слухом у вас быть не должно, — с лёгкой ехидцей ответил Сареф, — потому что, в противном случае, я не понимаю, какие ко мне претензии. Отрубили ли тогда Захиру голову? Да, отрубили. Смог ли я пришить её обратно? Да, смог. Стоит ли Захир сейчас здесь, живой и невредимый? Да, вот он стоит. Какие ко мне вопросы? Я опять в чём-то оказался недостаточно хорош?

Маркус злобно засопел, но ответить ничего не успел. Вместо этого он злобно посмотрел на Захира, который уж меньше всего был виноват в том, что случилось.

— Возможно, я выразился слишком резко, — деликатно заметил Сареф несколько секунд спустя, — приношу свои извинения. Однако я прошу вас, Маркус, не делайте ошибки, которую столь часто допускают люди вашего уровня. Если вы опытный и умный солдат, это не означает, что вы самый опытный и самый умный солдат. И если случилось что-то, что не умеете делать конкретно вы — это не означает, что такого не умеет делать никто. В конце концов, ваш человек стоит здесь, живой и здоровый. Это, как по мне, повод лишний раз сказать спасибо, а не причина создавать скандал на пустом месте.

— Ну а что насчёт того приёма, которым ты свалил эту тварь? — прорычал Маркус, понимая, что ещё немного — и он окончательно выставит себя идиотом, — кто тебя этому научил?

— Какое это имеет отношение к тому, что сегодня случилось? — невозмутимо спросил Сареф.

— Самое прямое! — заявил Мэндрейк, — как знать, может быть, и нападение монстра Хаоса в Женевьеве, и это нападение орды связано с тем, что в Системе появился кто-то, кто учит молодых дураков подобным знаниям… и молодые дураки, в силу, собственно, своей молодости и дурости, охотно на это ведутся!

— Маркус, да закрой ты уже рот, — закатив глаза, сказал Нед, — ты хоть сам слышишь, какой бред ты несёшь?

— Ну а что я могу сделать, если вы упорно отказываетесь сотрудничать? — деланно усмехнулся Мэндрейк, — только предполагать самое невероятное! Я же должен понимать, с какой опасностью могут столкнуться мои люди!

— Ваши опасения справедливы… но, полагаю, вы и сами знаете ответ на этот вопрос, — усмехнувшись, сказал Сареф.

— Вот как? И каким же это, интересно, образом? — язвительно поинтересовался Маркус.

— Список Чемпионов во Всесистемные Состязания, — пожал плечами Сареф, — полагаю, вам отлично известно, что моё имя находится в этом списке. Как и имя вашего Чемпиона, который одержал победу в следующих Состязаниях — и потому в грядущих Всесистемных будет участвовать вместе со мной.

— Поэтому да, Маркус, — мягко улыбаясь, продолжил Сареф, — я оценил как ваши деликатные попытки разузнать подробнее о моих исцеляющих способностях — но на эти вопросы я имею право не отвечать, потому что не обязан свидетельствовать против себя перед главой клана, Чемпион которого — мой прямой конкурент в борьбе за титул победителя Всесистемных. И я так же оценил ваше беспокойство по поводу запрещённых приёмов, которыми я владею… но не волнуйтесь, те, кто меня этому научил, так же очень подробно объяснили мне, что использовать их на любых официальных турнирах запрещено. Поэтому, при всём уважении, Маркус… мы с огромным уважением относимся к тому, что вы защищаете наш материк от нападения орков… но при этом политические интриги никогда не были — и не будут самой сильной вашей стороной…

От последних слов Маркус натурально позеленел от ярости, после чего злобно посмотрел на Адральвеза и… ничего не сказал. Сареф сначала даже не понял этого движения… но потом догадался. Если бы Сареф был членом клана Зинтерра, то Маркус в такой ситуации мог потребовать от магистра демонов, чтобы тот приструнил своего подопечного. Но… Сареф членом клана Зинтерра не был — и потому в данном случае Адральвез не нёс ответственности за его действия. Маркус хотел разговора с мальчишкой? Вот мальчишка, разговаривай. А если ты не можешь приструнить его и поставить на место — это уже, уважаемый, не наши проблемы…

— Ладно, — Маркус тряхнул головой, — ещё мне нужно поговорить с одним из твоих бойцов, что были на передовой и сражались…

— Нет, не нужно, — неожиданно жёстко ответил Адральвез.

— Что значит — не нужно⁈ — тут же вскинулся Маркус, — мои лучшие люди были здесь, они рисковали не меньше, чем все остальные, они внесли решающий вклад в то, чтобы спасти ваши шкуры, в конце концов! Вы не можете…

— Вот своих людей и допрашивай, — невозмутимо парировал Адральвез, — моих людей ты допрашивать не имеешь права.

— Адральвез, ты не можешь запретить мне это сейчас! — тихо проговорил Мэндрейк, — этой ночью здесь произошло то, ради чего и создаётся Орден, в который собираются лучшие люди всех кланов! Мы не просто имеем право знать — мы должны знать для нашего будущего выживания, что здесь произошло!

— Вот и говори об этом со своими людьми, — холодно сказал Адральвез, — они дадут тебе исчерпывающие ответы на твои вопросы. Я не будут сейчас дёргать своих раненых ребят для того, чтобы они рассказали тебе ровно то же самое. Сареф сообщил тебе всё, что мог. А если ты обиделся на то, что он раскусил твои неуклюжие попытки вызнать о его способностях — то я здесь…

— Хватит! Хватит! — прорычал Мэндрейк, — я не для того посылал сюда своих лучших людей, чтобы вы…

— Маркус, мне кажется, у вас есть достаточно неотложных дел, — устало сказал Сареф, которому всё это уже надоело, — предлагаю вам пойти и заняться ими. А я…

— Так-так-так, — Маркус с новым интересом впился взглядом в Сарефа, — кажется, мальчик хочет поторговаться! И что же ты, мальчик?

— А я не будут говорить Жерару, что вы считаете его внука жадным, неконтролируемым и поехавшим дегенератом, который спит и видит, как бы заключить сделку с Хаосом, — хладнокровно закончил Сареф.

— Я… я не… я не так… я этого не говорил! — Маркус запнулся всего на секунду, но этого уже было достаточно. Да и любому понятно, что в данной политической ситуации меньше всего хотелось ссориться с главой одного из двух ведущих торговых кланов.

— Верно. Не говорили, — кивнул Сареф, — как и не доставали руководство Зинтерры своими вопросами больше, чем того требовала ситуация, не так ли?

Маркус злобно засопел, с неприязнью глядя на Сарефа — но тот со стальным спокойствием смотрел на него в ответ. Здесь глава Мэндрейк заслужил каждую полученную оплеуху, потому что он в какой-то момент начал откровенно перегибать палку. То, что Маркус и его люди страдают, защищая Севроганд от орков — за это ему почёт и уважение. А вот то, что Маркус, прикрываясь этим фактом, начинает творить дичь и ересь в других кланах — это уже подлость, которую необходимо пресекать.

— Захир, ступай за мной, — распорядился Маркус в последней попытке хоть как-то сохранить лицо, — нам ещё нужно переговорить.

Сразу после этого глава Мэндрейк стремительно вышел из кабинета. Захир, который, несмотря на свой профессионализм, не смогу удержаться от того, чтобы закатить глаза, послушно вышел за ним.

И как только за ними закрылась дверь, как Нед довольно рассмеялся.

— Ну, вот это я понимаю, — он ещё раз одобрительно взглянул на Сарефа, — молодец, парень, грамотно поставил его на место. А то… ну давайте по-совести, Маркус неплохой человек, и боец хороший, и глава клана не самый худший… но он как начнёт задвигать свою телегу про то, какой он бедный и несчастный, и как его орки без конца обижают — так взвыть хочется, он в эти моменты хуже Дюваля становится!..

— Ладно, ладно, — сказал Адральвез, — спасибо, Сареф. Как я и просил — ты всё честно рассказал Маркусу, но при этом не стал перегружать его мозги ненужной информацией.

— Да он и так нос к потолку задрал за то, что его люди помогли мне с этой вылазкой, — буркнул Сареф, — если рассказать ему ещё и такое — у него вообще случится несварение котелка.

Нед гыгыкнул, и даже Адральвез, вероятно, снисходительно улыбнулся.

— Сейчас важно другое, Сареф. Начиная с момента, который наступит где-то через полчаса — и… я не знаю, насколько долго это продлится, но я в течение этого времени буду недоступен. Поэтому, ещё раз, Сареф, если мы чем-то можем тебе помочь — говори.

— Да… вообще я шёл сюда для того, чтобы проведать Ванду, — сказал Сареф, — потому что направил её сюда я, и…

— Ты боялся, что девочку будут здесь обижать? — поинтересовался Адральвез.

— Нет… я понимаю, что вы бы позаботились о ней, — неловко сказал Сареф, — но… просто…

— Что? — участливо спросил Нед, — говори смелее, парень, уж после того, что случилось этой ночью, ты можешь не ссаться от того, что тебе ссыкотно что-то нам сказать.

— Да потому что среди членов Зинтерры я ни разу не видел, ни гномов, ни орков, ни эльфов! — выпалил Сареф, после чего деликатно добавил, — ну… кроме вашей жены, конечно. А вы сами говорили, что для членов клана — нормальная практика взаимодействовать через соперничество и проверки на прочность. Ну и… короче, когда я лично увидел, что с ней всё в порядке, мне стало легче.

— Понимаю, — снисходительно кивнул Адральвез, — на самом деле это довольно любопытная тема. Среди орков, гномов, эльфов — носители хилереми, конечно, есть. Их очень немного, они почти все — из знатных семей. И, собственно, почти всегда они проходят индивидуальный курс обучения. Потому что их семьи, как правило, не желают афишировать того, что они обретают такую силу. Так что насчёт Ванды можешь не переживать, Сареф. Я почти сразу подобрал ей наставника — и с ним девочка значительно продвинулась вперёд, как в уровне силы, так и в уровне отношений со своим подопечным… даже несмотря на некоторые… кгхм… нестандартные обстоятельства. Это всё — или есть что-то ещё?

— Да, — сказал Сареф, — в процессе моих путешествий мне стало известно, что носитель хилереми может овладеть техникой, когда он использует тело хилереми как своё собственное. Я хочу научиться делать так же.

— Как интересно, — протянул Адральвез, — и с какой же целью, если не секрет, ты хочешь овладеть подобным?

Сареф, который только сейчас понял, что он сказал, поспешно прикусил язык. Но было уже поздно… слишком уж расслабило его то, как он ловко поставил на место, а потом ещё и выставил отсюда Маркуса Мэндрейка. А, между тем… после всего того, что случилось этой ночью, вероятность того, что Адральвез с одобрением отнесётся к тому, что задумал Сареф… была… ну, мягко говоря, крайне мала…

— Сареф, — мягко сказал Адральвез, — на случай, если ты ещё не понял — я повторю. После того, что случилось сегодня ночью, ты больше не вырвешься так просто из наших заботливых когтей. Так что давай, не спеша и по порядку: зачем тебе понадобилось учиться этому приёму?..