Глава 11.

Сареф поспешно вызвал Системное окно. Хоруш сейчас явно задействовал всю доступную ему мощь, которую нельзя было недооценивать. В том числе и потому, что они, как и в случае с Сиреневым Фениском, были первыми, кому удалось зайти так далеко в бою с этим монстром. А, значит, произойти могло всё, что угодно…

Призыв демона!

И вот, наконец, Хим, который столь долго ждал возможности лично вступить в бой, с рёвом материализовался перед Сарефом — и тут же бросился к почерневшему дереву, выстрелив по нему своим коронным огненно-световым лучом. Сареф же, переводя Барелем в атакующую стойку, бросился ему на помощь. Почерневшее дерево выглядело совершенно безжизненным и еле-еле волочило сгнившие обрубки корней… но именно это обманчивое впечатление могло вылиться в самую настоящую катастрофу.

Дерево, которое сочилось ядом, шагало к ним быстрее всех, размахивая ветвями, с которых во все стороны летели обжигающие брызги. И шагало оно прямо на Ванду со Стивом… блестящие ветви так и манили использовать какое-нибудь огненное умение, чтобы поджечь всю эту конструкцию. Но… Ванда тоже прекрасно просчитала эту тактику — и поступила ровно наоборот.

Нижняя пара лап, паривших за её спиной, исторгла волну холода… и волна эта всего за несколько секунд заставила дерево застыть на месте. Ядовитые сосульки свисали с его ветвей, сверкая, словно зимой. Однако же… это был ещё не конец.

Ствол дерева треснул… и оттуда рванул рой разъярённых ос. Вот только летели эти насекомые медленно, сонно: холодная атака Ванды явно не прошла для них даром. Одновременно стала ясна опасность огненных атак против этого дерева: тогда, подстёгиваемые пламенем, эти ядовитые осы бросились бы на них с десятикратной скоростью. Теперь же… Стив, сжимая в руке верную ромфею, отозвал Шевью в свой разум, после чего поднял руку… и его окружило уже знакомое ослепляющее сияние, которое так же закрывало и Ванду. И сонные осы, сталкиваясь с этим сиянием, окончательно погибали и падали на землю.

Месс и Орик вышли против огненного дерева, с которого летели горящие головёшки и тлеющие листья. Мало того, что дерево распространяло вокруг себя крайне неприятный дым, который сильно затруднял дыхание, так ещё и земля вокруг него взрывалась огненными фонтанчиками. Вроде бы и не смертельно, но несколько таких атак подряд уже могли стать серьёзной проблемой.

Орик бесстрашно рванул вперёд, и мгновение спустя смазанная тень отрубила у древа сразу 3 крупных ветви. Однако мгновение спустя Орик появился рядом с Мессом… и хотя видимых повреждений у него не было, он дышал так тяжело, что, казалось, он только что пробежал весь Севроганд от западного побережья до восточного.

— Я… не могу… дышать… в этом… дыму… — прохрипел он. Месс невозмутимо кивнул, после чего развёл руки, которые налились зелёным светом… и совершил оглушительный металлический хлопок. И в тот же момент… пламя на ветвях дерева просто погасло.

— Сейчас! — скомандовал Месс. Орик, не тратя времени даром, снова рванул вперёд — и теперь дерево понесло уже куда больший ущерб. Пламя на ветвях неохотно занималось снова, но Мессу достаточно было всего одного хлопка, чтобы снова погасить его. Возникало ощущение, что Месс на короткое время делал воздух вокруг этого дерева невосприимчивым к горению, и это работало на него самым пагубным образом. Наконец, спустя 3 серии атак и второе дерево пало под натиском ходоков.

Сареф и Хим, тем временем, бились с почерневшим деревом. Оно то и дело отвечало на их удары, выстреливая парой десятков тёмных игл, но Сарефу и Химу достаточно было естественного уклонения, чтобы избежать этой атаки. Тревожило, однако, другое: почерневший ствол был практически невосприимчив к любым повреждениям. Светлые, тёмные и электрические атаки из Барелема оказались бесполезны. Огонь тоже не брал этого врага. Под конец Сареф даже перебросил Химу Барелем через Системный Инвентарь, и тот, подскочив к стволу, нанёс дереву могучий удар кулаком в перчатке… и так же ровным счётом ничего этим не добился. Возникала тупиковая ситуация: дерево было совершенно невосприимчиво к любому урону. Хоть какие-то повреждения удавалось нанести только в том случае, если Хим использовал огненно-световой луч — и Сареф в тот же момент стрелял из Барелема тёмным лучом, хоть как-то отыгрывая от разницы стихий.

Внезапно раздался треск. Обернувшись, Сареф увидел, что Месс и Орик свалили огненное дерево. И в тот же момент из дупла почерневшего ствола вылетел Хоруш, и на его морде явно читалось торжество победителя.

— Попались! — злорадно прошипел он. В тот же момент их окружила сфера тёмной энергии, которая отрезала Хима и Сарефа от остальных спутников. А в следующий момент дерево неведомо как издало пронзительный крик… и из-под земли вырвался целый вал чёрных корней, который моментально скрутил Сарефа и Хима. Те поспешно вызвали было свои Системные окна… но Хоруш с ехидной ухмылочкой поднял лапу — и их окатило уже знакомой зелёной водой, которая лишила возможности пользоваться Системным умениями. Они рычали, дергались, пытаясь вырваться… но корни держали их слишком крепко. После чего Хим как-то совершенно несвойственно ему тоненько взвизгнул… и без сил повис в корнях. А в следующий момент Сареф и сам охнул… потому что почувствовал, как один из корней пробил ему спину, омерзительным червём проскользил меж ребёр… и уткнулся острым кончиком точно в сердце. После чего на него накатила такая же слабость, и он обмяк в хватке обугленных ветвей…

Ванда, Стив, Орик и Месс кричали снаружи и молотили по чёрной сфере всем, чем только могли… но тщетно. Этот странный барьер не могло пробить ничто, словно смерти двух других деревьев даровали ему пусть и временную, но практически полную неуязвимость. А Хоруш с жадным и безумным наслаждением смотрел на Сарефа и Хима, которые беспомощно висели в ветвях…

— Проклятье… это именно то, чего вы заслуживаете, жалкие слабаки, — с безумной ненавистью шипел он, — как же приятно чувствовать биение ваших жалких сердец, которые так хотят жить! Как же приятно пить ваши силы! Как же приятно, наконец, ткнуть вас носом в место, которое вы заслуживаете! Вы за всё заплатите… я выпью все ваши силы до последней капли, и вы больше никогда не посмеете…

Сареф почти не слышал его. Он только понимал, что они с Химом… действительно, умирают. Кроме того, к Химу Хоруш явно питал отдельную ненависть… потому что каждые несколько секунд новый чёрный прут пробивал его шкуру и впивался в плоть хилереми… последние несколько ударов заставили его жалобно застонать… и у Сарефа от этого звука волосы встали дыбом. Он понял: его подопечный умирал, он сейчас молил о пощаде, и, Сареф, его хозяин, никак не мог этому помешать!

— Умирайте! Умирайте, проклятые твари! — яростно шипел Хоруш, — я буду наслаждаться каждым моментом ваших мучений! Каждым моментом!

Понимая, что другого выбора нет, Сареф сжал в кулак левую руку, готовясь использовать средство последнего спасения… но неожиданно корни впились в его ладонь, проткнув её в нескольких местах и заставив разжаться… а в следующую секунду чёрный корень скользнул ему в рот, разжав челюсть — и проткнул язык, заставив слабеющего Сарефа захлёбываться в крови…

— Никаких трюков, мальчишка, — злорадно сказал Хоруш, с жадным наслаждением глядя на умирающего Сарефа, — прими свою участь!

Остальные участники группы тем временем потеряли всякую надежду. Ванда, рыдая, била в одну точку сразу шестью лапами Красса, Стив наносил целый шквал ударов… и даже Месс, потеряв всякую выдержку и самообладание, уже стоял на коленях и кричал:

— НЕТ! УМОЛЯЮ! ПОЩАДИ МОЕГО СЫНА! УМОЛЯЮ! ВОЗЬМИ ЛУЧШЕ МЕНЯ, МЕНЯ!

Но Хоруш лишь с мстительным наслаждением смотрел на беспомощных спутников Сарефа. После чего самодовольно переводил взгляд на него самого и Хима, которые всё слабее дёргались в смертельных путах, и которые бледнели с каждой секундой. Когда уровень их здоровья достиг 20%, остальные спутники в отчаянии уставились на них, надеясь, что Призрачное Возмездие поднимет их на ноги, и у них будет хотя бы малейший шанс. Но нет… как видно, зелёная вода полностью заблокировала доступ к Системным Умениям, и теперь они могли только угасать…

В этот самым момент Орик, который всё это время неотрывно смотрел на Хоруша, внезапно занёс кортик… и пробил им себе левую ладонь, после чего, шипя от боли, провернул клинок в руке… а затем сам провернулся вокруг своей оси — и смог сместиться в пространстве, преодолев-таки проклятый барьер!

— Что? — Хоруш поражённо смотрел на своего бывшего хозяина, — как ты это сделал?

Но Орик вместо ответа снова замахнулся чёрным кортиком и вонзил его себе в ладонь… после чего рядом с деревом возникли десять точный копих этого оружия, которые точно так же вонзились в почерневший ствол.

И это, неожиданно, возымело колоссальный эффект. Практически неуязвимое до этого момента, сейчас дерево в местах ударов обильно брызнуло жирной чёрной жижей… после чего истошно завопило и рассыпалось на куски. А вместе с ним без сознания на землю упал и поверженный Хоруш.

Барьер испарился. Стив, Ванда и Месс бросились к Сарефу с Химом, щедро вливая в них лечебные умения и поднимая их на ноги. Орик стоял на коленях рядом со своим бывшим хилереми, прижимая его голову к своему животу и тихо напевая известную только ему одному мелодию.

Однако долго ему напевать не пришлось. Убедившись, что Сареф и Хим в порядке, Ванда повернулась к нему… после чего могучая чёрная лапа бесцеремонно схватила Орика за шиворот и заставила повиснуть в воздухе, как нашкодившую собачку.

— И что это было? — свирепо спросила она, явно сдерживая себя из последних сил, — чего ты, мать твою, ждал? Ты не мог сделать это сразу⁈

— Мог бы, — смиренно ответил Орик, — но в этом не было бы толку. Чёрная древесина была бы всё так же неуязвима для любых атак. Пришлось дождаться, пока она хотя бы немного напитается чужими силами… пока её древесная плоть хотя бы немного размякнет и станет уязвима. И только тогда был смысл её атаковать.

— Ну да, конечно! — прорычала Ванда, — так я тебе и поверила!

— Оставь его, Ванда, — внезапно сказал ей Месс, — он говорит правду. И он, действительно, только что спас моего сына. Поэтому, прошу, чуть больше уважения.

Ванда нехотя отпустила Орика, хотя её взгляд и говорил о том, что она не поверила ни одному слову. Вместо этого она вернулась к Сарефу и, создав дротики с морозной жидкостью, принялась по одному вставлять их в кожу Сарефа, рассчитывая, что его иммунитет и лечение от стихии холода быстро поднимут того на ноги. Месс, тем временем, подошёл к Орику с Хорушем.

— Тем не менее — сейчас я прошу тебя отойти, мальчик, — властно сказал он, — эта тварь сейчас вышла далеко за пределы того, что дозволено клановым монстрам. И с него за это будет серьёзный спрос.

— Нет… нет, прошу вас, — Орик упал перед ним ниц, — вы знаете… вы знаете, что случилось! Хоруш позавидовал силе и связи Сарефа и Хима. Это было недостойно, это было подло, низко, и всё же… прошу вас, не наказывайте его. Умоляю! Если вы цените мою помощь, если вы цените то, что я для вас сделал — пощадите Хоруша, прошу вас!

— Я думаю, это, в самом деле, лишнее, отец, — заметил всё ещё слабый Сареф, — это можно понять. Да и, в конце концов, я уже привык к тому, что в Системе регулярно находится кто-то, кого до трясучки бесит сам факт моего существования.

Хим же, которому досталось куда больше, был настроен уже не столь благосклонно. Прошествовав к Хорушу и бесцеремонно отшвырнув Орика в сторону, он взял монстра за глотку и прижал его к дереву.

— Значит, позавидовал, — мрачно спросил он Предвестника, который покорно висел в его лапе, не смея даже пискнуть, — читай мои мысли. Сейчас! Если ты когда-то был хилереми — ты знаешь, как это делать!

Хоруш медленно поднял лапу… и положил её на лоб Хима, закрыв свои чёрные глаза. Это продолжалось почти минуту… после чего Хоруш, убрав лапу, горько вздохнул.

— Ну? Всё ещё завидуешь? — мрачно спросил Хим, — как видишь, мне тоже не сразу на голову упала моя сила! Мне тоже пришлось ждать! Пришлось много страдать! Порой даже унижаться ради спасения своей жизни! И, у меня, — в этот момент Хим второй лапой с такой силой ударил в ствол над головой Хоруша, что дерево заходило ходуном, — не было возможности выбрать себе хозяина по вкусу! В отличие от тебя! Не говоря уже о том, что ты когда-то сам! По своему решению разорвал связь с Ориком! А теперь — ты хотел разлучить меня со своим хозяином! То есть причинить боль тем, кто ни в чём перед тобой не виноват, и ещё больше приумножить горе в этом мире! Неужели ты, правда, этого хотел⁈

— Я был слеп, — тихо ответил Хоруш, — вы показали мне это, и я благодарен, что вы остановили меня. Это… простите, но видеть вас, таких сильных, гордых и счастливых… и понимать, что я таким уже не буду никогда, потому что я сам, своими руками это сделал… это было слишком.

— Неважно, — мягко сказал Сареф, похлопав Хима по плечу — и тот послушно опустил Хоруша на землю, — если вы хотите искупить свою вину, Хоруш — помогите нам. Мы хотим попасть в Хаос. Не ради силы. Не ради славы. Не ради богатства. И не ради охоты на редких и невиданных зверей. А потому, что там сейчас заперты трое ни в чём не повинных детей. И мы должны их спасти.

— Да, — ответил Хоруш, — Хим показал мне, что вы хотите. Но, боюсь, я не могу проложить вам путь в Хаос. Это не в моей власти. Здесь, к сожалению, у меня не будет для вас нового решения. Вам может помочь только Хозяйка Тайных Троп. И вот к ней я могу вас провести.

— Разве? — удивился Сареф, — мне казалось, Хозяйка отвечает за монстров Глумидана.

— Это так, — кивнул Хоруш, — но… мне, конечно, не следует о таком говорить… но я виноват перед вами, так что можно один раз закрыть глаза на правила. Учитывая мою природу, которую вы отлично знаете… скажем так, Хозяйка тоже согласовывала моё назначение на это место. Поэтому у меня осталась с ней прямая связь. Я направлю вас к ней… и она будет знать, что вы проявили ко мне доброту и милосердие. И если вы будете достаточно убедительны — она вам поможет.

— Нас это устраивает, — кивнул Сареф, — проложи нам хотя бы путь к Хозяйке — и я смогу с ней договориться.

— Но только — с одним условием, — мрачно добавил Хоруш.

— УСЛОВИЕМ⁈ — бешено взревел Месс, — ты только что чуть не погубил моего сына и его хилереми — из-за собственных зависти и подлости! И ты ещё смеешь ставить нам условия⁈

— Подожди, отец, — бесстрастно сказал Сареф, — давай сначала выслушаем его. Может быть, выполнить это условие будет намного легче и быстрее, чем спорить, кто и на что сейчас имеет право. В конце концов, — с коротким смешком добавил он, — просить аудиенцию у Высшего монстра тоже выходит за пределы прав обычных ходоков.

— Орик с вами в этот поход не пойдёт, — сказал Хоруш, — он останется в Системе.

— Что? — Орик удивлённо посмотрел на своего бывшего хилереми, — Хоруш, но… я не могу не пойти. Я обещал Сарефу помочь!

— Значит, ему придётся освободить тебя от этого обещания! — заявил Хоруш, — потому что да, Орик, твой мелкий, подлый и завистливый хилереми вернулся в Систему ради тебя! Я не могу после этого собственными руками отправить тебя в Хаос! Я хочу, чтобы ты спокойно жил в Системе, а не сгинул неведомо где после того, как я отдал столько сил, чтобы тебя увидеть!

— Хоруш, — Орик со слезами на глазах опустился перед монстром на колени и обнял его, — Горошек мой… ну как же…

— А я согласен с этим условием! — неожиданно заявил Хим, — признаться, до этого момента я несколько сочувствовал Хорушу. Но теперь вижу, что он со своим хозяином целиком и полностью заслуживают друг друга! Поэтому предоставить их самим себе — это самое лучшее, что мы можем сделать!

— Но… я не знаю… Сареф? — Орик вопросительно посмотрел на него. И тот, немного подумав, ответил:

— Ну… возможно, так, и правда, будет правильно. В конце концов… Хоруш — создание Хаоса, и вполне может статься так, что через него Хаос диктует свою волю. Да и потом… ты пошёл с нами для того, чтобы найти Хоруша. И, в принципе, ты его нашёл. Следовательно… у тебя вроде как больше нет причины идти с нами дальше. И… страх Хоруша потерять тебя я тоже могу понять. Вы оба слишком долго страдали… и вы заслужили право просто спокойно жить дальше. Хорошо. Если таково твоё условие, Хоруш, и если ты согласен с этим, Орик… да будет так.

— В таком случае, — продолжил говорить Сареф, — ты вернёшься в клан Агруменаш, Орик, и передашь остальным, что мы успешно отправились дальше. Так же я прошу тебя остаться на землях стревлогов и помогать им. Думаю, Хрипунец найдёт, куда тебя пристроить. Да и, с учётом всех обстоятельств, полагаю, ты и сам будешь рад остаться на этих землях.

— Конечно! — кивнул Орик.

— Как, надеюсь, и ты, Хоруш, — Сареф перевёл взгляд на него, — не останешься в стороне, если в земли стревлогов придёт большая беда.

— Конечно, — Хоруш низко поклонился Сарефу, — я сполна отплачу вам за ваши доброту и милосердие. Орик передаст магистру Анейрашу, что у него есть моё высочайшее расположение, и я приду на защиту земель клана в час великой нужды. И в знак моего расположения, — Хоруш махнул лапой — и на груди Орика появился амулет, состоящий из шести колец, спаянных в одной точке, — я дарю клану Агруменаш свой персональный артефакт. Уверен, они распорядятся им с толком.

— Можно взглянуть? — невольно заинтересовался Сареф.

— Конечно, — кивнул Хоруш, — это меньшее, что я могу для вас сделать.

Дождавшись, пока Орик снимет с шеи амулет, Сареф взял его в руки и вызвал Системное окно:

Амулет Потусторонний Охотник.

Увеличивает урон, наносимый призванным существам, на 100%.

Уменьшает урон, получаемый от призванных существ, на 50%.

— Да уж, интересный артефакт, — заметил Сареф, — конечно, весьма узконаправленный… однако же, с учётом того, что создания Хаоса Системной наверняка будут считаться призванными существами, думаю, ему найдут применения. Что ж, — кивнул он, возвращая амулет Орику — значит, быть по сему.

— В таком случае — последнее, — сказал Хоруш, взмахнув лапой — и перед Сарефом в земле открылась сияющая щель, — вы должны отдать всю накопленную в этом походе добычу, если хотите встречи со Старшим. Ну и, думаю, не лишним будет напомнить, что излишки Системной добычи в Хаосе на пользу вам не пойдут.

Сареф послушно сбросил в щель всё, что они добыли в этом походе. Перчатку Сокольничего, конечно, было немного жаль… но с учётом того, как близко они с Химом в этот раз ощутили дыхание смерти — такая плата была самым меньшим, что они могли отдать за право идти дальше.

— Что ж, — как только последний сапфир из добычи упал в щель, она погасла и схлопнулась, — в таком случае — удачи вам…

Он махнул лапк=ой — и рядом с ним появился зелёный портал. Хим, который всё ещё оставался в призванном состоянии, вызывающе направился к порталу и шагнул в него первым, демонстративно желая как можно скорее покинуть это место. После него в портал ушли Ванда, Месс и Стив. Сареф же, перед тем, как шагнуть в зелёную круговерть, посмотрел на Орика и Хоруша и мягко сказал им:

— Спасибо за помощь. Несмотря ни на что… я надеюсь, что вы сумеете наверстать упущенное.

Наконец, Сареф шагнул в портал — и он тотчас погас. После чего Орик снова бросился к Хорушу и обнял его…

— Горошек… Горошек мой, — всхлипывая, тихо говорил он, — я, наконец-то здесь, наконец-то я нашёл тебя! Я… я могу остаться! Могу принести Знак Договора и остаться служить тебе! Всего одно твоё слово…

— Нет, — мягко сказал Хоруш, укладывая голову Орика себе на колени, — я не хочу претендовать на твою жизнь ещё больше. Ты имеешь право жить дальше без меня. Но сейчас… просто побудь немного со мной…

— Конечно, — Орик, расплывшись в счастливой улыбке, закрыл глаза и задремал. Хоруш положил ему лапу на лоб — и принялся перебирать его воспоминания. Несмотря на долгий период разлуки, он не забыл, как работать с мозгом хозяина. И тот покорно, и даже охотно раскрылся перед Хорушем, показывая все воспоминания. Всё горе Орика, всё его безумие… как ему пришлось выдумать Хоруша, пришлось позволить себе сойти с ума, чтобы выдержать это… как он собирал себя по кускам — и как бросил всё ради призрачного шанса снова его увидеть…

Хоруш опустил Орика на землю и принялся придирчиво его обнюхивать. Лицо, волосы, руки, живот… многое изменилось, но это всё ещё был его хозяин, драгоценный, обновлённый… самый лучший. И, позволив печальным и тревожащим душу воспоминаниям наполнить себя, Хоруш уложил голову на живот спящему Орику… для того, чтобы мгновение спустя подскочить и разъярённо уставиться на непрошенного гостя.

— Что ты здесь забыл? — разъярённо прошипел он.

— Я? — удивлённо спросил Мёртвый Король воров, мягко шагая босыми ногами по лужайке, которая уже успела вернуться к первозданному виду, — я всего лишь хотел убедиться, что моя сделка успешно закрыта. Как видишь, я тебя не обманывал. Немного терпения с твоей стороны — и вот он, твой драгоценный хозяин, в твоей полной власти, смотрящий тебе в рот и готовый ради тебя буквально на всё. При этом… должен признать, он изменился в лучшую сторону. Полагаю, ты тоже это отметил. Он не бросился тебе в ноги жалкой размазнёй, готовой на всё, что угодно. Он отстоял своё честное слово — и вымолил тебя из-под праведного гнева спутников Сарефа. Это чего-то, да стоит.

— Тебя это не касается, — прошипел Хоруш, — убирайся отсюда!

Этого ему явно говорить не следовало. Неожиданно Хоруш обнаружил, что его накрыл паралич… а Мёртвый Король воров стоит на корточках перед спящим Ориком и задумчиво проводит по его груди чёрной стороной своего двуручного кинжала…

— Нет! — отчаянно взмолился Хоруш, — умоляю! Не трогай его, умоляю! Я… виноват, прошу, только пощади его!

— Ну вот, так уже лучше, — довольно сказал Мёртвый Король воров, поднимаясь на ноги. После чего сказал, — ты, конечно, отличаешься от многих моих подопечных, бельчонок, и я тебя за это ценю… но это не означает, что ты можешь говорить со мной без уважения.

— Конечно… конечно, моя вина… не повторится, — пробормотал Хоруш.

— Кроме того, — с лёгким недовольством заметил Король воров, — ты несколько… перестарался во время этого боя. Я уж думал, ты, действительно, убьёшь Сарефа. А он нужен мне живым. Так что… советую учитывать это на будущее. Иначе, как ты понимаешь, — с этими словами Мёртвый Король воров легонько постучал пяткой по груди Орика, — я найду способ заставить тебя пожалеть об этом.

— Конечно, конечно, — угодливо закивал Хоруш, — буду, буду иметь в виду.

— Вот и замечательно, — Мёртвый Король воров наклонился к Хорушу и мягко почесал его за пушистым ухом, — делай всё, как я говорю — и тебя, равно как и твоего драгоценного Орика, ждёт долгая и счастливая жизнь.

После чего, насмешливо кивнув Предвестнику, Мёртвый Король воров покинул его пещеру. И довольно кивнул про себя. Если не считать пары непредвиденных мелочей, первый сыграл свою роль именно так, как от него требовалось. Теперь главное, чтобы не прокололась вторая…