Низина, штаб-квартира банды Бородача:
Топ-топ-топ. Топ-топ-топ-топ… От стола к стене, от дивана к столу, от окна к двери… Небрежное движение смахнуло со стола нефритовую вазу, которую привезли за сотни тысяч километров, однако это даже не замедлило скорость шагов. Маедок раздраженно расхаживал по кабинету, напоминая запертого в клетке тигра. Только в отличие от могучего зверя, его охватывала не ярость, а паника. Да-да! Глава банды, фактически безраздельно правившей в Низине, откровенно боялся!
Ежедневная пропажа членов банды уже стала суровой реальностью. Это имело свои последствия — рядовые бандиты были на грани восстания. Пока что удается это гасить, но… Когда несколько дней назад исчез знакомый, позавчера — кто пришел в банду в тот же месяц, а на следующий день гибнет еще один, мысль о том чтобы бросить такую опасную организацию возникает поневоле. Каждый, кто в ступил в банду — эгоист, заботящийся в первую очередь о своей шкуре, и получающий от организации деньги, влияние или возможность потакать своим желаниям. Но все это меркнет по сравнению со страхом смерти!
Но если бы только это! Уничтожение склада с ценными товарами, которые собирались на протяжении последних нескольких лет оставило приличных размеров дыру в бюджете банды. В ближайшие два года, как минимум, ему придется отдавать почти все доходы покровителю, чтобы компенсировать потери…
А теперь вот новая напасть — пропал Тиган. Один из двух его помощников. Если его просто убили — это пол беды. Но если утащили, чтобы пытать… «Разговорить» можно любого — было бы желание и некоторые навыки. А знания, которые можно выпытать из него, дадут возможность нанести еще более ужасающие удары по банде…
Небольшая криминальная империя, которую Маедок выстраивал больше десятка лет, рушилась с удивительной скоростью… Если бы противником была другая банда, обитавшая где-то в пределах города, то даже в таком состоянии можно было бы сопротивляться. Послать разведчиков, сжечь что-нибудь важное, убить ключевые фигуры, подставить, надавить, вести хоть какой-то равный бой с помощью взяток…
Но как воевать с невидимками? Куда бить, если вокруг — пустота? Такое ощущение, что за дело взялся отряд матерых культиваторов, специализировавшихся на скрытности… При таком подходе у Маедока просто не было возможности даже на малейшее сопротивление! Два отряда культиваторов, которые прислал его покровитель, уже понесли потери. А враг все еще оставался в тени!
Робкий стук в дверь остановил его от бессмысленной ходьбы по собственному кабинету.
— Кто там скребется, как мышь? Заходи! — рявкнул Маедок.
Дверь скрипнула, и внутрь зашел человек. Помятая, слегка влажная одежда, растрепанные волосы и выражение отчаяния на лице.
— Лиам? Почему ты тут⁈
— Я… это… — попытался собраться с мыслями мужчина.
— Что еще за «это»? Почему ты тут? А на лодке кто? Вы что, не отплыли вчера? Или ты ее оставил где-то? Ты, главный на лодке, какого хрена делаешь тут?
Лиам вздохнул. Из всех выживших он единственный вернулся. Все остальные разбежались в панике, боясь, что за утонувший груз на них выместят злобу члены банды. И не спроста — нрав у Бородача был не подарок, как и у любого другого главаря банды. К сожалению, он не мог поступить так же и сбежать — его семья и многочисленная родня жили тут, в Низине.
— Лодка утонула, — собравшись с духом, признался мужчина. — Это было нападение — ни один из охранников не выжил. Враги скрылись, и честно говоря, мы их даже не видели…
Мощный удар в челюсть прервал его рассказ. После сожжения одного склада с ценностями, Маедок решил в тайне отправить содержимое второго в другой город. В качестве подстраховки. А теперь он узнал, что и эту часть постигла та же участь! Ярость, густо замешанная на страхе напрочь смела остатки здравомыслия. Мужчина, словно безумный, избивал Лиама.
— Лентяй! Отребье! Сволочь! Вор! Ублюдок! Тварь! Дармоед!
Вскоре, под могучими ударами Маедока тот окончательно затих. И только тогда глава банды очнулся. Впрочем, глядя на бездыханное тело, он даже не подумал смущаться, или испытывать угрызения совести. Еще чего! В мыслях Маедока он сам заслужил это, проворонив товар на огромную сумму!
— Эй, кто там рядом? Выкиньте эту падаль куда-нибудь!
Проводив взглядом утаскиваемое тело, Маедок только тогда немного опомнился:
— Проклятье! Надо было сначала узнать, где это произошло! Хм… а может, вообще никакого нападения не было, и меня просто сговорились «кинуть на деньги»? Тьфу, никому нельзя верить! Особенно в это время! Что же делать?
Нервное состояние, только что выплеснутое в насилии, снова вернулось. Мало того, оно еще и усугубилось. Маедок снова принялся расхаживать по кабинету.
— Надо что-то делать. Надо!
Остальные банды Низина принялись наглеть, потихоньку отжимая доходные места. К тому же, учитывая пропажу людей и последнее уничтожение груза, который он собирался по-тихому отправить и продать через другие города… Можно было с уверенностью констатировать, что это конец банды Бородача. Неизвестные враги уничтожили саму суть… Сейчас он оказался должен покровителю, ростовщикам и отдельным, но весьма влиятельным личностям. Оставаться — значит, все больше погружаться в это болото, из которого выхода нет…
— Выхода нет. Похоже, пора бежать! — окончательно определился Маедок.
Разумеется, у него была заранее «подстелена соломка» на всякий случай. Тайник с приличной суммой в сотне километров от Клууна позволит ему прожить остаток жизни, ни в чем не нуждаясь. На уровне достатка «средней паршивости» аристократа. Конечно, он никогда не собирался бросать «Бородачей». Шутка ли, это была знаменитая банда! Ее репутация известна далеко за пределами Клууна. Можно сказать, во всей провинции Когран она имела вес. Но жизнь дороже. Судя по тому, как идут дела, еще пару недель — и всех его людей просто перебьют. С кем он тогда останется? С желторотыми, перепуганными новичками, которые разве что могут детвору запугать? Покровитель не меценат — как только увидит, что ничего сделать не может, обязательно отзовет своих людей. И вот тогда «Бородачи» опустятся на уровень всех остальных банд, или даже ниже. Его сожрут моментально, с костями и всеми потрохами!
Приняв окончательное решение, Маедок засуетился. Кое-что уничтожить, кое-что упаковать с собой…
В сумерках невзрачная карета выехала из заднего двора основного здания банды. Она быстро скрылась в кривых улочках Низины. А и буквально минут через двадцать первые, еще полупрозрачные струйки дыма начали подниматься вверх, над штаб-квартирой банды Бородача. Несколько бочек с маслом, заранее разлитые в здании, помогли сделать пожар мощнее. Заодно скрывая трупы тех, кто оставался внутри. Маедок решил основательно зачистить «хвосты», убив всех, кто мог выдать информацию о том что он сбежал…
Мэрид наконец добралась до Келльса. Слабость после плена у порождения Темного мира, отсутствие оружия и безденежье сделали ее путешествие назад в несколько раз сложнее. И гораздо дольше.
Стоя на перекрестке, ровно между домом и отделением инквизиторов, она задумалась. А потом, взглянув на собственную потрепанную одежду, больше похожую на крестьянскую, чем на то, что подобает человеку ее статуса, решительно повернула в сторону своего дома.
— Меня не было больше трех недель! Пол часа ничего не изменят!
…Четыре часа спустя, сытая, наконец-то нормально помывшаяся, сменившая одежду и добавив запасное оружие, девушка снова вышла на улицу. К тому же, перед этим успела выдержать небольшую осаду со стороны Бриды. Старая служанка не упустила момента высказать свое мнение, что негоже юной госпоже так рисковать собой…
… Отделение инквизиторов в Келльсе было таким же, как и в любом другом городе. Высокая башня из серого, грубо обработанного камня, толстая дверь, оббитая железом, и знак инквизиторов — щит, и копье, лежащее поперек него. Каждый, кто смотрел на него, сходился в мысли что все здание вызывало ощущение суровости, лаконичности. К тому же оно было сконструировано таким образом, чтобы максимально затруднить проникновение в него. Узкие окна-бойницы в принципе не оставляли шанса на то, что кто-то проберется через них, а дверь была сделана из знаменитой «каменной» древесины, и по прочности как бы не превышала даже стены…
Отогнав непрошеные мысли, навеянные внешним видом башни, Мэрид зашла внутрь. И… отделение встретило девушку практически могильной тишиной. Кроме знакомого привратника, вежливо поприветствовавшего ее, все встреченные помещения оказались пустыми. Никакого сравнения с тем, что было еще месяц-другой назад!
Поднявшись на третий этаж, девушка без стука вломилась в кабинет. Хозяином оказался средних лет мужчина, культиватор. Бледное, усталое лицо, пальцы рук в многочисленных следах чернил. А на широком столе настоящий завал из множества документов. Увидев девушку, он с явственно слышимым хрустом выпрямился, отрываясь от работы:
— Ага. Вернулась, наконец. Ну, докладывай! И напомни, что там за задание у вас было. А то сейчас просто тихий ужас…
— Да, я вернулась. А могла бы и остаться там, — немного ворчливо начала Мэрид. Правда, спохватившись, она взяла себя в руки, и уже более сдержанно рассказала о встрече с личем, и гибелью своих товарищей.
— Значит, вот ка-а-а-к, — протянул хозяин кабинета, а заодно — непосредственный начальник девушки. Впрочем, как и любого другого инквизитора в Келльсе. Будучи главой отделения, именно он решал все, подчиняясь непосредственно верховному инквизитору империи, а уже тот — лично императору. Эта структура предпочитала поддерживать крайне короткую вертикаль власти. В мирное время этого было достаточно.
— Ну что же, я тебя понял. Составь письменный отчет, и сдай Диглану. А потом можешь отдохнуть пару дней, но никуда далеко не уезжай — ты можешь понадобится в любой момент.
— Подождите, а как же лич? Неужели мы не вышлем усиленный отряд, чтобы поймать эту тварь? — удивилась Мэрид. Морально она уже была готова снова отправится в путь, работать проводником. Глупо будет давать время личу отожраться, и создать себе армию побольше…
— А ты ничего не заметила, пока шла сюда? — вопросом на вопрос ответил мужчина. — В нашей провинции началась невидимая война! После Латтона демонические ублюдки принялись за нас. Пока что исподтишка, но масштабы расширяются. Все отряды инквизиторов заняты. Так что… наслаждайся своим отдыхом. Пока можешь. Скоро будет не до него, клянусь духами!
…Невзрачная карета долго пробиралась узким улочкам Низины. В итоге она подъехала ко двору, примыкавшему к городской стене. Возница соскочил на землю, и сунул серебряный фельд в узкое оконце. После чего забрался обратно, в карету.
Старые, рассохшиеся ворота удивительно тихо распахнулись, открывая вид на человека с лампой. Карета медленно заехала во двор. А там пара человек уже суетилась, поднимая с земли крупный замаскированный люк.
— Сюда, заезжай!
Под люком оказался пологий, широкий проход, который шел под городской стеной. Он был настолько большой, что карета легко проехала под ним. Пара минут — и эта же карета выехала на проезжую дорогу, которая опоясывала городскую стену. И направился прочь из города, в северном направлении.
А внутри кареты Маэдок переводил изучающий взгляд с одного своего спутника на другого. Хромой — его верный, а еще единственный выживший заместитель. Он работал под его началом больше десяти лет… Двое культиваторов-охранников, Зинри и Парталан. Садисты, любящие мучить своих жертв. Именно они помогли зачистить всех, кто оставался в штаб-квартире банды перед поджогом. И Эдейн, сейчас выполнявшая роль возницы, замаскировавшись под мужчину. Его любовница, и одновременно — племянница одного влиятельного человека, который помог ему на ранних этапах создания банды.
Все эти люди были ближним кругом Маедока, теми, кто остался с ним, невзирая ни на что. Но при этом не было никаких гарантий, что они не работали еще на кого-то. Например, не сотрудничали со скрытыми врагами. Теми, кто уничтожил его банду… А еще нет никакой гарантии, что у них нет связи с его покровителем. Бородач готов был поставить на кон свою знаменитую бороду, что в банде были его осведомители. Так почему бы это не оказаться одному из его ближнего круга? А еще, очень уж подозрительно точно били прячущиеся враги… Может ли быть такое, что его покровитель сам решил избавится от него? Тот, кто предоставил два отряда культиваторов, точно так же легко мог бы вынести склад, после чего поджечь его, уже пустой, для маскировки. И повесить долг на банду, типа — не доглядели…
Погружаясь все больше и больше в возможности и вероятности заговора, Маедоку даже собственная тень начинала казаться подозрительной. А не то что окружающие его люди!
Как можно выяснить, что они верны только ему? Как можно гарантировать, что через неделю по его голову не приедут каратели покровителя? Кто поручится, что рядом с ним, а может даже, в его постели не спит чей-то шпион? И как при таких раскладах можно ехать и откапывать тайник с деньгам⁈
— Делаем остановку на ночлег, — распорядился Маедок.
В ответ Эдейн направила карету в сторону от дороги. И, скрывшись за группой деревьев, остановилась.
И вскоре походный котелок уже побулькивал аппетитным мясным запахом, привлекая внимание. Сварив густую похлебку, каждый получил по миске еды. А еще Бородач вытащил флягу с вином, и пустил ее по кругу:
— Давайте! Жизнь не кончается! У меня есть кое-какие сбережения, нам для начала точно хватит! А после… есть еще кое-какие возможности. Так что не пропадем!
Пока фляга вернулась к Маедоку, она наполовину опустела. И последним должен был глотнуть сам Бородач. Но он просто сидел, с приветливой улыбкой глядя на остальных.
— Что? — первой не выдержала такой взгляд Эдейн.
— Смотрю. Запоминаю, — признался Маедок. — Все же, мы много прошли вместе. Я буду вспоминать вас…
— Что⁈
В этот момент все, кто пил из фляги, ощутили странное оцепенение. Каждое движение давалось с невероятным трудом.
— Ты… отравил нас…
— За что⁈
— Среди вас может быть шпион. Я не знаю кто это, так что… ради моей спокойной жизни, вам придется сдохнуть. Так бывает… — равнодушно, словно говоря о чем-то незначительном, сообщил мужчина. К этому моменту отравленные уже полностью потеряли контроль над своими телами, даже культиваторы.
— Это хороший яд, почти сотню золотых за бутыль. Говорят, абсолютно безболезненный. Так что… встретимся в следующей жизни!
Ненависть в глазах парализованных людей почти физически изливалась. Но ничего поделать они уже не могли. И вскоре свалились на землю, теряя сознание.
— Какой трогательный момент! Но не переживай — ты с ними встретишься гораздо раньше, чем ты думал! — внезапно раздался голос со стороны кустов. И на открытое место, под свет костра вышел Руэри.
— Кто ты? — сощурился Маедок. А тем временем его рука нашаривала спрятанный метательный нож. Сдаваться без боя опытный бандит не собирался, надеясь заболтать, отвлечь внимание.
— Приглядись внимательно, — охотно ответил юноша. — Это ведь ты назначил за мою голову награду! Помнишь? За то, что столкнулся с твоим сыном, и убил его. Вспомнил теперь?
— И ты умудрился выследить меня? Из-за этого? Не верю!
— Нет-нет, не выследить. Это так, финал представления, — махнул искалеченной рукой Руэри. — Сначала я уничтожил твою банду, человек за человеком. И только когда ты решил сбежать — мы встретились лично. Видишь, как получилось — ты объявил награду за мою голову, а теперь я заберу твою. Как тебе такой поворот?
— Погоди! Давай все обсудим! Можно же договориться! У меня есть тайник, который…
Руэри за это время подошел еще на пару шагов, так что Бородач рискнул метнуть в него нож. Но юноша легко уклонился, и прыгнул вперед. Голова Маедока мотнулась в сторону от мощного удара.
— Конечно мы все обсудим! Но уже на моих условиях. И да, я не буду врать, что отпущу тебя живым…