Саша резко оторвался от стойки, бездумно нырнул в толпу и подошёл к испуганной не на шутку Полине.

— Отвали! — прокричала она, когда незнакомец попытался притянуть её поближе.

Сашу затопили ошеломительные чувства. Он никогда не испытывал нечто подобного. Сильного, яростного и уничтожительного. Он буквально горел от мысли, что Полине могли сделать плохо.

Он резко схватил парня за плечо, и тот посмотрел на него вразумительным и очень ясным взглядом.

На его лице мелькнуло опасение, и Саша крепко сжал плечо, отталкивая назад.

— Чел, она занята, — отмахнулся парень, пытаясь сбросить руку Саши.

Полина перевела взгляд на Фихнеева, начиная дрожать.

— Я так не думаю, — усмехнулся Саша.

Он воспользовался секундой замешательства незнакомца, который нахмурился и придумывал какой-то едкий ответ. Сильно толкнул Полину в плечо, от чего та попятилась назад с громким писком.

— Чел! — воскликнул тот, но не успел.

Саша перехватил парня за второе плечо, с силой встряхивая. Он был ниже его на полголовы и худее на десяток килограммов. Ударить его не составило бы труда, учитывая, что он был совсем не приспособлен к дракам — неразвитая мускулатура, бегающий испуганный взгляд и бледнеющее с каждой секундой прыщавое лицо.

— Я просто…

Незнакомец не успел ничего сказать, как Саша резко схватил его за грудки и приподнял, приближая к своему разъярённому лицо. Его глаза полыхали яростным огнём.

Он был взбешён не на шутку тем, что кто-то задел Полину. Да, она не была его девушкой или даже подругой, но она была чем-то, о чём хотелось заботиться и беспокоиться.

Это было странным, необъяснимым и очень ненормальным, но нужным и правильным.

— Только попробуй ещё раз прикоснуться к ней своими грязными руками, ублюдок, — громко прорычал Фихнеев.

— Она не сказала, что занята! — завопил парнишка.

— Ты понял меня? — угрожающе прозвучал Саша.

Он отчаянно закивал головой, выставляя руки в сдающемся жесте.

— Д-да!

Саша сильнее сжал его грудки, затем резко отпустил и, занеся руку, схватил его пальцами за нос, ставя смачную «сливу». Тот задрожал, зажмуриваясь и начиная верещать от боли.

— Свали, — бросил Фихнеев, оборачиваясь, чтобы найти Полину.

Она стояла с пугливым взглядом, в котором отчётливо читался страх. Она выглядела очень напуганной и беззащитной. Саша вздохнул и, протянув ей ладонь, кивнул на выход с танцпола. Полина схватилась за него, и он нежно потянул её на себя, уводя прочь с площадки.

Вытянув девушку из толпы, он повёл её чуть дальше бара, чтобы спрятаться от толпы и оглушающей музыки, которые не переставали давить на глаза и уши.

Саша вёл её мимо лежаков ко второму бару, у которого стояло меньше людей.

Полина семенила следом, продолжая крепко хвататься за его ладонь. Она оглядывалась по сторонам, крепко сжимая ремешок сумки, болтающей на плече через тело. Ей до сих пор было страшно от мысли, что тот парень может следовать за ними, хотя в этом не было смысла. В маленькой потасовке было понятно, кто останется победителем. Фихнеев.

Он остановился и повернулся, смотря на Полину злым взглядом.

— Ты пошла к Рите.

Звучало с укором, и она сглотнула вязкую слюну, поджимая губы.

— Он предложил потанцевать. Просто потанцевать.

Злиться на неё не было смысла. Она не была виновата, и он отчётливо это понимал, но как объяснить это неразумному сердцу, которое продолжало гулко стучать в груди, заливая внутренности беспокойным эффектом? Правильно, никак. Он действительно волновался.

— Он дебил, — выдохнул Саша, понимая, что не может злиться на эту прекрасную девушку.

— Я… Спасибо, Саш, — тихо сказала Полина, опуская глаза.

Сквозь сердце прошла тёплая волна, и он сдержал улыбку. Она выглядела… такой очаровательной.

— Мне надо найти Риту, чтобы сказать, что я поехала домой, — сказала она, поднимая голову.

— Мне идти с тобой? — он выгнул бровь, слегка издеваясь и насмехаясь.

— Ну, возможно, она захочет ещё выпить… — неуверенно начала говорить Полина, прикусывая нижнюю губу.

— Хорошо, я присмотрю за вами, — согласился Саша.

Через десять минут после того, как заиграл какой-то не очень знакомый трек, Рита и Полина подошли к бару, возле которого стояли Саша с Димой. Девушки пили шоты, громко смеясь и о чём-то переговариваясь. Дима решил быть щедрым для своей новой знакомой в лице Риты Шмелевой и заказал разные стопки с алкоголем, пока девушки танцевали. Они подходили к бару со словами благодарности, чтобы опрокинуть в себя по рюмочке огненной жидкости, а потом возвращались обратно на танцпол.

Дима неспешно потягивал пиво, а Саша ковырялся трубочкой в лимонаде, в котором плескались подтаявшие кусочки льда.

Артём с Олесей где-то потерялись. Маши не было видно уже несколько часов. Остальная часть компании разбрелась по танцполу или осталась на лежаках.

В целом, вечер был достаточно хорошим, чтобы закончить его чуть позже полуночи — Саша хотел отдохнуть, приложившись головой к мягкой подушке. Он прикрыл глаза, когда услышал заинтересованный голос Димы:

— Не видел раньше эту девушку.

Фихнеев открыл глаза, внимательно посмотрев на друга, который продолжал глотать холодное пиво «Bud», что было не самым отвратительным в оставшемся ассортименте.

Дима Путилов — входил в список самых тихих, но не особо прилежных студентов юрфака. Он пытался исправно посещать каждую лекцию и не забывать о семинарах, но в его зачётной книжке имелось пару пробелов, которые были успешно закрыты в минувшем июне.

Он аргументировал свой небольшой интерес работой, которая отнимала слишком много времени. У него была девушка с определёнными запросами, которые требовали определённых финансовых вложений, и он чувствовал некую ответственность за то, чтобы предоставлять это своей второй половинке.

Он был неплохим другом, товарищем и собеседником, но слишком закрытым. К концу второго курса Саша узнал достаточно о нём как о личности, чтобы сделать вывод, что Дима был хорошим человеком, которому можно доверять и на которого можно положиться в трудный момент.

— Я про Полину.

Он кивнул подбородком в сторону танцпола, и Саша перевёл взгляд вперёд, безошибочно находя быстро двигающееся тело в такт песне. Полина пила, как в последний раз. Её глаза всё сильнее и сильнее стекленели и косили. Она отказывалась от воды и даже небольшой передышки. Казалось, что девушка уходила в настоящий отрыв.

— Мы учились в одной школе.

— Даже так? — искренне удивился Путилов. — Хорошо общались?

— Не совсем, — Саша усмехнулся, делая глоток лимонада.

— Сейчас так не скажешь. Я видел, как ты заступился за неё, когда к ней приставал какой-то подозрительный тип, — Дима выглядел слегка озадаченным.

Саша не спешил с комментарием. Он был полностью трезв, чтобы следить за своими выражениями, поэтому прежде чем ответить, хорошо подумал. Не хотелось говорить скрытым подтекстом, где отчётливо слышалась бы тревога.

Разумеется, он переживал за Полину.

Но знать об этом было необязательно.

— Так бы поступил любой, если бы заметил, что он делал ей больно.

— Ну да, не могу не согласиться, — казалось, что Диму полностью удовлетворил такой ответ. — Рита…

Саша резко сощурился, когда Путилов призадумался, возводя глаза к небу.

Он как никто другой знал, что Шмелева — это редкий вид шмеля, с которым нужно быть осторожнее. У Полины острый и дерзкий язык, но Рита… Это что-то с чем-то, с чем обязательно нужно быть внимательным, осторожным и наблюдательным. Она неплохая. Она хорошая, но иногда в ней отсутствуют тормоза и некоторые понятия.

Саша даже как-то раз (или даже несколько, но это были мелочи) проникся к Шмелевой симпатией, когда она отвлекала учительницу по математике, давая возможность списать. Это была итоговая контрольная, и она была максимально сложной, придуманной так, что обычный восьмиклассник не смог бы решить, не воспользовавшись подсказками. Чтобы получить как минимум четвёрку, нужно было решить четыре части. Всего их было пять. В каждой было по пять заданий.

Тогда Саша получил твёрдую тройку и даже поблагодарил Риту за то, что она проторчала у стола учительницы чуть больше десяти минут, за которые он смог списать несколько примеров, чтобы получить хотя бы три.

— Рита хорошенькая, и я позвал её в кино, — Дима договорил, сделал глоток пива и перевёл взгляд на Сашу, который выглядел любопытно заинтересованным. — Наверное, я сделал поспешное решение, но…

Договорить он не успел, потому что Рита, прилетевшая с танцпола, остановилась возле Димы с горяще-блестящим взглядом. Её губы дрогнули в улыбке, и Саша на секунду напрягся, когда девушка потянулась к нему. Его глаза расширились, когда Шмелева, подавшись вперёд, обняла его руками за шею и буквально насильно склонила его чуть ниже, чтобы крепко прижаться губами к его.

Саша выглядел так, словно на него опрокинули целую бочку ледяной воды. Он застыл, непонимающе глядя на то, с каким пристрастием присосалась Рита к губам Димы, чьи глаза были широко открыты. Казалось, что он был ещё в бо́льшем шоке, чем Фихнеев, который тихонько помешивал лимонад.

Когда Рита оторвалась от него с сияющей улыбкой, Дима со свистом выдохнул.

— О, вау…

— Миленько, правда?

Пьяная Шмелева — это что-то новенькое. Саша внимательно смотрел на девушку, чьи глаза едва ли могли ровно смотреть. Она была сильно пьяна после количества выпитого алкоголя, но бодро держалась на ногах, не заливаясь в разные стороны.

Саша увидел, как Дима мягко приобнял её за талию.

— Очень, — с улыбкой отозвался Путилов.

Рита зачем-то кивнула, а потом резко повернулась к Саше, который наблюдал за разворачивающейся картиной с лёгким смешком. Очередное показательное выступление от подружек, которые о чём-то сговаривались, а потом шли выполнять. Правда, исполнение Шмелевой не произвело должного эффекта, потому что он до сих пор был очарован непристойным танцем Ивановой под «Ламбаду».

— Саша… Там… — она вдруг резко стала серьёзной, но не спешила отрываться от Димы, который всматривался в профиль девушки хмельным взглядом.

Саша выгнул бровь, терпеливо ожидая, когда девушка закончит говорить.

— Я вообще шла не к Диме, — она слабо улыбнулась, кажется, не замечая, как напрягся Путилов. — Полина ушла в туалет, и она…

Она не успела договорить, потому что Саша с грохотом поставил стакан на барную стойку, мазнув рукой по воздуху в качестве прощального знака.

Он бегло оглядел танцпол, убеждаясь, что Полина исчезла с площадки. Чертыхнувшись и мысленно отругав себя за неосмотрительность, Саша стремительно покинул пляж и двинулся в сторону главного домика, где были комнаты отдыха, туалеты и маленькое кафе с террасой.

— Саша! — крикнула Рита, догоняя его. — Она на первом этаже!

— Возьми воды в кафе, — Фихнеев обернулся, давая указание летящей Шмелевой, которая лишь кивнула и устремилась к другому входу, из которого можно было попасть прямо к бару.

Саша практически вбежал в открытые двери кафетерия, наполненного шумными людьми. Он покривил губами, когда подошёл к двери с табличкой, где нарисована девушка. Какая неловкая ситуация получилась бы, увидь его кто-нибудь входящим в женский туалет.

Откинув все сомнения назад, он вошёл в туалет и увидел, что одна из трёх кабинок была закрыта.

— Боже, — прошептал тихий голос, и Саша подошёл к двери, хватаясь за ручку.

Раздались рвотные звуки, и его сердце сжалось. Он не понимал, почему весь вечер провёл, опекая Иванову.

Она ведь даже не нравилась ему!

Они даже не были друзьями, чёрт возьми!

Но он всё равно был рядом на случай чего.

Когда послышался слив воды, Саша дёрнул за ручку.

— Полина, — позвал он.

— Уйди! — прокряхтела девушка по ту сторону двери.

— Открой дверь.

Его голос был твёрдым и уверенным, с нотками жесткости и боязни, что он окажется бесполезным. Что он мог сделать для неё?

— Нет. Я плохо выгляжу, — ответила Иванова, всхлипнув.

— Открой.

Хлопнула дверь в туалет, и Саша обернулся, мысленно порадовавшись, что это всего лишь Рита с бутылкой воды.

Фихнеев кивнул, забирая прохладную ёмкость. Шмелева выглядела обеспокоенной. Она стояла рядом с Сашей, тяжело дыша и нервно поглядывая на закрытую дверь.

— Поль, открой дверь, — мягко попросила Рита.

— Нет. Ты принесла воду?

— Она у Саши.

— Зачем ты позвала его? — в её тихом голосе звучала обида.

— Потому что ты должна как-то безопасно попасть домой, и я не думаю, что твоей маме понравится твоё состояние…

— Предательница! — воскликнула Иванова.

И вновь послышался звук рвоты. Саша мог только тяжело вздохнуть и прикрыть глаза, чтобы не сломать хлипкий замок, чтобы помочь Полине, которая выгибала спину, извергая из себя выпитый алкоголь.

Он должен был сделать хоть что-то, чтобы помочь девушке. Саша не раз видел, как Полина уверенно опрокидывала в себя алкоголь, но никогда — как её рвало. Вероятно, сказалась духота, созданная в тесноте людей, и алкоголь, болтающийся по организму. Она бешено скакала под музыку, от чего жидкость плескалась то вверх, то вниз.

И вот дошла до горла.

Он обдумал всё. Сейчас он отошлёт Риту, поможет Полине и развезёт всех по домам.

Фихнеев кивнул Рите, намекая, чтобы она вышла из туалета. Она отрицательно покачала головой, но Саша выразительно округлил глаза.

— Развлеки Диму, и дождитесь нас на парковке. Я отвезу вас по домам, — жёстко проговорил Саша.

— Но…

Он встретил лёгкое сопротивление и прищурился, качая головой.

— Сейчас же, Шмелева.

Она поджала губы, и он на секунду удивился, потому что Шмелева была явно не из тех, кто так просто сдаётся. Однако девушка послушно кивнула и, сложив руки на груди, двинулась прочь из туалета.

Саша дёрнул ручку ещё раз, когда вода закончила набираться в бак.

— Открой чёртову дверь, Иванова. Тебе надо попить, — сказал он, медленно теряя терпение.

— Саша, ты такой… — всхлипнула она по ту сторону двери. — Я так ненавижу тебя. Почему ты вообще решил, что мне нужна твоя помощь? Я вполне могу сама позаботиться о себе.

— Ты выпила безмерное количество малиновых шотов, так что это вполне нормально, что ты сейчас прочищаешь отравленный организм. Полина, оставишь свои демагогии на утро или на понедельник, а сейчас просто открой чёртову дверь, чтобы я смог помочь тебе.

Она хихикнула, и Саша не сдержал полуулыбки, которую она, разумеется, не увидела.

— Я не нуждаюсь в твоей помощи.

— Я, конечно же, в этом ни капли не сомневаюсь, но, Иванова…

— Твою мать!..

И её снова вырвало. Он тяжело вздохнул, уже решая сорвать чёртову дверь с петель — замок действительно был очень ненадёжным. Защёлкнутая щеколда еле держала массивную деревянную дверь.

На этот раз её тошнило намного дольше. Казалось, из неё выходил абсолютно весь выпитый алкоголь, и она издавала измождённые звуки, будто ещё немного — и бунтующий желудок полезет на выход.

Когда девичьи мучения прекратились, и Саша собирался было дёрнуть дверь и сказать что-нибудь из угрожающего маневра, Полина всё-таки решила открыть замок, чем он воспользовался, чтобы резко потянуть дверь на себя.

Она сидела на полу в слезах с красными щеками, по которым бежали прозрачные капли. Макияж немного размазался, а волосы, криво убранные в подобие хвоста, распались. Полина выглядела очень пьяной и очень уставшей.

Саша вошёл в кабинку, прикрывая за собой дверь. Она вскинула на него стеклянный взгляд, пьяно усмехаясь.

— Видишь Иванову в стельку. Прикольно, да? — она нервно хихикнула и резко прикрыла ладошкой рот.

— Очень, — прошептал он, закатывая глаза.

Он вовремя щёлкнул замком, потому что послышались голоса девиц, входящих в женскую уборную. Полина содрогнулась всем телом и моментально нависла над унитазом. Её волосы полетели вслед за головой, и Саша быстро прихватил их одной рукой, придерживая на затылке, пока Иванова выплёскивала из себя розовую жидкость.

Он придерживал ей волосы и знал, что потом, когда она полностью отрезвеет, будет чувствовать себя от этого не менее хуже, чем сейчас. Она из разряда гордых и самостоятельных, не принимающих чужую помощь. В особенности от таких, как Саша Фихнеев.

Он нажал на твёрдую, едва поддающуюся кнопку слива и помог девушке прислониться к стене. В одно движение открыл крышку и, присев на корточки, приставил горлышко бутылки к приоткрытым губам Полины, которая сидела, согнув ноги в коленях и прижав их к груди.

Она отобрала у него бутылку, делая долгие глотки долгожданной прохладной воды. Полина сполоснула одну руку и вытерла рот, тяжело вздыхая.

Он внимательно смотрел на неё, пока сердце беспокойно ёкало в груди. Она выглядела бледной. Полина дрожала всем телом, и он коснулся костяшками её лица, смахивая мокрые дорожки.

— Как ты себя чувствуешь? — тихонько поинтересовался Саша.

— Так, словно выпила бочку водки без закуски, — отшутилась Полина, криво усмехнувшись.

Так себе шутка, честно говоря. Саша не оценил её, но кивнул, понимая состояние девушки.

— Тебя тошнит?

— Пока нет.

— Сможешь доехать до дома?

— О, чёрт, — она сморщилась. — Я сказала маме, что останусь у Ритки, но… Может быть, я доеду до Никиты.

Саше совершенно не понравилась последняя фраза. Он покривил ртом и задумчиво уставился в её лицо. Полина делала маленькие глотки воды, переводя дыхание.

Вероятно, Шмелева, окрылённая от пьяных чувств к Диме, совершенно забыла, что Полина должна была поехать к ней, и этот факт навис тяжёлым грузом.

Фихнееву совсем не хотелось везти Полину к Трутневу. Ревностные нотки заиграли в нём, словно на пианино, и он, хлопнув ладонью по острым девичьим коленям, сказал:

— Давай, умойся, и поедем.

Полина кивнула, когда Саша поднялся на ноги и вышел из кабинки. Он поймал удивлённые взгляды девиц, копошащихся возле зеркала. Они захихикали, когда следом вышла Иванова, подтирая под глазами пальцами.

Она недовольно скривилась, проходя к зеркалу. Девушки вышли, и Саша внимательно следил за тем, как Полина споласкивает рот, тщательно моет руки и вытирается бумажными полотенцами.

Полина шла впереди, обняв себя руками, а Саша внимательно следил за её относительно ровной походкой, которая иногда сдавала позиции. Дискотека продолжалась, но, увы, уже не для неё.

Возле машины стояла Рита вместе с Димой. У последнего в руках было две бутылки пива, и Саша усмехнулся, поняв, что друг не уедет без дополнительного пойла.

— Ты как? — спросил Путилов, когда Полина поравнялась с ними.

— Нормально. Жить буду.

— Подкинешь нас до меня? — Дима мазнул взглядом по улыбающейся Рите.

Саша быстро посмотрел на Полину, округлившую глаза и приоткрывшую рот в удивлении.

— Я что-то пропустила? Рита, мы же…

— Чёрт… — Шмелева опомнилась и бросила извиняющийся взгляд на своего спутника. — Я…

— Полина поедет ко мне, — уверенно заявил Саша.

— Нет! — воскликнула Иванова. — Я поеду к Никите. Только надо ему набрать…

— Если что, я не спрашивал, — вяло противоречил Фихнеев, доставая ключи от машины из кармана штанов.

— Я не поеду к тебе, — заупрямилась Полина, начиная рыскать в своей сумочке.

— Поли… — начала Рита, но словила недовольный взгляд подруги.

Когда Иванова достала телефон, она быстро пощёлкала в нём, набирая чей-то номер. Саша сжал челюсти, продолжая испепелять её взглядом. Ему не нравилась эта мысль, и он готов был вырвать её телефон из рук, но начался разговор.

— Никит, ты дома? Нет..? А… С Машей?! Она у тебя?.. О, понятно… Нет, ничего, всё хорошо. Да, мы ещё на пляже. Да, мы просто потеряли тебя. Да, уже по домам, — Полина прикусила губу, полируя взглядом асфальт. — Да, до встречи, пока.

— Он с Машей? — тут же поинтересовалась Шмелева, когда Полина убрала телефон.

— Да, я поеду домой…

— Мама убьёт тебя… — сказала Рита.

— Ну, а что поделать?

— Хватит ломать комедию и строить из себя недотрогу, Иванова, — устало пробормотал Фихнеев.

— Знаешь…

— Не знаю, но скажешь об этом по дороге. Садитесь, — он кивнул на машину, заставляя всех подчиниться.

Полина недовольно поджала губы и села в машину, сразу же откидываясь на мягкое кресло.

— Не знала, что ты такой крутой, Фихнеев! — воскликнула Шмелева, обустраиваясь на заднем сиденье.

— О, поблагодаришь утром, — он улыбнулся, заводя мотор.

Саша посмотрел на Полину, которая пыталась сжаться в комочек на сиденье. Ей было очень плохо, и он прекрасно это понимал.

Он не хотел оставлять её в одиночестве, поэтому решил без её ведома, куда отвезти сонную Иванову.