Полина нервно посматривала на телефон, попивая алкогольный коктейль «Пинаколада».

Сегодня была та самая ужасная пятница, и Рита вытащила её на Центральный пляж, где должно было пройти какое-то фееричное шоу.

Разумеется, ей пришлось надеть купальник, чтобы не выделяться из толпы отдыхающих, которые, несмотря на мрачную погоду, всё равно плескались на мелководье. Противные тучи разошлись около четырёх часов, и начало нещадно палить солнце. Наверное, это и послужило причиной тому, что она тёрлась возле бара последние полчаса, пока Рита пыталась уговорить прийти Никиту, который отказывался, ссылаясь на высокую занятость.

Она проснулась утром с чувством паники, потому что сегодня был тот самый день, когда Саша должен был появиться на похоронах своего дедушки.

Полина отказывалась анализировать четверг, который стал полной неожиданностью. Она появилась на пороге незнакомой квартиры, точно помня, что он никогда не жил в этом районе, который находился слишком близко к её дому.

Он был обычным и нормальным, что шло вразрез с её сложившимся школьным мнением. Несмотря на алкогольное состояние, Саша был крайне спокоен и пассивен, что было для неё несколько удивительным, ведь она ожидала другого. Наверное, более агрессивного и злого поведения.

Она летела домой, бешено осмысляя происходящее. Она не могла признаться самой себе, что неосознанное сближение с Фихнеевым влияло на её жизнь целиком и полностью. Он открывался с другой, очень приятной стороны, к которой невозможно было не проникнуться симпатией. Не взирая на прошлое, Саша был крайне учтив и любезен, что не могло не притягивать.

Полина ошалело размышляла, что её действия импульсивны и вряд ли поддаются нормальной логике, иначе как можно объяснить её появление в квартире Саши? Они не были друзьями, чтобы поддерживать и сопереживать друг другу, но почему-то это казалось правильным и нужным.

Пятница пронеслась мимо неё. Она трудилась в пятой теплице над горшками в полном одиночестве, иногда поглядывая на телефон. Было интересно, напишет ли ей Саша. Интерес не утихал в течение дня. Она не получила ни единого сообщения и к вечеру не была уверена в том, что это произойдёт. Скорее всего, ему некогда было или он просто не хотел.

Полина отказывалась принимать горечь в виде разочарования от мыслей, что Саша не хотел с ней связываться. Она чувствовала нить привязанности, тихонько подскрёбывающую нутро, намекая, что эта связь будет только крепчать.

Она буквально поникла, придя домой. Единственное, что спасло её от вечернего мыслительного штурма, — это Рита, скинувшая афишу, что сегодня бар на Центральном пляже работает со скидкой пятьдесят процентов, а также будет зажигательная шоу-программа. Она согласилась без задней мысли, желая провести вечер не в кровати со взглядом в потолок и ворохом мыслей, а в хорошей, наполненной весельем и теплом атмосфере.

Мысли о Саше продолжали её беспокоить, но не слишком сильно — она увлечённо попивала сладко-терпкий напиток, внутренне мечтая получить сообщение от него, но наотрез отказывалась проверять гаджет каждые пять минут, чтобы окончательно не разочароваться.

Полина сняла майку, сложила в сумку и подперла голову рукой, наблюдая, как Рита допивала второй коктейль со зловещей улыбкой на лице.

— Он приедет через двадцать минут, — глаза Шмелевой загорелись желанием. — Скоро будет дискотека, и я хочу попасть на неё.

— А шоу? — спросила Полина.

— Шоу уже идёт. Там какие-то конкурсы.

— Конкурсы?

— Ну да. Горячее будет позже, — она двусмысленно поиграла бровями. — Там какое-то огненное шоу, а после дискотека с местным диджеем. Хорошая пятница, правда?

— Обычная, — ответила Полина, мешая трубочкой коктейль. — Никита всё-таки согласился?

— Да, у него не было выбора. Он по-прежнему в шоке из-за произошедшего на пляже. Ну, когда он увидел эту Машу.

— Не знаешь, они списались?

— Никита упорно отказывается это делать, и я не знаю, как ему помочь. Девушка-то, вроде, неплохая. Подумаешь, тусуется с Фихнеевым, и что?

— Ну, для него это удар. Ты же знаешь, что он не так продвинут в знакомствах с девушками, — мягко отозвалась Полина.

— У него были отношения.

— Интернет-отношения, — поправила Иванова, выгибая бровь. — По-моему, она из Москвы, да?

— Это что, отношения, Полина?

Рита выглядела слегка расстроенной. Никита был одним из самых закрытых и спокойных людей, кто не гнался за девушками, считая себя, мягко говоря, не особо привлекательным и достойным для прекрасной половины. Он общался на уровне дружбы, но никогда не говорил, что ему кто-то очень сильно нравится и он хотел бы попробовать отношения.

Полина и Рита не раз предлагали ему выбраться куда-то и пойти на крайний шаг — познакомиться вживую. Он отказывался, начиная смущаться и говорить, что это не его тактика.

Была ли у него вообще какая-то тактика?

Трутнев был интровертом, любящим проводить время либо наедине с собой, либо с девушками, в которых был уверен. Он боялся знакомств, считая, что это нарушит его внутренний мир. Думал, что кто-то решится проникнуться к нему симпатией, и ему придётся открыться этому человеку, переживать определённые чувства и быть кем-то, кем он не являлся.

Никита не был социопатом. Он не боялся общества. Нет. Просто был замкнутым. Боязливым.

Наверное, поэтому он завёл себе какую-то фифу, с которой «встречался» по интернету. Подруги его не осуждали, но не понимали, как можно таким образом строить отношения. Он называл это — отношения на расстоянии с перспективным будущим, где они наконец-таки увидятся.

Такое длилось чуть больше полутора лет, пока девочка не бросила его, признавшись, что нашла себе парня поближе. В Москве, где она и жила.

Никита был глубоко опечален, но не сдался и всё-таки завёл несколько знакомств, которые закончились ничем — ничем, что хотя бы немного было похоже на отношения между парнем и девушкой. Он умел дружить, уважать и поддерживать девушек в различных проблемах, но никогда не признавался в своих чувствах, считая себя недостойным рядом с ними.

И вот случилась Маша, которая крутила шашни с Фихнеевым, но при этом не являлась его девушкой.

Никите она нравилась. Наверное, сильно, раз он так расстроился. И он хотел бы с ней общаться, если бы не маленький удар — увидеть Машу рядом с другим.

— Ну, он был счастлив, — неопределённо ответила Полина, делая глоток прохладной пинаколада.

— Ерунда это всё, — отмахнулась Рита.

— Ты и сама встречалась с парнем из Ижевска, — напомнила Иванова, стреляя укоризненным взглядом в подругу.

— Это не то, Поли! — воспротивилась Шмелева. — Я перевелась к вам, когда мне было четырнадцать. Он был моим хорошим другом, и мы просто очень тепло общались. Он поддерживал меня, пока мы с тобой не начали хорошо общаться.

— Ты говорила ему, что любишь его, а он тебе. И мы начали практически сразу общаться, как ты пришла!

— Это дружеская любовь, — защищалась Рита.

— Во всяком случае, ты была влюблена в него. Сама говорила!

— Да, но он был влюблён в мою подругу, — выдохнула девушка, покачивая головой. — У нас был треугольник, и мне было очень трудно. Она не любила его, зато он любил её. А я… А я была и там, и там, в самом огне. Я говорила тебе об этом.

— Я знаю, Рит, — Полина одобряюще улыбнулась. — Это в прошлом.

— Ага. Он оказался никчёмным другом, а она — подругой, которые за моей спиной скрывали свои отношения.

— Они просто не хотели тебя расстраивать.

— Они думали, что я не вижу их взгляды, перешёптывания и, в конце концов, она общалась с ним при мне! — Рита поджала губы. — Ненавижу их. Предатели.

— О, угомонись, Рита, — Полина сжала её плечо. — Это давным-давно забыто.

— И к счастью, потому что я начала новую жизнь, не оглядываясь на прошлые ошибки.

Полина кивнула, замолкая. Она не хотела продолжать этот диалог, который ни к чему не приведёт. Рита была глубоко обижена на своих «друзей», которые достаточно долго скрывали взаимную симпатию, выставляя это всё не в лучшем свете. Она искренне поддерживала одного и другую, пока те не признались, что всё это время общались и даже были вместе.

Аргумент: «не хотели расстраивать» — оказался слишком странным и болезненно восприимчивым.

Рита перестала с ними контактировать, отдаляясь и желая забыть их кошки-мышки.

Никита пришёл как раз вовремя. Полина допивала второй коктейль «Пинаколада», пока Рита стремительно опустошала алкогольное мохито. Он сразу же заказал себе воду без газа и выглядел слегка встревоженным.

— Что у тебя случилось? — спросила Шмелева, поглядывая на Трутнева с особой внимательностью.

Они решили двинуться в сторону свободных лежаков, которых было всего два. Никита сел на один, а рядом с ним Полина, расслабляя плечи. Рита села на противоположный, скрещивая лодыжки и посасывая коктейль через трубочку.

— Ты выглядишь… наблюдательным, — не унималась девушка.

— Что плохого в наблюдательности? — спросил Никита, оглядываясь по сторонам.

— Ищешь кого-то, — Рита хитро прищурилась. — Неужели ты приехал не ради того, чтобы провести время со своими лучшими подругами?

— Рита-а, — пропела Полина. — Ты ведёшь какое-то расследование?

— Конечно! Ты посмотри на него. Он высматривает кого-то.

Никита застонал, упираясь лицом в ладони. Он слегка покраснел, скрывая улыбку, и девушки переглянулись понимающими, но удивлёнными взглядами.

— И… — не выдержала Рита.

— Маша! — воскликнул он, недовольно смотря на Шмелеву. — Мне написала Маша после того, как ты позвонила. Она сказала, что будет сегодня на пляже и хотела бы встретиться со мной.

— О! — воскликнули девушки в унисон, расширяя глаза и поворачиваясь к Трутневу.

— Это же замечательно! — сказала Рита, хлопнув в ладоши.

— Ты должен с ней встретиться! — улыбнулась Полина.

— О, это будет знаменательная встреча!

— А то! Хотела бы я на это посмотреть!

Девочки говорили наперебой, не давая Никите вставить слово. Он лихорадочно переводил взгляд с одной на другую, округляя глаза и понимая, что они уже всё продумали за него!

— Тихо! — шикнул он, грозно прищуриваясь.

Полина затихла первой, присасываясь к коктейлю. Рита поджала губы и хмыкнула.

— Я сказал ей, что мы можем встретиться около девяти возле бара. Она согласилась.

— Это практически через час, — Рита посмотрела на телефон. — Дискотека начнётся ровно в половине десятого, и я не смогу за вами подглядывать.

— За нами и не надо подглядывать, Рита! — возмутился Никита, закатывая глаза.

Он немного бесился, но старательно не показывал этого — знал, что подружки ничего плохого не имели в виду.

— Интересно, как ты собираешься запрыгнуть на эту козочку, обойдя Фихнеева, — она издевательски выгнула бровь.

Её сердце гулко забилось.

При упоминании Фихнеева Полина резко замерла, прикусывая зубами кончик трубочки. Она осторожно посмотрела сначала на Риту, затем на Никиту. Трутнев выпятил губы, пожав плечами.

— Она сказала, что они не в месте. Просто друзья.

— Ладно, — Рита решительно отступила, проводя черту и тем самым показывая, что разговор окончен. Всё самое интересное она выяснила, поэтому можно было отстать от бедного Никиты, который едва сдерживал эмоции.

— Я хочу ещё пинаколаду, — сказала Полина, поднимаясь с лежака.

— Возьми мне мохито! — попросила Рита, передавая пустой стакан. — И подмигни бармену, чтобы он налил побольше рома.

Иванова улыбнулась, удаляясь от лежака.

Люди, находящиеся на пляже, не собирались покидать свои места. Многие уже не купались, окончательно выползли на берег и столпились на маленькой площади, на которой было что-то громкое, очень яркое и красивое.

Она зацепилась глазом на несколько секунд, смотря, как несколько парней танцевали, а потом двинулись девушки, выполняя практически синхронные движения. Баттл. Там был танцевальный баттл! Интересно.

Полина остановилась возле бара, и парень в красно-чёрном фартуке подошёл к ней, принимая пустые стаканы.

— Мохито и пинаколаду, — попросила Полина, поглядывая на разворачивающееся шоу.

Ей было плохо видно, и она максимально вытянула шею, чтобы увидеть больше, но из-за толпы, образовавшейся вокруг площадки, был очень плохой обзор. Полина села на барный стул и приподнялась, чтобы увидеть хоть что-то, и это почти помогло, пока какие-то девушки не подняли руки с телефонами.

— М-да, — она покривила ртом и повернулась к бармену, который методично намешивал коктейли, ловко обращаясь с предметами для приготовления.

— Готово, — сказал бармен, одарив девушку соблазнительной улыбкой и поставив на стойку два вновь наполненных стакана.

— Благодарю!

Полина слезла со стула, когда почувствовала вибрацию в сумочке. Она нахмурилась и тут же отыскала телефон. Её глаза округлились, перечитывая строчки несколько раз:

«Саша Фихнеев: Не могла ещё откровеннее надеть лифчик? В принципе, и без него можно было обойтись»

* * *

— Ты на показ мод собрался? — недовольно буркнул Пестеренко, когда окинул Сашу внимательным взглядом.

Он только-только припарковал машину, героически игнорируя звонки от Тёмы и Димона, которые пытались поторопить его.

Саша собирался не спеша. Он переводил дыхание, расхаживая по квартире и пытаясь понять, стоит ли ехать развлекаться. Сегодня были похороны, и он мог бы провести остаток дня, загоняясь и погружаясь в глубокие раздумья, чтобы правильно почтить память деда.

На самом деле, Иван бы не позволил сидеть внуку в полной тишине, задумчивости и расхлябанности. Он бы поддал пинка и попросил не возвращаться до полуночи, пока хорошенько не отдохнёт и не оторвётся вместе с друзьями.

Поэтому Фихнеев принял решение. Он съездит на пляж, как и договаривались изначально с парнями. Единственное, не собирается напиваться в стельку, как хочет Артём. Он считал, что его неделя была сильно изматывающей из-за вступления в клуб цветоводства, поэтому ему нужно качественно отдохнуть.

Тем более там обещали показать фаер-шоу. Саша ходил на подобное мероприятие год назад, когда был фестиваль «Белые ночи», и ему очень даже понравилось.

Он оделся в рубашку с вертикальной полоской и белые штаны, чтобы соответствовать пляжному дресс-коду.

Пестеренко был одет в чёрные джинсовые шорты и белую рубашку, что смотрелось тоже неплохо.

Саша окинул друга скептическим взглядом.

— А сам?

— Олеся сказала, что мне нужно одеться так же, как и она, — он закатил глаза.

Фихнеев не сдержал смеха.

— Что? Я что-то пропустил?

Артём надулся.

— Ну… Нет. Просто она сказала, что должен быть белый верх и чёрный низ. Не знаю. Эта девчонка сводит меня с ума!

— И… Вы, получается, вместе?

— Нет! — тут же ответил Артём, затем глянул на Сашу быстрым взглядом. — Или да? Или нет? Я не знаю. Мы просто проводим время вместе.

Фихнеев поразмыслил с минуту и пришёл к очевидному выводу:

— Ясно. Она тебе нравится.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Да.

— Да.

Саша победоносно улыбнулся, обнажая зубы.

— В задницу это, — фыркнул Пестеренко.

Они спустились к пляжу, и Фихнеев недовольно поджал губы. Погода была хорошей, даже слишком, несмотря на дневной дождь. Люди продолжали занимать лежаки и не спешили переодевать купальники на нормальную одежду. Солнце плавно садилось за горизонт, окрашивая небо и волны в нежный розовый оттенок.

— Маша сегодня необычно спокойна, — хмыкнул Артём, когда они спускались к лежакам по деревянному мостику.

Саша не совсем понял, зачем он это сказал, но решил поинтересоваться:

— Почему же?

— Не знаю. Сказала, что ждёт встречи с кем-то, поэтому уйдёт от нас примерно через полчаса, — он неопределённо пожал плечами.

Саша подумал, что это к лучшему.

Они подошли к месту, где на четырёх лежаках расположилась их компания примерно из пятнадцати человек, в числе которых были и очень, и не очень знакомые.

Фихнеев заметил, что Олеся была одета в такие же тона, что и Артём. Они практически выделялись, потому что остальные были одеты в разносортные и разноцветные вещи: джинсы или шорты, майки или футболки.

— Ты как раз вовремя, — сказала Лоскутова, посмотрев на Сашу.

— Да?

— Через часик откроется танцплощадка, и ты будешь снимать, как Пестеренко танцует стриптиз.

— Лоскутова! — прорычал Артём.

— Видимо, я что-то пропустил, — протянул Саша.

— Ага! — довольно хихикнула Олеся. — Нам сегодня дали задание поухаживать за гибискусом. Мы поспорили, что если кто-то из нас облажается, то будет выполнять желание. Это задание было на оценку для Георгия! Представляешь? И этот придурок, — она указала стаканом с пурпурной жидкостью на Артёма, — оторвал цветок! Так что он облажался и торчит мне желание!

— Вообще-то, этот цветок был болен, и он случайно попался мне под руку! — запричитал Артём, выглядя рассерженным.

— Он был абсолютно здоров, пока твои лапы не оказались возле него!

— Ты..!

— Брейк, дамы, — Саша поднял руки, предотвращая словесную атаку ругательствами. — Тёма, если ты действительно облажался, тебе стоит выполнить приказ Олеси.

— Это бред! — воспротивился Пестеренко.

— Зато мы все увидим твои трусики! — поддакнул Димон, проглатывая пиво.

— Идиоты!

— Неправда! Ты сам виноват! — завопила Олеся.

Пора было уходить, чтобы избежать визга.

— Я в бар! — сказал Саша и медленно направился сквозь толпу в сторону импровизированного пляжного бара.

Он медленно шёл, мечтая о газированной прохладной воде. Детвора, бегающая друг от друга, едва не сбивала его с ног, когда он пытался пробраться сквозь соединённые шезлонги, на которых отдыхал целый скаутский отряд из школьников.

Саша закатил глаза, когда один из мальчишек воткнулся ему в бок. Он мягко потрепал его по голове, и ребятёнок удрал в противоположном направлении.

Он не поверил собственным глазам, когда увидел знакомую черноволосую макушку, выглядывающую из бара. Девушка оперлась руками на стойку и пыталась посмотреть на сцену, возле которой толпились люди.

Её чёрный лифчик (или топ, или что это вообще такое?) был каким-то непотребством, хотя Саша напомнил себе, что они были на пляже, где все были наполовину раздеты. Короткие шорты идеально обтягивали упругие ягодицы.

Она выглядела фантастически хорошо, заряжая тёплой энергией и освещая мрачный день. Её пухлые губки были слегка приоткрыты, когда она пыталась максимально вытянуться, чтобы посмотреть шоу. Она прикусила нижнюю губу и, качнув головой, прекратила попытки хоть что-то высмотреть.

От её вида мгновенно потеплело внутри. Саша не писал Полине весь день, даже не думал об этом — был занят, да и как-то не знал, стоит ли этого делать. Она так стремительно покинула его квартиру в четверг, что он не знал, как себя повести.

Полина вызывала в нём странные эмоции, заставляющие вести себя как полный идиот, не обдумывающий действия наперёд.

Саша слегка замедлился, когда начал приближаться к бару, и достал телефон, быстро набирая сообщение:

«Саша Фихнеев: Не могла ещё откровеннее надеть лифчик? В принципе, и без него можно было обойтись»

Он даже не понял, зачем написал это. Просто захотелось, просто будто что-то толкнуло его к написанию сообщения. Не станет же он банально начинать диалог с «привет», верно?

Фихнеев не был миловидным романтиком, который прослыл нежными и красивыми ухаживаниями. Он неотёсанный грубиян, не знающий, как себя вести с той, кого задирал.

И вот сообщение отправлено. Чёрт… Он готов был хлопнуть себя по лбу за столь странное проявление внимания.

«Бестолковый!» — хихикнул внутренний голос, который не получил никакого ответа.

Саша превращался в заикающегося и неспособного трезво мыслить человека, когда на горизонте сверкала фигура Ивановой.

И что бы это всё значило?

Полина, дождавшаяся заказа от бармена, встала со стула и тут же потянулась к сумочке.

— Давай, давай, малышка, — прошептал Саша, подходя ближе.

Она долго смотрела в экран телефона, а потом всё-таки начала печатать ответ.

«Полина Иванова: Останусь без него, когда выпью ещё парочку коктейлей. Не подглядывай! Это не для тебя»

Животное чувство ревности затопило его мощной волной после того, как он прочитал сообщение.