Укрепление экономических связей с СССР и странами соцблока, на которые приходилось более половины внешнеторгового оборота ФНРЮ, а также поступательное развитие в духе сталинского социализма резко прервалось в 1948 году, когда разгорелся серьезный конфликт между СССР и ФНРЮ, в корне изменивший дальнейшее развитие Югославии.
Противоречия между сторонами накапливались давно. Стремясь к самостоятельности, Иосип Броз Тито выстраивал курс, который все чаще вступал в противоречие с представлениями Сталина о единстве и дисциплине социалистического лагеря, особенно в условиях начала холодной войны и запуска Соединенными Штатами плана Маршалла.
Еще в 1947 году на учредительной конференции Комин-форма Москва провозгласила линию на безусловную консолидацию всех коммунистических партий вокруг СССР. Югославия формально поддержала эти установки, однако в реальности все заметнее демонстрировала автономность. Особенное раздражение Кремля вызывала независимая внешняя политика Тито на Балканах. В частности, ввод югославских военных частей в Албанию, которой Югославия помогала «строить коммунизм», и помощь греческим партизанам в гражданской войне, осуществляемые без согласования с советским руководством. Эти шаги вызывали озабоченность Москвы, поскольку выходили за рамки ранее заключенного «процентного соглашения» между Черчиллем и Сталиным, согласно которому влияние СССР на Албанию было ограничено, а Греция относилась к сфере интересов Запада. Кремль опасался, что такая активность Белграда может быть расценена США и Великобританией как экспансионизм всего социалистического блока – особенно это было опасно в ситуации, когда ядерное оружие было только у США. Помимо прочего, Тито вел самостоятельные переговоры с Болгарией о создании Федерации балканских государств. Такая инициатива по созданию крупного балканского объединения воспринималась Москвой как попытка самостоятельной геополитической игры, способной нарушить баланс сил в регионе.
Портреты Сталина и Тито на Первомайской демонстрации. 1946
К началу 1948 года отношения окончательно испортились. На заседании правительства 1 марта Тито заявил о необходимости развития собственной модели социализма, что стало фактическим вызовом советскому руководству. В ответ на это 28 июня 1948 года на заседании Коминформа в Бухаресте была принята резолюция «О положении в Коммунистической партии Югославии», в которой югославское руководство единогласно осуждалось, обвинялось в разрыве с «марксистско-ленинскими принципами» и отклонении от общего курса социалистического лагеря. КПЮ была исключена из Коминформа, а «здоровым силам» внутри партии предлагалось сместить Тито и вернуть страну на советский путь развития. Как реакция на это обвинение в Белграде состоялся V съезд КПЮ, на котором Резолюция Информбюро была отвергнута, а Тито одержал убедительную победу: абсолютное большинство делегатов поддержали курс на самостоятельность. Это стало возможным благодаря высокой популярности коммунистов в Югославии еще со времен войны и личному авторитету Тито как лидера национального освобождения и символа независимости страны. Разрыв между странами стал окончательным.
СССР прекратил торговлю с Югославией, отозвал специалистов и свернул двусторонние экономические программы. Разрыв сопровождался и серьезными внутренними последствиями для ФНРЮ. В связи с опасностью внутрипартийного переворота и раскола власти начали бескомпромиссное преследование всех реальных и предполагаемых сторонников резолюции Коминформа. С 1948 по 1963 год в поддержке резолюции Коминформа подозревалось более 55 тысяч граждан. Тысячи человек были допрошены, арестованы или отправлены в тюрьмы и лагеря. Главным местом содержания политзаключенных стал печально известный лагерь на хорватском острове Голи Оток.
Особенно остро последствия этого конфликта отразились на Черногории. По масштабам репрессий на душу населения республика стала одним из лидеров в Югославии. Массовую поддержку Коминформа именно в Черногории можно объяснить устойчивыми здесь пророссийскими настроениями. Согласно официальным данным, сторонниками резолюции Коминформа в республике признали 5007 человек, что составляло свыше 1 % населения республики. Из них более половины были членами КПЮ, включая представителей высших партийных структур: четырех членов Политбюро, двух членов ЦК КП Черногории и десятки руководителей районных комитетов.
Карикатура на Иосипа Тито. ГДР. 1951
Однако репрессии коснулись не только идеологических сторонников резолюции. В Черногории, как и по всей стране, были арестованы тысячи людей, не имевших отношения к Коминформу. Поводом для ареста могло стать любое высказывание, жест или даже нейтральная позиция, ошибочно интерпретированная как скрытая симпатия к Москве. Иногда даже отказ вступить в крестьянскую кооперацию трактовался как проявление «коминформовского» уклона. Частыми были случаи доносов, ложных обвинений и преследований, мотивированных личными конфликтами.
Ключевую роль в репрессивной системе играла югославская политическая полиция, известная как Управление государственной безопасности (УГБ). УГБ проводило аресты и допросы, вела наблюдение за семьями подозреваемых. Панический страх перед УГБ царил даже среди высших партийных руководителей, поскольку УГБ стояло над партией и системой. Непосредственный контроль над этой службой осуществляли Тито и один из его ближайших соратников, министр внутренних дел и глава госбезопасности – Александр Ранкович.
Карикатура на Иосипа Тито. СССР. 1950-е
Конфликт между странами, внутренние преследования и чистки продолжались вплоть до 1955 года. После смерти Сталина и с приходом к власти в СССР Н. С. Хрущева отношения между странами улучшились. Были восстановлены дипломатические отношения, а в мае 1955 года, как подтверждение нормализации отношений, состоялся визит Хрущева в Белград.