После легитимации своей верховной власти Даниле следовало отправиться в Россию, чтобы принять там сан митрополита. Однако у молодого амбициозного правителя были другие планы. Он намеревался порвать с вековой черногорской традицией совмещения духовной и светской власти в одном лице. Данило заранее решил, что у российского императора Николая I будет просить не о монашеском сане, а о признании Черногории светским княжеством, а себя, соответственно, князем.
Иоганн Бёсс. Данило Петрович Негош. 1855
В феврале 1852 года он направился в Россию. Одновременно с этим в Черногории Сенат провозгласил страну наследственным княжеством, а Данило – первым князем. К моменту прибытия Данилы в Петербург Николай I был уже в курсе просьбы черногорского правителя и успел подготовить официальный ответ. Во время аудиенции, которая состоялась 15 июня 1852 года, российский император объявил: Россия уважает право черногорского народа самостоятельно выбирать облик власти, поэтому она признает провозглашение Черногории наследственным княжеством, а Данило – наследственным князем. Это стало важнейшим внешнеполитическим успехом Черногории и началом нового этапа ее государственности.
По некоторым версиям, Данило отрекся от монашеского чина, чтобы жениться на Даринке Квекич, с которой он вступил в брак в 1855 году. Даринка Квекич происходила из сербской купеческой семьи, издавна укоренившейся в Триесте (в то время территория Австро-Венгрии, совр. Италия). Свадьба Данило и Даринки состоялась 12 января 1855 года в Негушах – родовом гнезде династии Петровичей Негошей. Ее приезд сильно изменил жизнь при черногорском дворе. Приехав в горную патриархальную страну, Даринка взяла на себя организацию Цетинского княжеского двора в соответствии с европейскими придворными обычаями. Например, она уговорила мужа отказаться от средневекового обычая выставлять на центральной площади головы убитых врагов. Первая черногорская княгиня была хорошо образована, свободно владела итальянским, русским, французским и латинским языками, и под ее влиянием князь начал изучать русский и французский.
После провозглашения Черногории светским княжеством и отделения светской и церковной власти следовало решить вопрос о том, кто и каким образом назначает Цетинского митрополита. В документе Сената о провозглашении Черногории княжеством было зафиксировано, что Цетинского владыку отныне назначает правитель Черногории. Тем самым фиксировалась, по сути, абсолютная власть князя Данилы.
Черногорский князь вернулся на Цетине в августе 1852 года. Это совпало с вспыхнувшим в соседней Герцеговине антитурецким восстанием. Данило без колебаний принял решение участвовать в восстании, надеясь вернуть Черногории спорные территории, особенно Грахово, за которое споры с османами велись еще при его предшественниках. С сентября отряды черногорцев сражались в Герцеговине, им даже удалось занять на какое-то время Жабляк Црноевича.
Однако реакция турок на это вмешательство последовала немедленно. В декабре 1852 года османский султан издал указ о наступлении на Черногорию. Главнокомандующим стал легендарный полководец Омер-паша Латас – османский генералиссимус сербского происхождения, успешно подавивший многие восстания на Балканах. Его армия численностью в 30 тысяч человек всего за две недели прорвалась в долину реки Зета, откуда ей открывался прямой путь на Цетине. У черногорцев, сильно уступавших в численности, не было шанса им противостоять. Тогда Россия и Австрия, не заинтересованные в дестабилизации Балкан, оперативно вмешались в конфликт. Под дипломатическим нажимом Порта была вынуждена подписать перемирие в феврале 1853 года.
Даринка Квекич. 1850-е
Это стало временным спасением, но Данило не отказался от своей цели – включения пограничных областей в состав княжества. Несмотря на то, что Черногории и так с трудом удалось избежать поражения, князь Данило уже спустя несколько недель после завершения войны заявил жителям Грахово: «Или турки на Цетине, или Грахово будет моим! Двух господ у вас не будет». После этого он попытался спровоцировать турецкие пограничные силы на Скадарском озере, произведя очень вызывающий жест. Как пишет черногорский историк Ж. Андрияшевич, князь Данило, проезжая по озеру, приказал, чтобы его провезли прямо около острова Лесендро, на котором в то время располагалась турецкая крепость. Все турецкие войны вышли посмотреть на него, а он стоял посреди ладьи, весь в золотом одеянии, с орденами, прямо напротив турецких пушек, и, как говорит свидетель событий, даже когда турки начали заряжать орудия, не сдвинулся с места. Эта сцена, по мнению историка, больше всего характеризует короткое, но бурное правление молодого черногорского князя, «в течение которого он почти каждый день пускался в опасное приключение вокруг какого-нибудь Лесендро и упрямо стоял прямо напротив пушки, которая была направлена на него».
Урегулирование пограничных споров и возвращение территорий, которые исконно принадлежали черногорцам, было лишь частью условий, которые по мнению Данило вели к главной цели его политики – международному признанию независимости Черногории. Второй частью была внутренняя модернизация и установление беспрекословного политического единства страны.
В этом ключе князь предпринял важный шаг в сфере государственного строительства, а именно создание нового Законника. «Законник Данила I» был принят Сенатом в 1855 году и осовременил правовую систему государства. Во многом он опирался на предшествующие правовые акты: «Законник общий черногорский и брдский» (1798) и «Закон отечества» (1833), но в большей мере основывался на современной тому времени судебной практике.
Документ состоял из 95 статей. Он гарантировал равенство всех граждан перед судом, а также определял их имущественные и личные права. Были введены строгие наказания за убийство, грабеж, захват чужой земли, запрещено разбойничество на турецких территориях. Гарантировалась свобода вероисповедания для неправославного населения и защита беженцев. Личность князя в Законнике провозглашалась неприкосновенной, и за вред, нанесенный ему или княжескому достоинству, предусматривалась смертная казнь.
Деньги были необходимы для молодой черногорской государственности, поэтому Законник также утверждал обязательную выплату налогов. За отказ платить налоги предусматривалась смертная казнь, однако неимущие и бедные от налога освобождались. За время правления Данилы не было зафиксировано случаев неуплаты налогов. Таким образом, налоги платили все подданные, но доход с них был не так уж высок. Предположительно, с налогов в казну поступало от 12 до 15 тыс. флоринов, в то время как расходы казны были в районе 22 тыс. флоринов в год. Недостающая сумма финансировалась Россией. Российская субвенция составляла в районе 42 тыс. флоринов.
Титульный лист «Законника Данила I». 1855
Еще одной безотлагательной задачей для Данилы была борьба с оппозицией, которая нарушала политическое единство страны. Многие были недовольны его реформами, налогами и абсолютной властью князя. В первую очередь он расправился со своими главными политическими противниками, которые вынуждены были покинуть страну; среди них был и его дядя Пера Томов.
Уже в начале его правления, несмотря на угрозу извне, по стране прокатилась волна восстаний, особенно в пограничных с османами территориях: в Пиперах (1852), Биелопавличах (1854), Кучах (1855–1856). Их подогревали турецкие агенты, в том числе скадарский визирь Осман-паша, который снабжал мятежников оружием и деньгами. Князь ответил жестко. Его брат Мирко с войском подавил выступления. Особенно кровавой была расправа в Кучах, где, по свидетельствам, погибло более двухсот человек, включая женщин и детей. Эти события вошли в народную память под названием «резня в Кучах» (Pohara Kuča). Несмотря на большое количество безвинных жертв, Данило был убежден – только жесткая централизация и подавление сепаратизма могут обеспечить стабильность страны. Его суровые, но решительные меры в конечном счете сломили сопротивление в этих краях, и хотя пережитки сепаратизма сохранялись, он уже больше никогда не поднимался здесь с прежней силой.
Анастас Йованович. Князь Данило I. 1853
Контролировать порядок в стране было бы невозможно без реорганизации армии. В 1854 году была проведена перепись воинов, иными словами, со всей страны были собраны списки желающих воевать против турок. Записалось около 10 000 человек. Каждый военнообязанный получал крест, который должен был прикрепить к шапке, поэтому это войско часто называют «крестоносным». Армия делилась на сотни и десятки, а во главе войска стояли капитаны, воеводы или сердары. Как отдельный род войск вводилась артиллерия, а также в качестве элитной военной единицы была сформирована гвардия, которая насчитывала 1000 человек. Число личной охраны князя – перьянцев – возросло до 70.