Элизабет это не тронуло. Она была доброй, но его не пожалела, даже испытала какое-то облегчение. Когда, очнувшись, он открыл рот, закрыл и открыл снова, она побежала по тропинке. Она не выдержала бы вопросов. Надо заняться пчелами, а не поможет – уйдет с головой в уборку.

«Зачем он слушал ее?» – думала она. Почему не обнял, не выругал? Почему мужчины вообще слушают женщин? Если бы он ее любил, он бы остался. Эти размышления прервал слабый голос:

– Не верю…

Натти шел за ней, повторяя: «Нет, не верю».

– Привыкнешь, – отвечала она.

– Ты прогнала его?

– Да.

– За что?

– Что ж еще было делать?

– Он что, слышал вчерашний разговор?

– Да.

– Ой!

Она промолчала.

– Ты бы объяснила.

– Как?

– Ну, не знаю, как-нибудь. Значит, ты его выгнала?

– Да.

– Не понимаю.

У нее лопнуло терпение.

– Натти, поговорим о чем-нибудь другом.

– Да, но…

– Не надо! Я не выдержу. Я и так еле жива.

Он продолжал ворчать, но она его не слушала. Длилось это долго, пока не раздался гудок автомобиля.