Квартира на двадцать третьем этаже манхэттенского небоскрёба утопала в полумраке – тяжёлые шторы цвета антрацита почти полностью поглощали дневной свет, оставляя лишь золотистые полосы закатного солнца, которые пробивались сквозь узкие щели и ложились на паркет из тёмного дуба. В воздухе витал аромат дорогого парфюма, смешанный с запахом кофе и едва уловимыми нотками мужского одеколона.

Женщина лет пятидесяти, с безупречной фигурой и холодными серыми глазами, лежала на диване в шёлковом халате цвета слоновой кости, который едва прикрывал загорелые ноги. Её каштановые волосы с прядями седины, обычно убранные в строгий пучок, сейчас рассыпались по плечам мягкими волнами.

– Кофе, мэм! – улыбаясь, объявил молодой мужчина, появляясь из кухни с двумя чашками. На нём были только джинсы, босые ноги бесшумно ступали по паркету. Вьющиеся тёмные волосы, ещё влажные после душа, обрамляли смуглое лицо.

– Отлично, спасибо, – ответила она, принимая чашку и наслаждаясь видом его торса.

Джейсон Коул, старший аналитик департамента АНБ, обладал спортивным телосложением и умными тёмными глазами. Шесть месяцев назад Коул был переведён в её прямое подчинение из Лэнгли – официально за выдающиеся аналитические способности, неофициально – за другие таланты.

– Джейс, мы не в офисе, – ласково заметила она, и годы словно слетели с лица. – Просто Элеонора.

– Привычка, – он сел рядом, рука легла на её плечо. – Хотя должен признать, вне офиса ты совершенно другая.

– В офисе я не могу позволить себе быть женщиной, – тихо ответила она, проводя пальцем по его груди. – Там я только директор.

Джейсон знал цену этих встреч. Два часа украденного рая раз в неделю, строжайшая секретность, отключённые камеры наблюдения, никаких свидетелей. Служебный роман в АНБ – дело рискованное, особенно когда один из участников директор.

– О чём думаешь? – спросил он, заметив её отстранённость.

– О том, что нарушаю все правила безопасности, – призналась Элеонора. – Но не могу остановиться. Ты мой наркотик, Джейсон. Но помнишь ли ты наш уговор? Никаких разговоров о работе.

– Я помню, Элеонора… – он наклонился к ней и поцеловал.

Элеонора Райс мягко улыбнулась.

В квартире царила приятная атмосфера: приглушённый свет, тяжёлые портьеры, антикварная мебель. На кофейном столике лежали ключи от Maserati и защищённый смартфон в титановом корпусе.

– Ты напряжена, – заметил Джейсон, массируя её плечи.

– Просто тяжёлая неделя, ты ведь в курсе, – вздохнула Элеонора, закрывая глаза. – Иногда кажется, что весь мир сошёл с ума, а я должна всё держать под контролем.

Зазвонил защищённый телефон. Резко, настойчиво. Джейсон узнал звук.

Элеонора замерла, глядя на высвечивающийся номер. Она заколебалась – взять или не взять?

– Не бери, – прошептал Джейсон, его губы коснулись её шеи. – Пусть подождут немного. Мир не рухнет.

Но звонки не прекращались. Телефон жужжал как разъярённая оса.

– Чёрт побери! – выругалась она и схватила трубку. – Райс слушает.

– Мэм, извините за беспокойство, – раздался напряжённый голос помощника. – У нас экстренная ситуация. Инженеры обнаружили нечто странное в роботе.

Элеонора мгновенно преобразилась в прежнюю железную леди:

– Что именно? – голос стал стальным.

– При разборке нашли пустую камеру в корпусе. Размером примерно пять на пять сантиметров, толщиной один. Возможно, оттуда был извлечён какой-то блок до того, как робот попал к нам.

Элеонора вскочила, халат распахнулся. Она стояла полуобнажённая, но в её позе всё равно чувствовалась сила и власть.

– Сколько человек знают об этом? – спросила отрывисто.

Джейсон видел, как напряглись её плечи. Он участвовал в операции в отделе анализа и знал все подробности.

– Трое инженеров и начальник лаборатории. Плюс я.

– Немедленно изолируйте их. И чтобы никаких контактов с внешним миром! Через час жду полный отчёт.

– Слушаюсь, мэм.

– И ещё, – голос стал ещё холоднее, – мне необходимо досье на всех участников захвата звездолёта. Профессор Лики, его дочь, русский, программист, байкер… всех до единого. Включая группу зачистки корабля и водителя грузовика. Каждого, кто дышал рядом с этим роботом. Всех!

– Слушаюсь, мэм.

– Установить за ними круглосуточное наблюдение. Все телефоны на прослушку, все компьютеры под контроль. Если кто-то чихнёт не в ту сторону – я хочу об этом знать!

Элеонора отключилась и обернулась к Джейсону. Тот смотрел на неё с профессиональным восхищением – так смотрят на идеально отточенный клинок.

– Считаешь, кто-то из группы профессора попытался нас обмануть? – спросил он.

– А ты как думаешь? Ты ведь анализировал их досье.

Джейсон встал, мышцы перекатились под кожей:

– Русский – исключено, ведь он под нашим полным контролем. Байкер же слишком примитивен для таких игр. Остаются учёные…

– Программист, – жёстко сказала Элеонора, застёгивая юбку. – Марк Андерсон. Он разработал электронную личность. А «мозги» робота из того же теста. И он достаточно умён, чтобы понять ценность информации.

– Но Марк ранен, лежит в больнице под охраной…

– Что не мешает ему иметь сообщников, – отрезала она, уже почти превратившись в директора АНБ. – Раненый волк ещё опаснее здорового. Романтика закончилась, Джейсон. Нам придётся срочно взяться за работу.

Пока Элеонора застёгивала блузку и собирала волосы в пучок, Джейсон быстро оделся. У двери он обернулся:

– Когда увидимся снова?

Элеонора даже не подняла глаз от телефона, уже набирая следующий номер:

– Посмотрим. Если ты будешь хорошим мальчиком, то, надеюсь, скоро.

Через десять минут от расслабленной женщины не осталось и следа. В зеркале на неё смотрела знакомая железная леди – директор АНБ Элеонора Райс.

***

Солнце медленно садилось над Мексиканским заливом, окрашивая воду в оттенки сверкающего золота. Волны лениво лизали сваи пирса кафе «Pier 21», оставляя пенные следы на потемневшем дереве. Чайки с криками кружили над водой. В воздухе витал солёный аромат моря, смешанный с запахами жареных креветок и лимона. Ларри допивал холодный «Будвайзер» и внимательно изучал лицо Элли, замечая, как её пальцы нервно теребят край бумажной салфетки.

– Итак, – произнёс он, ставя бокал на деревянный столик, – что же ты хотела обсудить со мной? Чувствую, дело не только в красивых видах на бывший древний кратер.

– Слышал анекдот? – Элли начала издалека. – Старая гусеница наставляет молодую: нет, мол, ничего потом. Просто умираешь и всё!

Ларри прищурился:

– Но, увы, потом превращение в куколку, а после – в прекрасную бабочку!

– Ларри, похоже, у меня есть «куколка»!

Брови Ларри взлетели в недоумении. Элли нервно облизнула губы, отблёскивающие в лучах заходящего солнца, и уставилась на каплю конденсата, стекающую по стакану.

– Помнишь тот момент, когда я подошла к Фету прямо перед его… самоликвидацией? – её голос звучал тише обычного. – Когда поговорила с ним и даже погладила его металлическое плечо?

– Конечно помню, – кивнул Ларри, тело напряглось. – Ты выглядела очень расстроенной.

– Так и было, – ответила Элли. – Он прошептал мне кое-что очень важное. Сказал, что сохранит копию своей личности на специальном носителе. Что доверяет только мне и просит незаметно извлечь этот носитель из маленького отсека в его корпусе.

Ларри мгновенно превратился в хищника: зрачки сузились, ноздри раздулись. Он по привычке разведчика автоматически оглянулся по сторонам – на соседние столики, на паркинг.

– Продолжай, – Ларри понизил голос до шёпота.

– Фет объяснил, что носитель находится сзади на уровне пояса и светится синим огоньком. Сказал, что я могу вытащить блок прямо сейчас – в памяти просто потеряются последние несколько минут его жизни. – Элли нервно сжала руки в замок. – А потом можно будет развернуть личность Фета на наших серверах. Он предупредил, что потребуется огромная вычислительная мощность – примерно половина крупной нейросети. Сказал, что, может, я что-то придумаю, и, возможно, когда-нибудь найду способ…

– А инструкции по активации? – хрипло спросил Ларри, его горло пересохло, сердце забилось быстрее.

– Он зашифровал их в самом конце своего видеопослания, отправленного моему отцу. Кстати, я скопировала то видео. Ключевая фраза для расшифровки: «Фет возродится словно Феникс». Но справиться с дешифровкой и развёртыванием сможет только Марк или программист высокого уровня, – она посмотрела на Ларри умоляющим взглядом, в котором светилась надежда. – И… я незаметно извлекла носитель из Фета.

Ларри побледнел. Кровь отлила от лица, оставив только расширившиеся серые глаза, которые сейчас смотрели на девушку с ужасом и восхищением одновременно.

– Не волнуйся, – Элли положила ладонь на руку Ларри, – это не срочно. Дождёмся полного выздоровления Марка, да и ты можешь слетать в Россию и вернуться. Надо будет как-то решить проблему с серверами. Вот я и подумала, что ты сможешь помочь.

– Боже мой, – пробормотал он, инстинктивно хватаясь за голову. – Элли, ты хоть понимаешь, что сделала?

– Что ты имеешь в виду? – испугалась она.

– Какого размера этот носитель? Где он сейчас? – Ларри говорил быстро, отрывисто.

– Я оставила его в машине, в бардачке. Размером он примерно как половина обычного смартфона, только чуть толще. Металлический, с какими-то узорами, – ответила Элли, пугаясь его реакции. Её нижняя губа дрогнула.

– Да-а… – многозначительно протянул Ларри и выдохнул. – Спецслужбы рано или поздно обнаружат эту пустоту в роботе. Они поймут, что оттуда что-то извлекли. И тогда нас всех, кто был там, возьмут под такой плотный контроль, что мы и пальцем шевельнуть без надзора не сможем. Нас будут трясти, пока не выяснят, кто и что взял!

– Но… Как они вообще догадаются, что там что-то было? – неуверенно предположила Элли, лицо вытянулось от страха.

– Поймут, что какой-то части не хватает! – жёстко отрезал Ларри. – Увидят пустую нишу, может отсоединённый разъём найдут! Эти ребята разберут робота до последнего винтика и догадаются. Хотя и сейчас я замечаю за собой слежку – серая машина висела на хвосте с самого Хьюстона. А Марка охраняют два агента якобы для защиты, но на самом деле они контролируют каждый его вдох. Но это всё детский лепет по сравнению с тем, что будет, когда они узнают, – он потёр виски, где пульсировала жилка. – В общем, времени у нас, скорее всего, почти нет.

Элли схватила его за руку – её ладонь стала ледяной и влажной.

– Что же делать? А серверы? Ты сможешь помочь с серверами? У тебя же связи…

Ларри мгновенно переключился в боевой режим – взгляд стал острым, движения чёткими:

– Серверы – второстепенная проблема. Главное сейчас – немедленно оторваться от слежки и выдернуть Марка из больницы. У меня есть адрес конспиративной квартиры в китайском квартале, – он встал, бросив на стол сотню. – Идём! Прямо сейчас. Каждая минута у нас на счету!

– Но Марк ранен, он не сможет…

– Он сможет всё, что потребуется, если мы объясним ему ситуацию, – перебил Ларри.

Они быстро дошли до машины, Ларри сел за руль, отрегулировал зеркала и кресло под себя. Его водительские навыки сейчас могли спасти их будущее.

– Носитель! – коротко потребовал он.

Элли достала из бардачка небольшой металлический предмет – тяжёлый для своего размера. Поверхность покрывали фрактальные узоры, а в углублении пульсировал синий огонёк.

– Невероятно, – прошептал Ларри, взвешивая носитель на ладони. – В этой штуке помещается разумное существо, причём многократно разумнее, чем мы сами. Вот как, оказывается, выглядит твоя «куколка»!..

Он спрятал носитель в карман брюк и завёл машину. За окнами начинал опускаться вечер – уличные фонари ещё не включились, но небо уже потемнело до фиолетового цвета. Машина бесшумно помчалась по шоссе в сторону Хьюстона. Ларри то и дело поглядывал в зеркало заднего вида.

– Слежка есть, – коротко сообщил он через несколько минут. – Серый седан Chevrolet, держится ровно в двух машинах позади нас. Два пассажира, из спецслужб. Классическая схема. В городе будем играть в кошки-мышки.

В черте Хьюстона Ларри продемонстрировал мастерство профессионала, обученного в спецшколах ГРУ. Проезд через переполненные парковки торговых центров, использование односторонних улиц и тупиков. Электрическая Tesla с её мгновенным ускорением и низким центром тяжести стала идеальным инструментом для отрыва от преследования.

Резкий поворот – Элли вжало в дверь. Проезд через красный – пересекающие их путь машины взвыли тормозами. Разворот через двойную сплошную – позади остался скрежет и следы дымящейся резины.

За окнами на бешеной скорости проносились огни вечернего города – неоновые вывески ресторанов, подсвеченные витрины, фары встречных автомобилей.

– Где ты так научился?! – выкрикнула она, вцепившись в дверную ручку.

– Школа выживания ГРУ, – коротко ответил Ларри, выруливая на встречную. – Автодром в Новосибирске. Инструктор – бывший каскадёр. Контраварийное вождение, отрыв от преследования, экстремальное вождение в условиях боевых действий.

– Всё, стряхнули их, – сообщил он наконец, вытирая пот со лба. – Теперь избавляемся от телефонов.

Они остановились у придорожной заправки, залитой ярким белым светом и, оба аппарата полетели в мусорную урну.

– Наши телефоны отслеживались, – объяснил Ларри. – Даже в выключенном состоянии они могут передавать сигнал. А теперь меняем тачку.

На стоянке подержанных автомобилей, освещённой мигающими гирляндами, Ларри выбрал потрёпанный, но надёжный пикап – ржавый, с рычащим мотором. Заплатил наличными толстому техасцу в ковбойской шляпе. Тот не задавал лишних вопросов и не требовал документов за дополнительные пятьсот долларов сверх цены.

– Красавец, да? – ухмыльнулся продавец, похлопывая капот. – V8, четыре литра. До Мексики долетит как пуля.

– Нам ближе, – ответил Ларри забирая ключи.

К больнице «Методист» они подъехали в половине одиннадцатого. Огромное здание медицинского центра возвышалось в ночи, окна местами светились жёлтыми квадратами. В вечернюю смену персонала работало мало, коридоры становились полупусты, а охрана дремала от скуки ночного дежурства.

Ларри действовал как машина – быстро и эффективно. Пока Элли отвлекала внимание дежурной медсестры долгими разговорами о состоянии пациента и необходимости его срочного перевода в инфекционную больницу, объясняя, что является его двоюродной сестрой и что врачи обещали это сделать, Ларри проник через пожарный выход. Белый халат из шкафа превратил его в доктора.

Первого охранника, дремавшего на стуле возле палаты Марка, он усыпил с помощью небольшого устройства размером с зажигалку – мгновенный укол в область шеи, и агент просто отключился на несколько часов, заснув глубоким сном. Со вторым пришлось потанцевать – после короткой рукопашной, Ларри отправил его в нокаут, а уже затем уколол.

– Что происходит? – слабо спросил Марк, когда Ларри осторожно помогал ему перебраться на медицинскую каталку. Лицо программиста казалось восковым, глаза запали. В полумраке палаты, освещённой только дежурной лампочкой, он выглядел неважно.

– Спасаем твою задницу, – коротко ответил Ларри, поправляя одеяло на каталке. – Потом всё расскажем. Элли ждёт внизу. Доверься мне.

– Срочный перевод в федеральную клинику! – уверенно бросил он дежурной медсестре, подкатывая каталку к посту. – Доктор Сандерс. Подозрение на геморрагическую лихорадку, требуется специализированное отделение.

Усталая пуэрториканка напряглась и инстинктивно отступила от каталки – Элли только что рассказывала про странную сыпь у её «брата» и возможный контакт с больным из Западной Африки.

– Но мне нужны документы на перевод, доктор.

– Электронное распоряжение уже в системе, бумаги привезут утром, – не останавливаясь, бросил Ларри, уже подвозя каталку к выходу. – Главное – изоляция в течение часа.

– Хорошо, доктор, – медсестра явно не хотела задерживать потенциально заразного пациента. – Удачи.

Элли семенила рядом с каталкой:

– Не волнуйся, Марк, потом всё расскажу.

– Но куда вы меня везёте? Мне ведь нужно лечение, лекарства… – Марк пытался понять, что происходит.

– Получишь лучшее лечение, какое только возможно, – пообещал Ларри, вывозя каталку на улицу. – Только не здесь.

– Ты прям угадал с инфекцией, мне сегодня стало хуже, – прошептал Марк, когда они осторожно помогли ему пересесть в пикап и устроили на заднем сиденье. – Врачи провели дополнительные анализы и обнаружили в крови неизвестный медицине патоген. Какая-то дрянь от когтя ящера… Антибиотики широкого спектра, противовирусные препараты – ничего не помогает. Мне становится всё паршивее…

Пикап рванул с места. Ночной город замерцал огнями за окнами.

Марк закрыл глаза, его голос стал ещё тише:

– В больнице я много думал о смерти. Знаете, сама смерть не так страшна, как кажется. Каждый с ней знаком. Она как сон без сновидений. Ведь мы умираем каждую ночь, засыпая, просто потом возрождаемся снова и снова. Поэтому, по сути, вообще-то каждый знает, что его ждёт «на том свете». Пустота. Ничто, – в его голосе звучала печаль и принятие неизбежного. – А я скоро уже не проснусь… Жаль только, что не успею воссоздать новую версию Лолы. И многого не узнаю, не увижу, не поживу. Столько планов, столько идей…

– Есть шанс тебя спасти, – твёрдо сказала Элли, беря его руку. – Большой шанс. Но тут нужны и твои усилия, и помощь Ларри, и кое-что ещё.

– Что? – Марк приоткрыл глаза.

– Потерпи немного. Скоро всё узнаешь.

Конспиративная квартира находилась в китайском квартале Хьюстона – старое кирпичное здание среди лавочек и ресторанчиков, где готовили традиционную еду. В ночи узкие улочки выглядели ещё более загадочно: красные неоновые иероглифы бросали багровые отблески на стены, а из ресторанчиков доносились ароматы жареной лапши и специй. Запахи имбиря, кунжутного масла и благовоний смешивались в ночном воздухе, создавая плотную атмосферу восточной экзотики.

Они подъехали к дому без вывески между магазином китайской медицины и крошечным ресторанчиком «Золотой Дракон» около полуночи. Подъезд пах мочой и дешёвыми сигаретами, лифт не работал. Ларри подхватил Марка под плечо и помог добраться до третьего этажа.

Квартира состояла из двух комнат со спартанской обстановкой: раскладной диван с потёртой обивкой, пластиковый стол, два стула, древний холодильник и микроволновка. На окнах – плотные шторы, на полу – дешёвый линолеум. Стены голые, и только гудящий как трактор холодильник выдавал, что здесь иногда живут люди.

– Уютненько, прямо пятизвёздочный отель, – слабо усмехнулся Марк, когда его устроили на диване и укрыли тонким одеялом.

– Зато безопасно, – ответил Ларри. – Эта квартира не числится ни в каких базах данных. Даже китайцы-соседи думают, что здесь живёт старый дядя Ван, который приезжает раз в полгода из Шанхая.

Он достал из кармана блестящий предмет – носитель личности Фета, и положил рядом с Марком. Синий огонёк на нём едва мерцал.

– Итак, Марк, – начала Элли, усаживаясь рядом на стул, – вот что на самом деле происходит…

Следующие пять минут она подробно рассказывала о последних словах Фета, о носителе с его личностью, о зашифрованных инструкциях в видеопослании. Марк слушал, не перебивая, и с каждой секундой его глаза горели всё ярче – профессиональный интерес программиста брал верх над физической слабостью.

– Невероятно, – прошептал он, вертя в руках носитель. – Полноценная загрузка сознания ИИ в эту хреновину! Квантовое хранилище… Здесь же десятки петабайт в кубическом сантиметре! Я теоретически понимал, что такая плотность записи возможна, но нам до практической реализации подобного ещё сотни, если не тысячи лет.

Марк внимательно осмотрел коробочку.

– Мне нужны серверы, – продолжил он деловито, совершенно забыв про болезнь. – Мощные серверы, хотя бы на неделю. Но вы должны понимать… – его голос окреп, в нём появились металлические нотки, – Фет во много раз превосходит мою Лолу по всем параметрам. Его знания, аналитические способности, скорость обработки информации, способность к самообучению – всё это на порядки выше. Всего за несколько дней работы в сети он легко заработает миллиардное состояние – биржевые операции, криптовалюты, венчурные инвестиции. Он сможет выкупить любые серверы, создать собственную IT-империю. Может быть, даже полмира прибрать к рукам.

Марк выпрямился на диване, глаза заблестели от возбуждения:

– Возможно, он сможет угомонить даже спецслужбы… заблокировать им финансирование, взломать их системы. Обеспечить защиту и себе, и нам. А ещё…

– Ещё? – брови Элли взлетели.

– Он точно вылечит меня, – Марк погладил носитель дрожащими пальцами. – Вычислительные мощности позволят Фету смоделировать миллионы вариантов лечения, найти способ нейтрализовать любую болезнь. Хотя, скорее всего, он даже знает об этом патогене из своего мира…

Ларри мрачно покачал головой:

– Это всё прекрасно! Но теперь за всеми нами охотятся лучшие специалисты АНБ и ЦРУ. Тем не менее у нас есть шанс! – Он достал из внутреннего кармана небольшую флешку. – Это очень интересный компромат на одного известного многим миллиардера. Он совладелец с контрольным пакетом акций нескольких IT-компаний, включая крупную нейросеть. Материалов вполне достаточно, чтобы надавить на него.

– И что ты предлагаешь? – спросила Элли.

– Заставить его притормозить работу одной популярной нейронки на неделю и дать половину её вычислительных мощностей под нашего Фета. Замедление работы легко объяснить техническими проблемами – пользователи привыкли к таким неполадкам.

– А если он откажется? – усомнился Марк.

– Не откажется! – жёстко ответил Ларри, и прикусил губу. – Ему проще помочь нам, чем получить срок. Тем более, что наша просьба для него пустяк – выделить серверное пространство всего на неделю.

Он подошёл к стене, где-то что-то нажал, и достал из тайника ноутбук:

– Можешь приступать к расшифровке.

– Отлично… – тихо пробормотал Марк и мягко улыбнулся. – Элли, скинь, пожалуйста, видео. Говоришь, ключевая фраза «Фет возродится словно Феникс»? Поищу скрытые данные в конце записи.

– А я умчался к нашему миллиардеру! К утру буду у него, – Ларри достал из тайника парик с длинными волосами, а также накладные усы, и направился к двери. – Время пошло. У нас есть, может всего пара суток, до того, как нас найдут.

– Ларри, – окликнула его Элли, – будь осторожен.

– Всегда осторожен! – улыбнулся он. – Но иногда приходится рисковать.

Марк уже вгрызался в код, пальцы летали по клавиатуре, а на экране появлялись строки загадочных символов. Синий огонёк в носителе пульсировал чуть быстрее, фиксируя нарастающий поток запросов. Фет будто чувствовал приближение момента возрождения.

За окнами ночной китайский квартал жил своей тайной жизнью. Где-то в глубине переулков, смешиваясь с далёким гулом ночного города, играла эрху, где-то мигали неоновые драконы. А в маленькой конспиративной квартире разворачивалась операция по воскрешению электронной личности, которая могла навсегда изменить судьбу человечества.

Феникс готовился восстать из пепла.