По большаку идти было куда проще, чем по лесу. Ещё больше радовало то, что они быстро пересекли границу. Бурьян хотел уже попасть в Вроцлав, хотя предстояло идти дальше по большаку до Сопота, огибая Лютобор. Повезёт, если сможет нанять повозку. Идти через лес сейчас было бы опасно – почему то духи там всполошились и часто нападали на путников так, что даже опытные ведьмы и колдуны опасались той дороги. Но сначала его ждало другое дело. Необходимо поговорить с Соломеей. Она быстро решение примет и уж точно не откажется выслужиться перед господином, избавившись от наглеца, который задумал Кшиштофа убить.

– Как же сильно ты меня похоронить хочешь, – хмыкнул Вадим, в который раз нагнав Бурьяна и вышагивая теперь рядом.

– Я некромант, мне это свойственно, – огрызнулся Бурьян. – Мне от мёртвого проку больше.

– Силёнок не хватит, чтобы меня-то поднять, – рассмеялся Вадим, совсем не ощущая угрозы. – Иначе давно бы сделал.

– В Хорнянском княжестве некромантия запрещена, – отрезал Бурьян. – Больно надо было, чтобы меня дружинники в той деревне поймали с твоим ходячим трупом!

– Так чего сейчас не убъёшь? Мы ж границу уже перешли, – Вадим словно дразнил спутника.

Бурьян решил, что нет смысла отвечать, потому как седой точно все мысли услышал, а значит знает о планах дальнейших. И всё равно продолжает послушно идти.

– Сдаётся мне, что ты трупов боишься, – выпалил Вадим, заставив всё же Бурьяна остановиться.

Дыхание из-за этой фразы спёрло, в глазах потемнело. Бурьян покрепче сжал лямки мешка на плечах, пытаясь вдохнуть и понять – как седой узнал о таком? Бурьян о страхах своих не думал даже! Как глубоко этот чёртов колдун к нему в голову залез?

– Значит, я прав, – Вадим хмыкнул. – Хотел подшутить, чтобы ты орать начал, а оно вон как оказалось…

Бурьян уставился на Вадима, который явно был доволен собой. Он просто угадал?

– Я подумал, что было бы забавно встретить некроманта, который боится мертвецов, – Вадим кивнул, отвечая на незаданный вопрос.

Бурьян поверить не мог в такое! Но ещё больше не хотелось верить в то, что этот седой забрался к нему в голову, выведал все страхи потаённые, о которых даже господин Кшиштоф не знает…

– Так твой господин не в курсе? – удивился Вадим.

Бурьян выругался и прошёл мимо, не желая разговаривать с этим подлецом! Он ускорился, чувствуя, как вспотели ладони от волнения. И что теперь делать? Если Вадим расскажет, то господин Кшиштоф засмеёт Бурьяна, а то и выгонит! Нужно убедить Соломею в том, что Вадим очень опасен и его следует только мёртвым к Кшиштофу доставить!

– Но мёртвые тоже могут тайны выдать, – Вадим без труда нагнал Бурьяна. – А вот с живыми можно договориться.

– Я знаю, чего ты хочешь, но я тебе помогать не стану! – огрызнулся Бурьян.

– Почему же? – Вадиму, похоже было весело. – По-моему честно будет, если я твой секрет сохраню, а ты взамен никому не скажешь, что я мысли читать умею.

– Чего? – Бурьян опешил и замедлился.

Он ожидал, что Вадим станет его на свою сторону переманивать, попросит помочь настоящего Кшиштофа найти, а он просто хочет сохранить в секрете свою способность?

– Я никому не скажу, что ты трупов боишься, а ты взамен не расскажешь, что я мысли читаю, – спокойно повторил Вадим.

– Зачем ты тогда мне это рассказал вообще?! – возмутился Бурьян.

– У друзей должны быть общие тайны, – седой пожал плечами.

– Я тебе не друг! – Бурьян не сдержался и громко хохотнул от такой наглости.

Как у седого вообще язык повернулся!

– Ну, как же, – невозмутимо продолжал Вадим. – Раз мы теперь оба у господина Кшиштофа учиться будем, то должны друзьями стать.

То, с какой интонацией Вадим произносил “господин Кшиштоф”, Бурьяну не нравилось. Было в ней всё такое язвительное, колкое, словно седой ненавидел некроманта, а не шёл ему на служение.

– Если ты и станешь другом, то только фальшивым, – выплюнул Бурьян. – Такие как ты дружить не умеют! А мне не нужен друг, который при первой же беде предаст и бросится лишь свою шкуру спасать!

– Ого, – Вадима эта речь ни капли не тронула. – И кто же с тобой так поступил жестоко?

Бурьян прикусил язык и постарался не думать ничего лишнего. И так эта гмызь уже слишком много узнал о нём!

– А что твой господин сделает, когда узнает секрет? – вкрадчиво поинтересовался Вадим.

Бурьян понятия не имел. Кшиштоф был достаточно жесток со своими учениками, брал только тех, кто хорошо его приказы выполнять мог. Ходили слухи, что неугодных он убивал и кадаврами делал, а были и те, кто жаловался, что несколько ночей подряд трупы для господина выкапывал да ко двору таскал. Мало того, что тяжёлая работа сама по себе, так ещё и смрад дикий, а коли у трупа конечность оторвётся и потеряется, так наказание пуще прежнего будет. Бурьяну повезло, что его матушка на хорошем счету у господина Кшиштофа была, а потому и юноше некромант доверял и до сих пор ни разу не наказывал. Но Бурьян лично видел, как Кшиштоф отчитывал тех, кто кривился при виде трупов. Некроманта ничто не должно пугать – так он говорил. Если Кшиштоф узнает о страхах Бурьяна, то точно впадёт в ярость и тогда матушку свою он никогда больше не увидит…

– Ладно, не скажу никому о том, что ты мысли читаешь, – выпалил Бурьян, не желая отвечать на вопрос.

Он рассудил, что Вадим этот сам себя выдаст. Бурьяну и незачем кому-то рассказывать то, что и так на показ выставляется.

– Скажи – “сердцем клянусь”, – попросил Вадим.

– Это ещё зачем? – Бурьян нахмурился.

– Скрепим клятву, – ответил Вадим. – А иначе как мне тебе доверять?

– Ладно! Сердцем клянусь, что не скажу никому о том, что ты мысли читать умеешь! – выплюнул Бурьян, не видя в этом никакого смысла. – Доволен?

Кто знает какие у них традиции в княжестве Хорнянском есть.

– Вполне, – Вадим кивнул. – Я тогда тоже сердцем клянусь, что никому о твоём страхе рассказывать не буду.

Бурьян хотел его к лешему послать, потому как не нуждался в клятвах лживых, но в груди почему-то так тепло после этих слов стало, что в итоге ни слова злого с губ не слетело.

Заночевать им пришлось в поле, благо ночи тёплые ещё были, хотя спина после таких путешествий болела. Бурьян из мешка своего покрывало достал, а вот Вадим расположился на голой земле, подложив под голову руки и уставившись в чистое звёздное небо. Буквально минуту назад этот колдун развёл самый настоящий костёр щелчком пальцев даже без дров, а теперь лежал будто и не сделал ничего удивительного. Огонь за пределы ямки не выходил, хорошо грел, но не обжигал, даже если сесть очень близко. Бурьян подозревал, что даже если ногу поставит туда – не загорится.

– Бурьян, а что ты бы загадал, если бы точно знал, что желание исполнится? – внезапно спросил Вадим.

Опять эти его притворно-дружеские беседы. Раздражает уже.

– Какая тебе разница? – буркнул Бурьян, доставая из мешка остатки хлеба.

К его сожалению, булка успела зачерстветь, но уж лучше это, чем ничего. Бурьян отложил её в сторону и принялся искать флягу с водой, в которую добавил немного вина, чтобы она не портилась.

– Интересно просто, – Вадим сел, пожав плечами.

Он протянул руку и, прежде чем Бурьян среагировал, схватил его хлеб. Делиться с седым едой он точно не планировал.

– У тебя же карманы волшебные, – возмутился брюнет. – Или решил, что мне лучше с голоду умереть?

– А ты всё хуже и хуже обо мне думаешь, – хмыкнул колдун, подбросив слегка краюху.

После чего он протянул её назад Бурьяну. Тот недоверчиво взял хлеб в руки, осознав, что теперь это не зачерствевший кусок, а свежая тёплая булочка, словно только из печи!

– Вас господин, кроме как трупы поднимать, не учит ничему что ли? – недовольно спросил Вадим, укладываясь назад.

Бурьян уставился на хлеб, думая лишь о том, что никогда не видел, чтобы Кшиштоф такое колдовал. Да и никто из знакомых Бурьяна точно так не умел.

– Магия на многое способна, если умеешь её подчинять, – отозвался Вадим, прикрыв глаза.

Сам он будто и не собирался есть.

– Говоришь так, словно тебе лет сто, не меньше, – Бурьян хмыкнул и откусил хлеба.

– А ты говоришь так, словно только со столетними и общаешься, – Вадим хохотнул. – Двадцать один мне.

На это Бурьян не ответил. Сам он всего на год младше, но знал в магии куда меньше, отчего становилось стыдно. Интересно, а есть ли то, чего Вадим этот магией сделать не способен?

– Человека к жизни вернуть не смогу, – Вадим ответил, не открывая глаз.

– Получается, что ты намного слабее господина Кшиштофа, – Бурьян хмыкнул, запивая хлеб.

Приятно знать, что хоть что-то у этого колдуна не получается.

– А твой господин к жизни никого и не возвращает, – седой лишь пожал плечами. – Из мёртвых поднимает, да. Тела истлевшие он не поправит, лишь может на них магическую личину накинуть, да запах травами скрыть. А знаешь как больно будет душе, если её насильно к телу мёртвому привязать?

Вадим поднялся на локтях и уставился на Бурьяна.

– Представь, – продолжил седой тихо. – Вырывают тебя из мира мёртвых, где ни боли, ни забот никаких и помещают в тело твоё наполовину сгнившее. И ты чувствуешь, как каждая рана сочится гноем, как под кожей твоей, где она ещё осталась, копошатся жуки, слышишь, как внутри головы вместо мозга черви ползают, как каждое дуновение ветра по костям оголённым проходится, заставляя их ныть. Хочешь закричать, на помощь позвать, но не можешь, потому как тело тебе больше не подчиняется, а каждое движение доставляет такую боль, словно тысячи раскалённых игл вонзаются глубоко в кости…

– Прекрати! – прикрикнул Бурьян, тяжело дыша и зажмурился.

От каждого слова к горлу всё ближе подступала тошнота. Он словно снова стоял на кладбище рядом с господином Кшиштофом, который заставлял доказать, что он правда выучил некромантию и может поднять труп.

– Мёртвым… Всё равно… Они ничего не чувствуют! – выдавил Бурьян, повторяя слова господина.

– Это они тебе так сказали? – на лице Вадима застыла каменная маска. – Или господин?

Бурьян ожидал увидеть насмешку, ведь Вадим выяснил его страх, а потому решил поиздеваться, но, похоже, слова колдуна были вполне серьёзны. Брюнет сглотнул, отложив недоеденный хлеб в сторону.

– Не просто так некромантию почти везде запретили, – заключил Вадим и снова улёгся на землю, заложив руки под голову.

Голова кружилась, дышать было больно, но всё же Бурьян сделал над собой усилие:

– Тогда какого лешего ты хочешь учиться у господина Кшиштофа?!

– А мне плевать на чужие страдания, – просто ответил Вадим. – Я гонюсь лишь за силой. Ты бы лучше себе такой вопрос задавал.

Бурьян скрипнул зубами от раздражения. Незачем ему самому на такие вопросы отвечать. Выбора у него нет! Потому и служит.

– Выбор всегда есть, просто ты его не видишь, потому как гнев глаза застилает, – парировал Вадим.

– Прекрати ко мне в голову лезть! Мне советы твои не сдались! – Бурьян вскочил на ноги и поспешил отойти, лишь бы больше не разговаривать с Вадимом.

Он сначала подумывал камень какой найти, чтобы прибить седого и дело с концом! Но пока дошёл до дороги осознал, что в чём-то он прав. Бурьяну действительно неприятна некромантия. Его матушка целительницей была, тому же и сына обучать стала, как дар у него обнаружился. Но когда Кшиштоф к ним пришёл, то матушка согласилась некроманту служить. Уж что её надоумило – Бурьян не знал, потому как пропала она уже года три как, что и не спросить теперь. Отправилась травы собирать, да не вернулась. Господин Кшиштоф любезно пообещал найти матушку, но только если юноша станет ему прислуживать да некромантии обучаться. Никто, кроме Кшиштофа не сможет Бурьяну помочь. Только господин его боль понимает.

Немного прогулявшись, юноша успокоился, а потому вернулся к костру, который никак не гас. Зато Вадим отвернулся на бок и заснул. Бурьян нахмурился, в который раз отмечая, что спит седой на забинтованной руке, что может значить лишь одно – он точно не ранен. Но зачем тогда повязки носит? Неплохо бы выяснить.

***

Бурьян долго не мог заснуть. Всё ворочался с боку на бок. В итоге лёг на спину и удалось успокоиться. Он прокручивал в голове произошедшее, пытался понять – правда Вадим хочет некромантию изучать или задумал что-то недоброе? Возможно, есть в его словах доля правды. Седой уже много магии удивительной знает. О какой-то Бурьян только в сказках слышал, а какую-то вовсе видел впервые, потому как никто такой не владел. Что если этому Вадиму только некромантии и не хватает? Что если он потом попробует власть везде захватить? Правда обучаться хочет, чтобы даже сильнее Кшиштофа стать, да подчинить себе все княжества, а то и страны заграничные.

От мыслей таких и сны странные снились. Сначала Вадим с жутким хохотом мучил детей и женщин, потом отправился города жечь, а после трупы обгоревшие поднимал и дальше отправлял. Только вот в какой-то момент лицо Вадима почему-то стало строгим лицом Кшиштофа. Он делал всё тоже самое, но без смеха, а хладнокровно. Бурьян пытался почему-то от него спрятаться, но некромант с лёгкостью нашёл укрытие, схватил мальчишку за горло и поднял над землёй. Тело Бурьяна было маленьким, словно ему лет пять от роду. Он размахивал маленькими ножками, надеясь пнуть обидчика, вцепился ногтями в руку Кшиштофа, но тот смотрел не отрываясь на Бурьяна своими холодными зелёными глазами и наблюдал, как жизнь покидает мальчишку, сжимая горло всё сильнее. Дышать и правда стало тяжело, казалось что на грудь камень положили огромный, а холодные пальцы Кшиштофа будто действительно стальной хваткой сжимали горло. Бурьян зажмурился, пытаясь схватить ртом хоть немного воздуха.

– Помогите, – жалобно просипел он.

Но ощущение стало лишь сильнее. Рёбра заныли от тяжести, голова кружилась от нехватки кислорода, а горло жгло, будто он десяток углей разом проглотил и теперь они застряли где-то в дыхательных путях. Он приоткрыл глаза, но вместо Кшиштофа увидел над собой странное существо – толстое заплывшее тельце, покрытое мелкими серыми волосками, приплюснутая мордочка, усыпанная морщинами, будто собаке лопатой по морде ударили, кривые и острые зубки, маленькие жёлтые глазки со зрачком, как у козы, короткие нелепые ушки, расположенные на макушке. Огромные стопы остановились на груди юного некроманта, а длиннющие руки были протянуты к шее и сдавливали её. Существо тихо посапывало, а изо рта капала слюна, будто оно мечтало сожрать Бурьяна после того, как задушит. Юноша попробовал пошевелиться, чтобы сбросить этого гадёныша с себя, но конечности словно кто привязал к земле стальными нитями – даже пальцем пошевелить не удавалось. Неужели это уродливое создание будет последним, что Бурьян в своей жизни увидит?

Он уже почти потерял сознание, как вдруг его тело окатило холодной водой. Раздался дикий вопль, похожий на помесь кабана и недовольного гуся, лапки существа разжались, оно спрыгнуло с груди Бурьяна, позволяя тому жадно вдохнуть свежего воздуха. Брюнет закашлялся, чувствуя, как лёгкие и горло разрываются от боли, зато он смог пошевелиться и сесть. Он кашлял, смаргивая слёзы и осознавая, что существо сном не было, а оно тем временем бросилось прочь, скрываясь в высокой траве и продолжая недовольно попискивать.

– Живой? – рядом раздался голос Вадима, а затем Бурьяна осторожно постучали ладонью по спине.

Он никак не мог перестать кашлять, а тело дрожало от холода, не говоря о том, что мокрая насквозь одежда теперь липла к телу.

– Дыши давай, – кажется, Вадим возмутился.

Он хлопнул по спине Бурьяна со всей силы, после чего тот смог нормально вдохнуть. Кашель отступил, лёгкие будто раскрылись, впуская в себя кислород. Бурьян ещё пару раз глубоко вдохнул, убеждаясь, что всё теперь как обычно. Он повернул голову, чтобы встретить обеспокоенный взгляд Вадима. Тот видно присел на корточки, чтобы помочь брюнету, но теперь выпрямился и посмотрел в ту сторону, куда убежало существо.

– Да уж, неприятно вышло, – заключил Вадим. – Ты уж прости, что я тебя водой ледяной окатил. Он её не любит…

– Что это была за тварь? – сиплым голосом поинтересовался Бурьян.

– Кошмарник, – ответил Вадим, щёлкнув пальцами.

Одежда Бурьяна тут же стала сухой и тёплой.

– Они обычно в домах живут, где в семье сладу никакого нет и домового, – продолжил Вадим. – На детей любят нападать и больных. Кошмары насылают, да придушивают, а потом страхами твоими питаются. Но что он в поле делал? Удивительно…

Бурьян на это ничего не ответил, потирая шею. Ему казалось, что на ней точно следы когтей остались. Он отнял руку и правда увидел кровь. Оно ещё и оцарапало его?

– Кошмарник вообще-то не убивает, – Вадим направился к костру, над которым внезапно появился небольшой железный котелок. – Но ты ему чем-то жутко не понравился.

Плевать Бурьяну было чем он мог этой твари не угодить. Он вновь положил руку на шею и принялся бормотать заклятие, которому матушка его обучала, чтобы раны вылечить. Вадим же начал в котелок что-то закидывать. Бурьян на секунду прикрыл глаза, а потом уставился на утреннее небо. Звёзд на нём уже не было. Брюнет перевёл взгляд на седого, который сидел перед котелком на корточках и помешивал палкой. На секунду Бурьяну показалось, как что-то чёрное скользнуло вверх по ноге Вадима и скрылось в кармане.

– Держи вот, выпей, полегче станет, – Вадим в итоге протянул Бурьяну кружку из которой валил пар и доносился приятный травяной запах.

– Липовый отвар, – буркнул брюнет, беря тёплую кружку в руки.

То откуда взялись тут все эти предметы его уже ни капли не удивляло. Было впечатление, что если Вадим захочет, то сможет даже целый дом одним щелчком пальцев возвести.

– А ты разбираешься в травах, – Вадим хмыкнул.

Бурьян ему ничего не ответил, пытаясь по запаху распознать не добавил ли Вадим в чай чего-то ядовитого. Пахло только липой и мёдом. Спрашивать где он всё это так быстро взял было бессмысленно. Бурьян осторожно сделал глоток, но отвар не обжигал. Вадим будто специально остудил его. С каждым глотком к Бурьяну приходило осознание – он чуть не умер, а Вадим его спас.

– Почему эта тварь на меня напала, а на тебя нет? – обиженно спросил Бурьян.

– Не понравился ты ей, – Вадим пожал плечами. – А ты почему руны свои не наложил? Как в лесу делал?

– Потому что в полях духи не нападали, – Бурьян уставился в кружку.

И это было правдой. В лесу всегда было опасно, потому Бурьян и защищал себя рунами, но в полях ночевать можно было спокойно. Неужели теперь в Уровинском княжестве нигде нет безопасного места? Бурьян сжал губы, чувствуя себя идиотом. Обычные меры предосторожности, а он умудрился беспечно о них забыть. Теперь обязан тому, кого видеть рядом с собой не желает. Но тут дошло ещё кое-что – Вадим сказал, что кошмарник этот обычно в домах живёт, а ещё он сказал, что тварь эта почему-то Бурьяна невзлюбила, а ещё эта тень, скользнувшая по ноге в карман…

– Думаешь, раз жизнь мне спас, так я теперь благодарен буду? – Бурьян метнул на Вадима сердитый взгляд.

Седой на это никак не ответил, лишь слегка закатил глаза.

– Это ведь ты духа на меня натравил! – Бурьян вскочил на ноги, сжимая в руках пустую кружку. – Или за идиота меня держишь?!

– Думай что хочешь, – Вадим вздохнул и отвернулся.

Значит, Бурьян прав? Седой специально пытался его припугнуть, чтобы “спасти”, а потом в друзья набиться! Вот так он доверие завоевать решился? Со злости юный некромант замахнулся и швырнул кружкой в Вадима, целясь в затылок, но тот лишь щёлкнул пальцами, отчего и котелок, и кружка и даже костёр исчезли, будто и не существовало.

– Раз уж с тобой всё хорошо, то пошли быстрее в город, – сердито сказал Вадим, направившись к дороге.

Хотелось закричать от бессилия. И почему он такой слабый, что ничем не может седого пронять? А он так и будет над ним издеваться, пока в могилу не сведёт! Бурьян схватил с земли покрывало, наскоро сунул его в мешок, закинул на спину и отправился дальше. Вот уж правда нужно быстрее прийти в Вроцлав и помощи у Соломеи просить, чтобы раз и навсегда избавиться от Вадима.

***

Велерад быстро раздобыл одежду попроще и поспешил вернуться к Есении как раз вовремя, потому как застал её разговаривающей с какой-то девицей. Судя по выражению лица незнакомка была готова заплакать. Велерад нахмурился и подошёл ближе, чтобы узнать в чём та провинилась.

– Правда ничего больше не знаю, – пискнула она.

– Что у вас происходит? – не дожидаясь спросил Велерад.

– Веселина рассказывала мне про брата, – спокойно ответила Есения, хотя княжич ясно слышал в голосе стальные нотки.

– Я всё тебе и рассказала, – девушка сминала передник, глазами пытаясь найти куда бы скрыться. – Больше ничего не знаю…

– И что же ты рассказала? – Велерад попытался доброжелательно улыбнуться, но это едва ли помогло.

Ко всему прочему, он краем глаза уловил сердитый взгляд Есении на себе.

– Сидел тут этот ваш Вадим, фокусы мне показывал, – сдавленно ответила Веселина. – Говорил, что с другом своим путешествует, рассказывал про чудеса всякие, совет дал, как на суженого гадать правильно…

– С другом? – переспросил Велерад.

– Да! – Веселина закивала. – Бледный такой, с чёрными растрёпанными волосами, а под глазом родинка. Симпатичный, молоденький, но больно уж злой… Он как пришёл сразу на Вадима кричать стал.

При этих словах щёки девушки слегка покраснели.

– И что кричал? – спросила Есения, скрестив на груди руки.

– Да не знаю я, – Веселина сделала шаг назад. – Говорю же, что на кухню ушла за едой!

Есения недовольно цокнула языком, заставив девушку вздрогнуть.

– Спасибо, что рассказала, – Велерад попытался сгладить нарастающее напряжение. – Веселина, так?

Она слабо кивнула, стараясь не смотреть на Есению.

– Принеси нам ужин, пожалуйста, – порывшись в кармане, Велерад вытащил несколько серебряных монет и протянул девушке. – Мы вот за тот стол сядем?

Она кивнула, подставляя ладошки под деньги, а после быстро убежала на кухню. Велерад же кивком пригласил Есению сесть. Та поджала губы, но всё же плюхнулась напротив княжича, всем своим видом выражая недовольство.

– Что не так? – осторожно спросил Велерад.

– Не нравится мне эта девица, – фыркнула девушка. – Хвостом своим перед каждым юношей крутит…

Велерад вздохнул, не став говорить, что хвост тут только у Есении может быть.

– Что думаешь про друга Вадима? – княжич решил сменить тему.

– Не знаю, – Есения дёрнула плечами, будто пытаясь сбросить с себя что-то. – Я таких как этот, с родинкой под глазом, у Вадима в знакомых не припоминаю.

– А что если колдунов, которые к вам пришли было два? – предположил Велерад. – Что если один из них Вадима околдовал?

Есения бросила взгляд полный недоумения на княжича, будто тот что-то глупое сейчас сказал.

– Ты слышал эту Веселину? – недовольно выпалила она. – Она же тебе ясно сказала – молодой он! Ты где встречал колдуна молодого, который был бы сильнее моего Вадима?

– Ну, Вадим же существует, – Велерад пожал плечами, не торопясь отказываться от своих слов. – Почему бы в другом княжестве не найтись такому же? Тем более, уж лучше пускай Вадим околдован будет, чем по своей воле к некроманту в ученики тащиться.

– Не мог его никто околдовать! – сердилась Есения.

– Почему ты так думаешь? – Велерад тоже не сдавался.

– Потому что! – выплюнула Есения и отвернулась, не в силах найти причину.

Княжич тяжело вздохнул в который раз. Он понимал, что ей хотелось верить в то, что сильнее Вадима никого не существует, но раз даже Тихомиру смогли убить, то околдовать Вадима тоже вполне реально. Ненадолго они замолчали, каждый думая о своём. Глаза Есении бегали по помещению, пытаясь найти хоть какое-то оправдание своему брату, а Велерад задумался о том как же Вадима из-под магии чужой спасать, если его и правда околдовали? Как отца Велерада и Дарину однажды. Но тогда Вадим и Тихомира сами всё сделали, а как без магии справиться? Неплохо было бы найти ведьму или колдуна, которые смогли бы объяснить, но у кого спросить?

– А с Яхонтом ты что делать будешь? – Есения отвлекла княжича вопросом.

– В смысле что? – он нервно усмехнулся, вспоминая шуточку про то, что они его съедят. – Дальше пойдём с ним.

– Не лучшая мысль, – Есения отрицательно мотнула головой.

– Это ещё почему? – Велерад нахмурился. – Без коня мы Вадима вряд ли догоним!

– Конь твой слишком дорого смотрится, – но Есению волновало другое. – Одёжку, допустим, ты себе победнее нашёл, но откуда тогда у бедняка коню такому взяться? Выдаст нас Яхонт.

Почему-то сам Велерад о таком не подумал, потому был удивлён, что Есении это в голову пришло. Жаль было с ним расставаться, но и правда опасно дальше с ним ехать.

– Вообще, он сам дорогу домой найти должен, – неуверенно сказал Велерад.

– Так отпусти его, – кивнула Есения. – Всё лучше, чем его украдут в соседнем княжестве. Или нас с тобой убьют, решив, что денег много. Лучше купить тут какого-нибудь попроще.

Велерад прикрыл глаза, размышляя. Есения права, но отпускать Яхонта всё равно тяжело. Вдруг на него по дороге звери дикие нападут? Или на духов наткнётся? А что, если за ними потащится? Яхонт привык рядом с Велерадом быть.

– Я поговорю со здешними дружинниками, – в итоге решил Велерад, чувствуя, как внутри всё сдавливает от такого. – Пускай его в конюшнях своих держат, пока я не вернусь. Заодно карту у них спросим, чтобы не заблудиться в соседнем княжестве.

Есения молча кивнула, принимая решение. Велерад же теперь старался не думать о таком, надеясь, что конь не сочтёт этот жест, как предательство.

Расставаться с Яхонтом было тяжело как для княжича, так и для самого коня, но Есения была права – слишком уж много внимания такой конь привлечёт. Именно поэтому после ужина Велерад сразу же отвёл его в казармы к дружинникам, наказав за ним приглядывать.

– Ты уж прости, что так делать приходится, – Велерад гладил коня по шее, закрывая в стойле. – Надеюсь, что быстро вернусь, только Вадиму мысли на место поставлю. Не могу же я его вот так бросить, понимаешь?

Конь громко фыркнул и повёл головой, но не от недовольства.

– Кто ему кроме меня поможет то? – тихо спросил Велерад.

Тихомира мертва, Есения не представляет, как брата найти, а родители их даже не подозревают о том, что происходит. Да даже если бы знали, вряд ли мельник смог хоть что-то с этим сделать. Велерад почему-то задумался о настоящей семье Вадима. Сам колдун о них ничего не рассказывал, а вот Есения охотно делилась своим прошлым, правда Вадима в нём почему-то не было.

“– Он мне память стёр, как и матушке с батюшкой, а возвращать отказался, потому не помню, каким Вадим раньше был,” – признавалась девушка.

Смог бы отец Вадима слова правильные подобрать чтобы вразумить сына? Велерад вздохнул, понимая, что сам он опрометчиво поступает, потому как понятия не имеет, что с Вадимом делать теперь. Если он околдован, то как заклятие снять? А если нет, то и думать страшно.

– Веди себя хорошо, не кусай никого, – напоследок сказал Велерад Яхонту.

С тяжёлым сердцем он вышел из конюшен и отправился в деревню искать кого-то у кого можно коня подешевле купить. Картой с ним дружинники уже поделились, предупредив, что в соседнем княжестве сейчас очень уж неспокойно, но Велерад об этом и сам знал. Есения хотела прямо сейчас ехать, но княжич смог уговорить её переночевать в Перемилях. Всё же последняя деревня на родной земле, да и перед долгой дорогой нужно отдохнуть. Велерад шёл по улице, бросая взгляд на вечернее небо и размышляя о том, где сейчас Вадим и что делает?

***

Бурьян был счастлив, когда они добрались до Вроцлава. Вопреки всем мерам предосторожности, вокруг этой деревни не стояло никакого забора, зато была вывеска с названием, по которой можно точно понять, где ты находишься. Домики стояли достаточно близко друг к другу, почти каждый имел свой небольшой огородик, но людей на улицах было мало. Бурьян знал, что дело не в том, что вечер, а в страхе. Жители очень боялись лишний раз покидать жилища потому как их могли наказать. Соломея считала, что держит деревню в ежовых рукавицах, но на деле просто запугивала деревенских, утверждая свою власть. К счастью таверна находилась прямо у въезда во Вроцлав, а потому они не успели наткнуться на тех, кто был верен Соломее. Конечно, Бурьян планировал с ней поговорить, но объяснять кому-то другому откуда взялся Вадим и кто он такой – не хотелось. К несчастью хозяин таверны развёл руками, когда Бурьян попросил комнаты:

– У меня только одна осталась, – отозвался старик. – Но кровати там две, так что проблем не будет.

Ночевать в одной комнате с Вадимом, который к этому времени раздражал его настолько, что он готов был сжечь его вместе с таверной, не хотелось, но выбора не было.

– Ладно, – Бурьян выложил перед хозяином деньги.

Тот смахнул их в ладонь, наклонился куда-то под стол, а потом протянул Бурьяну ключ.

– Третья дверь справа на втором этаже, – коротко ответил старик.

Бурьян отошёл к Вадиму, который сидел за столом и окидывал взглядом гостей. Когда Брюнет плюхнулся напротив, седой улыбался какой-то девице, сидевшей у окна с другой стороны.

– Скажи, а это правда, что в вашем княжестве все девушки, даже не ведьмы, приворотами балуются? – поинтересовался Вадим с глупой улыбкой.

– Это кто тебе такое сказал? – Бурьян нахмурился.

– Бабушка, – хмыкнул Вадим. – Говорила, что мужчин у вас тут стоящих маловато, потому они на всех подряд и вешаются.

– Глупости это! – Бурьян мотнул головой. – И вообще! Хватит о девках думать!

– Я ещё и не начинал, – обиженно буркнул Вадим, отводя, наконец, взгляд от незнакомки. – А тебе стоило бы хоть раз подумать о чём-то приятном, а то так с ума сойти можно, пока ворох твоих проблем выслушивать.

– А ты не лезь в мою голову, – сердито посоветовал Бурьян. – Ночевать сегодня в одной комнате будем. Второй этаж третья дверь справа. И давай уж быстрее спать пойдём, потому как я устал жутко.

– А я бы вот ещё посидел тут, – Вадим снова улыбнулся какой-то девице, которая прошла мимо и даже хихикнула, встретив взгляд седого. – А то ведь опять потащимся с тобой по большаку. Надоест же рожа твоя кислая.

– Хочешь дорогу к господину сам искать? – напомнил Бурьян.

– Никакой благодарности за спасение, – Вадим закатил глаза.

– Сам же на меня и натравил! – Бурьян вскочил на ноги, привлекая внимание некоторых посетителей.

– Ладно, как скажешь, – Вадим лениво потянулся и тоже встал.

Он направился к лестнице, а Бурьян выдохнул от облегчения. Ему было важно, чтобы Вадим заснул, лишь потом он мог со спокойной душой к Соломее идти. Наверняка она будет недовольна, что брюнет решил зайти в гости так поздно, но делать нечего.

К удивлению Бурьяна, Вадим послушно поднялся в комнату, позволил спутнику открыть дверь, после чего плюхнулся на одну из кроватей и принялся стаскивать сапоги. Бурьян вошёл следом, оставляя мешок с пожитками на сундуке у подножия кровати. Он обернулся, услышав скрип досок – это Вадим завалился на кровать, отвернувшись к стенке.

– Ты будешь в одежде спать? – Бурьян вскинул брови.

– Ага, а то сопрёшь мои штаны волшебные, – съязвил Вадим.

– Больно надо, – Бурьян тоже сел на кровать, чтобы расшнуровать сапоги.

Делал он это медленно, особенно не собираясь раздеваться. Но не потому что хотел последовать примеру Вадима, а потому как уйти собирался. Пришлось всё же улечься и уставиться в потолок, дожидаясь, когда седой заснёт. На удивление кровати тут были широкие и удобные. Наверное, при желании тут могло бы и четверо заночевать. Изредка Бурьян кидал взгляды на спину Вадима, но тот внимания никакого уже не обращал. Ещё через пару минут Бурьян решил проверить и был удивлён – глаза седого были закрыты, грудь мерно вздымалась. Он спал. Для верности Бурьян пару раз даже толкнул Вадима, но тот не отреагировал, что дало понять – колдун правда уснул.

Бурьян старался не шуметь, но Вадима сейчас будто бы и вой оборотня не разбудил бы. Брюнет медленно закрыл дверь и повернул ключ, решив, что всё же надёжнее будет запереть седого внутри. На улице к этому моменту совсем ночь наступила, так что Бурьян поспешил к терему, в котором Соломея жила.

Учитывая своё важное положение, женщина без всякого зазрения совести заняла дом бывшего старосты деревни, которого, к слову, лично убила на глазах жителей и к себе на служение мертвеца призвала. Терем был огромным, имел три этажа и большую прилегающую территорию, на которой всё имелось – две бани, конюшни, небольшие казармы, несколько домиков для слуг, огород и сад. Бурьян шёл по дорожке, а внутри всё сжималось от того, что не было ни души на улице. Однако, когда юноша уже протянул руку к двери, его окликнул грузный мужской голос:

– Ого! Бурьян? Ты чего тут забыл?

Из-за угла вышел мужчина среднего роста, но очень коренастый. На нём был дорогой чёрный камзол с золотыми пуговицами и плетёным красивым ремнём, а также чёрные штаны из плотной ткани. Его тёмно-русые волосы слегка вились, а узкие серые глаза забегали, изучая вид Бурьяна.

– К Соломее пришёл, Якоб, – коротко ответил Бурьян, узнав этого мужчину.

Помимо мёртвых слуг Соломея нанимала и живых, если считала тех достойными. Потому все её солдаты ходили такими гордыми, словно им все подчиняться должны. И Бурьян знал, что тех, кто перечил, они страшно колотили.

– Тебя господин прислал? – Якоб почесал щетину на подбородке.

Он понятия не имел куда и зачем Кшиштоф своих учеников посылает, потому и предположил.

– Да, дело срочное, – соврал Бурьян. – Иначе тащился бы я ночью?

– Недовольна наша госпожа Соломея будет, – Якоб покачал головой. – Ты орать погромче начни, чтоб я успел посмотреть, как она тебя потрошит.

Бурьян лишь закатил глаза и потянул дверь на себя. Да, Якоб не собирался его расспрашивать и останавливать, прекрасно понимая, что если дело поручил сам господин Кшиштоф, то его это не касается. Как только Бурьян вошёл и сделал всего пару шагов, к нему навстречу вышла встревоженная женщина, видимо, служанка.

– Я к Соломее, – повторил Бурьян. – Срочно.

– На третьем этаже она, в библиотеке, – дрожащим голосом возвестила служанка. – Первая же дверь возле лестницы.

– Не спит? – это Бурьяна удивило и обрадовало.

Женщина кивнула и поспешила скрыться, не имея никакого желания провожать гостя. Бурьян вздохнул. Он поднялся, куда было сказано, но прежде, чем войти, постучал.

– Я, кажется, просила меня не беспокоить! – рявкнула с той стороны рассерженная Соломея.

– Это Бурьян, – выдохнул юноша.

Сначала всё было тихо, но потом с той стороны послышались шаги и дверь распахнулась. Перед ним стояла женщина примерно тридцати лет на вид, её золотистые волосы были собраны в косу, завязаны белой лентой, она была одета лишь в белое ночное платье, которое скрывало стройную фигуру. Лицо у Соломеи было обманчиво добрым и приятным – круглое, румяное с пухлыми губками, большими зелёными глазами, цвета свежей травы. Даже в её года любой мужчина многое бы отдал, лишь бы удостоиться хотя бы взгляда этой статной девицы. Однако внешность в этом случае была очень обманчива. Внутри Соломеи давно всё замёрзло, она была жестока и груба, никого никогда не жалела и хотела лишь одного – стоять подле господина Кшиштофа и по праву звать себя госпожой Соломеей. Да, её подчинённые только так к ней и обращались, но лишь потому, как она приказала.

– Бурьян, – губы Соломеи расползлись в змеиной улыбке. – Разве же господин тебя не отправил с Ильяном? Почему же ты один? Неужели Тихомира его убила, а ты струсил и сбежал? Так вот знай, что я тебя покрывать не стану. Здесь ты убежище не найдёшь.

– Тихомира мертва, – рубанул Бурьян. – И Ильян тоже.

– Вот как, – улыбка пропала с лица женщины и она отступила в сторону, пропуская Бурьяна в библиотеку.

Он послушно вошёл. Соломея проверила коридор, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает, и только потом закрыла дверь. Бурьян окинул помещение взглядом, обратив внимание на раскрытые книги на столе. Женщина будто что-то искала.

– И что же тогда тебя сюда привело? – она плавно прошла мимо, даже не стесняясь своего вида, заняв место в кресле у окна. – Расскажешь, что у вас там случилось?

– Ильян не смог ведьму уговорить, а потому угрожать начал, да увлёкся слишком, – послушно выпалил Бурьян. – Там даже тела её не осталось.

– Господин Кшиштоф будет этим недоволен, – Соломея покачала головой, но вместо разочарования на лице опять заиграла улыбка.

Она наверняка уже представляла, как мальчишку наказывать будут.

– А потом появилась другая проблема, – Бурьян решил не обращать внимания. – У ведьмы внук был.

– Внук? – Соломея удивлённо дёрнула бровями.

– Он Ильяна и убил, – кивнул Бурьян.

– Интересно, – протянула женщина. – Значит, Тихомиру Ильян убить смог, а внука её нет? Насколько же она стара оказалась да немощна… И что дальше? Что с внуком этим? Мёртв?

– За мной увязался, – Бурьян отрицательно мотнул головой. – Сказал, что хочет у господина нашего обучаться.

– Как интересно, – глаза Соломеи заблестели от радости. – И где же он? Почему не с тобой?

– В таверне его бросил, – Бурьян дёрнул плечами, чувствуя, словно на них что-то давит. – Я думаю, что он обманывает! Он точно хочет в доверие втереться, добраться до господина да за бабушку свою отомстить!

Он уже готов был рассказывать ей какой Вадим странный, лишь бы убедить от седого избавиться.

– Вот как, – Соломея кивнула. – И чего же ты ко мне пришёл?

– За помощью, – Бурьян выдохнул, ощущая, как вокруг холоднее стало. – Один я с ним не справлюсь…

– Что же там за внук такой, – Соломея рассмеялась. – И что же я получу от тебя за помощь?

Неужели она согласится?

– Сможешь господину его труп в качестве подарка преподнести, – Бурьян пожал плечами. – Думаю, ему такой мощный кадавр понравится.

– Мощный, говоришь, – женщина прищурилась. – Насколько?

– Он… – Бурьян почувствовал, как во рту всё пересохло.

Юноша пытался сказать, что колдун даже мысли чужие читать умеет, но в горле словно застряло что-то, мешая словам вылететь. Бурьяна прошиб холодный пот. Неужели Вадим какое-то заклятие использовал? А он и не понял…

– Что он? – поторопила Соломея строго.

– Он умеет такое, чего другие не могут! – выпалил в итоге Бурьян и тише добавил. – Сложно объяснить…

Женщина внимательно всматривалась в лицо Бурьяна, наверняка надеясь увидеть там ложь. Поверила ли она хоть одному слову? Или думает, что Бурьян её выманить и убить пытается?

– Значит, ты думаешь, что надо этого внука Тихомиры к господину непременно доставить? – медленно заговорила Соломея.

– Тихомира мертва, но этот тоже силён, – Бурьян кивнул. – Думаю, вполне достойная замена. Ведьма его многому научила.

– Авось ты и прав, – кивнула Соломея. – Наверняка секреты свои ему раскрыла… Сделаем вот как.

Женщина встала и заходила по комнате, теребя золотистую косу.

– Хотела я, конечно, это по-другому использовать, но и так сойдёт… – бормотала она, а потом уставилась на Бурьяна. – А как этот внук относится к женщинам?

– Ни одного сарафана мимо не пропускает, – ответил Бурьян, не совсем понимая к чему она клонит.

– Отлично, – Соломея оскалилась. – Тогда завтра утром я в таверну загляну, а ты его придержи для меня. Подолью ему зелье приворотное, чтобы ослушаться меня не мог. Если он правда так силён, как ты говоришь, то только хитростью его убить можно.

– А если не сработает? – Бурьян забеспокоился.

Зачем Соломея ему планы свои рассказала? Теперь Вадим мысли прочтёт, а потому зелье пить не станет! Не попадётся! А Бурьян теперь и предупредить не сможет! Вадим специально с него клятву взял и заколдовал, чтобы по итогу Бурьяна объявили предателем!

– Сработает, – Соломея махнула рукой. – Зелье очень мощное, против него ни один колдун не устоит. Будет этот внук под мою дудку плясать так, что и в кадавра превращать не придётся! Думаю, господину такое даже больше по душе будет.

Она облизнула губы, предвкушая уже похвалы в свой адрес. Бурьяну идея казалась глупой. Он надеялся, что Соломея отравит Вадима, запрёт, но приворот? Внутри всё сдавливало и крутило, верещало о том, что неправильно это, но предупредить самоуверенную женщину Бурьян не мог.

– Иди давай, – Соломея кивнула на дверь. – Утром увидимся.

Она одарила его неприятной улыбкой, и Бурьян не посмел перечить. Он кивнул, сжав губы, а после покинул дом Соломеи. Возвращаясь в таверну он думал лишь о том, что Вадим к напитку даже не притронется, что бы Соломея ни задумала. Что же тогда она сделает, когда поймёт, что не сработало ничего? И что Вадим делать будет? Зря он к ней обратился, но поздно уже голову пеплом посыпать.

Боясь, что Вадим мысли его прочитает даже во сне, Бурьян решил, что возвращаться в комнату ему не стоит. Он уселся за дальним столиком в таверне, купив немного эля и умоляя, чтобы лёгкий алкоголь помог ему не думать о планах Соломеи. Смысла никакого оно не имело – Вадим всё поймёт, как только увидит женщину, а вот поймёт ли она? Сумеет ли что-то другое придумать? Он просидел так до самого утра, так и не найдя в себе смелости подняться и заснуть.

Но подниматься всё же пришлось. Нехотя Бурьян встал с места, стараясь прокручивать в голове названия трав, необходимых для противоядия от змеиного яда. Он вставил ключ в скважину и повернул, уже представляя насколько странно будет будить Вадима и дружелюбно приглашать его завтракать. Впрочем, будить колдуна не пришлось – когда дверь отворилась, Бурьян увидел, как тот надевает рубаху. Мельком он успел уловить, что бинты у него не только руку прикрывают, но и часть лопатки, а также опоясывают грудную клетку.

– Доброе утро, – поздоровался Вадим с улыбкой, оправляя одежду.

Глаза Бурьяна метнулись по комнате, отмечая, что на полу лежит ещё какое-то тряпьё, похожее на женское, а на кровати Вадима кто-то укутался в покрывало с головой. Лишь маленькая бледная ступня торчала наружу.

– Что здесь произошло? – Бурьян от злости сжал ручку двери.

– Ты ушёл куда-то, мне скучно стало, – Вадим пожал плечами и уселся на край кровати, натягивая обувь. – Я решил себя развлечь и найти компанию.

– Каким образом?! – прикрикнул Бурьян, даже не думая о том, что может разбудить гостью.

Юный некромант не понимал, что его сейчас злит больше – то что Вадим посмел затащить незнакомку в постель или то с какой лёгкостью седой об этом отзывался.

– Спустился, подсел к девушке, – спокойно ответил Вадим. – Познакомился, пошутили, выпили. Много выпили, потому она спит до сих пор. Едва ли хоть что-то вспомнит. А жаль.

Он похлопал рукой по укутанной, отчего та немного оживилась и спрятала ногу под покрывало.

– Я дверь вообще-то запер! И ключ у меня! – Бурьяну очень хотелось врезать этому колдуну.

– Будто меня бы такое остановило, – хмыкнул Вадим.

Его явно ситуация забавляла.

– И что теперь с ней делать?! – Бурьян очень надеялся, что у Вадима хоть капля совести осталась.

– Оставить тут и позволить отоспаться, – пожал плечами седой. – Проснётся – сама уйдёт. Не маленькая. Пошли лучше позавтракаем.

Вадим прошёл мимо Бурьяна, похлопав его по плечу, как старого друга. Брюнет подавился воздухом, не в силах найти подходящих слов, чтобы выразить свой гнев и негодование. Он вновь окинул место преступления взглядом, осознавая, что девушка под покрывалом явно голая, а потому поспешил выйти и догнать Вадима.

– Так нельзя поступать! – Бурьян схватил его чуть выше локтя прежде, чем Вадим ступил на лестницу.

– Почему? – но Вадим легко отцепил его пальцы и отправился дальше.

– Потому что никто в постель девушку незнакомую не тащит! – Бурьян поверить не мог, что подобное нужно объяснять. – Ты ведь уйдёшь, а она тут останется! Раз не собираешься в жёны брать, так и трогать не смей!

– Кто сказал, что она тут останется? Или по-твоему девушки не путешествуют? – усмехнулся седой.

– Какая разница! – огрызнулся Бурьян. – Не это сейчас важно!

– Слушай, – Вадим остановился в самом низу лестницы и уставился на Бурьяна снизу вверх. – Не я в вашем княжестве людей настолько запугал, что они не уверены даже, что до утра доживут, а потому и творят безрассудства.

Бурьяна будто снова ледяной водой обдало. В таком ключе он никогда даже не думал. Каково простым людям тут жить под началом Соломеи? А ведь она не одна такая жестокая.

– Это не значит, что можно пользоваться положением, – сдавленно сказал Бурьян.

Вадим лишь беспечно пожал плечами и окончательно спустился. Он громко попросил у хозяина завтрак, а сам уселся за стол и окинул взглядом пока ещё пустое помещение. Бурьян прикрыл глаза и глубоко вдохнул, а затем медленно выдохнул. Нет смысла злиться на того, кого сейчас участь не самая завидная ждёт. Испугавшись, что Вадим сейчас эти мысли услышит, Бурьян продолжил в голове его нехорошими словами обзывать, притворяясь что неимоверно зол на седого. Тот лишь хмыкнул, когда Бурьян опустился за соседний стол, не желая даже сидеть подле Вадима.

За скромный завтрак Вадим расплатился неожиданно щедро, что удивило и очень порадовало старика. У Вадима же наблюдалось необычайно хорошее настроение, а Бурьян скрестил на груди руки и уставился на выход с лестницы, надеясь, что вот-вот девица, с которой Вадим в его отсутствие развлекался, спустится вниз. Хотелось убедиться, что с ней всё в порядке, а так же посмотреть на реакцию дамы. Вдруг Вадим её околдовал просто? Однако первой в таверну явилась Соломея.

Она была одета в белую шёлковую рубашку и чёрные штаны по фигуре с высокой талией, которая заканчивалась под грудью и очень явно выделяла все достоинства статной красавицы. Она окинула взглядом таверну, всего на секунду задержавшись на Бурьяне, который слабым кивком головы указал на Вадима. Соломея явно не ожидала, что паренёк будет так молод, а может её удивил цвет волос или то, что Вадим продолжил трапезу, не обращая никакого внимания на вошедшую. Соломея хмыкнула и подошла к хозяину, который вжался в стенку от страха, не понимая чем он успел насолить. Она что-то шепнула ему на ухо и сунула в руки маленький бутылёк, он закивал и поспешил скрыться из виду. Тогда женщина улыбнулась и повернулась к Вадиму, но того интересовала только похлёбка перед собой.

– Здравствуй, милый путник, – сладко пропела Соломея, усаживаясь напротив Вадима и закидывая ногу на ногу.

– Доброе утро, – кивнул седой, окинув женщину заинтересованным взглядом. – Чем обязан такому вниманию?

– Ну, как же, – она рассмеялась. – Впервые вижу такого занятного юношу в нашей деревне!

– Чем же я занятный? – Вадим тоже хохотнул, отодвигая в сторону доеденный завтрак.

– Волосы белые, а сам молодой, – Соломея улыбалась, теребя пальцами толстую косу. – Интересно стало откуда такой? И куда?

– Вадим, – седой улыбался то ли притворяясь, то ли действительно не понимая, что происходит. – Путешествую по миру, чтобы жить не скучно было.

– И много интересного уже успел повидать? – спросила она, хихикнув, как маленькая девчонка.

Бурьян лишь закатил глаза от таких представлений. Его не устраивали ни Вадим, ни Соломея, но из двух зол он выбрал женщину. Ошибся или нет? Сейчас и узнает. Он наблюдал за ними, продолжая перечислять в голове травы для усыпляющего зелья, чтобы Вадим ничего лишнего не выцепил из его мыслей. Если кто виноват и будет, что ничего не вышло, то только она.

– Многое, – Вадим кивнул.

Казалось, что седой не очень-то заинтересован в этом разговоре, потому как точно не собирался его продолжать. Он бросил взгляд на Бурьяна, но тот отвернулся, решив и дальше изображать рассерженного.

– Как же вас зовут? – вкрадчиво спросил Вадим.

Бурьян напрягся. Этот колдун наверняка имя Соломеи из его мыслей вытащил. Сейчас она представится, и он всё поймёт! И что тогда делать? Что произойдёт? Бурьян заёрзал на месте, неуверенный в том, что хочет находиться здесь. Соломея же расплылась в улыбке и уже открыла рот, чтобы ответить, но к ним подошёл хозяин таверны.

– Г-госпожа Соломея… П-позвольте угостить вас н-нашим лучшим вином! – дрожащими руками он поставил кувшин на стол.

– Соломея? – Вадим вскинул брови.

Бурьян вздохнул, уверенный в том, что сейчас всё и кончится.

– Вы уже слышали моё имя? – женщина тоже удивилась такой реакции.

– Нет, просто оно очень красивое, – мягко ответил Вадим.

– Благодарю, – Соломея улыбнулась, а потом обратилась к хозяину. – Будьте добры принести нам две кружки. Не могу же я испробовать ваше вино одна?

Хозяин кивнул, что-то пробурчал и поспешно ушёл.

– Любят тут вас, раз подарки такие делают, – Вадим с любопытством привстал и заглянул в кувшин, принюхавшись. – Значит, вы в этой деревне живёте?

– Я староста, – кивнула женщина. – Очень люблю всех людей, что здесь живут, а особенно гостям рада.

– Староста женщина? Необычно, – закивал Вадим, опускаясь на лавку.

Бурьян не понимал – это он так хорошо дурачком прикинулся что ли? Неужели не заподозрил? А может он мысли Бурьяна читать перестал? Может, он не умеет это постоянно делать?

– Чего же тут необычного, – Соломея глупо хихикнула, краем глаза наблюдая за хозяином, который споткнулся и чуть не упал, но всё же принёс кружки.

Дрожащими руками он наполнил их вином, а потом поспешил отойти, буркнув что-то вроде благодарности.

– Выпьем тогда за знакомство? – Соломея подняла свою порцию вина.

Бурьян напрягся. Вот сейчас это произойдёт! Сейчас седой что-то сделает! Выльет вино Соломее в лицо? Полыхнёт на неё огнём и сбежит? Щёлкнет пальцами и испарится в воздухе?

– С удовольствием, – но Вадим послушно взял кружку в руки и улыбнулся.

Бурьян задержал дыхание, наблюдая как кружки соприкасаются, как жидкости переливаются из одного сосуда в другой и немного на стол, а потом Соломея слегка пригубила напиток, а Вадим правда принялся жадно пить! Его кадык прыгал вверх, вниз, а из уголка губ стекла тонкая струйка бордовой жидкости. Бурьян поперхнулся воздухом, а Соломея противно улыбнулась, отставив полную кружку в сторону. Она и не собиралась пить. Вадим же с грохотом поставил пустую кружку на стол и утёр губы.

– Отличное у вас вино, – похвалил седой.

– Рада, что тебе понравилось, – язвительно ответила женщина.

Вадим икнул, прикрыл на секунду глаза, а как открыл, Бурьян заметил, что они будто немного разъехались и помутнели. Седой уставился прямо перед собой так, будто ничего больше вокруг не видел. На его губах медленно появилась мечтательная улыбка, а тело расслабилось. Он икнул ещё раз.

– Получилось? – не выдержал Бурьян, вскочив с места.

– Не смей во мне сомневаться, – хмыкнула женщина и щёлкнула пальцами у Вадима перед носом. – Ну-ка, Вадим, скажи, что обо мне думаешь? Как ко мне относишься?

– Ты самая красивая женщина в этом мире, – послушно забормотал Вадим. – Я ради тебя на край света пойду! Всё что хочешь найду! И к ногам твоим стройным брошу!

– Видишь? – Соломея была довольна собой.

Бурьян поверить не мог, что колдун, умеющий мысли читать так просто попался! Не зря к Соломее решил обратиться.

– А теперь, – замурлыкала Соломея, протянула руку и положила на ладонь Вадима, слегка сжав. – Вадимушка, миленький мой, покажи на что магия твоя способна. Усыпи этого противного Бурьяна магией своей и отнеси его в Лютобор да поглубже, привяжи где-нибудь, чтобы не мешался, а потом ко мне возвращайся!

У Бурьяна всё внутри куда-то вниз ухнуло. Вадим дурак, а он ещё глупее оказался! Слишком уж быстро Соломея согласилась помочь… Брюнет дёрнулся в сторону выхода, желая сбежать, но Вадим повернул на него совсем уж потемневший взгляд и щёлкнул пальцами. Последнее, что Бурьян успел ощутить – как его тело грохнулось на грязный деревянный пол таверны.