Всего семьдесят восемь человек, вроде бы – какой пустяк!
Но как известно в Октябре семнадцатого года, партия большевиков тоже многочисленностью не страдала. И тем не менее сумела захватить (скорее подобрать) власть и словами потомков – «прогнуть под себя» всё и вся на «Одной шестой части суши». В данном случае же, задача намного проще: наведение в Вооружённых силах СССР настоящих воинских порядков и дисциплины, повышение до приемлемого уровня боевой выучки. Ибо мнилось Сталину, что большинству своих громких побед, генералы Вермахта и Люфтваффе обязаны перманентному бардаку творящемуся в Красной Армии и особенно в её Военно-Воздушных Силах.
Оглядывая собравшихся по орлиному цепким взором, он с горьким сарказмом подумал:
«Будь Адольф поумней, он бы не своих Манштейнов с Гудерианами «Рыцарскими Крестами» награждал, а наших Павловых да Кузнецовых».
Итак, познакомимся с товарищами командирами…
За очень редким исключением все они были рождены в 90-е годы XIX века, в семьях простолюдинов.
Большинство из присутствующих - участники не так давно прошедшей Советско-финской войны. Но были и те, кто там и близко не был: Жуков, Семенченко, Рокоссовский и, Шапкин.
Все они воевали в Первую мировую войну, в Октябре 1917-го года или чуть позже приняли Советскую Власть, вступили в партию большевиков и в Гражданскую войну сражались на стороне красных. За одним исключением, правда: вышеупомянутый Шапкин Тимофей Тимофеевич (1885-1944), до 1920-го года воевал в чине есаула за…
Белых!
Были среди них прославленные в годы будущей Великой отечественной войны генералы и маршалы – как те же Жуков, Рокоссовский, Конев, Василевский, Тимашенко…
Но были и совсем безвестные для потомков, как выше упомянутые Семенченко, Шишкин и участники Зимней войны - Акимов, Беляев, Анисов… Шлемин, Ярчевский и остальные.
Были и те, кого тупые потомки не вникая в суть дела, считают «выдающимися бездарностями» - вроде вышеупомянутого Тимашенко, Кулика или Козлова – якобы на пару с Мехлисом, виновника Керченской катастрофы весны 42-го года.
Сталин злобно фыркнул:
«Позиции сидящих в окопах(!) за противотанковым рвом(!) войск Крымского фронта, немецкая пехота атаковала с тыла - зайдя на него… С моря! С помощью штурмовых саперных лодок, применявшихся для форсирования рек и наведения понтонных мостов…
Словами потомков – «просто очешуеть можно»!
Никакого противодействия этой высадке со стороны кораблей Черноморского флота под командой адмирала Октябрьского оказано не было, но лукавые историки винят в неудаче Козлова с Мехлисом…».
Кроме того Манштейн тупо задавил советские войска на Керченском полуострове 8-м авиакорпусом Рихтгофена – самым на тот момент мощным соединением в Люфтваффе. И опять же – при полном бездействии советских ВВС, про командование которых никто из историков (или просто «знатоков истории») даже слова худого не вякнул.
И впервые применил в операции «Ловля дроф» в составе 22-й танковой дивизии новейшие модификации «старых добрых» Pz. IV и Pz. III c длинноствольными орудиями. А также 190-й дивизион штурмовых орудий с 75-мм длинноствольными орудиями и САУ «Мардер» с 76,2-мм орудиями.
Трём армиям Крымского фронта Козлова, противопоставить этой мощи было совершено нечего:
«…Здесь и Гинденбург13 б, словами потомков – «аблажался» бы». Иль положим назначим вместо Козлова на Крымский фронт так называемого «Маршала Победы»… Что изменится? Да ровным счётом ничего! Кроме возможно, седока на скачущей по Красной площади каменной кобылы, и автора «Размышлений и воспоминаний»…».
Сталину до зуда в руках захотелось «повторить ситуацию в Крыму», назначить туда Жукова и посмотреть - как он будет выкручиваться, когда авиация и флот бездействуют, а «неуязвимые» танки КВ вдруг перестали останавливать по целой танковой группе Панцерваффе14…
Но потом он взял себя в руки:
«Слишком дорогое удовольствие получится!».
Несмотря на несколько непопулярную «в определённых кругах» фамилию, Дмитрий Тимофеевич Козлов был ничем не хуже (и не лучше!) других советских генералов Великой отечественной войны: крестьянское происхождение, начальное образование, унтер-офицерское звание в годы Первой мировой войны и участие в Гражданкой. Далее типичная военная карьера советского военноначальника межвоенной эпохи: учёба в Академии «Им. Фрунзе», в ней же преподавание «общей тактики», командование 1-м стрелковым корпусом во время Советско-финской войны, должность Заместителя командующим Одесским военным округом после неё…
Сталин мысленно развёл руками:
«А других военноначальников у меня нет! Как нет других бойцов и много ещё чего… Надо воевать и побеждать с этими «выдающимися бездарностями», а не мечтать о каком-то «культурном командире» - которого взять просто-напросто неоткуда, разве что у Адольфа попросить. Да и не они ли – эти «культурные», словами потомков – «пролюбили» Японскую и Первую мировую, а затем и Гражданскую войну? Ох, непросто всё в этом вопросе, очень непросто…».
Однако, вернёмся к теме.
Большинство из собравшихся в зале командиров, имели словами потомков – «незаконченное начальное образование», как вышеупомянутые Жуков, Тимашенко, Конев, и другие хорошо известные или совершенно безвестные для потомков командиры Красной Армии… Но имелись и получившие ещё при Царизме достаточно приличное образование. Как например будущие маршалы Василевский (духовная семинария), Рокоссовский (техническое городское училище), иль безвестные для потомков Герасимов (коммерческое училище), Кирпичников (Казанское юнкерское училище), Крюков (реальное училище)… Имелись и командиры с образованием, скажем так: выше «приличного» или «совершенно нетипичного» для того времени и «среды обитания». И последних имелось не так уж и мало. По крайней мере больше одного: Верёвкин-Рахальский (Оренбургский кадетский корпус, Киевское военное училище), Дьяков (Донской кадетский корпус), Ермолин (университет)…
Большинство из них ещё до, или уже во время Империалистической (Первой мировой) войны, дослужились до унтер-офицерского звания. Но в значительном числе имелись и бывшие прапорщики с поручиками и, даже штабс-капитаны с просто капитанами - как например уже упоминавшиеся выше Веревкин-Рахальский Николай Андреевич, Кирпичников Алексей Владимирович, а также Чибисов Никандр Евлампиевич, Ярчевский Петр Григорьевич…
Было в наличии и два бывших есаула – казачье офицерское звание, которое можно приравнять к пехотному капитану: Дьяков Георгий Семенович и вышеупомянутый Шапкин Тимофей Тимофеевич.
Большинство из них находясь на достаточно высоких командных, технических или тыловых должностях благополучно пережили Великую отечественную войну. Но были и те, кому в «реальной истории» суждено было погибнуть в бою или умереть в госпиталях от ран и болезней: Акимов, Алябушев, Борзилов, Воробьев, Дедаев, Мышков, Огурцов, Пшенников, Смирнов, Сивков, Судаков и вышеназванный Шапкин.
Слов из песни не выкинешь поэтому были и те - кто перед войной, или уже в ходе её был арестован, после чего расстрелян или получив длительный срок заключения, умер словами потомков – «в местах лишения свободы»: Дьяков, Клич, Оборин и Пядышев.
Имелся среди собравшихся в зале один - Снегов Михаил Георгиевич, который в августе 1941-го попал в плен, в 1945-м был освобожден союзниками и вернувшись на Родину, после проверки продолжил службу в Вооружённых силах страны.
Но не было ни одного, кто бы перешёл на сторону врага. Даже имевшийся среди товарищей командиров Власов - был не «тем самым» Андреем Андреевичем, а наоборот - Владимиром Николаевичем. Закончивший до Первой мировой войны коммерческое училище, во время неё – пехотное училище, после чего воевал дослужившись до звания поручик и орденов «Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом» и «Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом»… Наш Власов участвовал в Гражданкой войне, а после неё словами потомков – «двигался» по интендантской части, будучи во время Финской войны Начальником Управления обозно-вещевого снабжения Красной Армии. Во время Великой отечественной войны он в звании генерал-лейтенант интендантской службы, служил начальником тыла Западного (у самого Жукова!), Воронежского и Первого украинского фронтов…
И если его так и не расстреляли до самого конца войны - значит дело своё он знал и его делал.
***
Сперва недоумевающим и тревожно меж собой шушукавшимся («Зачем нас здесь собрали?!») товарищам командирам, была роздана книга «Mein Kampf» (в русской транскрипции «Майн Кампф») принадлежащая перу… Кого вы думали?
Правильно:
Адольфа Гитлера!
Который как известно в данный момент официально считался не только «Фюрером всей германской нации» - но и зачинщиком новой мировой войны. Так как лишь немногие из товарищей командиров владели языком Маркса, Энгельса и Геббельса, сия книга была дана им в переводе на русский. Так как «Моя борьба» - это по сути лютейшая графомань, через которую далеко не каждый - даже самый терпеливый «книжный червь» прогрызётся, товарищам командирам была дана из неё лишь предпоследняя – девятнадцатая глава… И причём со специально подчёркнутыми красным карандашом местами в тексте, на которые им следует обратить внимание.
Но любой из них мог подойти со своим словами потомком - «дайджестом» к столу президиума и сверить его тест с текст с текстом оригинала…
Правда, таких не нашлось от слова – «ни одного».
Естественно сей «дайджест» был составлен лично товарищем Сталиным, который уже давно имел в личной библиотеке экземпляр сего словами потомков – «графоманского высера», вспомнил про него, перечитал и сделав определённые выводы - решил ознакомить с сей «нетленкой» и членов своей будущей «военной мафии». Чтоб так сказать «каждый командир знал свой маневр».
Итак, читаем вместе с Вождём15:
«Глава XIV. Восточная ориентация или восточная политика.
Отношение Германии к России я считаю необходимым подвергнуть особому разбору. И это — по двум причинам.
1. Эта проблема имеет решающее значение для всей вообще иностранной политики Германии в целом.
2. Эта проблема является оселком, на котором прежде всего проверяются политические способности нашего молодого национал-социалистического движения; на этом оселке мы проверяем, насколько в самом деле мы способны ясно мыслить и правильно действовать…».
И дальше вместо «особого разбора», на десять с лишним страниц покатил какой-то галимый бред, из которого очень трудно выцедить хоть какую-то конкретную мысль.
А вот это, уже словами потомков – «ближе к телу»:
«Наше государство прежде всего будет стремиться установить здоровую, естественную, жизненную пропорцию между количеством нашего населения и темпом его роста, с одной стороны, и количеством и качеством наших территорий, с другой. Только так наша иностранная политика может должным образом обеспечить судьбы нашей расы, объединенной в нашем государстве.
Здоровой пропорцией мы можем считать лишь такое соотношение между указанными двумя величинами, которое целиком и полностью обеспечивает пропитание народа продуктами нашей собственной земли. Всякое другое положение вещей, если оно длится даже столетиями или тысячелетиями, является ненормальным и нездоровым. Раньше или позже такое положение принесет величайший вред народу и может даже привести к его полному уничтожению.
Чтобы народ мог обеспечить себе подлинную свободу существования ему нужна достаточно большая территория».
Германскому народу для подлинной свободы не хватает лишь большой территории и Гитлер знает, где её взять:
«Если взять только размер территорий, то германское государство имеет до смешного малое значение по сравнению с так называемыми мировыми державами. И пусть не говорят нам, что Англия тоже представляет собою небольшую территорию! На деле Англия является только столицей британской мировой империи, а эта последняя обнимает почти четвертую часть всей земной поверхности. Посмотрите далее на такие гигантские государства, как Североамериканские соединенные штаты, затем Россия и Китай. Каждое из этих государств владеет территорией по крайней мере в 10 раз большей, нежели современная Германия…».
Перечитывая это, Сталин лишь головой качал:
«Тебя б, дурака завистливого – да в Туруханский край! И посмотреть, как ты там прокормишься».
А это уже похоже на идеологическую платформу:
«Национал-социалистическое движение во что бы то ни стало обязано устранить существующую диспропорцию между количеством нашего народонаселения и объемом наших территорий, имея при этом в виду территорию не только как непосредственно продовольственную базу, но и как фактор защиты границ. Только тогда устраним мы безысходность нашего нынешнего положения и займем то место, на которое мы вправе рассчитывать в силу той роли, какую играли в истории».
Сравнительно дельные мысли и снова галимый бред:
«Мы, национал-социалисты, являемся хранителями высших арийских ценностей на земле. Вот почему на нас лежат высшие обязательства. Чтобы суметь выполнить эти обязательства, мы должны суметь убедить наш народ сделать все необходимое для защиты чистоты расы. Мы должны добиться того, чтобы немцы занимались не только совершенствованием породы собак, лошадей и кошек, но пожалели бы, наконец и самих себя».
До Адольфа никак не может дойти, что самая чистокровная на Земле раса – это эфиопские людоеды, находящиеся на самой низшей ступени развития цивилизации. С ними просто кроме обезьян спариваться не хочет, до того они словами потомков – «отстойно» выглядят.
Вот, наконец:
«Мы, национал-социалисты, должны пойти еще дальше: право на приобретение новых земель становится не только правом, но и долгом, если без расширения своих территорий великой народ обречен на гибель. В особенности же, если дело идет не о каком-либо негритянскою народце, а о великом германском народе, — о том народе, которому мир обязан своей культурой. Дело обстоит так, что Германия либо будет мировой державой, либо этой страны не будет вовсе. Для того же, чтобы стать мировой державой, Германия непременно должна приобрести те размеры которые одни только могут обеспечить ей должную роль при современных условиях и гарантировать всем жителям Германии жизнь.