В принципе для успешной «народной революции», нашим чекистам оставалось лишь руками бывших штабс-капитанов, ротмистров и есаулов выгнать погрязшую в коррупции китайскую администрацию и привести на самолёте нового лидера, до этого работавшего в московском «Институте восточных языков».
Естественно эта «революция» тут же вызвала разрыв отношений с Гоминданом - буржуазно-националистическим правительством Чан Кайши, разгром советского посольства во временной столице Китая Чунцине, убийство озверевшей толпой советского посла Александра Семёновича Панюшкина и ряда других представителей советской дипломатической миссии…
Но в принципе советско-китайское сотрудничество и в первую очередь – военно-техническое и без того сворачивалось. Ибо лидер Гоминдана взял курс на сближение с Соединёнными Штатами.
Зачем это Сталину было надо?
В «китайском вопросе» обладающий «Послезнанием» Вождь страны Советов решил твёрдо руководствоваться словами Наполеона Бонапарта:
«Китай спит. Пусть он спит всегда, потому что, когда он проснется - содрогнется весь мир».
В этой полузависимой провинции, руками советских специалистов проводилась своя «индустриализация»: строились шоссейные дороги, искались полезные ископаемые, открывались рудники и шахты. Эта «дикая территория» оказалась воистину «кладовой полезных ископаемых: каменный уголь, нефть, вольфрам, никель, сурьма, олово, бериллий, тантал и прочие. Многие из них уже добываются - как например вольфрам, или будут добываться в ближайшем будущем – уран…
А их «Послезнания» Сталин знал, что в этой провинции находится до трети всех месторождений полезных ископаемых Китая – на которых он в конце XX – начале XXI века, так резко сиганул вверх в экономическом развитии и превратился в сверхдержаву.
Рисунок 28. Провинция Синьцзян - настоящая кладовая полезных ископаемых.
Конечно из-за сравнительной немногочисленности «белогвардейского населения» удержать эту территорию будет крайне трудно, что видимо и послужило причиной отказа от неё в «Реальной истории». Как и от освобождённой в 1945-м году от японцев Маньчжурии, которая тоже очень настойчиво просилась в состав Союза ССР. А возможно «тот» Сталин просто не хотел ссорится с Мао Цзэдуном – победителем в войне между коммунистическим Китаем и националистическим Чан Кайши. Но в данный момент «Великий Мао» контролирует лишь окружённый в горах провинций Шэнси и Гансу, так называемый «Освобождённый район». И в «Реале», до самого разгрома «Квантунской Армии и окончания Второй мировой войны - будет сидеть там тихо, словами потомков – «как мышь под веником».
Главным его врагом в этот период, были не японцы – оккупировавшие прибрежные районы страна…
И даже не «Гоминдан»!
А так называемые «28 большевиков» - группа подготовленных в Москве молодых функционеров во главе с Ван Мином. Последнего, ещё не ставший великим Мао отравит ртутью в следующем году и это будет отличным поводом порвать с ним в частности и, с Коммунистической Партией Китая в целом.
Понабравшись премудростей из «Послезнания», Сталин решил сделать ставку в этой «большой китайской игре» не на националистов, не на коммунистов…
А на сепаратистов.
Насчёт же «немногочисленности белогвардейского населения», Сталин - тоже всё до мелочей, очень досконально продумал. Например, его можно чуть ли не вдвое увеличить за счёт…
Находящихся в его полном распоряжении военнопленных поляков!
А куда они денутся, с словами потомков – «этой подводной лодки»?
На севере – СССР с его «лесоповалом», на западе и юге – непроходимые в любое время горы, на востоке – пустыня…
И везде – дикие туземцы, которые с превеликим удовольствием «укоротят на голову» любого попавшего им в руки европейца - не особенно вникая в его национальность, вероисповедание и образ мышления. Кроме того по примеру англичан, ссылавших своих особо отмороженных уголовников в Австралию, можно отправлять на поселения в Восточно-Туркестанскую Республику советских «воров в законе» или просто рецидивистов, попавшихся в руки правосудия в третий раз. А командовать ими можно назначить военноначальников нашей армии, от которых на Великой отечественной войне - только один вред.
***
Однако вернёмся к делам персидским…
Вождь советского народа не сказал Шаху Ирана самого главного – возможно, просто боялся сглазить.
Советско-персидское АО «Кевир-Хуриан» до сих пор существует, но вследствие с одной стороны - завышенных требований, а с другой – саботажа в ответ на них, влачит весьма жалкое существование. К примеру, Москва словами потомков – «залупила» требование на двадцать тысяч квадратных километров увеличения площади концессии, а Тегеран соглашался на не более чем пять тысяч.
И здесь Сталин был вынужден встать на сторону Ирана, чем своих соотечественников. При всём своём желании Советский Союз не мог бы обеспечить в должной мере «Общество» - ни техникой, ни геологами, ни инженерами, ни инвестициями - даже на уже предоставленной под нефтедобычу территории…
Потому что самим всего этого не хватало от слова – «категорически»!
Так что все «успехи» советско-персидского АО на сегодняшний день - это около шестисот тысяч потраченных рублей, две пробуренные скважины, две насосные станции, жилые помещения и…
Никакой нефти!
Так что советское присутствие на севере Ирана, это что вроде пресловутой «собаки на сене»:
«Сам не добываю там нефть и другим такой возможности не дам!».
Однако, даже не в этом дело.
Из «Послезнания» Сталин точно знал, что изначально вся эта идея была дохлая - как кости мамонта в вечной мерзлоте. Все доступные месторождения иранской нефти находятся на юге и юго-западе. На севере же Ирана, единственное крупное месторождения Хиркани в провинции Голестан, будет найдено лишь в XXI веке. И глубина залегания (три тысячи метров) делает невозможным его разработку советскими нефтяниками - которые и до километра то в Башкирии, до сих пор никак не могут добуриться. Лишь в ходе уже Великой отечественной войны, получив по Ленд-Лизу из Штатов турбобуры и глубинные насосы, добрались до «большой» башкирской нефти.
Оба, кстати - отечественные изобретения, которые не смогла или не захотела освоить в 20-30-е годы разбалованная легкодоступной бакинской нефтью советская промышленность.
Но в связи с далеко идущими задумками Вождя, сама «Кевир-Хуриан» - очень и очень интересная компания!
Прежде она называлась «Русско-персидское нефтяное товарищество» (РУПЕНТО) и основал её в 1916-м году гражданин Российской Империи грузинского происхождения - некий ныне покойный Акакий Костария, которому персидские власти предоставили концессию на бурение нефтяных скважин в пяти северных провинциях. В 1920-м году он продал 55 процентов акций компании «Англо-Персиан» (будущей «Англо-Иранской нефтяной компании»), та в свою очередь год – американской «Стандард Ойл оф Нью-Джерси». Затем про неё вспомнило Советское правительство и за 250 000 туманов (не считая 50 000 туманов взятки персидским чиновникам) выкупило контрольный пакет акций, переименовав компанию в «Кевир-Хуриан Лимитед»89.
То есть это достаточно известный и самое главное - легитимный, хотя и изрядно неудачливый игрок на международном рынке нефти.
И если вложить в неё достаточно инвестиций в виде золота из золотого запаса СССР насчитывающего в 1940-м году рекордные 2800 тонн, то…
Открываются очень блестящие перспективы!
Например, можно купить «Англо-Иранскую нефтяную компанию» (AIOC), вместе с крупнейшим в мире нефтеперерабатывающим заводом в Абадане и причём сравнительно недорого. Ведь в условиях когда советские «лёгкие и устаревшие» танки контролируют нефтедобывающие провинции Ирана, а над вышками, нефтепроводами и заводами – гордо реют «фанерные» «Ишаки» и «Чайки», акции компании рухнули на словами потомков – «уровень городской канализации».
Рисунок 29. Крупнейший в мире НПЗ компании AIOC в иранском Абадане, 1938 год.
Формально докопаться не к чему – всё в соответствие с нормами цивилизованных рыночных отношений. К тому же есть и ещё один, словами потомков - «немаловажный нюанс».
Когда после разгрома Франции и началом бомбардировок авиацией Люфтваффе Британских островов Вторая мировая война началась «по взрослому», Правительство сэра Черчилля плюнуло слюной на священное право частной собственности и по сути национализировав, объединила все британские нефтяные компании (даже «Shell»!) под управлением «Нефтяного департамента».
То есть фактически в Англии создали государственную национальную монополию, где бал правит не рынок - а государственный чиновник.
Как отнесётся к такой «сделке века» кабинет консерваторов во главе с махровым антикоммунистов Черчиллем?
Вспомнив из «Послезнания» слова Премьер-министра Великобритании, которые он скажет этим летом, ожидая со дня на день высадки морского десанта Вермахта на Британских островах:
«Я сам готов стать коммунистом, чтоб иметь десять тысяч танков».
Сталин ухмыльнулся иронично:
«Когда жаренный петух в зад клюнет, любой - даже самый ортодоксальный демократ, тут же становится большевиком - ещё похлеще нас с товарищем Лениным».
Так вот он - Сталин, предоставит «товарищу» Черчиллю возможность чуть-чуть почувствовать себя коммунистом.
После катастрофы под Дюнкерком, в разгар «Битвы за Британию» и в тревожном ожидании высадки Вермахта на островах, Англия отчаянно нуждалась в оружие - пускай даже и в устаревшем…
Одних только винтовок требовалось не менее миллиона штук.
Предоставить всё необходимое мог только «Заокеанский кузен», это без вариантов. Однако программа Ленд-Лиза для «бедных родственников» ещё не действовала и, оружие в Штатах можно было только купить за наличные. И в тоже время финансовое положение Англии стремительно ухудшалось и в государственном бюджете, тупо не было средств для приобретения всего необходимого для обороны. Дело дошло до того, что 2 сентября 1940-го года между США и Великобританией было (будет!) заключено соглашение «Эсминцы в обмен на базы» - в соответствии с которым в обмен на полсотни американских эсминцев времён Первой мировой войны, Штатам передавался ряд островов в Карибском море - Ньюфаундленд, Британская Гвиана и другие.
Естественно, такой «бартер» был как крестьянским серпом и пролетарским молотом по «аристократическим причиндалам» британского истеблишмента – выразителем интересов которого, являлась Консервативная партия Великобритании во главе с её «антикризисным менеджером» сэром Черчиллем.
Предупреждённый Сталиным об начале операции Вермахта «Fall Gelb», Уинстон Черчилль с лёгкостью словами потомков – «схавал дезу» об готовящемся в Иране прогерманском перевороте и став Премьер-министром, не особенно-то возражал против ввода советских войск в эту страну…
Да и не до того ему, если честно говорить было.
Так что очень высока вероятность того, что точно также получив от уже знакомого ему Павла Орлова - личного посланника Сталина, неофициальную устную информации о готовящейся операции «Adlertag» («День орла») и «Unternehmen Seelöwe» («Морской лев»), сэр Черчилль не на шутку встревожится за судьбу Британской Империи - доставшейся ему от многих поколений предков семейства герцогов Мальборо. И чтобы её словами потомков – «не просрать», он озаботится оружием для обороны Метрополии от гитлеровских полчищ.
Конечно, Сталин не может предоставить «другу Уинни» полсотни эсминцев, даже устаревших. Как и десяти тысяч «лёгких и устаревших» танков…
Самому пригодятся!
Но вот сколько то там тонн золотишка от щедрот своих, чтоб купить те самые «эсминцы» в Соединённых Штатах в обмен на контрольный пакет акций «Англо-Иранской нефтяной компании»…
Это мы запросто!
Не напрямую конечно, а через Акционерное Общество «Кевир-Хуриан Лимитед».
Согласится ли Черчилль на такую сделку?
Обладающий «Послезнанием» Вождь Советского Союза был уверен, что любой уважающий себя менеджер скинет активы, ставшие после ввода советских войск в Иран словами потомков - «кислотными» и, ещё и благодарить будет, что их просто тупо не отняли.
Однако на «Англо-Иранской нефтяной компании» (AIOC) свет клином не сошёлся, отнюдь.
В тридцатые годы липкие щупальца американских нефтяных монополий, контролирующих добычу нефти и самое главное – сбыт нефтепродуктов не только у себя дома - но и в Мексике и Венесуэле, дотянулись и до Персидского залива. В 1933-м году компания «Standard Oil of California» («Socal») разродилась дочкой - «California Arabian Standard» («Casoc»), которая добивается концессии у вечно нищих саудовских принцев и начинает разведочное бурение на восточном побережье Саудовской Аравии…
Это прямо напротив Ирана – Персидский залив только перепрыгнуть.
В 1936-м году половину акций «Socal» приобретает компания «Texas Company» («Texaco»).
В 1938-м году специалисты «Socal» добурились до первой саудовской нефти близ городка Дахран, в 1939-м году добыча нефти достигла двадцати тысячи баррелей в день. Перспективы казались всё более и более радужными, но тут держателям акций «Socal» и «Texaco» пришлось спуститься с небес на землю. Дальнейшему развитию нефтедобычи препятствовал переизбыток нефти в Соединённых Штатах, достигший в сороковом году рекордных тридцати процентов от потребляемого объёма и…
Вспыхнувшая мировая война, отрезавшая регион от потребителей в Европе.
В октябре 1940-го года (до которого всего то ничего – четыре с небольшим месяца), после бомбардировки нефтепромыслов в Дахране итальянской авиацией, американцы свернут свою деятельность в Саудовской Аравии.
Как и англичане в Бахрейне и Кувейте, кстати.
Строительство нефтеперерабатывающего завода в Рас-Таннуре остановят, все нефтяные скважины до наступления лучших времён зальют бетоном90…
А наступят те «лучшие времена» - не ранее 1943-го года, когда британский генерал Монтгомери поймает за хвост «Лиса пустыни» - германского генерала Роммеля.