— Лилиан была не только славной воительницей, но и ответственным, исполнительным комендантом цитадели. Её самообладание, сила и верность долгу заслуживают всеобщего уважения. Мы воздаём славному имени защитницы блага и покоя королевства Вентьерен, Лилиан Сантьен, последние почести. Пускай её путь в царстве богини Ноктис будет таким же славным, а вечный телесный сон безмятежен. Ничто больше её не потревожит. Во славу Лилиан! — все слушали погребальную речь Дестана с поникшими головами. Хоть комендантша и была строгой и временами надменной, её гибель в сражении при Свирузах мало кого оставила равнодушным.

Клэр тоже едва сдерживала тихие слёзы. Она никогда не питала особой симпатии к почившей, но сейчас это ничего не меняло. В бою словно открылась истинная суть воительницы, взявшей на себя роль следить за магами восточной цитадели: она защищала своих соратников до последней капли крови. Оказавшись зажатой мортамерами с парой ведьм, она прикрывала их собой, пока те колдовали, доблестно отражала нападение нечестивых и в конце концов пожертвовала собой, к несчастью, так и не дождавшись момента, когда в сражение смогут вступить драконы.

Это была единственная потеря немногочисленного отряда, не считая дракона Лилиан, который от тоски по своей союзнице бросился палить жнецов, чуть не навредив оставшимся на месте колдуньям. Впрочем, это же их и спасло. После этого ящер улетел прочь, больше так и не вернувшись.

На месте погребения Лилиан когда-нибудь разрастется ясень, символ той опоры, которой она была при жизни. Высадила его Грейс, оказавшаяся самой близкой подругой погибшей, хотя публично они всегда соблюдали положенную субординацию. Теперь же ведьма была безутешна и горько плакала, уткнувшись Арсу в плечо.

Клэр неприятно царапнуло это зрелище, но она тут же себя одернула. Не пристало такому случаю вмешивать сюда личные чувства. Да еще такие… Низменные. Собственнические. Она должна была пожелать им счастья, хотя бы не произнося это вслух, и всё же почему-то не могла. Впрочем, её теперь в целом занимал вопрос уместности привязанностей на войне. Какой в них смысл, если чем больше прикипишь к человеку, тем больнее будет его терять? Когда смерть дышала так близко, обдавая своим мертвецким холодом лицо, этот вопрос вовсе не казался праздным. Её уже связывали сестринско-дружеские узы с Маршей и Тиной, а как бы она пережила потерю Шиайхи, с которым они спасали друг друга уже не единожды, она вовсе не могла себе представить. Слишком много, чтобы справиться с горем, если что-то случится. В связи с этими рассуждениями решение не приближаться ни к Арсу, ни к Дестану виделось Клэр самым рациональным.

Будто проникнув в потаенную глубину её мыслей, Дестан подозвал Клэр к себе, когда все уже засобирались в замок, оставив Грейс и утешающего её Арса в одиночестве. Капитан стоял под раскидистым дубом, в шумящей тени, сложив руки на груди. Марша и Тина переглянулись и пошли дальше, позволяя Клэр от них отделиться.

«И почему он всегда так не вовремя? Или, точнее сказать, слишком вовремя… Когда я уже решила, что нам не стоит…» — сбивчиво думала ведьма, ощущая, как жар бросается в лицо.

— Вижу, вас, девушки, уже объединяет нечто большее, чем просто дружба. Как будто лисички-сестрички, — сказал Дестан, провожая подруг Клэр взглядом.

«Он не может знать» — убеждала себя Клэр и произнесла:

— Не понимаю, о чём вы, капитан. Разве дружить запрещено уставом?

— Я не вдаюсь в подробности дел тайных женских обществ. Но в курсе, что вы периодически самовольно покидаете стены замка.

Клэр вытаращилась на него в недоумении. Они же всё так хорошо предусмотрели…

— Оскар несколько раз просил Лилиан сменить его, по личным вопросам. Так что я был в курсе о ваших невинных отлучках, хотя и понятия не имею, что вы задумали. — Дестан улыбнулся, подняв левый уголок губ, и, пользуясь своим положением в виде выдающегося роста, взглянул на Клэр сверху вниз. — Я все-таки должен так или иначе приглядывать за той, что задолжала мне желание. Иначе оно может так и остаться неисполненным.

— То есть вы сознательно закрывали на это глаза?

— Нет, меня, разумеется, смущало, что вы пренебрегаете моими правилами. В конечном счёте, за дисциплину солдат отвечать мне. Но, будем честны, из вас солдаты — что дракон из цыплёнка.

— В некотором роде птицы родственны драконам… Как и всем прочим рептилиям, — Клэр побледнела от гнева и пыталась сдержать его изо всех сил, — но вы же другое имеете в виду, верно?

— Я имею в виду, — невозмутимо продолжил Дестан, не отрывая волчьего взгляда, — что контролировать магов гораздо труднее, чем воителей. У вас свои законы. И я не знаю, какие ещё средства вам могут потребоваться. Поэтому и не вмешивался.

«А я надеялась, это потому, что он верит в меня. Наивная» — с досадой подумала ведьма.

— Что ж, тогда, полагаю, вы и впредь не будете чинить нам препятствий. Я правильно понимаю?

— Но мне всё же хотелось бы знать, что происходит.

— Ритуалы. Особые ритуалы, позволяющие нам призвать силы для сражений. Боюсь, большее объяснять не имеет смысла.

— Большего и не нужно. Так я и предполагал.

— Хорошо, — Клэр кивнула, — тогда, видимо, я свободна? — ведьма уже приготовилась уйти, но интуитивно чувствовала, что это ещё не конец беседы.

— Ты уверена, что хочешь именно свободы? — Дестан понизил голос, в котором зашелестел песок хищной хрипотцы.

— Смотря от чего. Я не могу покинуть цитадель и отправиться по миру, занимаясь своими делами. Это назовут дезертирством. А, может, и хотела бы. Не могу перестать зваться солдатом и делать, что вздумается.

— Ты и так не особенно себя ограничиваешь, — усмехнулся капитан, — тем не менее мой вопрос относился на другой счёт. Хочешь ли ты быть свободна от меня?

— Что? Я не… Не знаю…

— Приходи сегодня в южную башню к одиннадцати. Вот мое желание.

— И… — Клэр смотрела на Дестана с недоумением. — И это всё?

— Ты рассчитывала на большее? — смешливые искорки вспыхнули в его темных глазах. — Остальное исключительно добровольно. Но прийти ты должна.

— Есть, капитан, — Клэр не нашла ничего лучше, как подчеркнуть, что просто исполняет приказ своего руководства, хотя в душе уже поднималась эмоциональная буря, смешавшая разрозненные мысли в бешено крутящийся смерч.

На сегодня в честь траура официальные тренировки были отменены. Клэр решила провести свободное время, укрывшись в тиши библиотеки. Марша и Тина предпочли книжной пыли свежий воздух и практику.

Стеллажи из дорогого красного дерева — Клэр была уверена, что такие же могла бы увидеть разве что в королевском замке — с тяжёлыми, древними томами почти упирались в высокий потолок, а их ряды напоминали расходящийся от круглого центра лабиринт, в котором так легко было бы заблудиться. Чтобы дотянуться до верхних полок, пришлось бы воспользоваться приставной лестницей. Сколько труда стоило смахивать пыль со всего этого великолепия, невозможно было вообразить — эта мысль посетила Клэр сразу после восхищения масштабом, когда она пришла сюда в первый раз. Сосредоточением этого места были составленные вместе столы для чтецов, над которыми висела под украшенным цветочным орнаментом куполом роскошная люстра, рассчитанная по меньшей мере на сотню свечей и напоминавшая выкованный из металла лотос. Пахло недвижимым воздухом и старой бумагой.

Клэр листала пожелтевшие страницы, но не могла ни на чём сконцентрироваться. Буквы стройными рядами проносились мимо, не оставляя никакого мысленного отпечатка. «Может, стоило пойти с ними» — тоскливо подумала ведьма, думая о том, чем сейчас занимаются её сестры по ковену. Она тряхнула головой, и несколько прядей, выбившись из слабо затянутой косы, бросились к лицу. «Нужно найти что-то еще. Выяснить, откуда пришли высшие жнецы, и как они обращают в свои ряды обычных людей». Лагерта с трудом рассказала об их встрече с Ренигом, и это только добавило вопросов.

Поднявшись, Клэр вновь отправилась бродить по рядам, легко касаясь кончиками пальцев шершавых корешков, потемневших от времени. Взгляд скользил от названия к названию, но всё было не то. Где их искать? В бестиариях? Клэр уже просмотрела несколько, но все описанные там существа либо были частью мифов, либо относились к тому плану бытия, с которым ведьмы как раз умели договариваться — вроде призраков или демонических сущностей мира Ноктис. Ничего о том, что видела Клэр тогда, с Шиайхой, или возле несчастного ребенка из деревни. В исторических собраниях были только вариации на тему одной и той же легенды с разными комментариями ученых умов, дающих свои личные оценки. Пока ясно было одно: драконий огонь мог убить жнецов, но и драконы могли умереть от их сил. Должно было быть что-то еще, нечто, что на самом деле решило исход прошлой битвы в пользу людей и драконов… Чтобы это понять, требовалось разгадать, откуда явились мортамеры. Но ответов по-прежнему не находилось.

Впрочем, секреты библиотеки казались необъятными, и Клэр была уверена, что где-то непременно должен таиться тот самый секрет, который она ищет. Но, видимо, он отыщется не в этот раз, хотя ведьма и не оставляла попыток до самого вечера, пока голова не начала кружиться от усталости, а стопки книг на столе не выросли настолько, что девушку невозможно было бы увидеть за ними со стороны.

Однако время неумолимо приближалось к одиннадцати. Клэр не хотела нарушать своё слово, в первую очередь потому, что не позволила бы Дестану думать, будто она струсила. Но не только это вынудило её покинуть библиотечный приют несколько заранее. Горделивое, неумолимое желание взять верх над капитаном пусть бы и таким проверенным женским средством как красота требовало определенной подготовки. «В конце концов, — думала Клэр, сама удивляясь, откуда в ней такая самоуверенность, — он мужчина. Должны и у сурового командира быть слабые места». Было ли её истинным стремлением это проверить или же так проявлялись силы жрицы Ноктис, она наверняка не знала, но её устраивали оба варианта.