Ведьма надеялась получить ответы. Попасть обратно в западную цитадель было не так просто: предварительно пришлось связаться с мастером Арвингом через магический шар. Казалось, что барьер защищал от внезапных вторжений не только сам горный замок, но и пролёг незримой пропастью между ученицей и наставником. Даже их иллюзорную встречу сложно было назвать тёплой, хотя Клэр могла лишь догадываться о причинах. И всё же мастер позволил ей явиться воочию.

— Мастер Арвинг, я видела нечто такое, существование чего мне сложно объяснить, — начала она, представ перед взором старика в стенах, которые считала своим настоящим домом.

— И что же? — тон наставника выдавал напряжение.

— Нечисть, которая была не похожа ни на что, какой-то мутант… Он чуть было всерьёз не навредил Шиайхе, да и я справилась с ним только благодаря своим… Способностям.

— Клэр, мы, маги, видим больше, чем другие. Ты уверена, что это не было чем-то, с чем ты просто не сталкивалась прежде?

— Мастер, — ведьма почувствовала себя оскорбленной таким недоверием, — я говорю о вполне материальном существе. Таком же вещественном, из плоти и крови, как низшие жнецы. Не о призраке, не о демоне, не о духе.

— Что ж, — Арвинг потёр короткую белую щетину подбородка, — это наводит на безрадостные мысли.

— Например?

— Я должен кое-что проверить.

— Мастер, это существо могло навредить моему дракону. Мы должны знать, с чем столкнулись.

— Возможно, это и правда была только мутация. Не всё в этом мире нам известно.

— Однако вы предполагаете нечто иное, — утвердительно заметила Клэр.

Арвинг посмотрел на неё прямо, чуть вскинув широкие брови.

— Ты стала проницательнее.

— А вы – более отстранённым.

— Клэр, — выдохнул мастер, — сейчас я должен защищать тех, кто может прийти вам на помощь. У них ещё меньше времени на подготовку, чем было у вас.

— Так что вы думаете об этом на самом деле? — ведьма не позволяла увести себя в сторону.

— Возможно — но только возможно — присутствие мортамеров в нашем мире продуцирует энергию, которая может породить и другую нечисть. Ту, которой существовать не должно.

— Это осложняет дело. Мы же не можем рассредоточиться по континентам в поисках таких вот…

— Пока это был только единичный случай. Но прецедент создан. Тем не менее ваша цель остается прежней — это сами жнецы. А остальное предоставьте мне. Может, и для учеников это будет хорошей практикой… Если теория подтвердится.

— Не боитесь потерять свежую кровь?

— Вот уж не ожидал, что ты будешь недооценивать моих учеников, — усмехнулся Арвинг, но без осуждения, — но я понимаю, вы уже прошли через некоторый опыт, пока им недоступный, и видите всё по-другому. И все же я в них уверен.

— Вы в своем праве, мастер Арвинг, кто я такая, чтобы вам не доверять.

Наставник покосился на Клэр, изучающе её рассматривая.

— Кто ты такая? Теперь и я не уверен, что знаю, дорогая.

— Что вы имеете в виду?

— Не ершись, сейчас я не буду читать тебе проповеди. Просто постарайся держать рассудок холодным.

— Как скажете, — Клэр улыбнулась, искренне обрадованная тем, что её не намерены отчитывать.

— Только не упоминай о нашем разговоре при мастере Шедхарде. Он суровый человек и не привык доверять непроверенной информации, — наставник вскинул руку, пресекая возражения, — а сведения, которыми обладаешь только ты, именно так он и назовет.

Когда Клэр вернулась в восточную цитадель, её уже поджидала Марша. Она выглядела взволнованной, и было очевидно, что ей хотелось узнать всё из первых уст. Она нетерпеливо уселась на кровати, поджав скрещенные ноги, и взглянула на подругу в ожидании.

— Пока ничего определенного, — Клэр пожала плечами, — мастер Арвинг смог только предположить, что это каким-то образом связано с мортамерами. Пообещал поискать следы схожих существ и разобраться с ними. Вместе с другими учениками.

— Лучше, чем ничего, — кивнула Марша, поправляя выбившуюся прядку отросших ниже плеч янтарных волос.

— Не совсем то, чего я ожидала, — вздохнула Клэр, усаживаясь за стол, — но, наверное, это потому, что раньше у мастера на всё находились ответы. Странно, но у меня такое чувство, будто ситуация становится только запутаннее.

— Но разве что-то изменилось?

— Строго говоря, нет, мы всё так же должны схлестнуться с жнецами в новой битве. Но если появление таких тварей, с какой столкнулся Шиайха, связано с ними, это означает, что их мощь только растёт.

— Не похоже, чтобы у нас были варианты…

— Может, у их силы есть некий эпицентр. Думаю, в первую очередь уничтожить нужно высшего жнеца, которого мы видели на поле, а не его свиту.

— Звучит разумно, — Марша одобрительно улыбнулась, — но нам могут помешать приказы сверху.

— Да, мастер Арвинг запретил распространяться об этом мастеру Шедхарду, однако…

— Дестан? Думаешь, он поймет?

— Он кажется закалённым воином, который гораздо больше заинтересован в жизнях своих солдат, чем скрывающийся в темноте башен полководец.

— Возможно… Но он тоже подчинённый. Не уверена, на чьей он будет стороне.

— Давно ты стала такой недоверчивой, Марша? — усмехнулась Клэр.

— А как давно ты готова открыться незнакомцу? С тех пор, как приняла от него букет, или с тех, что задолжала ему желание?

«Ай». Подкол оказался неожиданно чувствительным, особенно последнее замечание. За другими событиями она успела запамятовать, что Дестан действительно выполнил свою часть обещания, а это означало только одно: в любой момент он может потребовать выполнения её части уговора. Клэр могла бы вовсе отказаться, ведь их обет был только устной договорённостью и ничем больше, но сдержать своё слово для неё означало многое. Дестан будто знал, что этого будет достаточно. Да и отказаться означало признать свой страх перед тем, что Дестан может придумать. Однако она никак не могла взять в толк, что ему может быть от неё нужно. Ожидание решения Дестана вдруг подкатило тревожной волной, распирающим внутренним тремором. Ведь он до сих пор ничего не озвучил. Тянет нарочно, хочет заставить понервничать? Эта мысль сменила тревогу лёгким раздражением. Нет, Клэр не позволит ему управлять своим состоянием.

— О чём задумалась? — Марша пристально воззрилась на подругу. — Я перегнула? Прости.

— Нет, все в порядке. Просто не вовремя ты об этом вспомнила.

— Может, сорвать с твоих губ страстный поцелуй… — ведьма хихикнула. Клэр закатила глаза.

— Он ясно дал понять, что это интересует скорее меня, чем его. Ощущение, кстати, не из приятных. Может, ему для какой-то цели нужна магия, не знаю. Хотя он наверняка мог бы найти того, кто согласился бы охотнее.

— Может, ему приятнее тебя мучить. Смотри, сколько твоих мыслей он занимает так или иначе.

Клэр вспыхнула. Как бы ей ни хотелось отстраниться, держаться от Дестана на дистанции, в глубине души что-то неумолимо тянулось к его задиристому обаянию и холодным волчьим глазам, которые часто виделись ей во снах.

Ещё немного поболтав на отвлечённые темы, ведьмы отправились на ужин. С тех пор, как образовался их ковен, они чувствовали себя гораздо увереннее, словно могли отразить любые нападки извне. Казалось, что и другие это чувствуют, и все язвительные комментарии, хотя и ставшие редкими после сражения с мортамерами, прекратились вовсе. Теперь по отношению к участницам ковена главенствовала скорее почтительная осторожность, хотя никто и не смог бы ответить об истинных причинах этого подспудного поведения. Так звери, чующие пожар издалека, покидают родные места заранее.

Сидя за широким столом красного дерева и уплетая не слишком роскошную, но сытную пищу, состоявшую из зажаренного птичьего мяса и печёных корнеплодов, ведьмы обсуждали тайный ритуал в честь приближающейся Пчелиной луны. Лето переходило к своему разгару. Клэр радовалась тому, что теперь у неё есть поддержка, и, хотя Тина и Марша не стремились стать жрицами Ноктис, коллективная магия всегда давала больший эффект, чем одиночная, особенно если это касалось обрядов.

Когда они почти расправились с пищей, Клэр заметила, как в столовую залу вошёл Арс. Грейс держала его под руку, периодически с вызовом бросая вокруг взгляды. Изящество её плавной фигуры было особенно заметно на фоне плечистого, мужественного колдуна. Клэр, сдерживая явную неприязнь, вынуждена была признать, что смотрятся они вместе на удивление ладно.

— Они пара? — шепнула не менее поражённая Марша.

— Похоже на то, — прокомментировала Тина, — хотя они такие разные…

— Надо же было выбрать именно Грейс, — не сдержалась Клэр.

— Ревнуешь? — Марша оперлась подбородком на кулак. — Не слишком ли много мужчин на тебя одну?

— Вот еще, — Клэр нарочито фыркнула. — Просто не понимаю, почему именно она.

Если бы речь шла не о Грейс, возможно, Клэр нашла бы в себе силы порадоваться за Арса. Но это была она. Та, с которой они пикировались чуть ли не при каждой встрече, как когда-то с Лагертой. Та, с которой её разделяла пропасть взаимной неприязни с самой первой стычки. Они стремились доказать, что одна лучше другой, не упуская ни одной возможности. И теперь, когда Клэр оказалась явно сильнее в сражениях, Грейс решила подкрасться на мягких лапах, исподтишка. Неожиданно оказалось, что именно это задело её сильнее всего.

«Возможно, он ей вовсе не нравится», — думала Клэр, подозревая ведьму в самых низменных намерениях. Она вспомнила, как обошлась с Арсом, вызвав его на дуэль, и впервые ощутила неясное чувство вины, как будто её реакция и вправду была чрезмерной. Вспомнила его неугасимую потребность заботиться о ней, отвергаемую раз за разом. Связь Арса с Грейс перечёркивала всё, что было прежде. Больше она не могла ему доверять ни как воспитаннику одного с ней мастера, ни как другу, ни как… Клэр отогнала от себя дальнейший ход мысли. В глубине души она чувствовала себя преданной, жаждала сатисфакции. Но в то же время в ней боролось благородное обязательство порадоваться за счастье того, кого она сама отсекла от себя. Терзаемая этими противоречиями, Клэр совсем сникла.

— Ну, ты чего? Может, это вообще не всерьез, — Марша погладила её по руке.

— Да нет, как раз хорошо бы, чтобы всерьёз, — Клэр смотрела на парочку, усевшуюся друг подле друга, — я больше переживаю о том, что будет, если Грейс с ним играет.

— Он взрослый мальчик, — резонно заметила Тина, — думаю, это его дело. А если она обманывает, то будет ему хороший опыт.

— Довольно суровый, — посетовала Марша, — мужчины могут быть удивительно слепы.

Клэр задумчиво всковырнула заусеницу.

«Да уж. Особенно когда женщина жестока».